Готовый перевод The Hated Male Concubine / Ненавистная наложница императора [❤️]: Глава 73

Возможно, он был слишком самонадеян. Ведь это был всего лишь сокол, к тому же стражники скоро появятся тут. И каким бы большим и свирепым ни был этот охотничий сокол, его всё равно скоро поймают. Обманывая себя такими мыслями, Сон Ихан пытался делать вид, что не замечает поднимающейся внутри тревоги. Ведь опасность не угрожает ни ему, как императору, ни императрице, матери нации, так зачем переживать из-за одной птицы? 

Сон Ихан, разумеется, сказал стражникам, что с ним всё в порядке, и велел им защищать наложниц, потому что там он был в безопасности, но в данный момент император и императрица были для стражников приоритетом, поэтому они не двигались с места ни на шаг. 

— Ваше высочество Ёнбин!

В этот момент ушей Ихана достиг истошный крик, словно это сами небеса разверзлись.

Картина, как Ён Хваун, стоявший прямо перед стремительно приближающимся соколом, обнял Сукпи и закрыл её своим телом, глубоко отпечаталась в глазах Сон Ихана.

Сцена, как когти хищника разрывают плечи и спину Ён Хвауна, как из раны хлещет кровь и разлетается каплями во все стороны, словно острая стрела врезалась в его память, навеки отпечатавшись на глазах.

Сон Ихан был уверен, что где-то в глубине его сердца раздался треск. Нет, это был не просто треск. Он точно знал — нечто неизвестное нанесло ему сильный удар, ведь другого объяснения той ужасной боли, которую он испытывал, не было.

— Ваше величество! В первую очередь Вы должны подумать о себе! — отчаянно закричал евнух О, но его слова не достигли Сон Ихана, потому что все его мысли сейчас занимал только Ён Хваун, который, несмотря на то, что вся его спина была в крови, продолжал защищать Сукпи.

Хотя он и был уверен, что это не ошибка, и понимал, что просто не мог броситься туда, чтобы защитить Ён Хвауна, но, оглядываясь назад, он знал, что это был бы единственно правильный выбор.

Злость. Невыносимая злость на себя за то, что просто стоял и наблюдал за происходящим, словно безопасность Ён Хвауна его не касалась. Никто не осмелился остановить императора, когда он, стиснув зубы, бросился вперёд.

***

— Ваше высочество, всё в порядке! Пожалуйста, встаньте!

Сукпи, дрожа, лишь сильнее зажмурила глаза. Кто-то помог ей подняться. С трудом открыв глаза, она увидела бледное лицо Ёнбин, который с беспокойством смотрел на неё. Постепенно в её голове, полной сумбура, начало проясняться, и она начала осознавать происходящее: видя летящего прямо на неё сокола, Сукпи замерла в ужасе, и в этот момент Ён Хваун, пытаясь защитить, обнял её и встал перед ней.

— Кро... кровь...

В этот момент Биён заметила, что её лицо и одежда пропитаны кровью. Но это не была её кровь. Она продолжала стекать с плеч и спины Ён Хвауна, который стоял перед ней, пытаясь успокоить. Хотя его лицо было покрыто холодным липким потом от боли, он продолжал утешать Биён.

— Ваше высочество! Вы теряете слишком много крови!

Позади Ён Хвауна стояла Аджин, которая, рыдая, пыталась поддержать его. Биён также заметила, что рука Ён Хвауна, которую она держала, вся намокла от крови. 

Ён Хваун, несмотря на тяжёлые ранения и обильное кровотечение, всё ещё пытался успокоить Биён и отвести в безопасное место. Биён не могла оторвать от него взгляда, наблюдая его усилия.

В этот самый момент она увидела, как Ён Хваун, который всё это время стоял рядом с ней, резко отстранился. Но не просто отстранился — в одно мгновение он оказался на чьих-то руках — её взгляд последовал за его ногами, которые вдруг оказались в воздухе.

— Ваше... Ваше величество?! — воскликнул от удивления Ён Хваун, когда понял, кто внезапно поднял его на руки. Тем, кто с яростным, как у якши, выражением лица держал его, был не кто иной, как император Сон Ихан.

— Ваше величество, я в порядке...

— Скорее поймайте сокола! — оглядевшись, громко приказал император, игнорируя то, что Ён Хваун слегка задёргал ногами, намекая на желание спуститься. Все стражники, находящиеся в павильоне Чхангёнджон, громко ответили на приказ императора, и Сон Ихан продолжил: — И немедленно… немедленно передайте императорскому лекарю, чтобы он отправился во дворец Анчжон, — на этот раз приказ был произнесён негромко, но ощутив его тяжесть и угрозу, у каждого, кто его услышал, по спине пробежал холодок. И тяжёлый взгляд, наполненный той же угрозой, Сон Ихан направил на Ён Хвауна, который находился в его объятиях.

С бледным лицом, покрытым холодным потом, Ён Хваун выглядел так, словно в любой момент мог потерять сознание. 

Сон Ихан поджал губы, вспомнив, как Ён Хваун, несмотря на свои ранения, продолжал заботиться об испуганной Биён.

— Не говори ничего, просто молчи, — произнёс Сон Ихан, в его голосе чувствовалась тяжесть подавляемых чувств. 

Ён Хваун, который снова собирался попросить опустить его на землю, потому что не осмеливался находиться в объятиях императора, тут же обратно закрыл рот, когда заговорил император.

Император продолжил:

— Если сейчас скажешь, что ты в порядке, я накажу всех твоих слуг за то, что они не смогли защитить тебя должным образом, так что лучше помолчи.

Тот, кого Ихан по-настоящему хотел наказать, на самом деле были не слуги Ён Хвауна, а он сам.

Его рука, лежащая на спине Ён Хвауна, была покрыта кровью. Снедаемый беспокойством, Сон Ихан покинул полный хаоса зал и направился во дворец Анчжон.

Впервые в жизни Сон Ихан шёл по дорожкам императорского дворца с кем-то на руках. 

***

Хваун, потерявший много крови, смотрел на Сон Ихана расфокусированным взглядом и думал: «Зачем его величество так возится со мной, если можно просто отправить меня во дворец Чонган, чтобы меня лечили там? Его руки, должно быть, болят. И как бы ни были освещены дворцовые дорожки, ночью всё равно темно. Как может великий император сам нести на руках этого ничтожного подданного всю эту дорогу?»

Ён Хваун моргнул, и перед ним вдруг появилась улица, залитая ярким солнечным светом. Именно в тот день его скромная жизнь изменилась. Тогда он впервые в жизни чего-то захотел, ощутил в своём сердце желание обладать чем-то, что вряд ли могло бы принадлежать ему. И теперь, в этот момент, всё это снова возникло перед его глазами. Тот самый день сейчас стоял перед глазами Хвауна.

Закрыв глаза и снова их открыв, он увидел лицо Ён Хвауна, отражающееся в глазах императора. Это было лицо, которое когда-то не принадлежало ему, но теперь оно стало его. Взяв руку императора, тот Ён Хваун молил его позволить ему остаться.

У него кружилась голова. Он был растерян. Он не знал, что это, иллюзия или сон. Может, всё это время он спал. Ведь он так сильно хотел быть рядом с ним, так отчаянно жаждал этого. Может, поэтому ему приснился такой нелепый длинный сон.

— Ваше величество...

— Потерпи немного. Скоро... скоро тебе окажут лечение.

Голос императора, доносившийся словно издалека, казался иллюзией. 

Странно, но его голос был словно пропитан болью, из-за чего Ён Хваун, несмотря на своё состояние, почувствовал, как его сердце сжалось. Почему его величество так расстроен? Что так тревожит человека, который достоин только величайших благ и счастья, раз голос выдаёт его беспокойство?

Их император — самый лучший человек на свете... Он заслуживает только счастья… Эти мысли не выходили у Ён Хвауна из головы, и его сердце наполнилось печалью. 

— Ваше величество… — пролепетал Хваун несмотря на свою слабость.

Неважно, было ли это сном или иллюзией, главное — он должен узнать кое-что. Если он не спросит сейчас, то, даже проснувшись, не сможет успокоиться. Обратившись к молчащему императору, Ён Хваун снова открыл рот:

— Ваше величество...

— ...Я же ясно сказал тебе ничего не говорить.

— Ваше величество... С Вами всё в порядке?..

В этот момент шаги Сон Ихана резко замерли. Время поджимало, ведь Ён Хваун уже потерял много крови, ему нужна была срочная помощь. Но внезапно одно слово, произнесённое Ён Хвауном, словно парализовало его и он не мог сдвинуться с места.

Все, кто с беспокойством следовали за императором, тоже резко остановились, но Сон Ихан не слышал ничего, кроме слабого дыхания мужчины в своих объятиях и его голоса, который заполнил всё вокруг.

— Ваш голос... Ваш голос звучит не очень хорошо, ваше величество… — прошептал Хваун. 

«...»

— У Вас ведь ничего не болит, да?...

Было легко понять, что Ён Хваун сейчас не совсем в себе, даже по тому, как он едва мог держать глаза открытыми. Человек, у которого и так было слабое здоровье, впервые получил такую серьёзную травму. Очевидно, что это большой шок для него. Даже опытному воину пришлось бы нелегко от такого кровотечения и боли, от которых страдал Ён Хваун.

И всё же, даже будучи в таком ужасном состоянии, он продолжал волноваться об императоре. Он переживал за этого бессердечного императора, который, видя, что ему угрожает опасность, ничего не сделал. 

Стиснув зубы, Сон Ихан продолжил идти.

Пока все наложницы императора, охваченные ужасом, не могли сдвинуться с места и хоть что-то предпринять, Сон Ихан то и дело встречался взглядом с Ён Хвауном, который продолжал следить за его местоположением, словно проверяя, в безопасности ли император. Все те моменты, когда Ихан его игнорировал, теперь острыми иглами впивались в него, делая каждый шаг болезненным. Но он считал эту боль заслуженной.

http://bllate.org/book/12952/1137893