Готовый перевод Pastoral Daily Life / Возрождение: повседневная пасторальная жизнь [❤️] [Завершено✅]: Глава 103. Домыслы

После того как Лу Линси уснул, он забыл, что говорил, но Янь Юэ неоднократно прокручивал эту фразу. Сяо Си сказал, что он уже умер, а потом вернулся к жизни… Как ему могли прийти в голову такие странные мысли? Он сидел на диване и гадал, насколько это реально…

Еще один Лу Линси, и этот брат… В его сердце не могло не возникнуть сомнений.

— Брат Янь? — Лу Линси высунул голову из ванной с мокрыми волосами и с некоторым смущением позвал его.

— Что случилось? — Янь Юэ сразу же пришел в себя и подошел к нему. Возможно, дело в жарком паре, вырвавшимся из ванной, или в чем-то еще, но сейчас светлая кожа Лу Линси слегка порозовела, а черные глаза, словно омытые водой, стали ясными и глубокими. Взявшись за ручку двери и покраснев, он посмотрел на Янь Юэ и прошептал: 

— Подай мне пижаму.

Только что проснувшийся Лу Линси все еще был немного смущен, ему также не нравился запах алкоголя на его теле, и он поспешил помыться, в результате чего только после душа обнаружил, что забыл взять пижаму. В эти дни, когда он все больше и больше жил в доме Янь Юэ, некоторые предметы повседневной необходимости, в том числе и одежда, постепенно перекочевали к нему.

Ван Шусю иногда бормотала, что маленький ублюдок совсем собрался сбежать к Янь Юэ и, вообще, что он докучает ему, но Лу Линси каждый раз, чтобы оправдаться, говорил, что хочет оставить пространство для нее и Сяо Фэна. Ван Шусю не могла после этого больше ничего говорить. Потихоньку дом Янь Юэ стал похож на дом Лу Линси, ведь здесь находились почти все его вещи.

Закончив, он уже собирался отступить, но Янь Юэ неподвижно смотрел на него, и взгляд его постепенно становился все глубже. Странные мысли и сомнения в его голове были подавлены бушующим вожделением. Янь Юэ не удержался и распахнул дверь, одной рукой обхватил Лу Линси за талию, а другой, словно та обладала собственным сознанием, провел по спине Лу Линси, затем закрыл дверь в ванную, опустил голову и крепко поцеловал Лу Линси.

Кожа под его руками была гладкой и теплой, как изысканный нефрит. Янь Юэ терся об него, сжимал и нежно целовал Лу Линси, учащенно дыша. Он слегка надавил, всем телом прижав Лу Линси к стене ванной. Их губы и языки слились. Янь Юэ ощущал сладость поцелуя, и вдруг в его голове снова необъяснимо промелькнули слова Лу Линси: «…на самом деле я уже умер».

Эта мысль только промелькнула, но Янь Юэ подсознательно переместился к его шее и укусил. Он не стал давить слишком сильно, но Лу Линси все равно застонал. Сердце Янь Юэ успокоилось, и он снова лизнул то место, которое прикусил, тело Лу Линси слегка задрожало, а Янь Юэ тихонько засмеялся и сказал: 

— Сяо Си, я люблю тебя.

Лу Линси кивнул в знак согласия, не в силах произнести ни слова.

Янь Юэ зачарованно целовал Лу Линси, и только после того, как он высосал из тела Лу Линси все, что мог, и они оба получили высвобождение, он удовлетворенно отпустил Лу Линси. Хотя Янь Юэ все еще не мог понять, что означали те пьяные слова, ему было достаточно того, что Лу Линси был прямо в его руках, сокровище, которое он всегда будет держать при себе.

Закончив, Янь Юэ обнял Лу Линси и, переодев, вернулся в спальню. Лу Линси снова захотелось спать, и он, свернувшись калачиком под одеялом, погрузился в глубокий сон. Янь Юэ присел на край кровати и долго молча смотрел на его расслабленное лицо, а затем осторожно вышел из спальни и позвонил Е Кану.

Е Кан уже собирался ложиться спать, когда зазвонил его мобильный телефон. Увидев имя Янь Юэ, он немного удивился и взял трубку, чтобы хмыкнуть: 

— Разве ты не с сяо Си, почему ты звонишь мне так поздно?

Янь Юэ улыбнулся и перешел на другой тон: 

— Мне нужно кое-что найти.

— Что? — Е Кан вздрогнул, подумав, что у Янь Юэ должно быть что-то серьезное, чтобы беспокоить его так поздно. 

Кто бы мог подумать, что Янь Юэ на несколько секунд замолчит, а потом нерешительно скажет: 

— Е Кан, если человек говорит, что он вернулся из мертвых, а также говорит, что он на самом деле другой человек, как ты думаешь, что это такое?

Е Кан ждал продолжения, но его не последовало. Осознав, что ничего другого не услышит, он на мгновение растерялся, а затем риторически спросил: 

— Раздвоение личности? — он задумался на мгновение и продолжил спрашивать: — Есть ли что-то необычное в этом человеке, о котором ты говоришь, в целом?

— Нет, — Янь Юэ был совершенно уверен.

— Тогда при каких обстоятельствах он это сказал? — продолжал выяснять Е Кан.

— Когда был пьян.

— В пьяном виде? — Е Кан призадумался и предположил: — Может, это из-за сильного умственного напряжения у него такие идеи? Если ты беспокоишься, то можешь привести его ко мне, и я проведу тест.

Янь Юэ не стал говорить, кто это, а просто сказал: 

— Я попрошу его связаться с тобой, если понадобится.

— Хорошо.

Положив трубку, Е Кан засомневался, что Янь Юэ говорит о Лу Линси, но Янь Юэ не стал уточнять, поэтому он не стал допытываться и доводить дело до конца. К тому же он видел Лу Линси, у него был простой и легкий характер, не похоже, чтобы у него был стресс, не говоря уже о раздвоении личности. 

Что происходит?

Е Кан вернулся в спальню, но Янь Юэ из-за звонка долго не мог уснуть. Он не верил в утверждение Е Кана о раздвоении личности, и еще более маловероятно было то, что он находился под слишком сильным давлением. Янь Юэ верил в бритву Оккама: если все остальные возможности исключены, то оставшаяся, какой бы неправдоподобной она ни казалась, должна быть правдой. 

Он беззвучно повторил слова про воскрешение из мертвых и изо всех сил подавил в своем сердце нелепую догадку.

Из-за этого Янь Юэ не спал всю ночь. Лу Линси проснулся рано и, открыв глаза, увидел, что Янь Юэ стоит у окна и смотрит на улицу, не зная, о чем думает.

— На что ты смотришь, старший брат Янь? На улице идет снег? — Лу Линси сидел, завернувшись в одеяло, и сладко зевал.

Янь Юэ повернулся и подошел к Лу Линси, посмотрел на него теплым взглядом, опустил голову и поцеловал его в лоб, мягко сказав: 

— Почему ты так рано проснулся?

Лу Линси немного смущенно наклонил голову: 

— Я вчера слишком много спал.

Янь Юэ улыбнулся, посчитав время после полудня, и кивнул — Лу Линси проспал почти семнадцать часов, он действительно спал слишком много. Он поднял руки и обнял Лу Линси, нежно потянувшись и коснувшись его шеи, он весело спросил: 

— Будешь ли ты пить в будущем? Ты так сильно опьянел после того, как выпил совсем немного.

— Больше не буду, — послушно пообещал Лу Линси.

Сердце Янь Юэ затрепетало, и он небрежно сказал: 

— Будет лучше, если ты не будешь пить. Сяо Си, когда ты пьян, ты становишься болтуном, таскаешь меня за собой и рассказываешь мне секреты. 

Он говорил беззаботно, но его взгляд то и дело падал на лицо Лу Линси. Он увидел, что цвет лица Лу Линси слегка изменился, и тот несколько нервно посмотрел на него, хрипло спросив: 

— Какой секрет?

Сердце Янь Юэ смягчилось, хотя Лу Линси был очень спокоен, его взгляд стал очень встревоженным. Он все еще хотел узнать у сяо Си, что это за секрет, но вместо этого сказал:

— Как может быть такой человек, как ты, который засыпает после половины предложения о секрете?

Лу Линси облегченно выдохнул и уткнулся лбом в шею Янь Юэ, прошептав: 

— Я забыл.

Янь Юэ хмыкнул: 

— Забудь об этом, но помни, что в будущем ты больше не можешь пить.

Лу Линси кивнул. Хотя он и сказал, что забыл, единственное, что можно было считать для него секретом, помимо панели, — это вопрос перерождения. Он не был уверен, что звучит более странно — панель или перерождение, но он был готов признаться Янь Юэ в существовании панели, при это совершенно не зная, как рассказать о перерождении. 

Он занимал чужое тело, вел чужую жизнь, украл чужую семью и друзей. Ему нравилась его нынешняя жизнь, и он эгоистично не хотел иметь никакой связи с прошлым. Он никак не мог открыто сказать эти слова Янь Юэ. Ведь он боялся, что Янь Юэ сочтет его эгоистом, и еще больше боялся, что Ван Шусю расстроится, если узнает.

Янь Юэ больше ничего не сказал, а лишь успокаивающе погладил Лу Линси. Теперь он был уверен, что все, что тот сказал вчера, было правдой. То же имя — Лу Линси, и какой-то брат, личность другого Лу Линси… Янь Юэ опустил глаза, а в его голове уже был расчет.

Они понежились в кровати, и к тому времени, как Лу Линси привел себя в порядок, прошло почти полчаса. Наклонив голову, он разглядывал в зеркале следы зубов на шее и немного смущался того, что собирался идти завтракать в соседнюю квартиру. Укусы Янь Юэ не могли быть скрыты одеждой, и было бы неудобно, если бы их увидела Ван Шусю.

— Возьми пластырь, чтобы прикрыть, — посоветовал Янь Юэ.

Лу Линси нерешительно ответил: 

— А что сказать мама, когда она спросит? Теперь и комаров нет.

Глаза Янь Юэ загорелись, и он, не раздумывая, достал из кармана Сяо Хэя и потряс им: 

— Просто скажи, что Сяо Хэй укусил тебя.

Лу Линси: «...»

Сяо Хэй, услышав слова Янь Юэ, агрессивно забрался на плечо Лу Линси и стал тереться о ее лицо, ведь у него выросло всего два зуба, как он мог оставить такой большой след от зубов? К сожалению, Лу Линси не смог понять его объяснений, зато Сяо Хэй понял, что Янь Юэ — злодей!

Ван Шусю, конечно же, первым делом увидела пластырь на шее Лу Линси, а услышав, что его укусил Сяо Хэй, забеспокоилась. 

— Яда нет? Укус сильный? Маленький негодник, зачем ты вообще завел змею…  Не дай бог… — начала она, но тут же, ойкнув, трижды сплюнула: — Типун мне на язык, тьфу-тьфу-тьфу.

Сяо Фэн рассмеялся, многозначительно посмотрел на Янь Юэ и сказал Ван Шусю: 

— Не волнуйся, Сяо Хэй не ядовитый, ему всего несколько месяцев, и даже зубы у него только растут, ничего страшного.

Лу Линси согласно кивнул: 

— Сяо Хэй не специально, он просто прорвал слой кожи, а поскольку старший брат Янь беспокоился о заражении, пришлось разрешить ему наложить пластырь.

Он и Сяо Фэн сказали об этом, и Ван Шусю также отпустила тревогу. 

Просто теперь бедный Сяо Хэй, «укусивший» Лу Линси, был наказан Ван Шусю — ему не разрешается есть завтрак, и он может только кусать кончик хвоста, пуская слюни на блюдце молока.

*** 

Был уже почти полдень, когда Фан Лэй снова пришел в «Крошечный сад». Однако, прежде чем войти в «Крошечный сад», он зашел в зоомагазин на другой стороне улицы. Вскоре после этого Фан Лэй вышел из зоомагазина со своей большой собакой, только что прошедшей груминг, и не мог дождаться, чтобы сразу же отправиться к Дахэю.

Лу Линси оцепенел от увиденной сцены — он думал, что Фан Лэй сдался после многочисленных поражений, но кто бы мог подумать, что противник будет становиться только смелее и смелее. Он беспомощно посмотрел на Дахэя, гадая, какими словами Фан Лэй собирается похвалить Дахэя на этот раз.

Пока Фан Лэй с Дахэем играли в гляделки, Лу Линси занялся своими делами. Он уже собирался полить стоящие у двери цветы, как вдруг зазвонил его мобильный телефон — это был звонок от дяди Ли. Сяолэй потерялся утром, и Юй Сяоцзюань была готова сойти с ума. Дядюшка Ли уже сообщил об этом в полицию и попросил их приехать с Дахэем, чтобы узнать, сможет ли он чем-нибудь помочь. Лу Линси сразу же согласился. Завершив разговор, Лу Линси не стал скрывать это от Фан Лэя, он хотел отвезти Дахэя в деревню Линшуй, чтобы тот нашел Сяолэя.

Услышав новости, Фан Лэй сразу же кивнул и сказал: 

— Я пойду с тобой.

Янь Юэ сегодня не пришел в «Крошечный сад», а отправился к Ань Цзе. Лу Линси подумал, что брать такси неудобно, обычные такси не хотят возить домашних животных, а с Фан Лэем он сможет добраться до места как можно быстрее. Поспешно позвонив Янь Юэ, Лу Линси закрыл магазин и сел в машину Фан Лэя.

Через час они прибыли в деревню Линшуй. Вся деревня была в хаосе, все жители вышли, чтобы помочь найти Сяолэя. Кто-то сказал, что слышал, как Сяолэя увел за собой странный человек, и за ним уже бросились в погоню жители деревни.

Лу Линси нашел дядю Ли и с тревогой спросил: 

— Вы не видели А-Хуана? 

Сяолэй был неразлучен с А-Хуаном, пока находился в деревне. Лу Линси не думал, что кто-то сможет отобрать у А-Хуана ребенка, разве что пес будет ранен и не сможет его остановить, но тогда А-Хуан должен был обязательно направиться в цветочный сад и дать знать, что что-то не так.

Дядя Ли был озадачен, но покачал головой: 

— С тех пор как я не смог найти мальчика, я больше не видел А-Хуана.

— Может быть, А-Хуан последовал за ним? — предположил Лу Линси, но он не исключал, что с А-Хуаном произошел несчастный случай. В это время Лу Линси уже не заботился о том, чтобы скрываться, он погладил Дахэя по голове и велел ему как можно скорее найти А-Хуана.

Дахэй лизнул руку Лу Линси и побежал к выходу из деревни. Вскоре после этого из деревни донеслось протяжное завывание, и собаки в деревне тоже завыли, большие и маленькие собаки выбежали из каждого дома и двора, как будто вызванные чем-то, и направились прямо к выходу из деревни.

— Что здесь происходит? Король собак снова здесь? — некоторые жители деревни были удивлены.

— Вы ведь еще помните большую желтую собаку, которая постоянно ходила за Сяолэем? Может быть, большая желтая собака обнаружила пропажу Сяолэя и обратилась за помощью к собачьему Королю?

У жителей деревни было богатое воображение, и они успокоили Юй Сяоцзюань, что Король собак со своей сворой обязательно сможет вернуть ее сына. Только что Дахэй выбежал на улицу и, увидев, что там никого нет, вызвал отряд собак, и жители деревни не знали, что Король собак, о котором они говорили, — это именно Дахэй.

Фан Лэй нашел жителей деревни, чтобы расспросить их о ситуации сразу же после своего прихода, а также позвонил в близлежащий полицейский участок, чтобы разузнать о ситуации. Обе стороны отвечали практически одно и то же, и люди из полицейского участка тоже отправились на поиски ребенка. Как только он положил трубку и оглянулся, то увидел, что все собаки в деревне бросились к выходу, и даже «гордость полиции», которую он взял с собой, выбежала вместе с ними. Фан Лэй замер и сразу же вспомнил о «волчьем вое», который он только что слышал.

— Король собак? — с любопытством спросил Фан Лэй.

Лу Линси кивнул.

На другом конце деревни мастер Сюй открыл птичью клетку, висевшую на дереве, и обратился к сидевшему в ней скворцу: 

— Давай, ты можешь летать высоко и видеть далеко, помоги нам найти Сяолэя, хорошо?

Скворец понял слова старика Сюя, захлопал крыльями, закричал «найти, найти» и улетел в небо.

Мастер Сюй немного расслабился, столько существ смогут помочь, по крайней мере, он сделал свою часть работы. Увы, кто бы мог подумать, что он, старик, наполовину ушедший в землю, однажды сможет общаться с птицей? 

Он вспомнил слова, которые тогда выкрикнул Сяолэй, и подумал, не пошутил ли тот. Если это правда, то можно считать, что у них с Сяолэем есть что-то общее. Он надеялся, что с малышом ничего не случится, и поспешил вернуть его обратно.

http://bllate.org/book/12974/1140773