Их небольшая вечеринка закончилась довольно скоро. И ребята решали, куда они могут пойти, чтобы продолжить веселье. Пытаясь найти место, они бурно обсуждали это между собой. Сынджу, однако, просто раскрыл свой зонт и во время беседы сказал одну единственную фразу:
— Если и продолжать, то без меня, ребята.
Молодой человек и так уже задержался, будучи на попойке дольше, чем обычно. В такое время он, как правило, он ложился спать, да и родители ждали его. К тому же он не хотел всю ночь бродить по барам и караоке под проливным дождём.
— Ни за что. Ни-за-что. Мы не можем уйти, пока не закончится дождь.
— Ничего не могу поделать, комендантский час.
— Ты врёшь.
Никто не поверил Сынджу, ведь он никогда раньше ничего подобного не упоминал, так что его слова никто не воспринял всерьёз. Сынджу и сам не знал, почему сказал нечто настолько неубедительное. Он не смог сдержать усмешки и пожал плечами.
— Конечно, вру. Но это ничего не меняет, я всё равно иду домой.
Он сказал это настолько твёрдо, что остальные, казалось, почувствовали это и перестали настаивать. Даже Чину, который, как предполагал Сынджу, мог начать ворчать, просто смирился.
Тем временем, к удивлению молодого человека, заговорила Сохён.
— Сынджу, ты, что, правда, уходишь? Ты же единственный из нас, кто ещё трезв.
Сохён и сама немного выпила, но это всё, потому что ей больше нравилось общение во время того, как она выпивала с друзьями, нежели сама выпивка. Однако это часто означало, что ей приходилось заботиться об остальных. В вечера, подобные сегодняшнему, когда и так понятно, что всё приведёт к тому, что все напьются до беспамятства, наверное, Сохён чувствовала себя виноватой в том, что Сынджу покинет их компанию, будучи практически трезвым.
— Если ты всё-таки решил всех бросить и уйти, давай я вызову тебе такси.
Так как в такой час автобусы уже не ходили, девушка решила, что Сынджу поедет на такси. Она сказала это в шутку, но если всё же парень правда уедет, то она сдержит своё слово и дождётся вместе с ним такси, поскольку отвести его домой сама она не могла.
— Хочешь, уйдём вместе?
Вопрос Сынджу был встречен тишиной со стороны Сохён. Она не дала ему ответа, смущённо отводя взгляд в сторону.
— Куда же мы поедем? Я лишь хочу убедиться, что ты доберёшься до дома в целости и сохранности.
— Конечно, как скажешь.
Сынджу не стал спрашивать девушку ещё раз. Вместо этого он поднялся со своего места и направился к выходу. На телефон, который всё ещё лежал у него в кармане, так и не приходило никаких сообщений. Сынджу тихо вздохнул и помахал рукой друзьям так, словно хотел от них отмахнуться.
— Знайте меру, ребята, пейте так, чтобы на утро не болела голова.
— Сынджу, предатель!
— Предатель уже уходит.
После того как Сынджу назвали предателем в третий раз, он решил просто принять этот факт. Его небрежного ответа было достаточно, чтобы от него все отстали.
Сынджу без каких-либо сомнений схватился за дверную ручку и уверенно вышел из бара, скрываясь за стеной дождя.
* * *
С момента, как телефон Мухына оказался у Сынджу, прошло чуть больше месяца. Луна висела в небе, а облака словно делили её на две неровные части. Сынджу шёл по малоосвящённому переулку, безучастно разглядывая тёмное полотно над головой, что было затянуто грозовыми тучами. Он собирался поймать такси из-за дождя, но в итоге подумал, что лучше было пройтись пешком, ведь он был немного пьян.
В некотором смысле, ему больше нечего было опасаться, и можно было свободно гулять по ночам. Хотя он никогда по-настоящему и не боялся этого, но в последнее время благодаря Мухыну у него появилась какое-то странное чувство. Он испытывал какую-то неловкость, когда оставался один.
«Если не можешь взять на себя ответственность придерживаться их, не стоит формировать привычки», — подумал про себя Сынджу, вспоминая времена, когда он был подростком. Нельзя сказать, что он был безответственным, но бывали моменты, когда он чувствовал себя расстроенным и разбитым и не хотел ничего делать.
Родители говорили ему, что когда он был совсем маленьким, Мухын никогда не давал ему ходить самому. Даже когда пришло время учиться это делать, Мухын всё равно не хотел выпускать маленького Сынджу из рук. Да и самому Сынджу было неудобно ходить в обуви, поэтому ему нравилось и хотелось, чтобы его носили на руках.
Сам Мухын объяснял своё поведение всегда одинаково: «Сынджу тогда был совсем малышом».
Что ж… Он не врал. Сынджу родился в декабре и с самого первого дня на земле был маленьким, как выяснилось позже, он ещё и медленно рос. Где-то до четвёртого класса он был, вероятно, ниже Мурёна.
Но сейчас он уже давно вырос и перешагнул порог возраста, когда необходимо было оставить позади детские привычки. Так что, в какой-то степени, ему даже стало легче, когда Мухын стал независимым, едва ему исполнилось двадцать. Если бы этого не произошло, Сынджу, должно быть, вырос бы бесконечно безрассудным человеком.
— И сколько ещё будет идти этот дождь… — пробормотал Сынджу, старательно избегая луж.
Молодой человек смотрел под ноги и шёл широкими шагами, стараясь переступить воду. Он не мог сказать, что ненавидит дождь, но идти по улице с зонтом было не очень удобно. Поэтому Сынджу продолжал идти с надеждой, что завтра дождя не будет. Его мысли прыгали с темы на тему, когда он, наконец, дошёл до конца переулка.
— Прошу прощения.
Сынджу: «. . .»
К Сынджу обратился мужчина, который, словно именно его здесь и поджидал. Молодой человек вздрогнул от неожиданности и откинул зонт немного назад. Перед ним стоял мужчина с незажжённой сигаретой в руке. Он повертел её в руках и приоткрыл рот, но не для того, чтобы обхватить губами сигарету. Ему нужно было нечто другое.
— Мне нужно спросить у вас дорогу.
«…Почему он в солнцезащитных очках?»
Мужчина был в очках, несмотря на то, как темно было вокруг, ведь уже наступила ночь. Зонтик, сигарета и солнцезащитные очки, — его наряд выглядел как-то подозрительно. Сынджу прищурился, ему стало интересно, мужчина вообще видит что-то сквозь свои очки или нет. Но в следующее мгновение незнакомец начал делать кое-что ещё более странное.
— Я пытаюсь найти путь к метро.
http://bllate.org/book/13067/1154413
