Я снова уклонился от ответа. В последнее время я почти ни с кем не общался, и мысль оставить какой-то след вызывала тревогу. Поэтому я даже не думал о покупке телефона. Но в гостинице можно было принимать звонки для посетителей, и это было удобно. Я надеялся, что так и будет продолжаться. Однако, поскольку я задержался надолго, любопытство взяло верх. Притворившись, что не понимаю, о чём речь, я отмахнулся и спустился. Прежде чем взять трубку у стойки регистрации, я ещё раз поблагодарил хозяйку.
— Привет, Стюарт. Как дела? Когда возвращаешься? — бодро поздоровался я и в трубке послышался знакомый голос.
— Йохан.
— Стюарт?
Его тон показался мне неустойчивым. Я нахмурился, а Стюарт продолжил:
— Э-э, так вот, Йохан. Кхм. Как там у тебя? Какая атмосфера?
Он пытался говорить непринуждённо, но что-то было не так. Озадаченный, я ответил:
— Ну… Не уверен. Из-за возвращения наследного принца праздничное настроение, но…
— П-понятно… Ясно. Всё нормально, да?
Он продолжал задавать вопросы, а я мог только повторить:
— Да, ничего необычного. Эй, Стюарт, ты в порядке?
Что-то определённо было не так. Осторожным тоном я спросил. Стюарт прочистил горло, прежде чем ответить:
— Я в порядке. Всё отлично. Слушай, Йохан, что ты планируешь делать сегодня?
— Э-э… — задумался я. — Ничего особенного. Как обычно, наверное.
— Ясно, — Стюарт всё ещё звучал напряжённо, когда продолжил: — Слушай внимательно, Йохан. Я не хочу, чтобы ты выходил из комнаты, пока я не приеду. Нам нужно поговорить. Хотя бы выслушай меня, прежде чем что-то делать. Я вернусь сегодня вечером — просто подожди до этого, ладно? Понял?
Его настойчивость встревожила меня, и я неуверенно спросил:
— Что случилось? Что-то произошло? Не можешь сказать сейчас?
Хотя я настаивал, Стюарт уклонился от ответа.
— Сложно объяснить по телефону. Поговорим, когда приеду. Я постараюсь как можно быстрее.
Он поспешно закончил разговор, ещё раз добавив:«Оставайся в комнате, пока я не приеду», — затем повесил трубку. Чувствуя неопределённость, но решив последовать его словам, я положил трубку и замер, на секунду уставившись на неё. Затем поднял глаза и встретил взгляд хозяйки. Она, казалось, ждала, и я смущённо пробормотал:
— Спасибо, что дали воспользоваться телефоном.
Я уже собирался уйти, когда она остановила меня.
— Погоди, Йохан. Храм дал мне это для раздачи. Возьми.
Я уже хотел отказаться, но она юркнула внутрь. Внезапно поняв, почему она ждала, я неловко заёрзал, озираясь, пока она не вернулась с корзинкой.
— Вот, поешь. И листовка от храма, если захочешь почитать от скуки.
— О… спасибо.
Я принял неожиданное угощение и поднялся по лестнице. Из корзинки доносился сладкий фруктовый аромат. За моей спиной хозяйка включила трансляцию, и я услышал ровный голос из телевизора:
— Во вчерашнем объявлении наследный принц похвалил народ за их усилия…
С прошлого дня всё крутилось вокруг наследного принца. Должно быть, он невероятно популярен, подумал я, шагая рассеянно. Затем раздался другой голос:
— Королевская семья остаётся преданной безопасности и процветанию нации. Что касается беспочвенных слухов о монархии, с ними будут строго разбираться…
***
Как только этот глубокий, низкий голос достиг моего сознания, я замер на середине шага. Медленно повернувшись, я увидел телевизор в холле. Повторяя вчерашнюю речь, на экране был мужчина.
На нём была куфия* и икаль* как часть традиционного наряда, а поверх наброшен расшитый золотом чёрный бишт*. В мужчине ощущалась внутренняя сила и величие. Он говорил уверенно, его тяжёлый взгляд оставался спокойным и сосредоточенным, каждое слово звучало решительно и мощно. Камера переключилась, и я успел заметить мужское лицо в анфас.
П.п.: Первые два — традиционный головной убор у мужчин-арабов. Бишт — традиционная мусульманская верхняя одежда, накидка, которую носят на плечах.
Нет. Этого не может быть. Я застыл, ошеломлённый, не в силах оторвать взгляд от экрана.
Это неправда. Здесь что-то не так.
В этот момент что-то глухо упало. Я осознал, что выронил корзинку, которую дала хозяйка. Опустив взгляд, я увидел рассыпавшиеся фрукты и вложенную листовку. Человек на фотографии выглядел в точности как тот, что был на экране. Увидев его глубокие фиолетовые глаза, я рухнул на месте.
Это не может быть правдой. Как-то собравшись с силами и вернувшись в свою комнату, я продолжал крутиться вокруг одной и той же мысли.
Это не может быть правдой. Как такое могло произойти? Наверное, я ошибся.
Но каждый раз, когда я снова смотрел на фотографию в той брошюре, она не менялась. Сколько бы я ни проверял и ни отрицал, лицо было безошибочно Камар. Тот самый, по кому я тосковал всё это время. Как это возможно?
Я не мог понять. Должно быть, это кто-то другой. Но разве могут два человека быть настолько похожими?
Пока Камар жил здесь, он всегда носил тёмные очки, закрывавшие половину лица, так что никто в городе толком не знал, как он выглядит. Мы были так осторожны — избегали выходить на улицу, а если и выходили, то выбирали время, когда меньше шансов привлечь внимание. Только Стюарт и я по-настоящему знали лицо Камара.
Даже после его исчезновения я держался особняком, сначала скрывая своё лицо. Но в последнее время стал небрежным. Может, я просто махнул на всё рукой. Жизнь без Камара не имела для меня смысла.
Но что сейчас происходит? Я хотел, чтобы кто-нибудь объяснил мне всё и заставил поверить. И вдруг я вспомнил слова Стюарта.
Внезапно мне показалось, что я всё понял. Но, возможно, я ошибаюсь. Я хотел отрицать это. Я надеялся, что Стюарт появится и скажет, что я заблуждаюсь. Что мне всё это почудилось... Но поздней ночью раздался отчаянный стук в дверь. Я нервно распахнул её и осознал, что мои надежды оказались напрасными.
— Йохан, — лицо Стюарта было искажено гримасой, какой я никогда раньше не видел. Я попытался натянуть улыбку, представляя, как нелепо, наверное, выгляжу.
— Стюарт.
Мне потребовались все силы, чтобы выдавить эти слова. Произнести их вслух требовало ещё больше мужества и усилий.
— Ты встречался с Камаром, да?
Стюарт не ответил. Но это молчание было ответом. Внезапно мне захотелось заплакать.
***
Мы сидели друг напротив друга за столом, не проронив ни слова. Стюарт молчал; я тоже не знал, что сказать. Наконец, он вздохнул — только вздох, ничего больше. Я заставил себя заговорить, разжимая скованные голосовые связки.
— …Это правда? Ты подтвердил?
— Не знаю, — Стюарт потёр переносицу, его голос звучал тяжело. Я сглотнул и сказал:
— Расскажи мне, пожалуйста… всё, что видел и чувствовал.
Он снова замолчал, будто подбирая слова, прежде чем заговорить.
— Пока я не знаю всех деталей. Он — член королевской семьи, даже наследник престола, так что о нём никто не говорит свободно. Я приехал сюда для исследований их физиологии, помнишь? У кронпринца, судя по всему, самые сильные феромоны из всех, и они проявились рано. В общем, официальная причина моего визита — «наблюдение за его здоровьем». И я подумал, что это хороший шанс собрать данные. Но когда я прибыл, мне только твердили: «Ждите», «Аудиенции пока нет» — и так больше полугода. Наконец, меня допустили к кронпринцу.
Стюарт замолчал, а я ждал — разрываясь между желанием услышать больше и страхом перед этим. Он снова вздохнул и продолжил:
— Есть шанс, что это не Камар. Просто двойник…
— Стюарт, — я перебил его, мой голос звучал твёрже, чем прежде. — Всё это время ты подозревал, что Камар может быть членом королевской семьи?
Стюарт замер. Теперь я понимал, почему друг выглядел встревоженным с самого начала. Все его намёки, что что-то не так, стали очевидны. Вероятно, поэтому он…
— Ты говорил, что местонахождение кронпринца неизвестно, да? И подозревал, что это может быть он?
Стюарт покачал головой, хмуря брови.
— Я подозревал, но не был уверен. Даже если он доминантный альфа, это не обязательно делает его членом королевской семьи. Кроме того, за вами обоими охотились.
Он указал на очевидное. Я онемел, стиснув губы, и тон Стюарта смягчился.
— Тогда я подумал, что если он и вправду из королевской семьи, то, возможно, это была какая-то запретная любовь — побег влюблённых, верно? Поэтому я хотел помочь...
http://bllate.org/book/13072/1155242
