Перед глазами снова предстало зрелище огромной черной дыры, разверзшейся в небе.
Первым запаниковал не Цинь И, а люди из Божественного дома. Они увидели стоящий перед ними звездолет. Эта штука просто разрывала все их шаблоны представления о мире. В ступоре они ощущали себя муравьями на земле, но муравьи были неосознанно вовлечены в борьбу на другом уровне.
Их новый первосвященник обладал силой, сравнимой с силой бога.
В этот момент кто-то закричал:
— Божественный дом в опасности! Божественный дом в опасности!
— Король города-государства Пали напал на Храм двенадцати богов!
— Скорее возвращайтесь, бегите на помощь!
Как только раздались эти панические крики, изначально обозленная и разгоряченная группа людей тут же распалась.
Цинь И сидел внутри звездолета и через внешний приемник отчетливо улавливал звуки извне.
Он удивился и сказал:
— Это очень быстро.
Кун Цзясян тоже был ошеломлен. Он кисло сказал:
— Этот король действительно может сделать это для тебя.
Цинь И ответил:
— Ну ясное дело, не то что когда я тебя попросил остановить бога, но ты ничего не сделал для этого.
Цвет лица Кун Цзясяна менялся от красного к зеленому.
— Прощай*, — тихо сказал Цинь И и опустил глаза.
П. п.: Благодарность и прощание с королем Цзином в одном слове.
Хотя город-государство Пали было очень интересным, другие города-государства были не особенно хороши. Ему лучше вернуться. Мог ли он это сделать?
Цинь И наклонил голову и негромко сказал:
— Я внезапно почувствовал, что когда меня преследуют и окружают другие, это не так страшно, как я думал.
Здоровяк замер и подумал про себя: «Ну серьезно что ли? Наверное, только вы себя так чувствуете».
Кун Цзясян неожиданно поднял голову. Он почувствовал, что в словах Цинь И была подсказка к тому, что тот собирается сделать дальше.
Огромная черная дыра в небе в одно мгновение разорвалась сильнее, это произошло как раз в тот момент, когда Цинь И намеревался предпринять свою отчаянную попытку.
Неведомый «бог» также намеревался потратить свою силу, чтобы съесть маленьких людей — это для него было большим делом чести, чтобы сохранить уважение к себе. И это нужно было делать перед Божественным домом.
Но здесь не Божественный дом. Даже если он вырвется здесь из дыры, то тот, кто действительно управляет этим миром, господин У, не придет, чтобы удержать его. А сейчас он планировал не только расширить дыру, но еще и проглотить все, что только можно.
«В жопу вам хер, а не отрезание задниц!» — злобно подумал он, а затем разорвал дыру пошире.
Цинь И сказал:
— Пока-пока.
Как только он произнес эти слова, звездолет, которым он управлял, мгновенно убрал все внешние рулежные дорожки и лифты и поднялся в воздух. Как только это чудовище взлетело, оно мгновенно заполнило собой все пространство.
Только тогда служители Божественного дома поняли, что эта громадина не была достаточно страшной только потому, что находилась на земле. По-настоящему ужасающим было ощущение тесноты, когда небо, словно мгновенно сжималось, проплывая над их головами! Казалось, что в следующее мгновение эта штука упадет вниз и раздавит их в кашу. Это было похоже на встречу муравья со слоном.
Страх, рухнувший в их мировосприятие, прочно завладел каждым из их сердец.
— Бегите!
— Бегите быстрее!
Служители Божественного дома ненавидели себя за то, что оказались слишком близко, на мгновение им стало трудно выбежать из тени этого чудовища.
Их новый первосвященник, эта невеста короля города-государства Пали, — оказался до такой степени ужасным, а-а-а!
Кун Цзясян тоже невольно побледнел. Он никогда раньше не путешествовал на военном звездолете. Не говоря уже о том, что даже его собственный отец не имел возможности прокатиться на такой махине. Он наблюдал, как расстояние между кораблем и землей стремительно увеличивается, а его ноги, казалось, подкосились, он спросил:
— Цинь И, ты действительно умеешь управлять этой штукой?
Как только Кун Цзясян произнес эти слова, он почувствовал давление в груди.
Эта огромная штука на самом деле была легко управляемой. Скорость звездолета, несомненно, превышала скорость звука, а может, и приближалась к скорости света, Кун Цзясян не знал. Но в мгновение ока ему показалось, что его тело скрутило под действием этого ускорения. Когда он снова посмотрел вокруг, все было уже черным. Кун Цзясян был настолько потрясен, что его глаза едва не вылезли из глазниц. Он закричал:
— Дыра, эта огромная черная дыра, мы уже рядом с ней!
Человек всегда боится неизвестности, даже если этот человек был альфой, которому с рождения было предписано быть генетически превосходным.
Кун Цзясян хотел встать и остановить Цинь И, но он не знал, как управлять звездолетом, и боялся, что если он подобное сделает, то корабль разобьется. Кун Цзясян был настолько взвинчен, что чуть не спятил на месте.
Но тут звездолет остановился.
Бог за пределами дыры не двигался тоже.
Когда они подошли к отверстию, то стало понятно, что оно недостаточно большое.
Этот гребаный звездолет был как большая задница по сравнению с дырой!
Цинь И тоже потерял дар речи.
Червоточина не выглядела большой, но на самом деле она могла проглотить нечто в сотни раз большее, чем она сама, если только это что-то приближалось к ней. Но эта штука выглядела не так круто, как черная дыра.
Цинь И недовольно пробурчал:
— Пустая трата чувств*.
П. п.: Когда вложено много сил и эмоций по отношению к кому-либо или чему-либо, но отдачи никакой.
У Хун вдруг почувствовал себя немного милым. Робот негромко засмеялся.
От его смеха у Кун Цзясяна по коже побежали мурашки. Его страх тут же рассеялся, и он почувствовал себя не в своей тарелке, поэтому не мог не обернуться, стиснул зубы и выругался, спросив:
— Что смешного?
http://bllate.org/book/13099/1158389
