Готовый перевод When Two Alphas Meet, One’s an Omega / История альфы: как я стал омегой [❤️] [Завершено✅]: Глава 26.3 Очаровательная инфузория-туфелька прошла апгрейд (гибридная версия)

Бай Хуай равнодушно ответил:

— Это нормально. У каждого есть стороны, которые нравятся, и стороны, которые раздражают. Просто нам не повезло попасть в число тех, кто раздражает Хуан Мина, поэтому и он раздражает нас.

Просто человек, переживший много трудностей, сталкиваясь с теми, у кого всё гладко, чувствует смесь зависти и превосходства. Но, видя ребёнка, похожего на него в прошлом, он невольно проявляет заботу.

Нет людей столь же хороших, как в наших мечтах, и столь же плохих, как в наших страхах.

Эти истины Бай Хуай понял, когда ему было четырнадцать.

Услышав его слова, Цзянь Сунъи вдруг повернулся, прищурился и опасным тоном спросил:

— Ну-ка, скажи, какие у меня стороны, которые раздражают?

Бай Хуай усмехнулся:

— Кажется, пока не обнаружил.

Цзянь Сунъи: «...»

— А как ты думаешь, какие у меня раздражающие стороны?

Цзянь Сунъи отвёл взгляд, повернулся назад и с невозмутимым лицом бросил два слова:

— Все целиком.

Бай Хуай посчитал, что слова «все целиком» звучат непозволительно мило.

Даже милее, чем «никаких».

Уголки его губ непроизвольно задрожали.

Он отвёл взгляд от лица Цзянь Сунъи и, посмотрев вперёд, заметил, что Ян Юэ и Сюй Цзясин в ужасе и оцепенении уставились на него.

Как в замедленной съёмке, они переводили взгляд с него на Цзянь Сунъи и обратно.

— Вы... вы только что... флиртовали?

Лицо Цзянь Сунъи потемнело.

Бай Хуай улыбнулся:

— Ян Юэ, добавляем пять килограмм песка к тренировке.

Ян Юэ: «?»

Почему опять страдаю я?

Ладно, будем связывать, бегать, тренироваться. Жизнь такая — у одних есть внешность, интеллект, сила, статус и те, кто их любит, а у других... только жир, который не оставляет их ни при каких обстоятельствах.

В ночной темноте милый толстый грибочек неуклюже перекатывался по полю, а его друзья, одновременно ругая его и подбадривая, оставались рядом.

Когда, наконец, был достигнут установленный для него восьмиминутный норматив, грибочек зарылся в песчаную яму, погрузившись в тихое аутентичное деление, в то время как Бай Хуай и Сюй Цзясин обсуждали тактику на завтра.

* * *

Цзянь Сунъи, не зная, чем заняться, ухватился за канат, взобрался на платформу, лёг, заложив руки за голову, и уставился в тёмно-синее небо.

Южный город располагался в глубине материка, в равнинной местности, окружённой горами. Из-за низкого рельефа и плотных облаков звёзды здесь редко были видны.

Но здесь, в горах на окраине, воздух был чище, небо ближе, а Млечный Путь — ярче.

Сентябрьский ночной ветерок принёс сладкий аромат османтуса, шелест листьев и стрекотание кузнечиков.

Говорят, весну возвещают птицы, а осень — насекомые. Похоже, осень и правда приближалась.

Осень приближалась…

Эта мысль сразу же вызвала в памяти Бай Хуая.

Через несколько дней нужно не забыть купить букет эустом*.

П.п.: *эустома (洋桔梗) — растение из семейства горечавковые. Народные названия: японская роза, ирландская роза, техасский колокольчик, китайская роза, роза без шипов. Популярный цветок в букетах, символизирующий нежность.

Их любил отец-омега Бай Хуая.

Только он подумал об этом, как канат рядом дёрнулся, и вскоре на платформу ступила длинная нога.

Бай Хуай легко подтянулся и оказался рядом с Цзянь Сунъи.

Тот вскочил, собираясь сразу спрыгнуть.

Бай Хуай тихо спросил:

— Избегаешь меня?

Цзянь Сунъи замер, а затем медленно снова лёг в прежнюю позу:

— Нет.

Не то чтобы избегал... Просто если оставаться с Бай Хуаем наедине, неизбежно вспоминалась сегодняшняя утренняя реакция, и это вызывало неловкость.

Бай Хуай устроился рядом в такой же позе и равнодушно заметил:

— Тем лучше. Всё равно избегать бесполезно — сегодня мы опять встретимся в нашей комнате, и так или иначе будем постоянно сталкиваться. Ты же не станешь, как разозлившаяся супруга, выгонять меня спать в туалет?

Цзянь Сунъи почувствовал, что Бай Хуай этим сравнением воспользовался в своих интересах, но сейчас, когда он сам испытывал неловкость, не решился придраться.

Но он боялся, что Бай Хуай неправильно всё поймёт, поэтому, несмотря на смущение, пробормотал:

— Я не ждал тебя за ужином, потому что видел, что тренировка с Ян Юэ затянется, и хотел принести вам горячую еду пораньше.

Вообще дружба между парнями обычно проста и не зациклена на мелочах вроде того, кто с кем поел, сходил в туалет или пошептался.

Поэтому такое объяснение звучало неуклюже и неестественно.

Бай Хуай, вне поля зрения Цзянь Сунъи, улыбнулся и мягко сказал:

— Я знаю. Я не настолько мелочный.

— Хорошо, что ты понимаешь. Но ещё...

Цзянь Сунъи запнулся.

Обычно он не стеснялся в выражениях, но сегодня язык будто не слушался его. Некоторые слова крутились на кончике языка, но так и не могли слететь с него.

Бай Хуай тоже не торопился, мягко спросив:

— Что ещё?

— Ещё... нам с тобой нужно быть осторожнее в будущем.

Бай Хуай повернулся к Цзянь Сунъи.

В ночи острые черты его красивого лица казались мягче, чем обычно. Звёзды отражались в его глазах, делая их ясными и светлыми, а кончики ушей слегка порозовели.

В этот момент он выглядел удивительно невинно.

Бай Хуай не знал, означает ли эта фраза, что Цзянь Сунъи что-то заподозрил и теперь косвенно отвергает его. Сердце внезапно сжалось, словно из клубка ваты выдернули нить — тревожно и болезненно.

Он постарался, чтобы его голос звучал как можно мягче, когда снова заговорил:

— Почему?

Цзянь Сунъи сжал губы, подбирая слова, и наконец очень тихо ответил:

— Мы выросли вместе, как братья, и привыкли к некоторой близости. От привычек трудно избавиться. Но как бы там ни было, я теперь омега, так что... ты же понимаешь?

С этими словами он отвернулся, делая вид, что наблюдает за двумя дураками, копошащимися в песочной яме.

Бай Хуай на мгновение застыл, затем повернулся к небу и тихо рассмеялся:

— Да. Ты абсолютно прав.

В один из ранних осенних вечеров, под звёздным небом, в аромате османтуса, одна прелестная инфузория-туфелька перед тем, как быть уничтоженной газировкой, успела слегка эволюционировать.

http://bllate.org/book/13134/1164815