Глава 85. Половина двучасия
Когда Творец ловко склонил Вэй Э к подношению Ему, весь город Гушао претерпевал аномальные перемены.
В городе смолкли даже крики домашней птицы.
Кроме игроков, втянутых во [внутренний Гушао], все живые люди казались словно с наведённой порчей: тихие и беззвучные. В постоялых дворах купцы и караванщики, ещё недавно яростно поносившие вождя, теперь безучастно сидели у костров. Огонь едва тлел, тускло выхватывая из темноты лица, на которых ещё недавно лежал синевато-белый мертвенный налёт.
На странице трансляций Центрального континента по инстансу «Горный владыка Южного Юньнаня» лишь единичные стримы продвинулись до Гушао.
Остальные добрались до бамбукового, усыпанного кровавыми цветами Гушао только днём, тогда как у Первого основного отряда здесь занавес уже был поднят.
И всё же ни у кого из зрителей не поднималось настроения, в комментариях сгущались страх и тревога.
Почти все участники оказались заперты во [внутреннем Гушао], а единственный, кому удалось выбраться, Вэй Э, — его POV почернел. Кроме того, в правом верхнем информационном блоке трансляции ID Вэй Э непрерывно пульсировал кровавым свечением. Это означало, что игрок уже оказался в предельно критическом положении.
И он мог погибнуть в любой момент!
Никто не знал, что с ним случилось, и никто не понимал, почему дом Гупо страшнее, чем внутренний Гушао.
***
Святилище было залито кровавым сиянием.
Красивый сереброволосый молодой человек, опираясь одной рукой на крышку гроба и запрокинув голову, сидел так, что его волосы водопадом спадали вниз. Он сам подставил шею под зубы Божественного жениха, а его фигуру целиком накрыло это ужасающее существо в кроваво-красных свадебных одеяниях. В то же время над молодым человеком нависала высокая мрачная тень, укутывая его без остатка, так что снаружи не виднелось даже пальца.
На первый взгляд они походили на близких любовников.
Но стоит присмотреться и холодный ужас поднимался по коже…
Сереброволосый молодой человек явно висел на сгибе руки высокого, пугающего Божественного жениха, а тот тщательно, методично впивался зубами, покусывая его шею.
Для Творца видеть, как эта самая холодная и упрямая добыча, Вэй Э, вопреки своей воле выдаёт слабость, повисая в чьём-то сгибе руки, было самым приятным зрелищем на свете. Особенно как его тепловатое тело прильнуло в объятия. С виду равнодушный и холодный, а в самом теле всё равно теплилась ничтожная, муравьиная нежность.
Когда его серебряные волосы стекали вдоль сгиба руки, высокая фигура Божественного жениха невольно прижалась ещё ближе.
Словно разминая тёплую живую плоть и вдавливая её в собственный мрачный силуэт.
Вэй Э казалось, будто его обвивает ледяной питон, и кости вот-вот хрустнут под этой хваткой.
Рука, которой Творец удерживал Вэй Э, скользнула выше и прямо погрузилась в его серебряные волосы, заставляя запрокинуть голову ещё сильнее и ещё полнее обнажая смертельно уязвимое горло.
Перед тёмно-красным светом святилища шея молодого человека лишилась всякой защиты и прикрытия.
Снежно-белая кожа была запятнана кровью, которую Он только что стёр, отчего она выглядела ещё более хрупкой и влажно-блестящей. Это всё сильнее соблазняло неведомое страшное существо, маня его лакомиться добычей в своё удовольствие.
Словно и не предполагая, что Вэй Э так добровольно выставит напоказ своё слабое место, Он кончиками пальцев дважды провёл по его шеи сбоку, а кончик языка приблизился и опустился на кожу, задвигался по ней, как змея. В следующее мгновение черноволосое, с длинными волосами божество-аномалия разомкнуло рот, и как раз в тот миг, когда тело молодого человека, висящего в сгибе руки, напряглось до предела, Он одним укусом вцепился ему в горло.
Острые кончики зубов несли в себе смертельную угрозу и мрачность, не свойственные живому существу.
И почти в тот же миг изнурённое тело Вэй Э натянулось, как до предела натянутая тетива.
Ощущение того, что тебя удерживают в пасти, было несравнимо сильным.
Стоило Творцу лишь сомкнуть зубы и чуть повести ими, горло Вэй Э могло быть разодрано в клочья.
Это, без сомнения, был самый отчаянный, самый вынужденный поступок Вэй Э. В миг, когда у него не оставалось ни капли сил на ответный удар, он сам подставил своё смертельно уязвимое место заклятому врагу, который, не колеблясь, убил бы его.
Однако кровавые отблески мигали в окне. Времени почти не оставалось, и Вэй Э мог лишь пойти ва-банк, рассчитывая, что Творец слишком уж любит играть с пищей, которая, по Его мнению, полностью у Него под контролем, и не станет убивать его сразу. Когда боль усилилась, почти до того, что инстинкт самосохранения, толкавший Вэй Э на оборонительную атаку, уже нельзя было сдержать, Творец наконец ослабил укус.
Возможно, подношение оказалось столь изысканным на вкус, что превзошло ожидания, и Он отказался от намерения сперва язвительно кинуть пару слов, чтобы вызвать у Вэй Э отвращение.
Кончики пальцев несколько раз легко провели по коже Вэй Э и Он переключился на другое, начал старательно наслаждаться угощением.
А другая рука Вэй Э, вцепившаяся в крышку гроба, тут же побелела.
Его лицо стремительно стало мертвенно-белым. Казалось, вместе с щиплющими укусами Творца из него убывает нечто… лакомились не только плотью, забирали и ещё что-то иное. Прежде чем Вэй Э успел понять, чем именно питается этот бог-аномалия, сырой холод Его дыхания медленно облизал несколько выступивших капель крови, и, не задержавшись, Он внезапно ускорился.
И в этот миг Вэй Э вдруг понял одну вещь.
Он ни разу по-настоящему не задумался, что же такое Творец.
Не дав ему времени на мысли, Творец уже сжал пальцами его шею, и ткань с восковой набойкой одежды деревни мяо просто распахнулась. Творец полупетлёй обвил Вэй Э. Высокую прямую переносицу Он плотно прижал к его нижней челюсти, повернул лицо и вновь и вновь смаковал тепло живого человека и тонкие костные выступы.
Вэй Э, морщась, задрал голову, терпя это, и одновременно про себя отсчитывал время.
Творец на самом деле не разорвал ему горло. Он лишь оставил несколько неглубоких прокусов.
Но по мере того как это пиршество углублялось, пальцы Творца сомкнулись на нижней челюсти Вэй Э, фиксируя молодого человека под удобным Ему углом, а губы медленно поползли ниже. Несколько прядей серебряных волос скользнули по его холодным, прекрасным чертам, по морозному, словно снежному, лицу. На нём не осталось ни тени краски, побледнели даже губы.
Он терпел смакование Творца. Крошечные капли пота просачивались и промачивали волоски у висков.
В узком чердаке без конца раздавались тихие, странные звуки.
Смакование Творца становилось всё более бесцеремонным, и тогда молодой человек поднял руку и пальцами ухватился за Его чёрные волосы.
Тянул не слабее, чем Творец тянул его собственные.
Творец простил пище эту крошечную дерзость.
Он вновь и вновь, всё глубже и тщательнее, смаковал те места, которые уже пробовал в Кровавом Серебряном руднике, и те, до которых не добирался с самого первого дня квеста. Так Он выискивал, что именно составляло третье из его мощных желаний катарсиса.
И даже после того, как Вэй Э уже был вынужден преподнести себя в жертву, Творец не ощутил ни малейшего насыщения. Напротив, жар лишь разгорался всё сильнее… Особенно когда хрупкое, худое тело молодого человека, хранящее присущее живым тепло, полностью вжалось в Его объятия, эта стремительная жажда катарсиса стала ещё быстрее и яростнее.
Он уже предостаточно долго вымерял на теле этой добычи каждый сантиметр, плёл хитрости. Теперь внезапно утратил терпение, чтобы неторопливо разобраться.
С глухим стуком локоть Вэй Э резко врезался в холодное жёсткое дерево гроба. Не найдя ответа после стольких поисков, Творец просто прижал его спиной к поверхности гроба. Тело ударилось о доски, в костях отозвалось тупой болью. Сразу же над ним склонилась фигура бога-аномалии. Свадебные одежды Божественного жениха упали на бок человеческого тела, а затем колено упёрлось в древесину, намертво прижимая прекрасного и слабого человека между Собой и гробом.
Тело, у которого ещё оставался хоть небольшой простор для движения, в тот же миг оказалось зажатым между высоким богом-аномалией и крышкой гроба, полностью лишённое возможности шевельнуться.
Вэй Э сдвинул брови, коротко хмыкнул и обеими руками вцепился в края гроба. В изломе бровей застыла холодная злость.
И всё же для взирающего на него сверху Творца именно в этот миг та странная, причудливая мысль неуклонно крепла, и источником её был — прекрасная, хрупкая жертва под Его телом.
— …Разве ты не говорил, что я сам принесу себя в жертву? — Вэй Э поднял глаза и холодно произнёс. — К сожалению, беру свои слова обратно.
Он выглядел мягким, но в серебряных глазах мелькнул резкий, обжигающе-яростный блеск.
Если Он не мог найти ответ, то остаётся лишь одно: дотошно искать его, место за местом, по всему телу.
— Как же я могу сразу убить такую пищу, как ты? — голос Творца был мягок, как шёлк, а бледная широкая ладонь неторопливо раскрылась. — Разумеется, мне нужно… медленно… наслаждаться [тобой].
Ощущение катарсиса, в тот миг как Вэй Э инстинктивно отпрянул от боли и отвращения, сбилось. Несколько ржаво-красных железных цепей взметнулись по гробу, словно змеи, обвили запястья Вэй Э и дёрнули его обратно под Его тело. Высокая, ледяная переносица прижалась вплотную, принося с собой свойственную аномалиям мрачность, а воздух, напитанный внезапным нетерпением Творца, резко раздулся в тесном чердаке, и тот тут же ответил искривлёнными, ломкими скрипами.
Гроб жалобно заскрипел. Почти всё тело молодого человека было насильственно вдавлено и прижато к нему.
И пальцы бога-аномалии опустились на место, которое Он пронзил ранее.
Ледяные пальцы вдавились в мышцу и всколыхнули вложенную туда ранее ауру аномалии.
—— Сейчас всё сорвётся.
Как только эта мысль мелькнула, Вэй Э без колебаний поднял руку и обвил переменчивого бога-аномалию. Тёплое тело само приблизилось. Обычно равнодушный и упрямый молодой человек почти беспомощно обхватил Его плечи и шею обеими руками. Незнакомая доселе жажда катарсиса почти мгновенно достигла пика.
Творец инстинктивно согнул пальцы, которые уже собирались вонзиться внутрь, прижал худое тело Вэй Э и притянул его к Своим объятиям.
Однако как раз в этот миг обе руки Вэй Э прошли сквозь фигуру Творца и потянулись к свёртку, унесённому Им.
Тому самому свёртку, вынесенному из дома старосты Му Чунпа.
Кровавые отсветы в святилище качнулись, и несколько ржаво-красных железных цепей метнулись к запястьям Вэй Э, как молнии. Но прежде чем они сомкнулись, залитые потом ладони Вэй Э уже ухватили свёрток, и лежавшая в нём вещь вывалилась ему в ладонь, перехваченная пальцами. Почти одновременно в голове прозвучал холодный механический голос системы «Фольклор»…
[Дин-дон! Поздравляем игрока Вэй Э с получением третьего [Серебряного камня]!]
[Для вас активируется секретная сюжетная ветка!]
Как только эти две строки системного уведомления прозвучали, лицо Творца резко похолодело, а кровавый цвет на окне Вэй Э, запятнанном Им, стал стремительно расползаться.
Но было уже поздно.
Мир перед глазами Вэй Э стремительно преобразился, ещё поспешнее и быстрее, чем при входе в испытание «Судьи Смерти».
Кровавые отсветы святилища мигнули. Силуэт бога-аномалии затянул весь чердак, и жуткая тень накатила сверху, накрывая.
Фигура Вэй Э ушла вниз, и в тот же миг, когда он провалился, длинные холодные пальцы бога-аномалии скользнули по его запястью, а Его мрачный голос будто бы способен был отпечататься прямо в теле.
***
[Поздравляем игрока Вэй Э с активацией скрытого сюжета [Змея Цуань-Бо Ба]!]
[Этот скрытый сюжет — побочный квест на выживание.]
[В городе Гушао обитают два загадочных племени Цуань и Бо, поклоняющиеся странному «Богу-Дракону». Сегодня ночью вы оказались на их жертвоприношении. Лишь отыскав таинственный предмет, вы сможете выжить.]
[Примечание: У вас только одна попытка!]
Пока в ушах ещё звенел этот механический, давящий сигнал, на окне Вэй Э всё ещё ползла живая полоса крови. Вся статистика на панели была искажена до предела.
Когда головокружение от провала в скрытую ветку стихло, Вэй Э материализовался в тёмной комнате деревенской постройки. Почти сразу он споткнулся и опустился на колено, одной рукой упёрся в стену и закашлялся. В конечностях по-прежнему стояла вязкая одеревенелость чужого контроля, а ненормально мрачная аура аномалии не выходила из тела.
Когда «Фольклор» насильно выдернул его из подношения «Кровавой жертвы», очевидно, был применена вовсе не штатная процедура.
Его снаряжение, магазин и личные данные в окне по-прежнему оставались заражёнными и запечатанными Творцом.
Лишь «окно заданий» чуть заметно подсветилось.
Спастись из чердачного святилища Вэй Э смог благодаря особому предмету [Серебряный камень], добытому с трупа Му Чунпа.
Его окно было захвачено Творцом, так что вытащить снаряжение он и вправду не мог. Но существовал один тип вещей, которые не требовалось извлекать, чтобы пользоваться ими: предметы, активирующие скрытые сюжеты.
Два особых серебряных камня Вэй Э нашёл на двух башнях частокольного укрепления в ущелье, где совершались человеческие жертвоприношения. В тот раз система сообщала, что сбор трёх «серебряных камней» активирует скрытый побочный квест, а третий камень как раз лежал в свёртке, выпавшем из трупа Му Чунпа. Тогда, перехватив свёрток, Вэй Э сжал его в ладони и по форме догадался, что внутри.
Раньше, в квесте «Обряд возжигания благовоний в южной части провинции Фуцзянь», не раз бывало так, что стоит собрать улики и сюжет тут же активируется, не оставляя никакой передышки.
Поэтому тогда, для надёжности, Вэй Э не стал раскрывать свёрток в жутковатом, странном доме деревенского старосты, а пронёс его обратно и не спешил активировать побочный квест.
Творец вторгся в его систему, поэтому всё снаряжение Вэй Э оказалось под контролем Творца.
Зато тот самый предмет, не запускавший у системы «страховочной» проверки, к счастью обошёл Его контроль и стал последней ниточкой надежды на выживание.
Когда Творец забрал свёрток, он просто швырнул его в сторону.
Если хотел вернуть свёрток, сделать это можно было лишь в миг, когда Творец отвлечётся. Между двумя условиями, которые выставил Творец — умолять Его или добровольно принести жертву, Вэй Э без колебаний выбрал второе.
—— Вэй Э добровольно принёс себя в жертву Творцу по двум причинам: во-первых, чтобы вернуть тот серебряный камень; во-вторых, чтобы выиграть время для «Фольклора».
Если спросить, кому Творец угрожает сильнее всего, помимо того, с кем у Него личная вражда, то ответом будет «Фольклор».
В первом квесте Творец явился, подменив «Божественного жениха», и Его сила была далеко не столь велика, как в «Горном владыке Южного Юньнаня». А во втором, когда Творец появился вновь, казалось, Он уже полностью завладел личиной «Божественного жениха» и, сверх того, нащупал лазейки в «Фольклоре».
Система «Фольклор» не могла идти против жертвенной связи и воспрепятствовать тому, чтобы божество-аномалия вкушало собственное приношение, но стоило лишь заполучить [Серебряный камень], как «Фольклор» наверняка ударил бы со всей мощью и отправил его в сюжет.
Как только скрытая ветка дозагрузилась, ещё прежде чем Вэй Э успел оглядеть окружающее, метка у основания шеи вспыхнула пульсирующим жаром, словно к ней прижал палец бог-аномалия.
Вэй Э перевёл взгляд на своё окно. Какое-то время назад оно автоматически переключилось на вкладку «Кровавая жертва». Из двух слов «Божественный жених» сочилась тёмно-красная кровь и медленно растекалась по краям… Творец всё ещё продолжал разъедать систему. Казалось, в любую секунду Он мог воспользоваться уже сложившейся «жертвенной связью» и войти в скрытый сюжет.
Вэй Э глубоко вдохнул, и лицо его успокоилось.
Он, может, и не хотел умирать от руки Творца, но приложению «Фольклор» умирать хотелось ещё меньше. Если уж кому здесь и впадать в панику, то первым запаникует «Фольклор». И словно подтверждая расчёт Вэй Э, окно дрогнуло, а тёмно-красный цвет у двух слов «Божественный жених» был зловеще стянут, будто зажат. Вскоре в правом верхнем углу окна всплыло недоброе изображение песочных часов, и кровь в них стремительно лилась вниз.
Оставшееся время таяло стремительно и при этом без всякого ровного ритма.
— Тебе не уйти, Вэй Э.
Голос Творца прозвучал у самого уха и едва заметно смешивался с пронзительной, очень глубокой яростью. Он холодно и жутко, неся в себе страшное, пожирающее желание, впервые произнёс имя молодого человека.
И в тот же миг метка у основания шеи Вэй Э будто вспыхнула и обожгла кожу.
http://bllate.org/book/13286/1180403
