Готовый перевод This Forensic Doctor Is a Bit Cold / Этот судмедэксперт немного холоден: Глава 2.1. Пролог 2

— Сколько ещё ждать снайпера?!

— Здесь такая глушь, что даже машина не проедет. Откуда ему взяться так быстро?!

— И что теперь делать?!

— Капитан приказал продолжать тянуть время!

— А где Хэ Лэ? Что-то его не видно.

Тем временем Хэ Лэ уже обошёл книжный магазин с группой оперативников с тыла и теперь бесшумно пробирался внутрь.

Через дверь, ведущую во внутренний двор, он осторожно оглядел помещение.

Чёрный Пёс по-прежнему держал заложника, приставив нож к его горлу, и находился в крайне нестабильном состоянии.

— Капитан, я внутри.

— Как там обстановка? Сможешь стрелять? — раздался в наушнике голос Ди Е.

— Обзор частично перекрыт. Не уверен, что смогу попасть.

— Хорошо. Пока ничего не предпринимай. Постарайся выманить его наружу, а я с оружием займу позицию на башне с часами.

Пока Хэ Лэ размышлял, как выманить Чёрного Пса наружу, у того вдруг зазвонил мобильный телефон.

Чёрный Пёс пнул заложника под колено, достал телефон и ответил:

— Какого хуя ты притащил за собой полицию?! Быстро бери людей и вытаскивай меня отсюда! Если меня возьмут, тебе тоже не уйти!

— Ты, блядь, шутишь, что ли? Это уголовный розыск! Ты думаешь, тут стенка на стенку махаться собрались?

— Мне плевать! Ты обязан меня вытащить!

— Слушай, скажу как есть: раз начал такую жизнь, должен был понимать, что однажды такой день настанет. Только попробуй хоть что-нибудь вякнуть — я прикончу Таоцзы*!

*Тацзы (桃子 / Táozi / Таоцзы) буквально «персик» — ласковое прозвище или имя девушки, которой угрожает собеседник Чёрного Пса.

Чёрный Пёс начал тяжело дышать и, захлёбываясь яростью, заорал:

— Да пошёл ты на хуй, ублюдок*! Ты хоть тронь её, я тебя...!

*Да пошёл ты на хуй, ублюдок! (我草你奶奶的 / wǒ cào nǐ nǎi nai de / во цао ни най най дэ) — грубое китайское ругательство, дословно «трахну твою бабушку», выражает крайнюю степень гнева и презрения. 草 здесь является созвучной заменой обсценного 操 — «ебать», а 奶奶 означает «бабушка по отцовской линии».

— Думаешь, не посмею?

Чёрному Псу приходилось одновременно следить за дверью, откуда в любой момент могли ворваться полицейские, удерживать заложника и препираться с человеком на другом конце линии. К тому же у него началась ломка, и он уже находился на грани срыва.

— Цзянь-гэ*, только не трогай её. Обо всём остальном договоримся!

*Цзянь-гэ (剑哥 / Jiàn-gē / Цзянь-гэ) — обращение к мужчине по имени или прозвищу Цзянь с уважительным 哥, буквально «старший брат». В близком или криминальном кругу такое обращение подчёркивает старшинство и авторитет.

Цзянь-гэ безжалостно сбросил звонок.

В приступе ярости Чёрный Пёс швырнул телефон. Тот ударился о стену, упал на пол и развалился надвое.

— Так или иначе, мне конец!* Если уж подыхать, то сдохнем все вместе!

*Так или иначе, мне конец (横也是一刀，竖也是一刀 / héng yě shì yì dāo, shù yě shì yì dāo / хэн е ши и дао, шу е ши и дао) буквально «и поперёк — один удар ножом, и вдоль — один удар ножом» — образное выражение о безвыходном положении, когда любой выбор ведёт к одному и тому же плохому исходу.

Чёрный Пёс окончательно сорвался и, продолжая удерживать Лэн Нина, начал пятиться к выходу из книжного магазина.

Лэн Нин отчётливо чувствовал, как дрожит лезвие, прижатое к его шее.

— Где ключ? — спросил Чёрный Пёс. Крупные капли пота* одна за другой стекали по его лицу.

*Крупные капли пота (豆大的汗水 / dòu dà de hàn shuǐ / доу да дэ хань шуй) буквально «пот размером с боб» — образное выражение, описывающее очень крупный, обильный пот.

Лэн Нин медленно сунул руку в карман и двумя пальцами вытянул связку ключей самых разных форм и размеров.

Чёрный Пёс взглянул на связку, затем на железные ворота и продолжил тащить Лэн Нина к дальнему концу переулка.

Эти ворота были его последней надеждой. Стоило ему выбраться отсюда — и он обязательно прикончит того ублюдка. С ним самим пусть случится что угодно, но Таоцзы должна остаться в живых.

— Ты слишком сильно давишь, я не вижу замочную скважину, — Лэн Нин взял ключ из связки и медленно потянулся к покрытому ржавчиной замку на железных воротах.

На самом деле, ключа от этих ворот у него не было. Он солгал Чёрному Псу и выманил его наружу лишь затем, чтобы дать себе шанс выжить. Как только голова преступника окажется в поле зрения полицейских, у Лэн Нина появлялась надежда на спасение.

Это было единственное решение, к которому он пришел в результате напряжённых расчетов. Если его план провалится, он превратится в труп.

Лэн Нин медленно поднёс ключ к скважине. Но в тот момент, когда ключ должен был войти в скважину, его рука вдруг дрогнула, ключ выскользнул и со звонким лязгом упал на землю.

В этот момент его сердце подскочило к горлу, но на лице не было видно ни капли паники:

— Прости, выскользнуло.

Чёрный Пёс и без того был напряжён до предела:

— Ты, сука, издеваешься надо мной?! Сдохнуть захотел?!

От постоянного движения острое лезвие уже рассекло кожу на шее Лэн Нина. Липкая кровь потекла вниз, но он не стал умолять о пощаде. Вместо этого заставил себя сохранять спокойствие и медленно наклонился, словно собираясь поднять упавшие ключи…

Когда он наклонился, большая часть головы Чёрного Пса оказалась открыта для выстрела.

Три секунды! Он даст им три секунды. Если за это время никто не выстрелит, придётся рискнуть жизнью и действовать самому!

Хэ Лэ увидел, что цель открылась, и немедленно навёл оружие на голову Чёрного Пса. Но за мгновение до того, как нажать на спусковой крючок, он замешкался.

Пусть на стрельбах он стабильно выбивал девять очков, сейчас перед ним был живой человек. Стоило промахнуться или попасть в заложника — и всё обернулось бы кошмаром.

Три…

Два…

Бах!

Оглушительный выстрел, прогремевший за спиной Лэн Нина, был подобен порыву ветра. Тело Чёрного Пса резко дёрнулось, а затем потеряло равновесие и рухнуло вниз.

Лэн Нина забрызгало кровью. Запах, напоминающий кипящую ржавчину, ударил в нос, раздражая каждый нерв и на мгновение лишив способности думать.

Дзынь!

Следом на землю упал нож.

Короткое мгновение словно растянулось до бесконечности. Тело Чёрного Пса осело на землю. Посреди его лба зияло отверстие, из которого вытекала кровавая масса с фрагментами могза…

Кто-то застрелил Чёрного Пса.

Лэн Нин выиграл эту ставку.

Он поднял голову и посмотрел туда, откуда прилетела пуля. На башне с часами, чей готический шпиль уходил высоко в небо, против света стоял мужчина и быстро убирал служебное оружие.

В следующую секунду мужчина вдруг рванул вперёд, одной рукой опёрся о перила и ловко перемахнул через них вниз.

***

Хэ Лэ сорвался с места, словно гончая.

Первым делом он проверил Чёрного Пса — тот был мёртв.

Убедившись, что жизни заложника ничего не угрожает, Хэ Лэ наконец облегчённо выдохнул и лишь тогда вытер со лба холодный пот.

Только что он едва не умер от страха. Хорошо, что капитан принял решение за него.

Хэ Лэ помог заложнику подняться и, обернувшись, крикнул:

— Быстрее, несите аптечку!

Он заметил, что молодой человек перед ним вовсе не выглядел перепуганным до полусмерти*. Напротив, во всём его облике чувствовалось какое-то ненормальное спокойствие.

*Перепугаться до полусмерти (屁滚尿流 / pì gǔn niào liú / пи гунь няо лю) буквально «пукать и мочиться от страха, катаясь по земле» — грубоватое устойчивое выражение о крайней степени испуга и паники.

Обычно в таких ситуациях люди просто падали в обморок от страха, а этот парень даже не забыл поднять с земли ключи!

По долгу службы им часто приходилось участвовать в учениях по освобождению заложников. Обычно роль заложника поручали кому-нибудь из коллег, и порой, если тот недостаточно убедительно изображал страх, начальство ещё и ругало его за неправдоподобную игру.

Сейчас Хэ Лэ ужасно хотелось записать реакцию настоящего заложника на видео, а потом показать запись руководству, чтобы доказать одну-единственную вещь: в этом мире действительно существуют неестественно спокойные заложники.

Хладнокровие и умение использовать любую доступную возможность — эта попытка спасти себя была практически образцовой, достойной быть увековеченной в учебниках. Жаль, никто не снял происходящее на видео!

Увидев, что порез на шее заложника всё ещё кровоточит, Хэ Лэ наклонился ближе и осмотрел рану.

К счастью, порез был неглубоким: лезвие лишь рассекло кожу.

Хэ Лэ нажал кнопку на гарнитуре и доложил Ди Е:

— Чёрный Пёс мёртв. У заложника небольшая поверхностная рана…

Шу Шу, единственная женщина-детектив в выездной группе, торопливо подбежала с медицинским чемоданчиком и, разглядев лицо заложника, невольно замерла.

Она никогда прежде не видела настолько красивого парня.

Его профиль был освещён утренним светом, и кожа казалась гладкой, словно фарфор. На крыльях носа и щеках был отчётливо виден тончайший светлый пушок, но ни единого пятнышка или изъяна.

Шу Шу вдруг вспомнила подходящее описание— «безупречно чистый и белый»*.

*Безупречно чистый и белый (洁白无瑕 / jiébái wúxiá / цзебай уся) буквально «белый и чистый, без единого изъяна» — идиома, описывающая идеальную чистоту и совершенство, часто применяется к коже или нефриту.

Именно поэтому кровь, проступавшая на такой безупречной коже, казалась особенно бросающейся в глаза и неуместной.

Шу Шу очень хотелось стереть её, но её рука не поднималась — даже простое прикосновение могло осквернить эту чистоту.

Лишь спустя некоторое время она опомнилась, достала из кармана пачку салфеток и протянула Лэн Нину:

— У тебя на шее кровь. Вытри.

— Спасибо, — Лэн Нин взял салфетки, достал одну и вытер кровь с шеи.

Закончив вытирать шею, он так же тщательно стёр кровь со связки ключей.

Шу Шу заметила, что к кольцу для ключей прикреплена подвеска в виде планеты, и невольно спросила:

— Эта подвеска какая-то особенная? Ты так бережно с ней обращаешься.

После того как Лэн Нин пришёл в сознание пять лет назад, эта подвеска была единственной вещью, которая находилась при нём. Он ничего не помнил, но подсознательно чувствовал, что она для него очень важна.

Говорить о подвеске Лэн Нину не хотелось, поэтому он перевёл разговор на другую тему:

— Кто только что стрелял?

— А, это был наш капитан! — Шу Шу достала из медицинского чемоданчика маленький флакон йодофора* и два пластыря.

*Йодофор (碘伏 / diǎnfú / дяньфу) — широко используемый в Китае антисептический раствор на основе комплекса йода, обычно повидон-йода; применяется для обработки кожи и поверхностных ран.

— Спасибо. Я сам, — сказал Лэн Нин.

Он привычным движением смочил марлю антисептиком и обработал рану, затем распечатал пластырь и уже собирался на ощупь приклеить его себе на шею, когда рядом раздался голос:

— Криво.

К Лэн Нину внезапно протянулись чьи-то руки. Мужчина без всяких церемоний забрал пластырь прямо из его пальцев и тут же наклеил точно на порез.

Лэн Нин на мгновение замер. А когда опомнился и поднял голову, пластырь уже был наклеен.

Мужчина не стал задерживаться рядом с ним. Он прошёл мимо и остановился возле тела Чёрного Пса. Когда тот слегка наклонился, Лэн Нин увидел аккуратно и коротко выбритый затылок. Во всём облике незнакомца чувствовалась сильная, подчёркнутая мужественность.

Лэн Нин отметил, что мужчина был очень высоким — на глаз почти метр девяносто. На нём были тяжёлые полицейские ботинки, а поразительно длинные ноги невольно притягивали взгляд. Широкие плечи и узкая талия создавали почти идеальные пропорции. Сразу было видно, что он не пренебрегал тренировками.

Если Лэн Нин не ошибался, именно этот человек только что стрелял с башни и спас ему жизнь.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: идёт перевод

http://bllate.org/book/13324/1185501