Готовый перевод The weak villain doesn't want to work hard anymore / Больной злодей решил больше не работать❤️ (Перерождение).: Глава 44.

Се Хэн затормозил машину внизу у входа в больнице, пробежал весь путь наверх и с грохотом распахнул дверь палату Се Сюана.

Он увидел, как медсестра убирала мусор на тумбочки у кровати, повернула голову, услышав звук, и подозрительно посмотрела на него.

Се Сюан спокойно лежал на больничной кровати, Се Хэн спросил, тяжело дыша: “Он еще не проснулся?"

Медсестра покачала головой: “Он спит, в чем дело?"

Се Хэн чувствовал себя не в своей тарелке, поэтому он еще раз осмотрел тело, чтобы убедиться, что человек все еще дышит и просто уснул. Только тогда сердце с облегчением стало стучать нормально, и он вздохнул с облегчением.

Медсестра заметила его странную реакцию и спросила: “Что-то не так?"

“Нет... все в порядке." Се Хэн, наконец, перевел дыхание, чувствуя, что его сердцебиение успокоилось, и он даже смог выровнять свое дыхание. Он сел у кровати и некоторое время отдыхал, затем медленно прилёг на постель, почти обессиленный.

Все верно, дневник был написан больше месяца назад. Это у него в голове был полный беспорядок, и он подумал, что Се Сюан сейчас покончит с собой.

Он вспотел от бешеной пробежки, и решил выйти в коридор. Когда он подошел к двери палаты, он столкнулся с Цзян Хуаем и удивленно спросил: “Почему вы еще не ушли?"

Эти двое предпочли не разговаривать в палате и нарушать покой пациента. Цзян Хуай сказал: "Мой пациент здесь, в куда мне идти? Последние несколько дней я нахожусь в больнице, и я не смею уйти, пока он не поправится. А, что ты здесь делаешь?”

Се Хэн задумался, а потом быстро направился к кабинету Цзян Хуая: “Пойдемте со мной.”

Цзян Хуай удивился: "Что ты делаешь? Я просто пошел проверить пациента, а потом собирался перекусить.”

“Я угощу вас ужином в другой раз." Се Хэ затащил его в кабинет, сразу же запер дверь и положил дневник ему на стол: "Я вам кое-что покажу. Не удивляйтесь, когда прочитаете содержимое".

Цзян Хуай был еще более озадачен. Он открыл дневник, несколько разрозненных страниц сразу де выскользнуло из него, он поспешно протянул руку, чтобы все собрать: "Где ты нашел этот дневник. Он, что старше тебя?"

Он внимательно просмотрел содержимое дневника и через некоторое время нахмурился: "Чей это дневник?"

“Моего дяди.”

“……да." Цзян Хуай ранее не видел почерка Се Сюана. Он был явно шокирован. Он несколько секунд изумленно смотрел на Се Хэна. Убедившись, что тот не шутит, он стал внимательно изучать дневник, и ничего не говорил, пока не закончил его читать.

Какое-то время он не знал, что сказать: "Это...”

Се Хэн взял половину страницы: “Именно из-за того, что я случайно подобрал этот кусок, я неправильно понял своего дядю. Я думал, что он действительно хотел убить меня, а потом ... Он очнулся здесь в больнице, и сказал мне прочитать дневник полностью, и я нашел его.”

“Тогда, почему ты пришел ко мне с ним?" Цзян Хуай был встревожен: “Это не хорошо, позволить мне прочитать его дневник... Почему ты показал его мне?"

“Он попросил меня показать его вам.”

Цзян Хуай нахмурился сильнее: “Начало этого дневника было нормальным, но в середине он внезапно начал сомневаться в мире, думая, что им управляют другие, и что кто-то хотел, чтобы он умер ... Был ли это бред? Он сумасшедший?”

Затем он опроверг себя: "Это невозможно. В тот день твой дядя пришел в больницу на медицинский осмотр. Я говорил с ним. Его поведение было нормальным. Само собой разумеется, что если бред жертвы настолько силен, появятся симптомы, похожие на спутанность сознания, речи и ненормальное поведение, но он абсолютно здоров, и говорит очень ясно. Позже я был у вас дома и продолжал наблюдать за ним, но не обнаружил никаких психологических проблем. Разве я не показывал вам результаты его обследования? Поражений головного мозга нет, и все физические показатели в основном в норме. Не похоже, что у него нет психического заболевания.”

“Тогда с какой стати?" Се Хэн, очевидно, не может понять: "Зачем он вел такой дневник?"

“Я не думаю, что тебе следует задавать мне этот вопрос, верно?" Цзян Хуай вздохнул: “Забудь об этом, он не сможет ответить тебе, если ты спросишь его сейчас. Тебе лучше перестать выяснять и подождать, пока ему станет лучше".

Он взял в руку ручку, как будто хотел что-то записать в медицинской карте Се Сюана, но в конце концов он ничего не сделал и сказал себе: “Или он действительно был болен какое-то время, но он исцелил себя ... Возможно ли это? Связано ли это с тем, что произошло в тот день ...?”

Се Хэн услышал то, что он не совсем понял: “Вы что-то знаете? Что такого сказал вам дядя, чего я не знаю?”

Цзян Хуай поднял голову: "Я не могу тебе сказать.”

Се Хэн внезапно забеспокоился: "Чего вы не можете мне сказать? Как вы можете держать это в секрете в такой момент?”

“Это чушь, это неприкосновенность личных данных пациента, и я не могу рассказать об этом другим.”

“Меня нельзя считать "другим".”

“Все, кроме самого пациента, считаются "другими’.”

Се Хэн потупил голову: “Мой дядя попросил меня прийти. Если бы он не хотел, чтобы я что-то знал, почему он позволил мне найти дневник и передать вам?"

Цзян Хуай долго смотрел на него и, наконец, раздраженно почесал затылок: “Вы двое доставляете мне много хлопот, хорошо, я могу тебе сказать, но ты должен пообещать не рассказывать другим, включая твоего отца".

“Нет проблем.”

Цзян Хуай не хотел слышать устное обещание, поэтому он просто распечатал соглашение о неразглашении: “Подпиши это.”

"..." Се Хэн не хотел тратить время впустую, поэтому он сразу расписался и приложил отпечаток своей печати: "Хорошо?"

Цзян Хуай положил соглашение о неразглашении в ящик стола, а затем сказал: "Вот и все. В тот день он пришел на медицинский осмотр. Я немного поболтал с ним и задал ему вопрос. Я спросил его, что вызвало его недавнее изменение личности".

“Как он это объяснил?”

“Он упомянул при мне "сон о будущем".”

Цзян Хуай пересказал противоречивый разговор с Се Сюаном в тот день: “Содержание его дневника может быть сопоставлено с этим сном, включая борьбу за семейную собственность, страх смерти и т.д., И даже мысли о разрыве со своей семьей и изгнании из дома ... Так и должно быть, если он действительно так поступил бы с тобой, !то могло случиться в будущем.”

Се Хэн спросил: "Тогда что?”

Цзян Хуай задумчиво произнес: “Я думаю, что он рассказал мне не все. Он написал в своем дневнике, что им манипулируют и он хотел проявить к вам доброту, но это привело к обратным результатам, и то, что он сказал, превратилось в плохие слова. И теперь он, очевидно, способен выразить вам свою доброту и снова хочет стать с вами семьей. Может быть, для него появилась возможность обнаружить, что он избавился от этих оков, поэтому он изменил свою личность и оставил свою предыдущую жизнь. Решил стать хорошим братом и дядей.”

Се Хэн был подозрителен.

“Я могу только предполагать", - сказал Цзян Хуай. "Что касается того, в чем заключалась эта возможность, я не могу сделать вывод. Нет примеров психических заболеваний, которые излечиваются самоисцелением, но если это заболевания легкой степени тяжести ... Я могу назвать это только чудом исцеления.”

Се Хэн молчал.

Цзян Хуай кашлянул: “Давай предположим, что он был болен, и он хотел убить тебя, но он просто думал, что ты ... как он написал: "центр этого мира", ты - источник катастрофы, который контролируют его. Человек исчезнет, и мир, который хотел причинить ему вред, вернется к нормальной жизни. Создание воображаемых врагов является обычным проявлением болезни у такого рода пациентов. Воображаемыми врагами могут быть члены семьи, друзья, соседи, прохожие, которые шли мирно пяло, или даже домашние животные. Причины выбора тебя в качестве воображаемого врага тоже обычно странные. Иногда это может быть просто потому, что ты плохо взглянул на него.”

“На самом деле он не хотел убивать тебя, это было просто потому, что он был болен и его мышление вышло из-под его контроля. Тебя выбрали просто потому, что, э-э, это несчастье, не беспокойся об этом в своем сердце.”

Цзян Хуай был так взволнован, что похлопал парня рядом по плечу, как бы утешая.

Се Хэн опустил глаза, и прошло много времени, прежде чем он поднял голову и сказал: "Ничего страшного. Вспоминая об этом сейчас, он действительно всегда был очень враждебен ко мне. Я думал, он считал меня наследником семьи Се и чувствовал, что я его ограбил. Когда я был ребенком, я постоянно старался меньше с ним встречаться, пытаясь заставить его не видеть во мне угрозы, но я не ожидал, произойдет такое.”

Он потер лоб: “Он никогда не говорил нам, что думает.”

Цзян Хуай сказал: "Конечно, он не мог вам сказать. По его мнению, он приемный ребенок, а вы - враждебны ему, и вам нельзя доверять, поэтому он мог выражать свои чувства, только ведя дневник".

Се Хэн спросил: "А, как он повелел себя в будущем?”

“Давай немного понаблюдаем, и когда ему станет лучше, я проведу психологические тесты". Цзян Хуай сказал: “Я думаю, что сейчас он очень нормальный. Если он сам передал тебе этот дневник, он смог показать, что он действительно вылечился. Тебе не следует слишком нервничать, вместо этого напомни ему, что он должен больше заботиться о своем здоровье.”

Се Хэн сказал ”хм", а затем услышал, как доктор говорит: "У него осталось это снотворное ... Тебе следует проводить с ним больше времени и не делать его несчастным. Я уверен, что с ним сейчас все в порядке, но не знаю совершит ли он снова что-нибудь в будущем. Ты можешь немного понаблюдать за ним. Не делай это слишком очевидно, но если у него в будущем возникнут суицидальные наклонности, вовремя сообщи мне.”

“Хорошо“, - Се Хэн немного успокоился и убрал дневник. "Мне жаль, доктор Цзян".

Цзян Хуай взглянул на время, было уже одиннадцать часов вечера: “Как раз вовремя, ты можешь пойти со мной в палату, и я измерю ему температуру".

Было уже поздно, и в без того пустой больнице стало тише. Свет в коридоре был выключен наполовину, и освещение было явно темнее, чем раньше.

Несмотря на то, что эта больница получает прекрасную финансовую поддержку и нет необходимости экономить на электричестве, основные меры по энергосбережению и сокращению выбросов в атмосферу все еще необходимо выполнять. Выключать свет на ночь также следует для того, чтобы не мешать отдыху пациента.

Се Сюан - единственный, кто в настоящее время госпитализирован.

http://bllate.org/book/13567/1204334