Говорили, что регенерация слабеет из-за скверны, но он всё ещё был высокоуровневым пробужденным. От какой-то там раны он бы не умер.
Умом Ёхан понимал: что, нужно бы убежать от обезумевшего Ли Хёнмука. Но сердце не позволяло.
Им двигал не страх, а глубокая благодарность и сочувствие к Ли Хёнмуку.
Ёхан плакал не потому, что боялся, а потому, что его переполняли эмоции. Так он наконец добрался до него.
— Всхлип… хлюп….
И тут же замер. Кровь отлила от лица, а тело сковал леденящий ужас.
— Кхы… кха…
Вблизи состояние Ли Хёнмука оказалось неописуемо жутким. Из приоткрытого рта с тошнотворным бульканьем сочилась кровь. Он лишился почти половины тела, но был ещё жив и смотрел на Ёхана абсолютно пустым взглядом.
Даже в безумии Ли Хёнмук мог хотя бы странно говорить. Но сейчас в его глазах не осталось и следа разума.
— В-ваша рука… всхлип… ваша рука оторвана….
Дрожа от страха, настолько сильного, что, казалось, вот-вот упадет в обморок, Ёхан обыскал всё вокруг и притащил оторванную руку. Но то ли из-за тяжести раны, то ли из-за уровня скверны, признаков регенерации не появилось, даже когда он прижмал руку к ране.
— Почему… почему не заживает…?
Возможно, тело Ли Хёнмука, и так почти исчерпавшее свой предел из-за скверны, наконец окончательно сломалось.
Всё ещё плача, Ёхан отчаянно прижимал руку обратно и зажимал разорванный живот, но снова замер.
Другие монстры, те, что не показывались, пока Ли Хёнмук сражался с огромной тварью, теперь выползали на свет. Руки Ёхана задвигались быстрее.
Если так продолжиться и Ли Хёнмук, и он, погибнут.
Дрожа, Ёхан попытался найти решение, и вдруг его глаза наполнились решимостью. Он вскочил на ноги и бросился к рюкзаку, который ранее бросил. Лихорадочно порывшись в нем, он вытащил скальпель и побежал обратно. Он даже не подумал простерилизовать лезвие.
— Пожалуйста… пожалуйста….
Отчаянно бормоча, Ёхан стиснул зубы и поднял одну руку.
Ту самую руку, которая ужасно болела с тех пор, как Ли Хёнмук его отшвырнул. Он положил свою распухшую конечность на колено и без колебаний вонзил скальпель.
Твак!
— Кха…
Было даже не очень больно, может, потому что рука и так уже была сломана.
Но когда он попытался влить кровь в рот Ли Хёнмуку, заметил, что глаза мужчины стекленеют. Он быстро поднес ладонь к его губам, но кровь просто скапливалась там, он не глотал. Ёхан в отчаянии, пытаясь заставить его выпить, размазал кровь по нижней части лица Ли Хёнмука.
Отчаяние захлестнуло Ёхана.
Но запах крови привлек монстров.
— Нет!
Закричав, Ёхан инстинктивно навалился на Ли Хёнмука, закрывая его собой.
Он прекрасно знал, что, будучи обычным человеком, ничем не сможет защитить Ли Хёнмука. Что его, скорее всего, просто разорвут на части. Но всё равно сделал это.
В тот самый миг, когда монстр бросился на него, вспыхнул ослепительный взрыв света.
Из широко раскрытых глаз и рта Ёхана хлынул свет.
То, что сочилось из его тела тонкой струйкой с тех пор, как он упал в Бездну, теперь вырвалось наружу полностью.
Это был яркий, чистый белый свет, которому не было места в Бездне.
Ёхан интуитивно понял: с ним произошло что-то необыкновенное.
Крепко обнимая Ли Хёнмука, он выплеснул наружу каждую каплю этой незнакомой, но странно привычной энергии.
Он был так сосредоточен, что даже не заметил, как тело Ли Хёнмука в его руках начало регенерировать… и как покрасневшие глаза медленно возвращали свой прежний ясный цвет.
Наконец, остановившееся дыхание, вернулось. Оторванная рука шевельнулась и мягко обвилась вокруг тела Ёхана.
— Ёхан.
— Всхлип… всхлип…
— Ёхан. Всё уже хорошо.
Только когда его имя коснулось слуха, Ёхан смог поднять голову. Он моргнул пару раз, прогоняя слёзы, чтобы разглядеть Ли Хёнмука. Тот сидел весь в его крови. Ёхана захлестнуло такое облегчение, что он лишился дара речи и мог только плакать, чувствуя, как по лицу текут всё новые слёзы.
За головой Ёхана мерцал слабый ореол света, будто корона.
«Может… мне показалось, что я видел солнечный свет раньше».
«Солнечный свет? Но здесь уже два дня темно».
Ли Хёнмук смотрел на то, что, возможно, было самым прекрасным зрелищем в его жизни.
И он понял, почему принял падающего Ёхана за солнечный свет, почему Ёхан с самого начала казался таким непохожим на всех остальных в бездне.
— …Тот свет, что я видел, — это был ты.
В его глазах всё еще держался легкий красноватый оттенок, но теперь они сияли ясностью.
Впервые с тех пор, как он упал в бездну, разум Ли Хёнмука был чист и спокоен.
В окружении света, сиявшего над головой Ёхана, Ли Хёнмук крепко прижал к себе рыдающего парня.
Ёхан в жизни своей так не плакал.
И никогда не был в таком ужасе.
Монстры были страшны. Но мысль о том, что Ли Хёнмук умирает, была еще страшнее.
— Я-я правда думал, вы у-умираете… всхлип… вы не заживали, и…
Даже увидев, что Ли Хёнмук в порядке, Ёхан проверял и перепроверял снова и снова.
Глаза его всё ещё были полны слез, голос срывался, как у испуганного козленка.
— Ну-ну, тихо.
Ли Хёнмук осторожно взял поврежденную руку Ёхана, снял с него свою куртку, чтобы осмотреть.
Закатав рукав, он увидел сильно распухшее предплечье с глубокими синяками.
Он мягко надавил пальцами, выпуская едва заметный электрический импульс, который Ёхан не почувствовал, чтобы оценить повреждения.
— Прости. Кажется, я сломал тебе руку, когда отшвырнул тебя.
— Всё в-порядке… вы спасли меня….
— Да. Но позволь мне извиниться еще раз.
Хруст!
Ёхан запоздал крикнул.
Боль от того, что кость вправляли, заставила его разреветься с новой силой.
Ли Хёнмук спокойно утешал его и тут же соорудил шину из веток и бинтов, которые нашел неподалеку.
Затягивая на Ёхане куртку обратно, он объяснил:
— Ты пробудился недавно. Твоя регенерация пока нестабильна. Если бы мы оставили всё как есть, кость могла бы срастись неправильно.
— Всхлип… п-пробудился….
Хотя лицо Ёхана распухло от слез, на его губах появилась слабая улыбка.
Только сейчас он вспомнил свет — яркий, сияющий, что вырвался из него раньше.
Он всегда завидовал старшему брату, Ян Ёсопу, который пробудился.
Несмотря на то, что он сейчас в Бездне, Ёхан был невероятно рад тому, что пробудился сам.
Он смотрел на свою руку, и был не в силах скрыть трепет, бурлящий в груди.
— Ах!
Ёхан ахнул.
Он попытался снова вызвать это чувство, и вокруг его руки проявилось слабое мерцание света.
Ли Хёнмук молча наблюдал, как свет отражается в всегда живых глазах Ёхана, заставляя их сиять еще ярче. Залитые слезами, эти глаза расширились, словно галактики.
— Значит, я дэмэджер светового типа?!
С тех пор как из него вырвался тот свет, монстры больше не нападали.
Ёхан решил, что он, должно быть, дэмэджер. Должно быть, это он победил монстров. Но Ли Хёнмук покачал головой.
— Нет.
Разочарованный, Ёхан уставился на свет, парящий над его ладонью. Присмотревшись, он действительно не чувствовал в нем атакующей мощи.
Сила Ли Хёнмука подавляла одним своим присутствием, а его собственная казалась мягкой, нежной.
— …Нет? А я думал, я дэмэджер … тогда… суппорт?
Бюро классифицировало типы пробужденных терминами вроде «передовая» и «тыл», но люди обычно использовали более простые слова: дэмэджер ,танк, хилер, суппорт.
Были и более тонкие подтипы, но основное деление было таким: атака, защита, лечение и поддержка.
Ли Хёнмук, бесспорно, был чистым дэмэджером, редким типом, контролирующим молнии без урона своим. Ёхан хотел быть таким, как он. Или как его брат Ёсоп. Но, видимо, не судьба.
Ли Хёнмук также покачал головой на слово «суппорт». Нахмурившись раздумьях, он наконец произнес:
— Если мне нужно тебя классифицировать… думаю, ты хилер.
— Хилер?!
Хилеры — это те, кто может усиливать регенеративные способности пробужденного.
Это имело смысл, Ли Хёнмук полностью восстановился.
Ёхан кивнул, но тут же склонил голову набок:
— Но я же победил всех тех монстров раньше… У хилеров нет атакующих способностей.
— Верно. У хилеров нет.
Голос Ли Хёнмука был спокоен и мягок.
— Но ты высокоуровневый пробужденный. И твоя способность, скорее всего… очищение.
— Высокоуровневый пробужденный… и очищение? А?
Ёхан машинально повторил слова, а потом ошеломленно моргнул.
— Я? Я… высокоуровневый пробужденный?
Пробужденных обычно классифицировали как высокоуровневых, среднеуровневых и низкоуровневых.
Это были не официальные государственные термины, а то, как пробужденные оценивали друг друга.
Если точнее, их называли типами верхнего, среднего и нижнего течения.
Как вода, текущая от истока, сначала появляются высокоуровневые пробужденные. Затем вокруг них формируются среднеуровневые. Потом — низкоуровневые. Поэтому во всем мире высокоуровневые пробужденные исчислялись всего несколькими десятками.
И теперь Ли Хёнмук говорил Ёхану… что он один из них.
http://bllate.org/book/13963/1506750
