Ранним утром за окном висела влажная дождливая дымка.
Пропитанный сыростью прохладный осенний ветер врывался сквозь эркер на третьем этаже модного дома, шелестя разбросанными в беспорядке на столе черновиками.
За столом Цзи Цинчжоу, прихлёбывая горячий кофе, занимался редактурой текстов для раздела моды.
Вдруг звук шагов — сапоги застучали по полу — нарушил сосредоточенную тишину.
Цзе Лянси, одетая в серую блузу и клетчатую длинную юбку, вошла в кабинет, поздоровалась с секретарём Цзи, стоявшим у двери, и направилась прямиком к столу Цзи Цинчжоу. Она положила перед ним довольно увесистый бумажный пакет.
Цзи Цинчжоу поднял глаза и спросил:
— Что это?
— Тётя на выходных вернулась из Сучжоу и привезла тебе пирожные с розовой начинкой, говорит, ты их очень любишь, — ответила Цзе Лянси, выдвигая стул напротив и усаживаясь. — Она вообще-то думала, ты вчера зайдёшь к обеду, а ты, оказывается, в Нанкин умчался.
— О, это от госпожи Шэнь! Тогда надо непременно попробовать, — Цзи Цинчжоу тотчас отложил ручку, раскрыл пакет, выбрал пирожное в форме цветка и поднёс ко рту. Откусил — и в тот же миг по губам и языку разлился нежный аромат кедровых орешков и благоухание розы.
Цзе Лянси, откинувшись на спинку стула, наблюдала, как он ест, задержав на несколько секунд взгляд на его румяных губах, а затем вдруг многозначительно усмехнулась:
— Съездил в Нанкин и впрямь расцвёл, порозовел.
— Да какое там «расцвёл»! Вчера почти целый день трясся в поезде, думал, кости рассыплются, — отозвался тот.
— Правда? А мне сдаётся, ты выглядишь куда лучше, чем до поездки в Нанкин.
— Помилуйте, в конце прошлого месяца я же совсем выбился из сил: и новые модели нужно было запускать, и к занятиям готовиться, и журнал ждал выхода... Съездил отдохнуть на несколько дней — понятно, что полегчало.
Цзи Цинчжоу в несколько укусов доел пирожное и тут же опрокинул в себя пару глотков кофе, перебивая оставшуюся во рту сладость.
Опуская керамическую чашку, он заметил, что женщина напротив по-прежнему глядит на него с двусмысленной полуулыбкой, и спросил:
— Что это за взгляд?
— Наблюдаю, как укрепляющие процедуры сказались на кузене.
— Лянси-цзе, в этом кабинете нахожусь не только я, следите за тем, что произносите вслух.
Цзе Лянси сухо улыбнулась и покачала головой:
— Хватит пустых разговоров, где твоя рукопись?
— Ну, — Цзи Цинчжоу сразу взял альбом для эскизов и протянул ей. — Осталось описание сочетаний для двух комплектов, сейчас допишу и спущусь к тебе.
Цзе Лянси приняла альбом, перевернула пару страниц и с лёгким удивлением заметила:
— А ты и правда всё отрисовал, я уж думала, придётся тебя денька два подгонять.
— У меня нет привычки всё откладывать.
Почувствовав шпильку в свой адрес, Цзе Лянси метнула в него сердитый взгляд, но перевернув следующую страницу и увидев великолепные, красочные сочетания одежд, невольно тихо ахнула:
— Это иллюстрация для страницы с облачной парчой? Какая потрясающая накидка, прямо как картина. Неужели ты и вправду приобрёл такую парчу?
— Нет, — честно ответил Цзи Цинчжоу и, прежде чем Цзе Лянси успела открыть рот, поспешил пояснить: — Эту чжуанхуадуань хозяин не согласился продавать. Я подписал договор и одолжил её у коллекционера, сейчас она хранится в мастерской. Одолжил всего на месяц — как отсниму, сразу верну.
— Ах, вот оно что... — Цзе Лянси кивнула, про себя немного сожалея.
Эта красочная парчовая накидка в сочетании с чёрным ципао была столь элегантна и роскошна, что уже один только рисунок поразил её эстетическое чувство. Она была готова не жалеть денег, чтобы купить её для своей коллекции, но, как оказалось, хозяин вовсе не собирался её продавать.
— Тогда кого же пригласят сниматься в этом наряде? — она приподняла брови и спросила: — Та барышня Алина хоть и красива, но, наверное, не очень подходит для такого фасона?
Цзи Цинчжоу задумался:
— Модель для этого костюма непременно должна быть высокой, с хорошей фигурой, элегантной осанкой и прекрасной статью. Позвони потом госпоже Ши — если у неё найдётся время прийти на выручку, будет лучше всего. Но она, кажется, в последнее время занята подготовкой к новому фильму...
— Значит, модель ещё не нашли? — Цзе Лянси вновь опустила взгляд на рисунок и, после некоторого колебания, добавила: — Если ты действительно никого не найдёшь, тогда в тот момент придётся позировать мне самой.
— Лянси-цзе согласна сниматься?
— Другого выхода нет, в конце концов, я зарабатываю для себя, сняться — не велика проблема, боюсь только, что не смогу передать то ощущение, которое тебе нужно, — Цзе Лянси произнесла это с беззаботным видом и тут же снова стала листать эскизы.
Внезапно она остановилась, указала молодому человеку напротив на рисунок с мужчиной с холодным лицом и, приподняв тонкие брови, спросила:
— А этот тоже?
Цзи Цинчжоу под её поддразнивающим взглядом ни капли не смутился и спокойно ответил:
— Это нет, это зимняя одежда, которую я разработал отдельно для Цзе Юаня.
— У него ещё и индивидуальный пошив? Моему кузену действительно везёт, — не без зависти вздохнула Цзе Лянси и, закончив просмотр, вернула альбом. Поднимаясь, она сказала: — Кстати, пару дней назад сюда заходил господин Чжан из компании «Дэнли», сказал, что хочет обсудить с тобой документальный фильм о показе мод. Ты в курсе?
— Угу, Цзинхань мне сообщил, договорились сегодня вечером поужинать.
— Тогда, если потребуется реклама в нашем журнале, не забудь сообщить мне до пятнадцатого числа.
— Хорошо.
Слушая, как шаги Цзе Лянси удаляются, Цзи Цинчжоу взял альбом и перелистнул на несколько страниц назад.
Дойдя до одного из эскизов мужской одежды, он невольно задержал руку.
Несколько секунд вглядываясь в строгие, холодные черты лица на рисунке, он вдруг радостно приподнял уголки губ, взял карандаш и пририсовал мужчине на макушку по бокам пару тёмно-серых пушистых стоячих острых ушей.
***
Около трёх часов пополудни порыв прохладного ветра закружил листву, и заморосил мелкий дождик.
Закончив дела в мастерской, Цзи Цинчжоу взял стопку проверенных эскизов, сел в автомобиль, который вёл А-Ю, и отправился в женскую школу кройки и шитья в старом городе на занятия.
Курс шёл уже больше месяца, и недавно назначенный преподаватель Цзи начал задавать ученицам домашние задания.
Для удобства — чтобы можно было проверять прямо в машине — он велел ученицам сдавать работы на бумаге.
Та стопка, что сейчас была у него в руках, — это домашнее задание с понедельника, сданное в прошлый вторник. Тогда он попросил их взять в качестве модели кого-нибудь из близких и, дав волю фантазии, нарисовать эскиз модного платья.
Большинство учениц справились добросовестно, и хотя мазки кисти были ещё по-детски незрелыми, отношение чувствовалось очень старательное. Само собой, он обнаружил и немногих одарённых, и прирождённых абстракционисток.
Те рисунки, что были хороши, Цзи Цинчжоу специально отложил, поставив высокие баллы — рассчитывал потом особо похвалить.
Что же касалось абстрактной школы, то баллов им досталось немного, однако рядом он приписал несколько ободряющих строк.
Примерно через полчаса с лишним Хуан Юшу остановил автомобиль у дороги возле входа в лунтан.
За окном машины моросил мелкий дождь — то стихая, то усиливаясь, — и мокрая мостовая была вся в грязных лужах.
— Господин, вы немного подождите, — проговорил Хуан Юшу и проворно вышел из машины с чёрным иностранным зонтом в руке. Раскрыв зонт, он обошёл к задней дверце и открыл её для Цзи Цинчжоу.
Цзи Цинчжоу убрал учебные материалы в портфель и, укрывшись под большим чёрным зонтом, вместе с А-Ю миновал серый узкий лунтан и вошёл в школу.
До начала урока оставалось ещё около десяти с небольшим минут, и Цзи Цинчжоу сначала зашёл к себе в кабинет оставить вещи.
Едва он снял портфель и положил его на письменный стол, как взгляд его упал на стопку журналов «Модный фасон», из-под которой виднелся чистый листок бумаги.
На нём изящным и аккуратным почерком было написано: «Журналы прочитаны, благодарю господина Цзи».
— Уже всё прочла? Довольно быстро...
Цзи Цинчжоу окинул взглядом все восемнадцать выпусков, вытащил листок, собираясь выбросить его в корзину для бумаг, и тут же заметил, что под запиской лежал ещё и кусок бледно-голубого бамбукового полотна, похожий на носовой платок.
Он с некоторым удивлением поднял аккуратно сложенный квадратик и, присмотревшись, понял, что это вовсе не платок, а сшитая вручную подставка под чашку.
Ручная работа была выполнена добротно: стёжки мелкие и ровные, а в уголке белой хлопковой нитью была изящно вышита ветка сливы мэйхуа.
Тут он внезапно вспомнил, что эта подставка, кажется, была как раз тем заданием, которое господин Тейлор давал на каком-то уроке шитья. Должно быть, та ученица по имени Янь Юэ в благодарность за одолженные книги отдала ему своё классное изделие в качестве подарка.
Хуан Юшу, заметив вышитую подставку, сразу оживился и нерешительно начал:
— Господин, это же...
— Я одолжил ей журналы, а она дала это в знак благодарности, — оборвал его Цзи Цинчжоу и небрежно убрал подставку в ящик стола. Потом добавил: — О таких пустяках не стоит докладывать твоему молодому господину. Он больше всего обожает ревновать без всякого повода.
— Однако та девушка...
— Хм?
Хуан Юшу пребывал в нерешительности. Даже бывая в этой школе лишь время от времени, он успел отчётливо заметить, что та ученица по имени Янь Юэ обладала весьма изящной и благородной внешностью.
Даже преподаватели, беседуя порой в коридорах, упоминали, что эта девушка проста, усердна и держится с подлинным достоинством.
Однако между господином Цзи и той ученицей и впрямь существовали самые обыкновенные отношения — Хуан Юшу, ежедневно находившийся рядом с ним, знал это лучше всех. Поразмыслив несколько секунд, он кивнул и ответил:
— Я понял, господин.
— Хорошо. Я пошёл на урок, подожди меня пока здесь.
С этими словами Цзи Цинчжоу взял домашние работы и учебные материалы, захватил зонт и неспешно направился в соседний учебный корпус.
***
Первый день после возвращения из командировки выдался чрезвычайно насыщенным.
Цзи Цинчжоу казалось, что он весь день только и делал, что беспрестанно пересаживался из машины в машину, сменяя рабочие точки.
После урока он лишь успел привести в порядок ученические работы в своём кабинете да перекинуться несколькими словами с господином Тэйлором насчёт учебной программы, как вскоре нужно было уже спешить в следующее место — на деловой ужин.
Чжан Цзинъю пригласил всех поужинать в западном ресторане под названием «Ихунлоу». Находился он довольно далеко от старого города, и когда они добрались, на улице уже совсем стемнело.
Официант проводил их в отдельный кабинет. Ещё до того, как открыли дверь, изнутри донёсся громкий мужской хохот.
Когда дверь отворили, за квадратным столом, покрытым скатертью, и впрямь восседала целая компания мужчин.
Среди них Чжан Цзинъю и Нин Таньфэн были Цзи Цинчжоу хорошо знакомы, остальных же — несколько господ средних лет, кто в шёлковом чаншане с дымящейся трубкой во рту, кто в костюме-тройке с галстуком — он совершенно не знал.
Впрочем, Чжан Цзинъю заранее предупредил, что пригласил заодно и нескольких вкладчиков, финансирующих новый фильм, так что подобная компания не стала для него неожиданностью.
— Господин Цзи прибыл, прошу сюда! — Чжан Цзинъю, заметив его в дверях, помахал рукой и отодвинул соседний стул.
Цзи Цинчжоу обернулся и бросил А-Ю взгляд, давая понять, чтобы тот ожидал снаружи.
Затем он кивнул незнакомым господам в знак приветствия, обошёл стол и опустился на стул рядом с Чжаном Цзинъю.
При виде вошедшего в залу молодого джентльмена с изысканными манерами взгляды всех присутствующих обратились к нему.
После того как Чжан Цзинъю представил его собравшимся, круглолицый мужчина с нафабренными усами, смерив его взглядом, произнёс:
— Так это, стало быть, и есть господин Цзи, хозяин «Шицзи»? Моя супруга у вас изрядно поиздержалась! В начале месяца выдал ей на карманные расходы, а вчера спросил — оказалось, добрая половина уже перекочевала в ваш карман.
Стоило ему заговорить, как остальные тут же принялись вторить.
— А у кого иначе? У чьей супруги в гардеробе нет нескольких нарядов от «Шицзи», та, считай, уже отстала от моды.
— Что уж говорить о дамской любви к новинкам — я и сам приобрёл два костюма марки «Шицзи», и впрямь фасон новейший, а качество отменное.
Цзи Цинчжоу понимал, что это по большей части любезности, и с улыбкой кивнул:
— В таком случае благодарю всех за поддержку.
Мужчина с нафабренными усами отхлебнул глоток заграничного вина и вдруг с воодушевлением продолжил:
— Господин Цзи опоздал на шаг — господин И только что послал человека заказать девочек. Впрочем, ещё не поздно передать записочку. Есть ли у вас знакомая барышня? Если имеется, непременно зовите и её — выпьем вместе.
Мужчина с продолговатым лицом, сидевший напротив и выглядевший чуть моложе остальных, с улыбкой поддел его:
— С такой внешностью, как у господина Цзи, у вас, должно быть, немало задушевных подруг. По моему опыту, им как раз больше всего по душе такие белолицые и миловидные юноши, как вы.
Цзи Цинчжоу мысленно усмехнулся и, покачав головой, самым обыденным тоном произнёс:
— Тут вы ошиблись. У меня дома строго, мне это не дозволено.
Услышав такое, мужчина с дымящейся трубкой во рту грубоватым голосом рассмеялся:
— Слыхал? Ты думаешь, все такие же ветреные, как ты?
Стоило ему договорить, как сидевшие за столом вновь разразились непонятным хохотом.
Чжан Цзинъю, неплохо знавший характер Цзи Цинчжоу, заметил его полное отсутствие интереса и, воспользовавшись общим шумом, тихо сказал:
— Я знаю, ты не любишь, когда зовут девиц, но запретить им мы не можем. Все они — денежные воротилы, и, не вложи они деньги, у меня не хватило бы бюджета заказать у тебя сценические костюмы.
Цзи Цинчжоу лишь равнодушно изогнул уголки губ, не проронив ни слова.
Спустя некоторое время, когда официанты одно за другим стали вносить большие блюда в китайско-западном стиле, в кабинет, наполняя воздух ароматом пудры и духов, явились и барышни, за которыми посылали господа вкладчики. Все они были разодеты пёстро и пышно.
В этот момент Цзи Цинчжоу как раз обсуждал с Чжаном Цзинъю документальный фильм о модном показе. Услышав звук, он машинально поднял глаза и взглянул на дверь.
Скользя взглядом, он вдруг замер — ему показалось, что черты лица одной из девушек, сильно накрашенной и одетой в ципао из шёлка персикового цвета, были ему смутно знакомы.
А та барышня, ещё секунду назад хранившая на лице лёгкую улыбку, встретив его взгляд, явно вздрогнула, тут же отвела глаза и смущённо опустила голову.
http://bllate.org/book/14313/1630999
