Королева-мать повела всех придворных на пруд лотосов, любоваться цветами, сочинять стихи и пробовать вино, а также исполнять танцы и играть на музыкальных инструментах. Все старались скрыть свои интриги и эмоции, настроенные против друг друга, и все разговаривали и смеялись, чтобы угодить Королеве-матери. С виду живая и гармоничная сцена.
— Император прибывает!
Услышав, что пришел Император, все сразу же пришли в ещё большее возбужденное состояние. Их лица наполнились неудержимой радостью, думая, что они должны выступать ещё более лучше перед Императором. Может быть, они смогут воспользоваться этой возможностью, чтобы привлечь его внимание к себе.
Толпа приветствовала Императора. Поприветствовав Королеву-мать, Император подошел к креслу рядом с ней и сел.
Далее, пришло время этих людей показать свои таланты, показать на что они способны. Королева-мать специально позвала Императора. В каком физическом состоянии был Император, Королева-мать очень хорошо знала в глубине души, из-за отравления он был похож на высокое дерево снаружи, но пронизанное дырами внутри. Хотя ради тела Императора не желательно иметь слишком много человек в гареме, но для того, чтобы родить больше принцев, и для того, чтобы не позволить семье Тао Юаня доминировать и пользоваться благосклонностью, Королева-мать хочет, чтобы Император выбрал себе наложниц.
Поэтому Королева-мать специально создала для них возможности хорошо выступить перед ним, а также намекнула, что Император должен выбрать других. Особенно Е Жуна, тем более, когда Тао Юань много раз уже побывал на кровати дракона, Е Жун ни разу не был допущен в покои Императора. Королева-мать была немного встревожена. Так что банкет у пруда лотосов главным образом был на самом деле для того, чтобы дать Е Жуну шанс выступить перед Его Величеством.
Конечно, Сяо Цзюнь Е понимал, что имела в виду Королева-мать. Поскольку его тело время от времени становилось слишком больным, у него не было особых мыслей на этот счет, и он также хочет поскорее родить наследника. Хотя он не знает, как долго сможет продержаться его тело, пока он живет один день, он будет строить больше планов для своих детей. Даже если он умрет, этот трон должен унаследовать его сын, и он должен быть старшим сыном Императрицы.
Думая об этом, Сяо Цзюнь Е невольно перевел взгляд на Тао Юаня. В течение этого периода, пока он держал его мягкое и ароматное тело в своих объятиях, его тело и сердце получали большое удовлетворение. Видя, как в данный момент он сидит там с достоинством, независимо от его внешности и темперамента, он более выдающийся, чем другие. Просто сидя вот так, он уже обладает грацией и стилем Императрицы.
Тао Юань почувствовал пристальный взгляд Сяо Цзюнь Е и повернул голову, чтобы посмотреть на него. После того, как два взгляда столкнулись, Тао Юань немедленно отвел глаза, избегая, потому что ему было неловко смотреть на него.
Увидев его красные щеки, Сяо Цзюнь Е почувствовал больше привязанности в своем сердце, чувствуя, что он был одновременно привлекательным и милым. Но когда он был в постели, он словно был поражен демоном, и даже его сердце и душа собирались быть захвачены.
Е Жун выступал очень усердно, но, видя, что Сяо Цзюнь Е продолжает смотреть на Тао Юаня, и никогда не смотрел на него, он не мог не чувствовать еще большего беспокойства. После того, как он вошел во дворец, у него появился только один шанс. Когда принц Сяо Юй Ян вошел во дворец, у него несколько раз был роман с ним. Но у Императора никогда не было больше возможностей побыть одному, и Император никогда не брал его с собой в постель. Думая, о приближающейся большой свадьбе, он не мог не волноваться.
Определить, куда отправится Император во время брачной ночи – это очень важная задача в игре. Если это задание не может быть выполнено, сложность атаки на Императора будет удвоена. Но теперь, когда он пришел в мир игры, нет никакого способа увидеть ценность благосклонности, и он не знает, насколько плоха его ценность благосклонности у Императора. Короче говоря, он должен работать усерднее, чтобы добиться успеха и привлечь его внимание.
Е Жун играл на гуцине и сочинял стихи. Увидев, что Император наконец-то посмотрел на него, он почувствовал некоторое облегчение, подумав, что на этот раз должен быть в состоянии немного повысить ценность благосклонности Императора к нему. Но он не знал, сможет ли его талант повлиять на его шанс провести ночь в покоях Императора сегодня вечером.
Другие также завидовали ему за то, что у него был такой хороший талант и предпочтение Вдовствующей Императрицы и Королевы-матери. Они думали, что он определенно сегодня получит благосклонность Императора.
Сяо Цзюнь Е терпел смутную головную боль и был не в настроении слушать, как Е Жун играет на гуцине. Последние несколько дней он не брал Тао Юаня с собой в постель, а Тао Юань уже два или три дня не присылал ему закуски. Теперь он просто хочет вдохнуть его сладкий запах и облегчить свою боль.
Королева-мать была очень довольна исполнением Е Жуна. Она чувствовала, что у него такая потрясающая внешность, выдающийся темперамент и талант. Императору он должен нравиться больше, чем Му Си. Она также задавалась вопросом, почему Император много раз брал Тао Юаня, но Е Жуна никогда не приглашал.
Она снова взглянула на Тао Юаня и, видя, что он не сражается и не крадет центр внимания, а продолжал сидеть прямо и не выделялся. Она не могла не кивнуть в глубине души, и он нравился ей все больше.
Тао Юань отлично понимал, что если он сейчас привлечет внимание Императора, то определенно вызовет негодование Королевы-матери и снизит её благосклонность к нему. Он единственный человек, который служил в постели и служил в постели много раз, и, если он захочет воспользоваться другими возможностями, например в это время выступлений, Королева-мать определенно почувствует, что он хочет единолично завладеть Его Величеством. Она посчитает, что он хочет быть единственным кто получить исключительную благосклонность Императора, и почувствует себя несчастной.
Хотя у него и были такие мысли, его мысли не должны быть известны никому другому, особенно Королеве-матери.
После долгого сидения Королева-мать немного устала. Она хотела отдохнуть и позволить им повеселиться. Император встал и отправил Королеву-мать отдыхать.
Королева-мать поднялась и сказала Е Жуну:
— А Жун, сопроводи меня.
— Хорошо, — Е Жун немедленно подошел к Королеве-матери, держа ее за руку.
Другие смотрели на него с завистью, такого рода обращение, которое позволяло Королеве-матери лично создавать возможности, не всем могло понравиться. Они чувствовали, что среди них только Е Жун мог получить такое обращение.
После того, как Император с Королевой-матерью ушли, остальные разошлись, некоторые собрались, чтобы поговорить, а некоторые сидели в одиночестве, беспечно любуясь лотосами. Тао Юань тоже сидел на краю пруда, любуясь лотосом в пруду. Редко можно увидеть такой красивый пейзаж. Он должен это ценить.
Сунь Юань подошел к нему и сел рядом, глядя на лотос и шепча:
— Королева-мать дала Е Жуну такую возможность. Похоже, что бы ни случилось сегодня, он, должно быть, проведет ночь в покоях Императора.
Тао Юань спокойно сказал:
— Он должно быть думает так, но кто знает, что думает Император в своём сердце?
Сунь Юань оглянулся на других людей и сказал:
— Дело не только в том, о чем он думает, но и в том, что большинство молодежи здесь встревожены. После пышной свадьбы у него должен быть шанс дождаться постели, но о других трудно сказать.
На самом деле, если бы Сяо Цзюнь Е не отвел Тао Юаня в свою постель, они бы не так беспокоились, потому что все были одинаковы. Но теперь все считали, что ему очень повезло, более того он был приглашен в покои Императора не однократно, а много раз, и все об этом знали. Смотря на такую ситуацию, молодежь стала волноваться больше, чем раньше.
Однако, их эмоции и амбиции не беспокоили Тао Юаня и не имело к нему никакого отношения. У каждого человека есть свои способности, но кроме Е Жуна, никто другой даже не был квалифицирован как его противник.
Поскольку погода становилась все жарче несмотря на то, что на платформе пруда лотосов есть крыша, закрывающая людей от солнца, все равно нагретый воздух заставлял людей потеть. Все выглядели так, словно у них были свои собственные дела. Некоторые люди продолжали пить чай, любуясь лотосом, некоторые отправились на прогулку в другие места, некоторые отправились искать место для отдыха и переодевания. Но они не покидали Императорский сад, потому что Королева-мать вернется на обед с ними после своего отдыха.
Тао Юань тоже немного вспотел, поэтому он взял служанку и слугу, чтобы переодеться.
………
Сяо Цзюнь Е отправил Королеву-мать отдохнуть в павильон Юэ Сян. Посидев на кушетке и поговорив некоторое время с Сяо Цзюнь Е, она внезапно сказала:
— Император, тебе следует немного отдохнуть. Пусть А Жун подождет, пока ты переоденешься.
— Хорошо, — Сяо Цзюнь Е встал и уже собирался отдать честь и удалиться. Внезапно он нахмурился, — Королева-мать, Император внезапно вспомнил, что есть еще кое-какие важные дела. Ему нужно вернуться в Императорский кабинет, чтобы разобраться с ними. Мы некоторое время не сможем более сопровождать вас.
Королева-мать заметила выражение его лица и поняла, что у него вот-вот случится приступ, и сразу же сказала:
— Поскольку есть что-то срочное, с чем нужно разобраться, тогда иди быстрее.
— Император покидает вас, — после того, как Сяо Цзюнь Е отдал честь, он повернулся и зашагал прочь.
Е Жун, стоявший в стороне, на некоторое время напрягся, и потерянное выражение на его лице невозможно было скрыть. Королева-мать взглянула на него, вздохнула в своем сердце, она утешительным тоном сказала ему:
— А Жун, ты тоже иди отдохни...
— Хорошо, — Е Жун почтительно поклонился, но как только он вышел, в его глазах мелькнули злобные искры. Он подумал в своем сердце: почему он не может сравниться с Му Си? Очевидно, он должен быть более благосклонен. Несмотря ни на что, не только Му Си может быть любим им. Независимо от того, в игровом мире или в реальном мире, никто не может доминировать над Императором. Он никогда не думал, чтобы завоевать благосклонность Императора в одиночку.
В павильоне Шанчунь в Королевском саду Тао Юань оставил свою служанку и слугу во внешней комнате. Сам он прошел во внутреннюю комнату, чтобы снять одежду и вытереть тело влажной тряпкой. На его нежной груди много красных отметин, оставленныены Сяо Цзюнь Е, когда он не мог удержаться. Тао Юаню было очень стыдно показывать их людям. В последний раз, когда Е Жун видел эти отметины, это было совершенно неожиданно.
Надев чистый халат, Тао Юань захотел лечь на кровать, закрыть глаза и немного отдохнуть. После того, как он немного отдохнет, пусть люди войдут и подождут, пока он переоденется в платье для выхода. Но как только он обернулся, то увидел человека, стоящего позади него.
— Ваше Величество... — Тао Юань был ошеломлен, но все же сохранил самообладание и почтительно приветствовал его.
Сяо Цзюнь Е подошел, поднял Тао Юаня, затем подошел к кровати и положил его на нее. Он прижался к телу Тао Юаня, ущипнул за подбородок и поцеловал, шевеля губами, наслаждаясь сладостью его губ. После того, как он долго целовал его, язык Тао Юаня сводило судорогой. Этот властный способ поцелуя привел к тому, что сила его тела была поглощена, оно стало мягким неспособным подняться.
Сяо Цзюнь Е, наконец, закончил этот долгий и глубокий поцелуй, но тут же распахнул его рубашку, обнажив его белую кожу с красными отметинами, а затем сильно пососал. Тао Юань наклонил голову и прикусил губу, чтобы вытерпеть. Он привык к этому. В любом случае, останавливаться и бороться бесполезно, и это только еще больше возбудит его.
Раньше Сяо Цзюнь Е целовал его только в грудь, но на этот раз он целовал все глубже и глубже. Он, казалось, не мог вдоволь насытиться его ароматом, с силой втягивая сладкий запах из его тела, совершенно бессознательно опускаясь все ниже и ниже. Он долго прижимал и целовал Тао Юаня. Когда Сяо Цзюнь Е уткнулся лицом между ног Тао Юаня, Тао Юаню пришлось оттолкнуть его.
Он сел, сложил одежду и сказал с покрасневшим лицом:
— Ваше Величество, время почти вышло, придворный должен вернуться обратно.
Сяо Цзюнь Е почувствовал запах и ощущал себя более комфортно, но, увидев его привлекательную внешность, его телу снова стало жарко. Затем он неудержимо начал стягивать штаны.
Тао Юань крепко сжал свои штаны, нервно посмотрел на него и сказал:
— Ваше Величество, если придворный опоздает, Королева-мать накажет его.
— Я просто взгляну и больше ничего не буду делать, — Сяо Цзюнь Е убрал его руку, затем снял штаны.
Тао Юань почувствовал холод в нижней части тела и, не удержавшись, воскликнул, а затем поджал ноги.
— Эй, покажи мне, — Сяо Цзюнь Е раздвинул его ноги.
Тао Юань знал, что для него было абсолютно невозможно просто взглянуть, но после того, как его ноги были раздвинуты, он понял, что больше не может остановить его.
Он изо всех сил старался молчать, потому что боялся, что его голос будет отчетливо услышан людьми снаружи.
………
Тао Юань был слаб и лежал на кровати, широко расставив ноги. Его глаза были затуманены слезами, как будто его заставляли. После того, как Сяо Цзюнь Е наконец встал, он поджал ноги и обнял тонкое одеяло, выглядя обиженным и смущенным.
Сяо Цзюнь Е был принцем с рождения, а теперь он Император. Он никогда не думал, что однажды потеряет самообладание. Он немного привел в порядок свою мантию и, увидев обиду и слезы Тао Юаня, сел на край кровати, чтобы утешить его:
— Королева-мать не вернется на платформу лотоса так быстро, так что не волнуйся...
— После того, как мы вошли во дворец, Ваше Величество разрешили только этому придворному оставаться в вашей постели. Королева-мать, должно быть, несчастна в глубине души, — сказал Тао Юань, опустив глаза.
— Я Император, разве у меня даже нет права выбирать, с кем спать? — Сяо Цзюнь Е помог ему подняться, притянул его к себе и сказал. — Ты не хочешь спать со мной, потому что боишься, что Королева-мать будет несчастна?
Тао Юань прислонился к его груди:
— Придворный беспокоится не только о том, что Королева-мать будет недовольна, но и о том, что Ваше Величество слишком быстро устанет от придворного, и тогда...
— Я не могу обойтись без аромата твоего тела. Ты понял мои слабости и недостатки, и ты беспокоишься, что я оставлю тебя в холоде? — спросил Сяо Цзюнь Е, глядя на него сверху вниз.
— Ваше Величество сказали это, придворный в ужасе, и придворный заслуживает смерти, — в панике воскликнул Тао Юань.
— Ты не можешь умереть, — Сяо Цзюнь Е сжал его подбородок. — Ты должен жить и служить мне, и ты должен проявлять инициативу в будущем, и тебе не позволено сопротивляться мне.
— Хорошо... — Тао Юаня снова поцеловали, а он осторожно ответил.
Его ответ сделал Сяо Цзюнь Е очень счастливым и взволнованным, и они долго целовались, прежде чем расстаться.
После того, как Сяо Цзюнь Е ушел, Тао Юань быстро собрал вещи и вернулся на платформу лотоса перед Королевой-матерью. Его лицо все еще было красным, но погода была немного жаркой, и его кожа была белой и розовой, поэтому другие люди не заметили, что его покраснение было ненормальным, только Е Жун обратил на это внимание.
Е Жун заметил это, потому что он делал это с принцем Сяо Юй Яном не один раз. Поэтому он мог видеть, что румянец на лице Тао Юаня и выражение его глаз появились не от жара, а только после того, как он что-то сделал.
Он быстро подумал в уме. Он надеялся, что Тао Юань тоже обманывает других людей. В этом случае, пока он мог иметь какой-то козырь, его шанс завоевания благосклонности возрастал. Сегодня Император, скорее всего, что-то тайно сделает с ним.
Е Жун изо всех сил старался вести себя прилично перед Императором, но у него так и не было возможности дождаться постели. Император только что сказал, что есть важные вопросы, которые необходимо решить. То, что он называет важными делами, – пойти к Му Си?
Чем больше он думал об этом, тем больше ему не хотелось. Он чувствовал, что так дальше продолжаться не может, несмотря ни на что, он должен выполнить задание первой брачной ночи. Поскольку Император не интересовался им, ему придется использовать семейную власть.
………
В ночь перед окончанием выборов почти все придворная молодежь знатных семей не могла заснуть. Это нервное настроение продолжалось до следующего дня. Еще до рассвета некоторые люди уже встали, потому что не могли спать. Они переоделись, а затем медленно привели себя в порядок. После серьезного выбора наряда делать было действительно нечего, поэтому они прошлись по дому. Хотя они знали, что главный управляющий Сюй не придет провозглашать указ так рано, они не могли усидеть на месте.
Сегодня решится вопрос их дальнейшего проживания в дворце. Кем они станут, какой они будут иметь статус, останутся ли они в гареме, – все им станет известно сегодня. И некоторые из них с сегодняшнего дня официально станут людьми Императора. Но что заставляет их больше всего нервничать, так это то, что сегодня объявят, какой ранг и класс они получат. На данный момент они все еще равны, но после того, как у них есть оценка, все изменится.
Тао Юань спокойно проспал до рассвета, затем неторопливо встал, чтобы привести себя в порядок и переодеться. После того, как Тао Юань переоделся, он взглянул на Сунь Юаня, который сидел в оцепенении, и подозрительно спросил:
— Что с тобой не так?
— Я очень волнуюсь. Если я в конце концов не стану слугой, то останусь в гареме на всю оставшуюся жизнь, — Сунь Юань изначально думал, что он не будет нервничать, но к этому времени он уже не мог не переживать.
Среди них есть очень небольшое количество таких людей, как Сунь Юань, которые просто хотят побыть горничной, служанкой или слугой, сопровождающим в течение нескольких лет, а затем выйти из дворца. Они не хотят оставаться во дворце на всю жизнь.
— Разве ты не говорил, что твой отец уже позаботился об этом? — спросил Тао Юань.
— Мой отец сказал, что он уже договорился, но он боялся, что в процессе что-то пойдет не так.
Тао Юань сел, утешить его:
— Не волнуйся, на этот раз в гарем будет допущено не так много людей. Поскольку твой отец уже успел приехать сюда, то не переживай, что что-то пошло не так.
— Почему ты не нервничаешь? Что, если ты не станешь Императрицей? — Сунь Юань посмотрел на него.
— Если я не стану, то не стану. Это не то, что я могу решить. Если я буду нервничать из-за того, что могу стать Императрицей, я определенно буду нервничать больше, чем кто-либо другой, — Тао Юань подумал. — Хотя и сейчас неясно, смогу ли я стать Императрицей, но даже если я не стану ей на этот раз, положение Императрицы в будущем определенно будет моим.
— Независимо от того, станешь ли ты Императрицей или наложницей, в будущем ты позволишь мне войти в твой дворец в качестве слуги, — попросил Сунь Юань.
— Хорошо, — Тао Юань согласился, затем похлопал его по руке, — иди завтракай.
Наконец, пришло время огласить Императорский указ, и всех геров и девушек знатных семей вывели на площадь дворца Чу Сю, чтобы ждать указа главного управляющего Сюя.
Тао Юань и Е Жун, естественно, снова стояли в первом ряду.
— Указ уже здесь!
Все люди почтительно опустились на колени, чтобы принять приказ.
Всего существует десять Императорских указов, из которых один Императорский указ предназначен для Императрицы, другой для наложницы, а остальные того же ранга содержат в себе имена придворных. Те, кто не появится в Императорском указе, в будущем будут сопровождающими.
— Благодарю, да здравствует мой Император, да здравствует, да здравствует, да здравствует, да здравствует, да здравствует!
После того, как евнух Сюй прочитал весь указ, все приняли его, чтобы поблагодарить. Тао Юань получил указ о канонизации Императрицей, а Е Жун получил указ о канонизации наложницы.
После того, как евнух Сюй увел людей, началось обсуждение. Некоторые были довольны своей собственной оценкой, а некоторые чувствовали, что их оценка была слишком низкой, делая их несчастными. Некоторые люди хотели быть наложницами, но они могут быть только официальными лицами, и их настроение тоже было нехорошим. Есть также люди, которые хотели быть только чиновниками, но стали наложницами, и их сердца были очень сложными.
Тао Юань повернулся, чтобы посмотреть на Е Жуна, и Е Жун тоже повернулся, чтобы посмотреть на него. Они обменялись взглядами.
Тао Юань сказал с улыбкой:
— Наложница Е?
Независимо от того, насколько неохотным был Е Жун, он мог только поклониться и поприветствовать:
— Поздравляю Императрицу, наложница Е подготовит вам подарок.
— Никакого подарка, — после того, как Тао Юань закончил говорить, он повернулся обратно к большому саду Сюань Мо.
Все люди военных семей торжествующе посмотрели на людей из семей чиновников, а затем немедленно последовали за ним. Они не ожидали, что Тао Юань станет Императрицей. Особенно дети из семей чиновников, которые не могли смириться с тем фактом, что человек, родившийся в семье военных, станет Императрицей. И теперь Тао Юань, очевидно, пользуется большим благоволением, чем Е Жун, и оно исходит от самого Императора. Не смотря на поддержку Королевы-матери Е Жун не получил статус Императрицы, и они не могут не испытывать некоторого беспокойства по поводу своей будущей жизни.
Тао Юань вернулся в большой сад Сюань Мо, чтобы дождаться, когда его заберут во дворец Фэнхуа. Сунь Юань исполнил свое желание, он стал чиновником судебного министерства. После этого он отправится в бюро магистрата, чтобы подготовиться к назначению.
Тао Юань сам желал остаться во дворце, он был самым счастливым человеком, заняв пост Императрицы. Хотя Императрица лишь немного уступает Императору, он считается законной женой, и только после него наложницы. Каждая наложница при встрече с ним будет поклоняться ему и почитать его.
Тао Юань и Сунь Юань прощались друг с другом и просили друг друга беречь себя. Управляющий евнух Чу Сю привел служанку и слуг к Тао Юаню.
— Приветствуем Императрицу.
— Вы все свободны, — Тао Юань сказал с улыбкой, — в эти дни спасибо вам, управляющий Чу Сю, спасибо за то, что позаботились об мне.
— Не смей, — евнух Чу Сю снова отдал честь.
http://bllate.org/book/14333/1269606
Готово:
