Во второй половине дня Цзян Хэн сидел, задумавшись, глядя перед собой. Он нарисовал карту земель в тысячу ли к югу от заставы Юйби до Лояна и Линшаня, и сделал несколько отметок.
Он жил в Цзичжоу уже больше месяца. Осеннее солнце здесь светило ярко, в отличие от частых туманов в горах Цаншань, и в эту ясную осеннюю погоду людей постоянно клонило в сон, они чувствовали вялость и нежелание шевелиться.
Его размышления прервало появление наследного принца.
— Я знаю, господин Ло, сегодня Вы хотели еще что-то сказать, — сказал он.
— Прошу, Ваше Высочество, садитесь скорее, — ответил Цзян Хэн, отметив, что наследный принц привел с собой и Сунь Ина.
Принц продолжил:
— Сейчас здесь только Вы, я и господин Сунь. Господин Ло, если Вам есть что сказать, прошу, говорите прямо.
Сунь Ин держал в руке кувшин с вином, был пьян, и, судя по всему, был озабочен только тем, чтобы затеять драку с садовником, но тот уклонился от встречи и, понимая куда ветер дует, испарился со двора.
Цзян Хэн задумался и развернул бумагу на столе. Сунь Ин склонил голову, внимательно посмотрел на нее и вдруг рассмеялся.
— Тогда я оставлю церемонии, — сказал Цзян Хэн, обращаясь к наследному принцу. — Если в чем-то обижу, прошу Ваше Высочество проявить снисхождение.
— Когда сегодня господин Сунь говорил о сокрушении союзов, речь шла о союзе с Юн, — продолжил он.
Наследный принц Лин удивился, а Сунь Ин громко расхохотался:
— Неплохо! Именно так!
Цзян Хэн взглянул на наследного принца Лина, но тот ничего не ответил.
— Оставим пока вопрос, насколько это уместно, — после раздумий проговорил принц. — Господин Ло действительно считает, что Юн согласится заключить союз с нашим царством? Что у нас есть для заключения такой сделки с Чжи Цуном?
Цзян Хэн ответил:
— У меня есть предположение, и только если оно верно, Юн согласится на наше предложение о союзе. А именно: я считаю, что они не будут атаковать горы Яо.
Цзян Хэн и Сунь Ин обменялись взглядами, оба без слов поняли друг друга, оба были умными людьми. Сунь Ин наверняка давно уже решил, что Юн на этот раз идет грозной силой, и цель его не Чжэн. Цзян Хэн тоже считал, что пока цель Чжи Цуна — не Чжэн, все не так страшно.
Цзян Хэн развернул нарисованную от руки карту и показал наследному принцу:
— Я предполагаю, что их настоящая цель — пройти мимо лежащего в руинах Лояна, захватить уезд Сун, расширить его территорию и создать первый опорный пункт в Центральных равнинах.
Сунь Ин хлопнул себя по бедру:
— Верно! Уезд Сун — ничейная земля, окруженная горами и водой. На севере она граничит с Лояном, на юге — с землями Ин. Если они захватят это место, то смогут контролировать точку, где сходятся три царства — Ин, Лян и Чжэн, и отсюда можно выступить с войсками против любого из них.
Цзян Хэн продолжил:
— Как только войска Юн выйдут за заставу, все царства обязательно воспримут это как опасную угрозу, но никто не захочет первым выдвинуть войска для перехвата и займут выжидательную позицию. Это лучший момент для Юн, чтобы захватить уезд Сун. Чжи Мяо ведет двадцать пять тысяч всадников, и, двигаясь стремительно, за три дня они могут достичь уезда Сун. Гарнизон там — всего три тысячи человек, они не смогут оказать никакого сопротивления.
Принц Лин проговорил:
— Уезд Сун — земля Сына Неба. Цзи Сюнь погиб, и сейчас она не принадлежит никому. Если Юн захватит это место, это действительно не будет считаться вторжением на территорию других царств. Хм... Ни у кого не будет оснований нападать на Юн. А что потом? Как Вы думаете, что следует предпринять?
Цзян Хэн предложил:
— Заранее разверните оборону, пусть генерал Чэ возьмет пятьдесят тысяч человек, выйдет из заставы в горах Яо, и будет готов в любой момент отрезать Чжи Мяо путь к отступлению. Таким образом, если надежно защитить императорскую столицу Лоян, уезд Сун неизбежно окажется в изоляции.
— Но! — Цзян Хэн повысил голос: — Войска генерала Чэ должны быть чрезвычайно осторожны. Если этот маневр — как раз ловушка Юн, чтобы выманить врага, то после растягивания линии фронта велика вероятность, что Чжи Мяо контратакует. В таком случае, если они развернутся и осадят Лоян, это станет проблемой. Поэтому я предлагаю генералу оставить рядом с собой лишь небольшой гарнизон для защиты Лояна, а основные силы спрятать в засаде по четырем сторонам за городом для поддержки.
Сунь Ин не знал, смеяться ему или плакать:
— Эта цепочка стратегий слишком сложна, господин Ло. Я думаю, тот юнец не настолько умен.
Цзян Хэн предупредил:
— В этом нет уверенности. — Потом он нарисовал рельеф местности вокруг Лояна и продолжил: — Генерал Чэ может разместить часть сил в засаде в ущелье Линшаня. Если войска Юн вернутся на помощь, можно будет атаковать их из засады с обоих концов ущелья. Таким образом, элитные части авангарда Юн наверняка потеряют больше половины и будут сильно ослаблены.
Сунь Ин долго размышлял, затем сказал:
— Но за ними еще сто тысяч человек. Те, кто должны прийти — придут рано или поздно.
— Лишь до тех пор, пока их план не будет сорван, — ответил Цзян Хэн, — Когда мы захватим инициативу, тогда, естественно, можно будет вести переговоры о союзе. Чжэн и Юн могут заключить союз, условием которого будет... раздел Лян.
Наследный принц:
— Раздел Лян? Господин Ло, Вы серьезно?
Цзян Хэн объяснил:
— Да. Тайно встретиться с Чжи Цуном и отдать Юну столицу Лян — Аньян — и прилегающие к ней районы вдоль реки Аньхэ. Земли к востоку от реки Чжаошуй и вниз по течению Хуанхэ отойдут к Чжэн. Под предлогом защиты народа Лян они будут включены в состав царства. Таким образом, и Чжэн, и Юн получат территории, Дай не получит никакой выгоды, и их еще не сформировавшийся союз с Юн неизбежно распадется.
Наследный принц Лин глубоко задумался и нахмурился, а Сунь Ин с сочувствием посмотрел на Цзян Хэна и покачал головой. Цзян Хэн, естественно, понимал скрытое послание Сунь Ина: принц не согласится.
— Ваше Высочество — человек, дорожащий репутацией, — не без насмешки сказал Сунь Ин. — Поглотить соседнее царство, с которым к тому же и в родстве по материнской линии… Смотреть, как железные копыта Юн топчут род правителей Лян… Невозможно.
В одну из ночей месяц назад Цзян Хэн уже подробно обсуждал это с господином демонов в своей школе.
Чтобы объединить Поднебесную, непременно нужно начинать с Чжэн. И первая битва за объединение Поднебесной неизбежно будет битвой у заставы Юйби — вопрос с царством Юн должен быть решен первым, пока вражда и ненависть к нему остальных царств Поднебесной не остыли.
Но сейчас он понял — в то время он оценивал Чжэн не совсем верно, и главная причина тому — сам наследный принц Лин. Его амбиции оказались не такими большими, как предполагал Цзян Хэн, или, вернее, он не желал так легко проявлять их — его скрытность оказалась глубже, чем ожидалось.
— Потом, — Цзян Хэн все еще не сдавался, — пять царств превратятся в четыре, в этой штормовой буре Чжэн и Юн смогут усилить свои позиции. Но я готов поспорить, что царство Юн будет абсолютно не способно управлять своей новой территорией. Земли за пределами Великой стены и внутри нее очень сильно отличаются. Им придется выбирать из двух. Первое: массово вывести народ Лян за границу и доставить в столицу Юн — Лоянь. Второй — привести туда своих людей из-за Стены, чтобы два народа слились.
…— Независимо от того, какой выбор будет сделан, — Цзян Хэн смотрел на наследного принца Лина, расхаживающего рядом взад-вперед, — Аньян никогда не будет принадлежать Юн. Чжэн граничит с Лян, разжечь там восстание будет легко. Люди Юн мыслят, как наивные дети, не знающие мирских плетений. Тогда Ваше Высочество сможет направить туда своих приближенных из Лян, позволить им стать чиновниками в Аньяне, и они разожгут сердца народа Лян и попытаются восстановить государство.
— Я не могу так поступить, — сказал наследный принц, даже не дослушав. — Пользоваться бедственным положением других, вступать в сговор с тиграми и волками — это не Путь правителя.
Сунь Ин получил ожидаемый ответ, оперся на колени и поднялся:
— Раз так, Вашему Высочеству и не стоит особенно беспокоиться. Даже если мы будем бездействовать, этот юнец по имени Чжи Мяо все равно не появится перед горами Яо.
— Тогда, — серьезно сказал Цзян Хэн, — есть второй путь. Ваше Высочество, если не хотите заключать союз с Чжи Цуном, нужно воспользоваться тем, что на этот раз он выйдет за перевал, и оставить его навсегда в пределах Великой стены, чтобы он больше никогда не смог вернуться в столицу Юн.
Сказав это, Цзян Хэн сделал жест «убить» и поднял брови, глядя на наследного принца:
— Будь то Чжи Мяо или Чжи Цун, нужно найти способ устранить их. Иначе, остается только позволить им занять уезд Сун и смотреть как они пожирают весь Лян.
Наследный принц окинул взглядом Цзян Хэна:
— Господин Ло, это именно то, зачем я пришел. Помните условие, о котором я говорил месяц назад?
Сунь Ин вздохнул, Цзян Хэн слегка поднял брови, с недоумением глядя на принца.
Тот негромко продолжил:
— Этот план первым предложил господин Сунь. Согласитесь ли Вы убить Чжи Цуна для меня? И осуществима ли эта затея?
Цзян Хэн: «...»
Он никак не ожидал, что план наследного принца окажется настолько прямым и простым.
Сунь Ин сказал:
— Этот план — не пустая фантазия, господин Ло. Вы тоже знаете, что на севере во главе власти стоят братья, покойный Чжи Лан и Чжи Цун. Хотя наследный принц Лун является законным наследником правящего рода Чжи, в конечном счете его положение непрочно.
— Знаю, — придя в себя от первого шока, Цзян Хэн тут же спокойно принял этот план, словно обсуждая дело, которое его не касалось. — Обстановка среди нескольких разных народностей за пределами Великой стены очень сложная. Три народа: фэнжуны, линьху и ди составляют шестьдесят процентов населения Юн. Как только Чжи Цун умрет, наследный принц Лун не сможет сплотить всю страну, и разные народности тут же объявят о независимости и вернутся в родные места. А народы, испытывающие глубокую враждебность к Юн, воспользуются возможностью свергнуть правящий род Чжи.
— Гм, — кивнул Сунь Ин, — таким образом, угроза со стороны Юн исчезнет сама собой.
— Неплохой способ, — согласился Цзян Хэн. — Но, учитывая мои способности, убить Чжи Цуна, боюсь... будет нелегко.
Наследный принц Лин сказал:
— Перед визитом я специально обсудил это с господином Сунем. План заключения союза, предложенный господином Ло, как раз способствует нам в том, что мы будем делать дальше. Давайте сначала обсудим.
Сказав это, принц поднялся, подошел ко входу, и приказал стоящей снаружи страже:
— Выйдите за пределы двора, и не впускайте никого.
Стражники кивнули и ушли, наследный принц Лин сам закрыл дверь.
Ночью, после того как наследный принц Лин и Сунь Ин ушли, Цзян Хэн достал свой свернутый гибкий меч и в молчании задумался.
Лезвие клинка дрогнуло и по комнате разбежалась невидимая рябь, словно круги по воде. Там, где прошла волна ци меча, занавески взметнулись и были мгновенно рассечены мощным порывом.
Это выходило далеко за пределы ожиданий Цзян Хэна. Он планировал быть доверенным стратегом рядом с наследным принцем, но неожиданно стал его тайным убийцей.
Это вызывало в нем чувство абсурда. Сунь Ин был тем, кто подал эту идею? Цзян Хэн припомнил, что когда-то Ло Сюань говорил о пяти великих убийцах Поднебесной: Гэн Юане — его отце, Сян Чжоу, Цзе Гуе, Ло Сюане и каком-то Таинственном госте.
Может, Сунь Ин и есть тот Таинственный гость? Сегодня, слушая, как наследный принц Лин подробно обсуждает детали убийства, Цзян Хэн невольно почувствовал, что продолжение дела отца как будто действительно предопределено для него. Хотя он никогда не специализировался на боевых искусствах, ему все равно не удалось избежать судьбы убийцы.
На следующий день наследный принц Лин снова нанес ему личный визит и на этот раз привел с собой другого воина. Тот был в облачении из парчи, с мужественным лицом и прямой осанкой.
— Его зовут Чжао Ци[1], — сказал наследный принц Лин. — Он дальний родственник семьи моей матери. После смерти матушки он охранял ее усыпальницу в мавзолее правителей. Теперь я поручаю его Вам, вы можете распоряжаться им как хотите. Чжао Ци, ты будешь служить господину Ло так же, как служил бы мне.
[1] «Чжао Ци» (赵起). «Чжао» — фамилия правящего рода Чжэн, «Ци» — «начало/пробуждение».
Цзян Хэн только хотел сказать, что не нужно, но, видя настойчивость принца Лина, не мог отвергнуть его добрые намерения.
Принц Лин искоса бросил взгляд на Чжао Ци, и тот опустился на одно колено перед Цзян Хэном, отдав поклон согласно ритуалу, выражая преданность правящей семье. Поскольку Цзян Хэн уже согласился на план убийства, предложенный принцем, по этикету он стал выдающимся мужем царства.
Хотя он и не хотел служить Чжэн таким образом, но все эти события неслись подобно лошади, сорвавшейся с привязи, не оставляя времени для обсуждений, словно его затянуло на боевую колесницу, которая с грохотом мчалась к Чжи Цуну стоявшему перед заставой Юйби.
— В эти дни, — сказал принц, — прошу господина не отвлекаться, Сунь Ин устроит все необходимые дела.
— Ваше Высочество, — вдруг сказал Цзян Хэн.
Наследный принц Лин поднял брови, глядя на Цзян Хэна. Тот хотел сказать, что с теми знаниями, которые он постиг, заставлять его быть убийцей — это расточительство. Но в конце он ничего не сказал, лишь улыбнулся, махнул рукой и не стал продолжать.
План наследного принца и Сунь Ина содержал и полшага из первоначального замысла «господина Ло Хэна» — приказать Чэ Куну тайно выступить с войсками к горам Яо, отрезать путь к отступлению Чжи Мяо, вынудив идущего за ним Чжи Цуна остаться у заставы Юйби, а затем лично возглавить своих приближенных и отправиться на переговоры с Чжи Цуном для обсуждения деталей раздела Лян.
Там Сунь Ин объединит усилия с Цзян Хэном, чтобы убить Чжи Цуна во время переговоров.
Много лет назад два брата из рода Чжи поместили свою шахматную фигуру рядом с Лян-ваном Би Цзе. Звуки циня прогремели над Поднебесной, самые высокопоставленные мужи четырех царств Центральных равнин были убиты. Теперь пришло время потребовать долг с процентами.
Цзян Хэн в конце концов согласился на предложение наследного принца Лина — он просто не мог отказаться.
Он понимал, что это и было условием принца для сохранения жизни тех ста двадцати тысяч людей. С того дня, как он впервые поймал взгляд наследника, он смутно чувствовал, что тот искал подходящего убийцу, такого как он, уже давно.
Сунь Ин, возможно, был его первой целью, но этот человек не подходил. Вернее, не совсем подходил.
И вот он дождался его появления.
Цзян Хэн не мог и предположить, что после того, как Жаочжижоу окажется у него в руках, первым человеком, которого ему придется убить, будет Чжи Цун — тот самый, который был близок его отцу словно брат.
— Если господину что-то понадобится, прошу приказывать в любое время, — голос Чжао Ци нарушил тишину зала.
Цзян Хэн очнулся и взглянул на Чжао Ци, догадываясь, что принц приставил к нему этого человека не только для службы, но и для наблюдения.
Но он не стал раскрывать свои подозрения и спросил:
— Откуда ты?
— Докладываю господину, — сказал Чжао Ци, — я из Юэ.
Все люди Юэ были мастерами боевых искусств, зарабатывали на жизнь, странствуя по цзянху. Само царство Юэ тоже когда-то было великой страной у восточных границ Центральных равнин. Больше пятидесяти лет назад Чжэн напало на Юэ, поглотило его земли, и после этого люди Юэ стали подданными Чжэн, или скитались за его пределами.
— Сколько человек в твоей семье? — Цзян Хэн вспомнил свою матушку, которая все еще лечилась в Юэ. Будь она на его месте, возможно, первым делом одним ударом меча разрубила бы наследного принца Лина.
Чжао Ци ответил:
— Нет ни отца, ни матери, я один.
Чжао Ци совсем не был похож на человека из Юэ. У них черты лица изящные, мягкие и не резкие, словно нарисованные акварелью[2], а у Чжао Ци были густые брови и большие глаза, не очень высокая фигура, примерно как у Ло Сюаня, а черты лица были мужественными и четкими, слишком крупными для его роста.
[2] «…словно нарисованные акварелью» (水汽), буквально «несущие водный дух». С одной стороны, в Юэ много озер — влажный воздух, кожа более увлажненная. С другой стороны, здесь образное описание, что черты лица не резкие — мягкие, словно размытые, пастельные.
— У каждого человека есть родители, — тихо сказал Цзян Хэн.
Чжао Ци ответил:
— Я их не знаю, все умерли. Господину нужно, чтобы я что-то сделал?
Цзян Хэн поспешно сказал:
— Неважно, просто посиди.
Чжао Ци возразил:
— Все же нужно что-то делать для господина, если все время сидеть — на сердце будет неспокойно.
Цзян Хэн неуверенно проговорил:
— Тогда... делай что угодно, не обращай на меня внимания, дай мне побыть в тишине.
Этот телохранитель, которого прислал ему наследный принц, был довольно усердным. В конце концов переодевание, умывание, застилание постели, обслуживание за едой — все требует присутствия кого-то прислуживающего. Раньше Ло Сюань заботился почти обо всем для него, и у Цзян Хэна никогда не возникало вопросов, теперь же ему приходилось учиться заботиться о себе самому.
Сунь Ин обещал ему, что, если покушение провалится, он обязательно изо всех сил защитит его и поможет бежать. А потом царству Чжэн придется готовиться к встрече с гневом Юн.
А если оно удастся? Цзян Хэн в уме снова и снова отрабатывал тот удар, которым он пронзит Чжи Цуна. Если тот умрет, он мгновенно прославится на всю Поднебесную. Только он не думал, что прославится именно таким образом. Это сильно отличалось от того, что он представлял себе выходя из гор Цаншань в мир. Но в этом случае он наверняка займет очень высокое положение в Чжэн и тогда, убеждая наследного принца Лина начать осуществлять великий план объединения Божественной земли, он больше не встретит препятствий.
Но действительно ли наследный принц Лин достоин доверия? Цзян Хэн не мог не начать сомневаться.
http://bllate.org/book/14344/1443248
