- М-м-м...
Лоу Юйчжу со слабым стоном очнулся от глубокого беспамятства. Первым делом он ощутил пульсирующую боль в голове, а следом - невыносимую тяжесть в руках и ногах. Он попытался приоткрыть веки, но в глазах было настолько сухо, что всё вокруг расплывалось. Пошевелив пальцами, чтобы вернуть себе чувствительность, он потёр виски и лоб. Попытался приподняться на локтях, но силы изменили ему, и он снова тяжело рухнул на постель.
Твёрдые, впивающиеся в тело доски кровати заставили Лоу Юйчжу вскрикнуть от боли. «Что это за чёртов отель выбрал университет? Почему кровать такая жёсткая?» - пронеслось в голове. Он снова оперся на локти и с силой протёр глаза. Сухость и боль постепенно отступали, и после нескольких морганий зрение начало восстанавливаться.
Глиняные стены жёлто-бурого цвета... Если он не ошибался, в глину была подмешана даже сухая солома? Лоу Юйчжу недоуменно склонил голову, не понимая, что это за стебли того же цвета, что и стена. Он ещё раз протёр глаза и огляделся: глинобитные стены, земляной пол, деревянные окна, дощатая кровать... Опустив взгляд, он увидел маленькие ручки, худые ножки и детский животик. Лоу Юйчжу заикаясь пробормотал:
- Ч-что за шутки?!
- Брат Юй проснулся?
Лоу Юйчжу застыл и медленно повернул голову - шея отозвалась отчетливым хрустом. В комнату, отодвинув синюю занавеску в заплатках, вошёл маленький мальчик с головой-редиской высотой с четыре головы*. В тусклом свете Лоу Юйчжу разглядел его пожелтевшие, словно сухая трава, волосы, смуглое личико, грубую одежду с тремя заплатами и чёрные матерчатые туфли, из которых выглядывали пальцы ног. После этого зрелища веки Лоу Юйчжу дрогнули, и он величественно лишился чувств.
Последней мыслью перед обмороком было: «Какой, к чёрту, странный сон... ха-ха...»
Когда Лоу Юйчжу снова пришёл в себя на той же жёсткой постели, за окном уже сгущались сумерки. Оглядев обстановку ещё раз, он в полной мере осознал глубокий смысл выражения «четыре стены и гуляющий ветер».
- Эх-х... - Лоу Юйчжу испустил долгий вздох и потёр лицо. Жизнь оказалась куда более абсурдной, чем любой сериал. Его отец носил фамилию Лоу, мать - Чжу, и назвали его Лоу Юйчжу, что означало «Лоу встретил Чжу». Над этим именем над ним подшучивали с детского сада до выпускного бала. Его родители погибли в автокатастрофе, и он на страховые выплаты, экономя каждую копейку, закончил школу и поступил в престижный университет. Казалось, впереди блестящее будущее, но банкет в честь окончания школы и бокал лишнего алкоголя оборвали все его перспективы. Мечта стать «богатым красавцем» рассыпалась в прах, даже не начавшись.
Смерть так смерть - в конце концов, он прожил восемнадцать лет. Пусть родители и дали ему странное имя, они искренне любили его, и он не знал горя. Благодаря привлекательной внешности и уму он с детского сада был любимцем учителей и «школьным принцем». Его жизнь не была роскошной, но вполне благополучной.
Вот только видимо, какой-то небожитель, когда готовил себе обед, случайно пролил на него ведро «сюжетного бреда».
Он умер и возродился в другом теле. Но вот незадача: его прежнее имя Лоу Юйчжу превратилось в ещё более нелепое Лоу Юйчжу* - «нефритовая жемчужина»! Родители живы, братьев целая куча, родственников - хоть отбавляй, но мир-то вымышленный, без какой-либо истории в учебниках. И самое дикое - в этом мире нет женщин. Есть только «парни» и «гэры». Первые отвечают за продолжение рода, вторые - за вынашивание детей. И Лоу Юйчжу стал именно гэром! Тем самым, который может и постель согреть, и сына родить!
Если вы думаете, что это предел абсурда, то ошибаетесь. Это лишь цветочки. Ягодки в том, что у него мягкотелый папа, простодушный отец и целая свора злобных родственников.
Причина, по которой он очнулся с гудящей головой и ломотой в теле, заключалась в том, что один из этих родственничков толкнул его в воду. Мальчишка пролежал в лихорадке целый день, а врача ему так и не позвали!
«В прошлой жизни я точно был ангелом, - думал он, - причём самым красивым и талантливым, а потом случайно перешёл дорогу жене Бога, и тот в наказание пинком отправил меня в этот мир смертных. Иначе за что мне всё это?!»
- Брат Юй? - синяя занавеска снова приподнялась, и в комнату вошли двое детей: один ростом в пять голов*, другой - в четыре.
Лоу Юйчжу повернул голову:
- Второй брат. Пятый брат. - Голова всё ещё кружилась, но узнавать людей это не мешало. Мальчик побольше был его старшим родным братом по имени Лоу Хуа, а тот, что помладше - Лоу Мином. Семья Лоу жила одним двором, поэтому детей считали по общему порядку. - Где отец и папа?
Лоу Хуа подошёл к кровати:
- Всё ещё в поле. - С этими словами он сунул в руки Юйчжу миску с рисовым отваром. - Сегодня готовит второй младший дядя. Я выпросил миску отвара, чтобы ты хоть немного подкрепился. До ужина ещё больше часа, тогда я принесу тебе порцию получше.
Вторым младшим дядей был гэр-супруг второго дяди Лоу Юйчжу по фамилии Цзи. Человек он был скупой и мелочный. То, что удалось выпросить отвар, вероятно, объяснялось лишь тем, что его собственный сын, Лоу Минчжу, столкнул Юйчжу в воду. Видимо, из чувства неловкости ему пришлось что-то дать, иначе не видать бы брату даже кружки кипятка.
Проснувшись утром и снова лишившись чувств от шока, Лоу Юйчжу к вечеру действительно проголодался. Он не стал церемониться и выпил тёплый отвар.
Лоу Хуа забрал пустую миску и протянул её Лоу Мину:
- Отнеси на кухню.
- Ага! - Лоу Мин подхватил миску и вприпрыжку убежал.
Лоу Хуа поправил одеяло брату:
- Как ты себя чувствуешь? Если будет плохо, обязательно скажи, не терпи.
- Не волнуйся, второй брат, я в порядке. Немного простудился, пропотею - и всё пройдёт. - Восемнадцатилетнему парню с современным образованием приходилось подражать манере речи семилетнего ребёнка, и это было то ещё испытание. Чтобы не вызвать подозрений, Лоу Юйчжу по-детски надул щёки: - Это Лоу Минчжу столкнул меня, я не баловался! - Прежний владелец тела действительно оказался в воде из-за толчка, но Лоу Минчжу всё перевернул, заявив, что Юйчжу упал сам, заигравшись. И что самое обидное - дедушка и бабушка ему поверили! Совершенно несправедливо! - «Дедушка и бабушка слишком предвзяты. Мы оба их внуки, но почему они верят этому лживому и жадному Лоу Минчжу? Ведь каждый раз, когда он проказничает, ругают в итоге меня!»
От этих мыслей на душе стало гадко, и Лоу Юйчжу в сердцах хлопнул ладонью по одеялу.
Лоу Хуа перехватил его руку и спрятал её обратно под одеяло:
- Я же говорил тебе не играть с ними. Впредь не оставайся с Лоу Минчжу наедине.
- Я и не играл, он сам за мной увязался.
Лоу Хуа нахмурился, мучительно раздумывая, как защитить своих младших братьев. Не успел он разгладить морщинку на лбу, как со стороны кухни донеслись звуки ударов, ругань и плач Лоу Мина.
- Пятый брат?! Второй брат, скорее иди посмотри!
Лоу Хуа не заставил себя ждать и пулей вылетел из комнаты. Лоу Юйчжу попытался встать, но перед глазами всё поплыло, и ему пришлось бессильно откинуться назад, ожидая вестей.
Вскоре вернулся Лоу Хуа. Его лицо было мрачнее тучи, а за руку он вёл рыдающего Лоу Мина, у которого слёзы смешались с соплями. Лоу Хуа усадил малыша на край кровати, а Лоу Юйчжу нашёл тряпицу и принялся вытирать ему лицо.
- Что случилось?
- Пятый брат не удержал миску и разбил её.
- Всего лишь миска... - Лоу Юйчжу выдохнул с облегчением, но когда он стёр слёзы с лица Лоу Мина, на его щеке проступил ярко-красный отпечаток пяти пальцев. След был настолько чётким, что щека на глазах начала опухать. Лоу Юйчжу вскрикнул: - Это второй младший дядя ударил его?!
Лоу Мин, всхлипывая, закивал:
- Второй младший дядя... он наорал на меня... я испугался и выронил миску...
Лоу Юйчжу стиснул зубы. Судя по воспоминаниям, вся их семья была мальчиками для битья, но испытать это на собственной шкуре - это вызывало желание материться во весь голос! - Второй брат, это нельзя так оставлять.
Если не поднять шум из-за его падения в воду и этой пощёчины, они так и останутся виноватыми. Ждать, что та сторона придёт с извинениями, было бессмысленно.
Лоу Хуа хмуро ответил:
- Дедушка и бабушка не станут нас слушать.
- А нам и не нужно, чтобы они слушали. Мы просто будем скандалить. Дедушка дорожит репутацией, и чтобы заставить нас замолчать, ему придётся пойти на уступки. - Лоу Юйчжу всегда был сообразительным, и Лоу Хуа иногда прислушивался к его советам.
- И как нам скандалить?
Лоу Юйчжу подозвал брата поближе и всё подробно изложил.
- ...Второй брат, ты всё понял?
Лоу Хуа кивнул и тут же выбежал во двор.
Лоу Юйчжу, превозмогая головокружение, подтянул Лоу Мина к дверному проёму. Как только Лоу Хуа подал знак, что дедушка вот-вот вернётся, Лоу Юйчжу глубоко вздохнул, настраиваясь, и потащил Лоу Мина на кухню - устраивать разборки!
Лоу Цзицзу вёл свою семью домой после тяжёлого трудового дня. Он мечтал лишь о том, как бы поскорее отдохнуть, но не успел он подойти к воротам, как услышал во дворе настоящий переполох. Прежде чем он успел вспыхнуть от гнева, долетевшие до него слова заставили его пошатнуться.
Лоу Минчжу с растрёпанными волосами (Лоу Юйчжу успел их изрядно подёргать) стоял, уперев руки в бока, и вызывающе кричал:
- Да, это я тебя толкнул, и что дальше? Дедушка и бабушка слушают меня, а не тебя! Так тебе и надо! Дрянь такая, живучий оказался. Почему ты не сдох в воде, как тот сын из семьи Чунь?!
Столкнул в воду, желая смерти? Лоу Юйчжу сам похолодел от ужаса.
Соседи, возвращавшиеся с полей и услышавшие этот крик, тоже ахнули. В таком юном возрасте быть столь жестоким к родному брату? Если он так поступил с роднёй, то что бы он сделал с чужим человеком - сразу бы прирезал?
Фу Линьшу издал душераздирающий крик и бросился во двор. Он прижал к себе Лоу Юйчжу и зашёлся в рыданиях.
Цзи Сяожун, который всё ещё держал за руку Лоу Мина, опешил. Воспользовавшись его замешательством, Лоу Мин вырвался, подбежал и толкнул Лоу Минчжу так, что тот повалился, а затем сам кинулся к Фу Линьшу, громко завыв.
Лоу Минчжу не успел опомниться от такой перемены, как вошедший с мрачным лицом Лоу Цзицзу отвесил ему звонкую пощёчину! Теперь уже и Лоу Минчжу заголосил во всё горло.
Лоу Чэнли присел и обнял захлёбывающегося слезами младшего сына, его глаза мгновенно покраснели от боли.
Весь двор - и старые, и малые - превратился в один сплошной клубок слёз и криков. Весь посёлок слышал этот шум. Лоу Цзицзу, заботясь о приличиях, хотел закрыть ворота, но в этот момент во двор вошёл староста.
Староста деревни Яньцзяу, Янь И, оглядел этот хаос, и его брови сошлись на переносице:
- Что здесь происходит?
Любопытные соседи тут же наперебой принялись объяснять ситуацию, начиная со вчерашнего случая, когда Лоу Юйчжу оказался в воде. Главным было то, что Лоу Минчжу солгал, обвинив брата в неосторожности, а теперь сам признался в содеянном, да ещё и в таких жутких выражениях.
Лоу Чэнсинь подскочил к Лоу Минчжу, который рыдал, вцепившись в Цзи Сяожуна, и отвесил ему затрещину. Следом пощёчина досталась и самому Цзи Сяожуну, пытавшемуся защитить сына. Осыпая их руганью за дурное воспитание и злой язык, Лоу Чэнсинь повернулся к старосте с подобострастной улыбкой:
- Ребёнок просто ляпнул не подумав. Вините меня, я весь день в поле, совсем не следил за ним.
С этими словами он попытался увести свою рыдающую семью, попутно принуждая Лоу Минчжу извиниться и сказать, что он не со зла.
К несчастью, «медвежонок» Лоу Минчжу совершенно не желал сотрудничать. Он продолжал выть и ругаться, наотрез отказываясь извиняться. Лоу Чэнсинь, разозлившись не на шутку, принялся его пороть.
Лоу Хуа, который и привёл старосту, вбежал во двор и оттолкнул Лоу Чэнсиня. Он поднял с земли своего братишку Лоу Мина и картинно воскликнул:
- Четвёртый брат, что с твоим лицом?!
Лоу Мин, который и так не мог успокоиться, зарыдал ещё громче. Икая от слёз, он ткнул пальцем в сторону Цзи Сяожуна:
- У-у-у... второй младший дядя ударил... у-у-у...
Цзи Сяожун понял, что дело плохо, и тут же получил затрещину от своего мужа, Лоу Чэнсиня.
Тут и Цзи Сяожун почувствовал себя обиженным:
- Пятый ребенок разбил миску... - Он хотел сказать, что ударил только из-за посуды.
Но люди склонны верить первому впечатлению. И хотя в бедной семье миска была ценным имуществом, соседи уже начали перешёптываться:
- Разве можно так бить ребёнка из-за какой-то миски? Посмотрите на эти пальцы на щеке, он же со всей силы приложился...
Лицо Лоу Цзицзу исказилось от досады. Янь И, глядя на это, тоже нахмурился:
- Брат, я хоть и моложе тебя, но скажу: в семье и ладонь, и тыльная сторона руки - всё едино, плоть родная. Надо бы справедливо ко всем относиться.
Получив выговор от того, кто был младше его по возрасту, Лоу Цзицзу густо покраснел. Он чувствовал, что сегодня окончательно потерял лицо перед всей деревней.
Детский желудок слаб, и Лоу Мин от долгого плача не выдержал - его вырвало всем содержимым. Лоу Юйчжу, решив не отставать, просто закатил глаза и картинно упал в обморок.
Фу Линьшу, баюкая «потерявшего сознание» Юйчжу и придерживая Лоу Мина, зарыдал так горько, что казалось, у него разрывается сердце. Лоу Хуа тоже обливался слезами. Лоу Чэнли с покрасневшими глазами обнимал свою семью, и вид у него был самый несчастный.
Эта сцена заставила бы прослезиться любого. Чувствительные натуры вытирали глаза, вздыхая о «горькой доле» этой ветви семьи.
Раз во дворе поднялся такой шум, гэр-супруг старшего сына Сюй Чуньтин был вынужен выйти посмотреть. Как только он высунул голову, его заметил Лоу Цзицзу:
- Жена старшего сына, где твой папа?
Сюй Чуньтин понял, что спрятаться не удастся. Он поспешно подошёл и почтительно ответил:
- Папа сказал, что пойдёт в лавку присмотреть ткани на одежду для Вэня...
Лоу Вэнь был старшим законным внуком семьи Лоу. Сейчас он учился в уезде и в столь юном возрасте уже стал туншэном, за что Лоу Цзицзу его безмерно ценил. Обычно одно упоминание о нём приводило деда в восторг. Но сегодня ситуация была слишком серьёзной, и даже мысли о любимом внуке не смягчили его сердце.
- Какая ткань в такое время?! И ты, гэр старшего сына, неужели не слышал, какой шум поднялся в доме?!
Сюй Чуньтин побледнел, а затем густо покраснел от стыда:
- Я учил Цзиньчжу и Иньчжу вышиванию...
- Вышивание подождало бы! - В гневе Лоу Цзицзу забыл, что обычно благоволит именно этой ветви семьи. - Вели Цзиньчжу и Иньчжу бежать за лекарем. Скажи, что дома больной, пусть поспешит!
- Слушаюсь, - Сюй Чуньтин с пылающими ушами поспешил в свои комнаты, позабыв о своей обычной степенной осанке.
Лоу Юйчжу, притворяясь спящим, незаметно усмехнулся. Он подумал, что это только начало.
Настоящий Лоу Юйчжу умер, а он занял его место. Пусть не ради мести за прежнего владельца, так ради самого себя он сделает так, чтобы жизнь в этом доме стала невероятно «увлекательной»!
Примечание:
*Лоу Юйчжу (樓明珠) - в переводе буквально означает Лоу встречает Чжу. В новом мире, главный герой тоже получил имя тоже звучащее как Лоу Юйчжу, но написание и значение у него другое - 樓玉珠 - нефритовая жемчужина. Вот такой омофон.
*頭身 - это японский термин, обозначающий пропорции человеческого тела, где единицей измерения выступает высота головы. Используется для описания того, сколько раз высота головы «укладывается» в полный рост человека. Например, 8頭身 означает, что рост человека равен восьми его головам. Это считается идеалом красоты и гармонии в искусстве и дизайне. Этот термин крайне популярен среди художников для определения стиля персонажа: низкий頭身 (2–3): Чиби-стиль (маленькое тело, большая голова); высокий頭身 (7–8): Реалистичные или героические пропорции. Вообще, мне в голову не приходит как это можно обыграть в тексте, так что оставлю только как показатель роста.
Фулан - муж/супруг. В современном Китае так называют мужей занятых бизнесвумен - они сидят дома и занимаются хозяйством. Домохозяин вместо домохозяйки.
Я буду называть родителя-гэра папой, а супруга-гэра - фуланом или женой.
От переводчика:
Ну-с, с новой новеллой ヽ(*⌒▽⌒*)ﾉ
Она вроде небольшая, но переводить ее буду медленно - сейчас в приоритете "Путешествие по бессмертному царству". В планах по крайней мере по одной главе в неделю... но это планы, как получится в итоге сейчас сложно сказать. В любом случае, буду стараться и, надеюсь, вы насладитесь этой новеллой (*^^*)♡
От переводчика 2:
...Мне стыдно...
Честно, прошло полгода, а я в этой новелле даже не продвинулась (*/_＼)
Коротко: взяла в активную работу.
http://bllate.org/book/14348/1270839
