— Эй, вон он идёт.
Чжэсон понизил голос и постучал по столу в магазине, подавая сигнал. Джухён, делая вид, что пьёт, украдкой бросил взгляд назад. На перекрёстке в квартале от магазина стоял высокий мужчина. Смуглая кожа, густые брови. Хотя его лицо было чистым, без единого шрама, от него веяло ощутимой тяжестью. И ростом, и внешностью — было ясно, что он определённо связан с какими-то группировками.
Он остановился, словно проверяя что-то, и уставился в экран телефона. Иногда хмурился и почесывал бровь. Получится ли вообще стащить кошелёк у человека с такой устрашающей внешностью? Карманные кражи давно стали для Джухёна делом привычным, но сейчас почему-то уверенность таяла.
— Он, кстати, левша.
— ......
Как и сказал Чжэсон, мужчина держал телефон в левой руке и большим пальцем неторопливо постукивал по клавиатуре.
Во рту ни с того ни с сего пересохло, и Джухён допил остатки напитка одним глотком. С грохотом скользнул по асфальту пластиковый стул из магазина. Когда Джухён встал, это послужило сигналом. Друзья Чжэсона, ждавшие неподалёку, начали потихоньку двигаться.
— Если меня спалят, сразу подскакивайте, ладно?
— …Эй, ты что, думаешь, я не приду?
Он лишь на словах казался преданным, но уже несколько раз бросал его одного и смывался. И всё же на этот раз он, наверное, не сделает вид, что ни при чём. Это ведь он сам собрал людей и закрутил всю эту авантюру, значит, какую-то ответственность да возьмёт. Тем более, когда столько глаз смотрит, за свою гордость он будет держаться.
— Если ты и в этот раз меня кинешь и свалишь, я у тебя того золотого телёнка или жабу, что тебе Вонгван-хён подарил, сопру, понял?
— Ты, блядь, совсем поехавший… Ты это до сих пор… помнишь?
Чжэсон уже было повысил голос, но тут же сжался и закончил фразу на полутоне. Джухён ничего не ответил. Он лишь резким движением подтянул молнию ветровки до самого верха. Поправил очки без диоптрий, затем втянул голову в ворот так, что губы почти скрылись под тканью. Опустив голову, он сунул обе руки в карманы.
Мужчина, выбранный целью для кражи, всё так же стоял на том же месте, слегка наклонившись. Теперь он уже приложил телефон к уху и начал с кем-то разговаривать. Джухён украдкой поднял взгляд, разглядывая его лицо. Хотя они и сталкивались в районе несколько раз, так подробно он его рассматривал впервые.
— ......
Если приглядеться, он вроде бы ровесник Донъу-хёна. Мысль о старшем брате, который однажды просто исчез без следа, на мгновение замедлила шаг.
— Вот и всё. Говори по существу. Только итог.
Раздражённый, резкий окрик заставил плечи Джухёна вздрогнуть. Кажется, он впервые слышал, чтобы тот говорил так много за раз. Манера речи удивительно шла к хищно вытянутым глазам и лишь подчёркивала атмосферу недосягаемости. Мужчина, сунув правую руку в карман, лениво пнул носком камень, валявшийся на асфальте. Жест был на удивление угрожающим, и Джухён невольно опустил взгляд.
— Времени у меня нет.
С кем бы он ни говорил, разговор звучал чертовски жёстко. Джухён и сам крутился среди шпаны и бандитов, но этот мужчина был другим. Отличался уже одной только аурой.
Порыв ветра взъерошил его волосы, на миг скрыв острый взгляд. С почти полностью облетевших вишен осыпались лепестки. Розовые пятна сыпались вокруг него, странно не сочетаясь с его обликом. Джухён слегка мотнул головой, словно отгоняя розовую пелену, заслонившую обзор.
— ......
Он собрался с мыслями и медленно сделал шаг вперёд. Будто по сигналу, пространство вокруг ожило. Сзади с рёвом промчались два мотоцикла, а навстречу, дымя сигаретами, двинулась компания развязных типов.
В тот момент, когда Джухён поравнялся с высоким мужчиной, один из мотоциклов, мчавшийся с громкой музыкой, прибавил скорость. Шпана шарахнулась в сторону, и их вынесло прямо на Джухёна. Один из них с силой толкнул его в плечо.
— Ай!
Джухёна целиком швырнуло в сторону мужчины, и он пошатнулся. Толкнули куда сильнее, чем было условлено, так что он почти врезался мужчине в грудь. К тому же нога неловко подвернулась, и щиколотку резанула тупая боль.
— Ух...
Стиснув зубы, он сунул руку в карман пальто мужчины. Как только кончики пальцев нащупали знакомое ощущение, он тут же сжал ладонь. Кошелёк, зажатый между пальцами, оказался неожиданно увесистым.
— Ах ты, блядь. Эй, глаза что ли, не раскрыл?
Один из толпы хулиганов первым начал задираться, произнося свою реплику. Хотя было ясно, что это игра, вид этого наглеца вызвал раздражение. Джухён поспешно сделал вид, что пытается удержать равновесие, и резко убрал руку. Кошелёк мгновенно перекочевал в его собственный карман, а сам он торопливо поправил съехавшие очки.
— ...П-простите.
Он с самым глупым и забитым видом склонил голову перед высоким мужчиной и хулиганам. Всё это время мужчина так и не прикоснулся к нему ни кончиком пальца. Он не поддержал и не оттолкнул внезапно ворвавшегося в его объятия Джухёна. Он просто стоял, с телефоном в руке, опустив взгляд и молча наблюдая за происходящим.
— И так проход узкий, а вы тут встали и хернёй занимаетесь, суки!
Кхэ, тьфу! Один из приятелей Чжэсона, которого Джухён видел несколько раз, плюнул прямо ему под ноги. Может, потому что он и так был отмороженным хулиганом, не было понятно, играет он или ведёт себя как обычно. Джухён, бросив вслед уходящей компании ещё пару ругательств, развернулся обратно. Затем постарался придать лицу как можно более безобидное и жалкое выражение.
— Я… простите. Вы не ушиблись?
Даже на его неуклюжее извинение мужчина лишь молча смотрел сверху вниз. По ту сторону телефона кто-то кричал, явно выходя из себя. Но взгляд мужчины по-прежнему был прикован к Джухёну.
— ......
— ......
Чёрт, как же жутко. В вязкой тишине вдруг пробрало до позвоночника. Джухён, словно пытаясь что-то скрыть, незаметно свёл руки вместе, прикрывая карман с украденным кошельком. Мужчина ещё некоторое время смотрел на него, а затем внезапно оборвал звонок. После этого он скрестил руки на груди и полностью повернулся к Джухёну.
— Нет.
Его тон был типичным, как у бандита. Конечно, Джухён, должно быть, значительно моложе... Он быстро моргнул и снова тронул дужку очков, отпуская её.
— А, да… В любом случае, простите.
Он ещё раз коротко поклонился. Пусть на нём и были очки, светить лицом всё равно не стоило, поэтому Джухён уставился в землю и медленно развернулся. Даже когда расстояние между ними увеличивалось, он чувствовал, что взгляд мужчины не отрывается от него. Затылок буквально жгло.
Неужели он что-то заподозрил? Вряд ли он мог почувствовать, что кошелёк вытащили. Быстрые руки были его единственным навыком и козырем. Тем не менее, от беспокойства руки дрожали. Боясь выдать себя, он даже не мог сунуть руки в карманы, а лишь сжал их как можно естественнее.
И в тот самый момент, когда он шагал вперёд, закусив нижнюю губу…
— Эй.
Низкий голос будто одним махом ухватил Джухёна за щиколотку. В следующий миг по спине пробежал холодок. Кончики пальцев похолодели, а кошелёк мужчины в кармане вдруг показался особенно тяжёлым. Джухён, скрывая напряжение, лишь слегка повернул голову.
— …Да? Это вы мне?
Мужчина не ответил, только небрежно шевельнул пальцем, подзывая. Когда так делали знакомые старшие, это всегда вызывало отвращение, но сейчас было просто страшно.
— ......
В застывшем поле зрения Джухёна, вдалеке, показался Чжэсон, схватившийся обеими руками за голову. Похоже, даже оттуда было видно, что дело пахнет полной жопой.
Джухён разрывался между вариантами. Сорваться и бежать? Скорее всего, сразу поймают. Что делать. Пока мысли с гулом метались в голове, мужчина сделал широкий шаг вперёд. Он сокращал расстояние куда быстрее, чем Джухён успевал отступить, и в следующий миг уже остановился прямо перед ним.
— …З-зачем? Что вы… хотите?
В голосе неизбежно проскальзывала мелкая дрожь. Тем не менее, не желая показывать свою подавленность, он добавил ненужное покашливание.
— Хм.
Мужчина, издав гортанный звук на выдохе, окинул Джухёна взглядом с ног до головы. Взгляд был таким острым, что даже сглотнуть казалось неуместным.
— ......
«Не пойдёт. Надо валить. Сейчас же».
«Если поймают, сразу сдам этого ублюдка Ли Чжэсона».
Тот, конечно, обещал отстегнуть часть налички, если дело выгорит, но если получить от этих тяжёлых рук по рёбрам, на лекарства уйдёт куда больше.
Приняв решение, Джухён сжал вспотевшую ладонь в кулак и уже собирался напрячь ноги, чтобы рвануть, когда мужчина вдруг резко протянул руку. Джухён рефлекторно вскинул обе руки, закрываясь, и зажмурился.
«Будет бить».
Но словно насмехаясь над этой мыслью, прикосновение оказалось до невозможности лёгким. Что-то едва коснулось волос и тут же исчезло.
— Где ты так валялся, что таскаешь на себе такую грязь?
В большой ладони мужчины лежал крошечный лепесток сакуры. Слишком чистый, слишком нежный, чтобы называть его грязью. Мужчина небрежно швырнул лепесток на землю и сразу же развернулся. В тот же миг налетел ветер, и аромат мужчины коснулся носа Джухёна.
«Что это за запах?» Совершенно не к месту в голове всплыл вопрос.
Он несколько секунд тупо смотрел на широкую спину удаляющегося мужчины, а потом только спохватился. Из неловко выставленных в защиту рук разом ушла вся сила.
— А...!
Он сразу же сунул руку в карман ветровки, проверяя, на месте ли украденный кошелёк. Стиснул его покрепче. Тугой, набитый наличными. Облегчённо выдохнув, Джухён уже было собрался удирать, но вдруг резко остановился.
— ...Запах кожи.
Вспомнилось. От мужчины исходил запах старой кожи. Джухён прокрутил мысль в голове и невольно оглянулся. Прошло всего ничего, а мужчины уже и след простыл. Почему-то перед глазами всплыло лицо в тот миг, когда он снимал с его волос прилипший лепесток.
— ......
Неужели теперь совесть зашевелилась. У того, кто всю жизнь только и делал, что шарил по чужим карманам?
Джухён несколько раз успокаивающе похлопал себя по груди и снова сделал шаг.
Он направился к пункту назначения, расположенному в трёх-четырёх кварталах отсюда, нарочно петляя по переулкам. Расстояние, которое можно было пройти за пять минут, он преодолел, покружив минут двадцать, и только тогда добрался. В кафе рядом сидели Чжэсон и тот хулиган, что раньше задирался.
— Пришёл!
Чжэсон сиял. И неудивительно. Старшие наверняка велели ему разузнать что-нибудь об этом мужчине, а тут результат достался безо всяких усилий. Само собой, о том, что помог именно У Джухён, он и словом не обмолвится. Скорее всего, перед «хёнами» он ещё и распишет всё как собственную заслугу, пусть и будет неловко.
— А мой кофе где?
Они ведь знали, что он придёт, но заказали только себе. А он, между прочим, нарочно кружил по переулкам.
— А? Да пей этот. Я всего разок отпил.
— Заказал бы ещё. Я тут, между прочим, не просто так кругами бегал.
Раздражённо огрызнувшись, Джухён резко подтянул к себе кофейный стакан, стоявший перед Чжэсоном. В стакане с глухим звоном перекатывался лёд. Он вытащил трубочку и, не переводя дыхания, стал жадно глотать кофе. Только теперь жажда начала отпускать, а напряжение понемногу сходить на нет.
— Кошелёк, кошелёк.
Чжэсон нетерпеливо забарабанил по столу обеими руками. Осушив стакан почти наполовину, Джухён тыльной стороной ладони вытер мокрые губы. Потом вытащил из кармана то, что всё это время тянуло его вниз своей тяжестью, и бросил на стол. Раздался глухой звук, кошелёк, сложенный пополам, раскрылся.
— Чёрт его знает, кем надо быть, чтобы таскать с собой столько налички.
Покачивая головой, пробормотал Джухён. В кошельке мужчины было полно хрустящих купюр. Чжэсон бегло перебрал деньги рукой, затем вытащил и поднял водительские права, вложенные внутрь.
— Разве с первого взгляда не понятно? Парень занимается чем-то подозрительным. Говорят, он всегда так ходит. Наверное, старшие тоже почуяли запах «своих» и велели выяснить личные данные, чтобы защитить свою кормушку.
— Твою ж… Разве фотка в правах может быть такой нормальной?
Они оба склонились над водительскими правами мужчины. Джухён допил остатки кофе, разгрызая кусочки льда, попавшие в рот. Затем снова подтянул к себе валявшийся кошелёк. Пачку купюр вперемешку из десятитысячных и пятидесятитысячных.
Действительно странно. Разве в наше время есть люди, которые носят с собой такую крупную сумму наличными? Когда местные хулиганы несколько дней следили за ним, они говорили, что ничего подозрительного не заметили.
Впрочем, ему-то что. Его дело маленькое: сделал, как велели, и всё.
— Мою долю забираю?
— Ага. 20, да? Старшие будут проверять, много не утащишь.
Кивнув, Джухён вытащил из внутреннего отделения четыре купюры. Двадцать тысяч за одну кражу — не худшая сделка. С хрустом раскусив лёд, он покрутил кошелёк в руках. Тот был чистый, будто купленный вчера. Ни потёртой кожи, ни разошедшихся швов. Внутри, кроме водительских прав, — ничего. Ни карточек, ни визиток. Только аккуратные пачки новых купюр.
— ......
Джухён, разглядывая кошелёк, слегка принюхался. Когда он, словно щенок, начал обнюхивать, Чжэсон, сидевший напротив, скривился.
— Ты чё творишь, а? Какой-то конченый извращенец, блядь.
— …Заткнись. Права дай.
Запах был другим. Не таким, как тот кожаный запах, что исходил от мужчины раньше. Неловко отложив кошелёк, Джухён выхватил у Чжэсона водительское удостоверение. Сдёрнул даже очки без диоптрий и стал вчитываться в строчки. Права выглядели не новыми, но фотография была такой чёткой, будто её сделали всего пару дней назад.
— Ким... Минсу?
Имя было до невозможности обычным. Джухён втянул воздух сквозь зубы и наклонил голову. Разве может имя настолько не подходить человеку?
Ким Минсу, Минсу.
Он перебирал в уме это распространённое имя, которое, наверное, найдётся у трёх-четырёх человек, если прочесать этот район.
«Где ты так валялся, что таскаешь на себе такую грязь?»
Вдруг всплыл низкий голос. Джухён мог бы повторить сказанное слово в слово, без единой ошибки. Фраза будто содержала в себе больше одного смысла. Или ему просто показалось. От неприятного чувства он машинально провёл пальцами по твёрдому пластику водительского удостоверения.
— Ладно. Пошли.
Один из них хлопнул ладонью по столу и поднялся. Джухён неловко последовал за остальными, вернул Чжэсону и удостоверение, и кошелёк, после чего сунул обе руки в карманы ветровки.
От кафе до их «логова» было минут двадцать ходьбы. Ни машины, ни мотоцикла они с собой не взяли, так что выбора не оставалось. Идя неторопливо, Джухён слегка ткнул Чжэсона локтем.
— Эй.
— А?
— А зачем вообще про того мужика информацию собирают?
Тот, кто только что с азартом говорил об играх, скривился и цокнул языком.
— Да он, говорят, бабло мешал собирать. Кёнджон вообще сорвался, полез один на один, а его там так отделали, что старшие взбесились.
Среди потока вульгарных слов несколько фраз зацепились за уши.
— ...А зачем он мешал? Из другой банды, что ли?
— Да хрен его знает. Блядь, будто он полицейский какой-то или ещё кто.
Судя по ворчанию, похоже, и этот парень тоже получил по шее. Пока они были низшим звеном местной банды, контролировавшей район, их основными занятиями были: создавать массовку, слоняясь толпой, выполнять поручения старших и собирать деньги, обходя уличных торговцев. Даже те, кто умел немного драться, занимались этим, а Джухён в основном делал чёрную работу: воровал, водил машину, убирал.
На прошлой неделе он разъезжал по провинции, работая водителем у старших, поэтому мог и не знать о происшествии с тем мужчиной. Судя по тому, что он видел, тот был крупным, с огромными руками, наверное, даже те, кто умел драться, не смогли бы легко его одолеть.
— И тебя тоже отделали?
— А, чёрт, У Джухён, сука… Это так заметно?
— По глазам видно, что обосрался.
— Блядь.
Чжэсон вдруг остановился и резко задрал штанину. На голени расплылся здоровенный синюшный синяк.
— Ты только глянь. Я думал, кость сломал. Он меня один раз пнул — и вот тебе, пожалуйста.
— Сколько вас было?
— Трое? Четверо? Не помню. Но тот тип точно тренировался. Сто процентов бывший спортсмен.
Чжэсон и сам был крепким и шустрым, а раз даже трое-четверо таких не справились с одним, значит, тот мужчина действительно стоял особняком.
Джухён резко стукнул по голени Чжэсона, так что тот едва не подпрыгнул на одной ноге. Раздался громкий хлопок.
— Ай! Ты охренел? За что?!
— Да побрей ты хоть шерсть. Смотреть противно.
— Блядь, а сам-то ты разве чистый?
Он пошёл дальше, не оглядываясь на того, кто в спешке одёргивал штанину. Чжэсон, матерясь, поспешил следом, но его слова не доходили до ушей.
— ......
Почему этот мужчина вообще вмешался в сбор денег. Обычно, завидев их, люди старались поскорее отвести взгляд и сделать вид, будто ничего не заметили. А он — нет. Может, из тех, кто не терпит несправедливости? Или просто из самоуверенных, кто лезет вперёд, полагаясь на силу и габариты?
Впрочем… такие поступки подходили ему куда больше, чем обычное, ничем не примечательное имя — Ким Минсу.
Хотя они и сталкивались несколько раз в магазине или в переулках, но, возможно, потому что они впервые так близко разговаривали...
Весь день мысли о нём не выходили из головы. Цвет лепестка сакуры, который он снял с его волос. Запах, уловленный в тот краткий миг, когда они соприкоснулись. Даже такие пустяки всплывали один за другим.
Это было по-настоящему странно.
http://bllate.org/book/14912/1422672
