Крутой и брутальный юный хозяин дворца!
***
Через несколько дней Цинь Шаоюй связался с Цзян Иньлуном и отправил ему противоядие вместе с едой.
В то же время Шэнь Цяньфэн и остальные тайно связались с местным правительством и прочим народом из Цзянху, дабы сообща начать приготовления.
За день до битвы Шэнь Цяньлин сидел во дворе, держа маленького феникса на руках, и задумчиво смотрел на луну.
— Пи! — Пушистик растопырил крылышки, требуя, чтобы его почесали.
Шэнь Цяньлин потрепал его по голове, чувствуя себя немного подавленным.
— Все не спишь? — Шэнь Цяньфэн присел рядом.
— Брат. — Шэнь Цяньлин опустил феникса на землю. — Как брат Е?
— Он принял лекарство и уснул, — сказал Шэнь Цяньфэн. — Волнуешься за Шаоюя?
— Я за всех волнуюсь, — вздохнул Шэнь Цяньлин. — Фэн Цзюе хитер и коварен, боюсь, как бы мы не промахнулись.
— Не переживай. — Шэнь Цяньфэн потрепал его по плечу. — Мы бы не стали действовать необдуманно.
— Ага, — улыбнулся Шэнь Цяньлин. — Ложись спать, завтра рано вставать.
— Ты тоже иди отдыхать. — Шэнь Цяньфэн подтолкнул его за плечо в сторону спальни. — Жди от нас хороших новостей.
Шэнь Цяньлин кивнул. Пушистик тоже вразвалочку потопал в спальню и улегся в гнездо, зевая во весь рот.
В темном ночном небе мерцали мириады звезд, природа затихла.
На следующий вечер Цинь Шаоюй вручил Чжан Дафу кинжал.
— Это мне? — перепугался Чжан Дафу. — Я-я-я не знаю боевых искусств!
— Это не для того, чтобы ты дрался, — сказал Цинь Шаоюй. — Ты можешь продолжать притворяться идиотом, когда начнется бой, но я опасаюсь, что кто-нибудь из последователей демонической секты обезумеет, и тогда никто не сможет тебя защитить.
Чжан Дафу взял кинжал, но руки его немного дрожали.
— Не бойся. — Цинь Шаоюй хлопнул его по плечу. — К счастью ты мне помог, все в Цзянху в долгу перед тобой.
Чжан Дафу польстила неожиданная честь.
Это поистине гигантская шляпа!*
*П.п.: В переносном значении ярлык, что-то вроде звания.
— Может, тебе и дальше прикидываться Чжоу Даху-эром? — нахмурился бессмертный, видя, что Цинь Шаоюй собирается переодеться. — Отсюда до водной тюрьмы далеко, если тебя обнаружат по пути туда, придется на ходу что-нибудь придумывать.
— Нет уж. — Цинь Шаоюй надел черную одежду. — Если я переоденусь, никто не заподозрит ночлежку; но если они узнают, что я притворялся Чжоу Даху, то точно решат, что остальные здесь тоже подозрительные, и тогда последствия даже сложно будет представить.
— Когда вы отправляетесь, хозяин дворца Цинь и почтенный наставник? — спросил Чжан Дафу.
— Вовремя, — коротко ответил Цинь Шаоюй.
— Вовремя? — Чжан Дафу ничего не понял.
Цинь Шаоюй кивнул, наливая себе горячего чая, уголки его губ слегка приподнялись.
Чжан Дафу еще немного беспокоился, но, увидев улыбку на его лице, неожиданно ощутил спокойствие. Ему даже показалось, что... они одержат победу!
Не нужно было никаких героических речей, вообще не нужно ничего говорить, достаточно лишь улыбнуться, чтобы успокоить окружающих. Это достойный человек, ради которого молодой господин Шэнь бросил тысячелетнее совершенствование и снизошел в мир смертных, чтобы быть вместе с ним! Это очень-очень здорово!
Чжан Дафу переполняли эмоции!
Внутри водной тюрьмы стражник как обычно поставил еду на столб, наорал на узников, чтобы они ели побыстрее, а потом запер двери на замок и остался сторожить снаружи.
Дождавшись, когда он выйдет, заключенные переглянулись и, не подавая виду, собрали силы, чтобы наконец избавиться от железных оков. После того, как они очистили тела от яда гу, Цинь Шаоюй прислал им стимулирующие лекарства, и хотя их было недостаточно, чтобы полностью изгнать холод, просочившийся внутрь, большая часть силы восстановилась, и справиться с несколькими тюремщиками не представляло проблемы.
— Закончили? — Вошел тюремщик, ковыряя в зубах.
— Иди сюда. — Цзян Иньлун поднял на него взгляд.
— Я? — глумливо произнес тюремщик. — Зачем ты меня зовешь?
Глаза Цзян Иньлуна были красными и явно очень злыми.
— Даже если я подойду, что ты мне сделаешь? — Тюремщик беспечно направился к нему. — Ты все еще считаешь себя главой? Тьфу, никчемыш...
Он не смог договорить, Цзян Иньлун резко выбросил руку и утянул его под воду, выворачивая конечности. Тюремщик мгновенно потерял сознание.
— Давай быстрее... А! — Другой, заметив, что его напарник долго не возвращается, нетерпеливо толкнул дверь. В результате, войдя, он увидел в воде своего напарника без сознания и до смерти перепугался. Развернувшись, он хотел было убежать, но получил удар ребром ладони по шее и без единого звука распростерся на полу.
В конце коридора несколько последователей демонической секты пили и болтали. В самый разгар веселья один из них вдруг изменился в лице и в ужасе вскочил на ноги.
— Ты призрака увидел, что ли? — Остальные озадаченно проследили за его взглядом, а увидав то, что его так ужаснуло, едва сами не обмочили штаны. Узники, которым надлежало находиться в камере, вырвались и теперь направлялись к ним со злыми лицами.
— Эй, кто-нибудь! — завопил сектант, практически выкатываясь наружу. — Пленники сбежали, быстро доложите главе!
Тюрьма мгновенно опустела, а последователи истинного пути сняли со стен мечи и плети и с ревом бросились убивать.
После столь долгого заточения всех их обуревало лишь одно желание — убить Фэн Цзюе собственными руками.
— Глава секты! — Те, кто находился за пределами тюрьмы, услыхав новость, тоже с воплями разбегались. — Быстро найдите главу секты и Золотую Змею!
Сидевший на большом дереве за пределами водной деревни Цяньу Шэнь Цяньфэн издали наблюдал за суматохой, понимая, что первый этап плана прошел успешно. Тогда он запустил в небо десяток сигнальных огней и спрыгнул на спину лошади.
— За мной, убьем их!
Воины Цзянху поскакали за ним, их крики сотрясли небеса, копыта лошадей подняли пыль, добавив красок к творящемуся хаосу.
— Сбежали? — Услышав эту новость, Фэн Цзюе насмешливо посмотрел на Золотую Змею. — Похоже, не слишком-то сильны твои гу.
— Как ты можешь язвить в такой момент?! — Хотя она не считала, что проблема заключается в гу, но факт оставался фактом: пленники действительно сбежали. Золотой Змее оставалось только прикрыть стыд вспышкой гнева: — Разве не нужно разобраться с этим?
— Вы позволите выпустить священную птицу из клетки? — осторожно спросил адепт.
— Я сама схожу. — Опираясь на палку, Золотая Змея направилась на задний двор.
Фэн Цзюе пренебрежительно ухмыльнулся и неторопливо налил себе еще чашку чая, после чего встал и направился к двери. Раньше, когда десятки сект действовали заодно, вероятно, это и могло вызвать беспокойство, но сейчас не те времена. Он наконец в совершенстве овладел Дланью Разрушения Души, и сейчас настало время опробовать ее.
На пустыре за пределами водной тюрьмы последователи истинного пути сражались с адептами демонической секты. Вечерняя заря разлилась по небу, окрашивая глаза всех присутствующих в цвет крови.
— Похоже, я вас недооценил, — холодно усмехнулся Фэн Цзюе, стоя на крыше. Подол его одеяния хлопал на ветру.
— Фэн Цзюе! — Цзян Иньлун держал в руках меч, лицо его было залито кровью, а в глазах плескалась ненависть.
— Ты обижен, что я зарезал твою наложницу? — Фэн Цзюе приподнял бровь. — Не придавай этому значения, скоро ты с ней встретишься.
Цзян Иньлун взревел от гнева и, замахнувшись мечом, бросился к нему. Фэн Цзюе резко отклонился назад, собирая в ладони сгусток хаотической внутренней силы, что затем стрелой устремилась к груди Цзян Иньлуна.
— Брат! — Цзян Цзяолун рванулся, чтобы оттолкнуть его, но кто-то оказался быстрее.
Черный силуэт уверенно опустился на землю, в руке он сжимал длинный меч, сияющий холодным светом.
— Хозяин дворца Цинь! — Последовали истинного пути тотчас окружили его.
Цинь Шаоюй презрительно посмотрел на Фэн Цзюе.
— Так ты не умер? — Фэн Цзюе приподнял брови. — Вот так сюрприз.
— Когда я убью тебя, мне еще предстоит долго и счастливо жить с Лин-эром, как я могу умереть? — равнодушно сказал Цинь Шаоюй. — Зато ты один, без родных и друзей. Когда ты умрешь, никто не будет о тебе скорбеть. Как знать, может даже найдутся те, кто запустит фейерверк, чтобы отпраздновать это событие.
— Болтай что хочешь, мне нет до этого дела. — Фэн Цзюе неторопливо закатал рукава. — Людям всегда есть что сказать на пороге смерти. Раз ты не умер в тот день на утесе, стоит помочь тебе подохнуть сегодня.
Под жуткие крики в небе появилась целая тьма из сотен черных траурных птиц. После многих дней отличной кормежки, они стали, казалось, еще больше, чем раньше.
— Признай поражение сейчас, и тогда я сохраню твой труп целым, — издевался Фэн Цзюе.
Цинь Шаоюй достал нефритовый свисток, поднес к губам и свистнул.
Фэн Цзюе чуть не расхохотался:
— Думаешь, сможешь контролировать священных птиц при помощи этой штуки?
— Красивое имя не изменит гадостного содержания, они по-прежнему остаются мерзкими тварями. — Цинь Шаоюй убрал нефритовый свисток. — Знаешь почему этот вид нефрита называется нефритом дерева утун?
Услышав его слова, Фэн Цзюе нахмурился, но не успел и рта раскрыть, как с горизонта донесся чистый протяжный крик.
Губы Цинь Шаоюя изогнулись:
— Потому что он призывает феникса.
Сотни золотых фениксов взмыли ввысь на фоне заходящего солнца, и даже вечерняя заря померкла от взмахов их огромных крыльев.
Зараженные гу траурные птицы, лишенные чувства страха, не отступили и все так же неслись к Цинь Шаоюю и последователям истинного пути. Золотая Змея, однако, побледнела, ее визг почти поменял тональность:
— Назад! Быстрее возвращайтесь!
Госпожа Цикада, сидящая верхом на вожаке стаи, тоже изо всех сил попыталась заставить птицу повернуть, но терпела неудачу — под действием гу те превратились в кровожадных марионеток, не знающих боли, жизни и смерти. Именно благодаря им демоническая секта в тот день подавила последователей истинного пути, однако преимущество, бывшее в тот день, сейчас обернулись недостатком. Сотни сияющих золотом фениксов обрушились на них, как приливная волна, острые когти вонзились глубоко в тело и в одно мгновение рвали траурных птиц на части.
Кровавый дождь хлынул потоком, сопровождаемый воплями ужаса. Воздух моментально наполнился красным туманом, от которого исходил тошнотворный запах.
— Глава секты! — в ужасе закричал кто-то. — Они привели войско! Мы не можем их остановить!
Осознав, что все идет не так, как он ожидал, Фэн Цзюе развернулся и побежал.
Цинь Шаоюй прыгнул вперед и погнался за ним. Два феникса, ударив крыльями, ринулись следом.
— Пи!
На спине старшего брата сидел Пушистик, его пух растрепался на ветру, когти крепко сжались, но в глазах сияла отвага!
Сразу видно — сын молодого господина Шэня!
Он был невероятно хорош!
Небо совсем потемнело. Цинь Шаоюй и Фэн Цзюе оказались в глухом переулке.
Красные фонари по обе стороны качались на ветру и выглядели зловеще.
— Никак не сбежать? — усмехнулся Цинь Шаоюй.
— Не ожидал, что ты по-прежнему столь порывист, — повысил тон Фэн Цзюе, в его глазах мелькнула странная улыбка. — Ты действительно считаешь, что один на один я не смогу одолеть тебя?
— Кто сказал, что я буду один? — возразил Цинь Шаоюй.
— Пи! — Пушистик тоже сурово топнул лапкой!
— Думаешь тебе помогут пара фениксов и эта утка? — Фэн Цзюе чуть не расхохотался.
Пушистик был очень доволен собой, не понимая, что его низвели до статуса еды.
— Есть еще я, — с крыши спрыгнул Шэнь Цяньфэн и встал рядом с Цинь Шаоюем.
— Пи! — Пушистик холодно вскинул голову, но не рассчитал силу и полетел кувырком.
— ... — Шэнь Цяньфэн.
Цинь Шаоюй невозмутимо подхватил сына и сунул его за пазуху.
Ну и дурачок... Вот уж кому вряд ли можно помочь.
____________________
Перевод: Lissa_R
http://bllate.org/book/15170/1340693
