Раньше у городских ворот всегда стояла стража, но сегодня там было пусто, а сами створки были наглухо заперты.
Ли Си поднял голову, всматриваясь в закрытые ворота, и после недолгого молчания произнёс:
— Возвращаемся.
Дуань Чжэнь посмотрел на него с недоумением.
Выражение лица юноши было сложным. Он явно предвидел такой исход, но всё равно не поленился встать ни свет ни заря и прийти сюда лишь ради одного взгляда на эти ворота.
— О чём ты думаешь? — спросил Дуань Чжэнь.
— Думаю о том, что если бы тогда у меня была нынешняя сила, возможно, ничего бы этого не случилось, — Ли Си слегка погладил гриву коня под собой и добавил будничным тоном: — Поехали. Если не вернёмся сейчас, то в городе начнётся хаос.
События, последовавшие за этим, он помнил десятки лет: стоило закрыть глаза, как перед ним возникали кровавые реки, текущие по городу, а в ушах стояли отчаянные крики людей и звук клинков, вонзающихся в плоть. Если бы не сила Сенафэля, он, вероятно, давно бы не выдержал.
Дуань Чжэнь чутко уловил, что Ли Си сейчас не в духе, точнее — его состояние было крайне скверным. Опустив глаза, мужчина ненадолго задумался, припоминая рассказанное юношей и алтарь Короля Демонов под землёй. Внезапно его осенило: он примерно понял, какая трагедия сейчас развернётся перед их глазами.
Он пришпорил коня, поравнялся с Ли Си и после недолгого молчания сказал:
— Если не хочешь на это смотреть — не смотри.
— Ты прав, — усмехнулся Ли Си. — Но я хочу посмотреть. Считай это своего рода «воспоминаниями о детстве».
Юноша всегда описывал события прошлых лет небрежным тоном и лёгкими фразами, но Дуань Чжэнь чувствовал, что эта рана так и не затянулась. Она пролегла через всё сердце Ли Си, и любое, даже самое лёгкое прикосновение причиняло ему острую боль.
Но Дуань Чжэнь не знал, как исцелить его.
Вот так, не спеша, они вернулись в город на лошадях. А там уже царила неразбериха: люди стихийно собирались в толпы, на их лицах читалась скорбь, они громко выкрикивали призывы отомстить за герцога. Среди толпы сновали несколько человек в черных плащах.
— Это повстанцы, — произнёс Ли Си, наблюдая за этой сценой издалека из седла. — Люди, которые сплотились сами после того, как герцога убили без всякой вины, желая добиться справедливости... Какова бы ни была их конечная цель, все они потерпели крах.
Королевская семья прислала великого мага, который одним запретным заклинанием в один миг стер этот город с лица земли. Почти все, кроме него самого, погибли. Разумеется, позже Ли Си воспользовался тем же запретным заклинанием, чтобы вырезать всю королевскую семью — это можно было назвать местью по принципу «око за око».
— Господин Филот, — перед ними внезапно возник человек в чёрном плаще и почтительно склонился. — Сейчас городу нужно, чтобы вы взяли управление в свои руки. Пожалуйста, соберитесь с силами!
Ли Си не стал спешиваться, окинув мужчину взглядом сверху вниз.
— Чего вы хотите?
— Добиться справедливости для Его Светлости! — чеканя слова, праведно провозгласил человек в черном. — Герцог лишь разыскал для вас «Сенафэль», и за это был жестоко убит королевской семьёй! Это неслыханное беззаконие, боги не потерпят подобного!
— За смерть отца я, разумеется, отомщу сам, — Ли Си слегка наклонил голову набок, — и приносить вас в жертву для этого не нужно.
— Но королевская семья уже считает «Сенафэль» своей добычей, они точно не оставят вас в покое! — процедил человек в черном сквозь зубы. — Господин Филот, лучше вам поскорее уходить отсюда. Мы будем сражаться до последнего вздоха, чтобы выиграть вам время для побега!
Каждое его слово звучало так, будто он пёкся о благе Ли Си, но в действительности ни один горячий юнец, чей отец погиб из-за него, не стал бы трусливо бежать, точно побитая собака, если у него есть силы дать отпор.
Тогда Ли Си этого не понимал, но сейчас он видел всё насквозь.
— Ну хорошо, — уголки его губ слегка приподнялись в улыбке.
Человек в черном заметно оцепенел — он явно не ожидал, что тот согласится. В следующий миг его тело внезапно исказилось, а голос стал хриплым и механическим.
— Просим... господина Филота... возглавить... нас.
В то же время все снаружи, включая тех горожан, одновременно повернули головы и уставились в сторону Ли Си. Их голоса слились в один.
— Просим... господина Филота... возглавить... нас.
— Ничего с вами не поделаешь, — Ли Си даже не изменился в лице и кивнул. — Раз так, я останусь, чтобы собрать силы и восстановить справедливость ради моего отца.
Сказав это, он слегка сжал бока коня, направляя его к резиденции герцога.
Весь путь люди провожали их остекленевшими, механическими взглядами, и их головы поворачивались вслед за движениями Ли Си. Дуань Чжэнь, пряча лицо под капюшоном черного плаща, незаметно наблюдал за ними.
Всего за одно мгновение люди, которые только что казались живыми и настоящими, стали мертвенно-бледными; их глаза затянуло серой пеленой, мышцы одеревенели, а лица приобрели синюшно-серый оттенок.
Хотя они и не превратились в таких монстров, как вчера, вряд ли их теперь можно было назвать чем-то безобидным.
В поместье всё было точно так же: дворецкий одеревеневшими движениями принял у Ли Си поводья, но его глаза были намертво прикованы к юноше. Рот его приоткрылся, а из горла вырвалось странное клокотание.
— Прочь, — холодно бросил Ли Си.
В глазах дворецкого на миг промелькнул проблеск сознания, и он увёл коня.
Дуань Чжэнь, продолжая играть роль его личного слуги, последовал за ним внутрь.
— Эти люди вот-вот начнут мутировать, — тихо сказал он. — Если мы окажемся в кольце — будет худо.
— Ничего страшного, — ответил Ли Си.
Он поплотнее запахнул черный плащ и повёл Дуань Чжэня прямиком в кабинет; там он сел в хозяйское кресло и, запрокинув голову, тяжело вздохнул.
— Отец никогда не пользовался такой всенародной любовью, — пробормотал он. Может, ему просто захотелось выговориться. Когда всё это случилось в тот раз, он был поглощён горем и неверием, и с тех пор ни разу толком не осматривался здесь. — Он был суровым и холодным человеком, по крайней мере, со стороны казался именно таким. Без сомнения, он сильно любил меня, но… почти не обнимал и редко улыбался. В детстве я постоянно думал, что отец меня не любит, и даже закатывал ему из-за этого кучу истерик. Но… только когда он умер, я осознал, какое важное место он занимал в моём сердце, — договорив, Ли Си снова вздохнул.
Он достал из ящика стола предмет, похожий на зеркальную пластину. На ней были запечатлены трое: молодая супружеская пара, держащая на руках младенца.
Ли Си отрешённо уставился на пластину, и спустя долгое время тихо цокнул языком.
— А этот мир воссоздан на редкость достоверно.
Дуань Чжэнь стоял рядом и тоже видел лица этих двоих. Мужчина с черными волосами и синими глазами даже на портрете поджимал губы и хмурился, выглядя чрезвычайно строго. Женщина же, с длинными золотистыми кудрями, прижималась к мужу; уголки её губ были приподняты в мягкой, тёплой улыбке. Малыш с голубыми глазами у неё на руках сосал палец и, задрав белую пухлую ножку, с любопытством смотрел прямо на них.
Любому, кто хоть раз видел Ли Си, хватило бы одного взгляда, чтобы понять: он связан с этими людьми кровным родством. Он унаследовал от матери красоту, однако едва уловимые черты делали его облик таким же резким и волевым, как у отца. Когда с его лица исчезала улыбка, взгляд этих глаз становился суровым и леденящим, будто подёрнутый коркой льда.
Вот только Ли Си по отношению к нему всегда являл лишь сладкую как мёд улыбку, поэтому только сейчас Дуань Чжэнь узнал, как эти глаза выглядят на самом деле. На душе у Дуань Чжэня становилось всё более неспокойно. Он всматривался в профиль Ли Си, приоткрыл было рот, но в конце концов промолчал, не желая прерывать ход его мыслей.
Кем бы он ни был — Сенафэлем или Ли Си — сейчас он был просто человеком, тоскующим по своим родителям.
Пока Ли Си созерцал магическую фотографию, Дуань Чжэнь снова принялся осматривать кабинет.
Он уже был здесь в первую ночь, но из-за нехватки времени успел просмотреть лишь лежавшие на столе бухгалтерские книги, да ещё кое-какие документы. Теперь же, глядя на книжные полки, он заметил множество трудов по истории и географии, а также книги по магии. Вытащив одну из них, он увидел внутри плотные ряды текста, вот только буквы были кривыми и косыми — он никогда не встречал подобной письменности.
А вот бухгалтерские книги на столе, как ни странно, были целиком на китайском…
К этому моменту Ли Си уже отложил снимок и тоже потянулся к учётным книгам. Дуань Чжэнь снова подошёл к нему и, увидев, что там по-прежнему красуются китайские иероглифы, которые Ли Си читал без малейшего труда, ощутил, как его подозрения стали ещё на каплю крепче.
Они провели в кабинете около получаса; Ли Си не выказывал намерения уходить, да и снаружи не доносилось ни звука. Дуань Чжэнь, пристально наблюдая за ним, вдруг позвал:
— Ли Си?
Ли Си не шелохнулся, и лишь спустя какое-то время поднял на него взгляд, со слабой, лукавой усмешкой заметив:
— Можешь говорить прямо, что хотел.
— Тебе знакомо это имя? — спросил Дуань Чжэнь и не стал ходить вокруг да около. — Кто ты на самом деле: Сенафэль или Ли Си?
— Раньше я не видел этой штуки, — Ли Си приподнял руку и слегка тряхнул запястьем, демонстрируя умный браслет, плотно облегавший его бледную кожу. — Но со временем стал замечать. Правда, никаких заданий на нем нет.
Ли Си поднялся с места, шагнул к Дуань Чжэню и пристально заглянул ему в глаза.
— А если я одновременно и Сенафэль, и Ли Си, что ты предпримешь? Расстанешься со мной? — он тихо рассмеялся, взял руку Дуань Чжэня и прижал её к своей груди, прошептав: — Или, может, убьёшь меня прямо здесь? В этой игре четырёх Королей Демонов моя смерть приведёт к краху четверти мира. Кто знает, быть может, это спасёт немало людей.
Дыхание Дуань Чжэня на мгновение перехватило. Он смотрел на Ли Си, не ожидая, что тот произнесёт нечто подобное.
— Ты всё это время притворялся? — спросил он.
— А ты угадай, — Ли Си невинно захлопал ресницами. Он выпрямился и лениво потянулся. — После этого раза я больше не играю.
Дуань Чжэнь, нахмурившись, посмотрел на него и вдруг перехватил его запястье, чтобы рассмотреть умный браслет. На нем действительно не было заданий, однако он по-прежнему светился как активный.
— Игра четырёх Королей Демонов... что вообще за история с этой Системой? — спросил Дуань Чжэнь. — Если я правильно понимаю, ваш мир изначально магический. Как в нем могла появиться Главная Система, которая больше относится к сфере высоких технологий?
***
Автору есть что сказать:
Дуаньдуань: «Неужели прежние клятвы в вечной любви были ложью?!»
Ли Си: «Как бы странно это ни звучало, но я и сам не помню…»
http://bllate.org/book/15219/1417562
