Готовый перевод After Breaking Up, I Became a Viral Sensation in the Entertainment Industry Through a Variety Show / Неловкий дебют суперзвезды: Глава 38

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

— Да-а-а! Мы наконец-то все ответили правильно! А-а-а!

Сун Си от избытка чувств сгребла Юй Цяньцянь в охапку.

Слава богу, больше никому не придется сидеть голодными!

Ци Янь краем глаза уловил, как Шэнь Шуи и Гу Чи все еще держатся за руки. Мрачно насупившись, он взялся за пиалу и разом осушил её до дна.

Цзян Юй, который до этого бурно радовался каждому правильному ответу и раздавал «дай пять» налево и направо, на сей раз повел себя куда сдержаннее — лишь символически похлопал вместе со всеми.

К счастью, восторженные возгласы Сун Си и Юй Цяньцянь поддерживали всеобщее оживление, не давая обстановке стать слишком неловкой.

По правилам шоу фирменное блюдо «Весенний всплеск», которое только что подали съемочные группы, теперь полностью принадлежало участникам.

Организаторы раздали всем пиалы и палочки.

— Ого! — Глаза Сун Си засияли. — Рыба выглядит такой нежной!

Цзян Юй наклонился и потянул носом:

— А пахнет-то как аппетитно...

Тан Синьвэнь оглядела присутствующих и с улыбкой спросила:

— Ну что, приступаем?

— Приступаем!! — хором откликнулись остальные.

Стоило Тан Синьвэнь опустить палочки в блюдо, как остальные, словно по команде, тоже принялись за еду. Мужчины проявили галантность и подождали, пока девушки возьмут свои порции, и только потом потянулись к рыбе.

Шэнь Шуи аккуратно поддел самый нежный кусочек с брюшка.

Гу Чи повезло меньше: только с третьей попытки ему удалось перенести на свое блюдечко более-менее целостный ломтик.

Цзян Юй подул на свой кусочек.

Юй Цяньцянь заметила, что пока остальные наперебой накладывают рыбу, Ци Янь единственный сидит неподвижно.

— Ци Янь, а ты чего не ешь? — заботливо поинтересовалась она. — Рыбу не любишь?

Цзян Юй, вытащив косточку, отправил рыбу в рот. Придерживая пиалу, он хитро прищурился:

— Раскрою вам маленький секрет. Ци Янь... абсолютно не умеет выбирать кости!

Сун Си уже отправляла в рот очередной сочный кусок. М-м, пальчики оближешь! Впрочем, увлеченность деликатесом не помешала ей ухватиться за свежую сплетню. Она перевела взгляд с Цзян Юя на Ци Яня:

— А почему? Разве кости не просто палочками вынимаются?

Тан Синьвэнь, склонившись над тарелкой, подняла глаза:

— Боится, что мелкие останутся?

— Именно! — Цзян Юй безжалостно рассмеялся. — В детстве он сильно подавился костью, и с тех пор у него психологическая травма. Он ест только рыбу, где костей почти нет — вроде помфрета, окуня или камбалы. А если костистая — даже пальцем не прикоснется. Скажите, ведь чистой воды фобия? Ха-ха-ха!

— Ничего страшного, Ци Янь, — подсказала Юй Цяньцянь. — Бери с брюшка, там костей почти нет.

— Спасибо, — сухо поблагодарил Ци Янь, но к палочкам так и не притронулся.

Шэнь Шуи его реакции ничуть не удивился.

Тому, кто никогда не подавился костью, вряд ли понять этот животный страх.

Ци Янь рос в деревне, а там взрослые не считали подобное проблемой. В ход шли народные средства: проглотить сухой комок риса, чтобы протолкнуть кость, или выпить уксуса, чтобы она размякла.

Но кость попалась толстая, и мальчик сильно намучился. От адской боли он заходился плачем, пока его не вырвало — лишь тогда кость вышла наружу.

Шуи узнал об этой истории еще до того, как они начали встречаться — матушка рассказала. Поэтому каждый раз, когда Ци Янь приходил к ним в гости, мама всегда покупала помфрета: в нем мало костей, а мясо невероятно нежное.

Позже, уже в отношениях, если они заказывали в ресторане вкусно приготовленную рыбу, Шуи всегда сперва тщательно выбирал косточки и перекладывал лучшие кусочки в тарелку Ци Яня, чтобы тот тоже мог попробовать.

Тан Синьвэнь, которая рыбу заказывала редко, указала на блюдо:

— А что это за рыба?

Шэнь Шуи присмотрелся:

— Сазан. Мясо у него сочное и нежное, очень вкусное, но мелких костей действительно много, так что будьте осторожнее.

Говоря это, Шэнь Шуи с естественной непринужденностью поставил блюдечко с уже очищенной филешкой прямо перед Гу Чи, а его тарелочку со спутавшимися костями забрал себе.

Сун Си и Юй Цяньцянь синхронно округлили глаза. Девушки молча переглянулись, но озвучить свои мысли не решилась ни одна.

Кто знает, что из этого войдет в финальный монтаж?

Армия фанатов Гу Чи — это сокрушительная сила, с которой лучше не связываться.

Зато Тан Синьвэнь подобными страхами не страдала и, повинуясь искреннему любопытству, прямо спросила:

— Шуи, ты что, сейчас выбирал косточки для Гу Чи?

У Ци Яня, у которого с самого утра в желудке не было ничего, кроме пары чашек чая, внутри тупо заныло.

Для Шэнь Шуи этот жест был привычным проявлением заботы, и он совсем не ожидал, что Тан Синьвэнь обратит на это внимание.

Замявшись, он попытался объяснить:

— Ну... просто я заметил, что Гу Чи как-то...

Гу Чи и сам не ожидал такого подарка. Улыбнувшись, он подхватил:

— Неужели я выглядел настолько неуклюже, что у брата Шуи душа не выдержала?

— Вовсе не неуклюже, — мягко поправил его Шэнь Шуи. — Просто непривычно. Наверное, ты редко ешь рыбу.

Юй Цяньцянь показала большой палец:

— Брат Шуи, ты виртуозно владеешь искусством дипломатии!

Сун Си, отправляя в рот очередной кусок, поддакнула:

— Тебе пора писать книги по этикету!

Щеки Шэнь Шуи мгновенно вспыхнули, кончики ушей заалели, и он смущенно уткнулся в тарелку, усердно разгребая очередную порцию.

Очистив еще немного филе, он снова пододвинул его Гу Чи и лишь после этого поднялся, чтобы дотянуться до блюда на другом конце стола.

— Боже мой, брат Шуи, — с искренним вздохом произнесла Сун Си, — тот, кто станет твоей половинкой, будет самым счастливым человеком на свете!

Тан Синьвэнь достала салфетку и как бы между прочим поинтересовалась:

— Шуи, а ты сам встречался с кем-нибудь? Наверняка ведь был опыт?

Шэнь Шуи на секунду замер. Поразмыслив, он решил, что скрывать тут нечего.

Опустившись обратно на стул и переложив кусочек рыбы в блюдечко, он тихо ответил:

— Да, встречался.

Юй Цяньцянь подула на рыбу:

— Встречался? Значит, сейчас один?

— Угу, — кивнул Шэнь Шуи.

Костяшки пальцев Ци Яня, сжимавших пиалу, безнадежно побелели.

— Ой, прости, брат Шуи! Я ляпнула не думая, — Юй Цяньцянь поспешно поднялась со своего места с чашкой в руках. — Заглаживаю вину чаем вместо вина!

За общим столом атмосфера расслабляет, вот язык и сболтнул лишнего.

Шэнь Шуи тут же подхватил свою пиалу:

— Всё в порядке, это дело прошлое.

Губы Ци Яня сжались в узкую нить.

Гу Чи тоже поднялся и предложил:

— Давайте поднимем чашки вместе. Вместо вина — за то, чтобы наши съёмки прошли гладко и успешно!

Обстановка мгновенно разрядилась.

— Отличная идея! — вскочила Сун Си. — За успешные съёмки!

Превозмогая тупую боль в желудке, Ци Янь поднял чашку со всеми.

Все потянулись к центру стола, чтобы соприкоснуться пиалами.

Однако в то самое мгновение, когда чашка Ци Яня едва не коснулась чашки Шэнь Шуи, тот едва уловимым движением отвёл свою руку в сторону.

Все снова уселись на свои места.

— Ну что, брат Шуи, давай выпьем отдельно.

Гу Чи взялся за чайник и снова наполнил их пиалы.

Шэнь Шуи удивлённо приподнял брови:

— М?

— Спасибо, что вычистил для меня кости, — пояснил Гу Чи.

— Да ну что ты, не стоит, — поспешно отозвался тот.

Гу Чи слегка приподнял пиалу:

— Чокнемся?

Шэнь Шуи обеими руками взял свою пиалу и осторожно соприкоснулся с чашкой Гу Чи, а на его губах заиграла едва заметная улыбка.

Голос режиссёра снова прогремел из мегафона, заставив Шэнь Шуи и Гу Чи одновременно обернуться на звук.

— Если все уже перекусили, давайте перейдём к следующему раунду вопросов!

— Режиссёр! Вы же нам всё несварение желудка устроите! — запротестовала Юй Цяньцянь.

— Что за бесчеловечность! Где ваша совесть? — подхватила Сун Си.

— Но если мы не продолжим игру, — виновато напомнил режиссёр, — Ци Янь так и останется голодным, не съев ни кусочка.

— И то правда...

— Ладно, давайте дальше.

И снова начался очередной этап состязания.

Когда викторина наконец завершилась, с учётом «Весеннего всплеска» участникам удалось отвоевать три блюда. Порции оказались внушительными, так что всем удалось хоть как-то утолить голод — примерно наполовину.

Покончив с обедом, все остались за столом — отдохнуть и поболтать. В этот момент съёмочная группа раздала карточки с заданиями.

Юй Цяньцянь вяло уткнулась лицом в стол:

— А-а-а! Опять карточки? Мы же только-только поели! Неужели нельзя просто спокойно попить чаю и подышать свежим воздухом во дворе? Можно я откажусь?

Видно было, что её всё ещё удручала утренняя неудача.

Шэнь Шуи, вспомнив про прошлые задания вроде «изобрази сердечко участнику», тоже поглядывал на карточку с лёгким опасением. Неужели снова приготовили какую-то чушь?

***

— Полагаю, карточки уже у всех на руках? — раздался голос режиссёра. — Успели прочесть?

— Не-а!

— Неинтересно!

— Даже открывать не хочу!

—... — Режиссёр на мгновение лишился слов, а потом продолжил: — Что ж, раз все уже ознакомились... Вопросы на ваших карточках наши сотрудники отобрали из сети — это то, о чём больше всего спрашивают поклонники. Всё, что от вас требуется, — честно и откровенно ответить. Кто начнёт?

Хоть участники и дружно кричали, будто ничего не смотрели, на самом деле каждый сразу же раскрыл свою карточку. По сравнению с утренней беготнёй и обеденными конкурсами этот блиц-опрос фанатов выглядел безобидно и не требовал особых усилий.

— Давайте снова с меня, — предложила Сун Си. — И пойдём по кругу против часовой стрелки, как за обедом.

— Никто не против? — уточнил режиссёр. — Если возражений нет, то так и сделаем.

Возражений не последовало, и опрос начался с Сун Си.

Сун Си развернула карточку к камере и остальным участникам, кратко изложив суть:

— Сами видите, поклонники спрашивают, правдивы ли слухи о моём романе с Фань Вэньхао. Ого, а вы смелые!

Она шутливо погрозила пальцем в объектив, а затем посерьёзнела:

— Я знаю, что в сети гуляет полно нелепых сплетен о моей личной жизни. Поэтому официально заявляю: всё это полная чушь, не верьте. И второй вопрос: если я завяжу отношения, признаюсь ли публично? Хм... Зависит от обстоятельств. Если мы будем долго и прочно вместе, то, наверное, да. А если всё только началось и нет никакой уверенности, лучше пока сохранить секрет. Как-никак, публичность давит, и не каждая пара в самом начале способна с этим справиться.

— Вот-вот, у нас с Ци Янем было точно так же, — кивнул Цзян Юй. — Мы раскрылись только тогда, когда поняли, что всё серьёзно.

— Опыт не пропьёшь, — двусмысленно подмигнула ему Сун Си.

Цзян Юй с нежной улыбкой прижался к плечу Ци Яня.

Шэнь Шуи толком не наелся за обедом, поэтому решил перекусить фруктами. Он любил не слишком сладкие и не слишком кислые плоды — вроде черешни, джекфрута или питахайи.

Большое блюдо с фруктами стояло в самом центре стола. Все спокойно дотягивались, и лишь с места Шэнь Шуи добираться до него было неудобно. Особенно до черешни — она лежала дальше всего, а набирать сразу большую горсть ему было неловко. Пришлось немного подвинуться к Гу Чи и вытянуть руку.

И тут в его ладонь легли несколько ягод черешни, кусочки джекфрута и лонганы. Ладонь оказалась доверху забита любимыми лакомствами.

Удивлённый Шэнь Шуи повернул голову. Гу Чи приложил указательный палец к губам и озорно подмигнул.

Поскольку главные камеры в этот момент снимали отвечающего участника, Гу Чи вовсю отвлекал Шэнь Шуи от съёмочного процесса.

Слегка покраснев, Шэнь Шуи прижался ближе к плечу Гу Чи и тихо прошептал:

— Спасибо.

Гу Чи заметил, что наблюдать за тем, как Шэнь Шуи ест — удивительно успокаивающее занятие. Вроде бы тот двигался без суеты, но еда исчезала с завидной скоростью, аппетит у него был отменный, и ел он всё с таким искренним наслаждением!

Впрочем, он не только уплетал фрукты. Стоило кому-то начать отвечать на вопрос, как Шэнь Шуи тут же превращался в самого внимательного слушателя, а после откладывал угощение и со всеми аплодировал.

В глазах Гу Чи плескалась тёплая улыбка.

Как кто-то может быть настолько милым?

Почувствовав на себе его взгляд, Шэнь Шуи обернулся.

Гу Чи встретил его взор мягким вопросом:

— Сладко?

— М-м...

Тан Сивэнь как раз заканчивала отвечать, а у Шэнь Шуи во рту была черешня, так что ответить сразу он не мог. Вместо этого он протянул Гу Чи последнюю ягоду, взглядом предлагая угоститься.

Гу Чи отправил черешню в рот.

Расправившись со своей ягодой, Шэнь Шуи с ожиданием спросил:

— Правда сладко?

Гу Чи кивнул.

Глаза Шэнь Шуи радостно заблистали.

Пока внимание остальных было приковано к очередному участнику, Шэнь Шуи дотянулся до вазы, взял несколько лонганов и положил перед собой. Очистив один и оставив кусочек кожуры, чтобы не испачкать пальцы, он протянул мякоть Гу Чи:

— Попробуй, лонган тоже очень вкусный.

Переведя взгляд с сочных кончиков пальцев Шэнь Шуи на фрукт, Гу Чи взял лонган и неторопливо отправил его в рот.

***

Очередь дошла до Цзян Юя.

Как и все, он сначала показал карточку камере, а затем зачитал вопрос:

— «Поклонники очень-очень мечтают увидеть ваше совместное выступление с Ци Янем. Скажите, дождёмся ли мы этого при жизни?»

Цзян Юй улыбнулся на камеру:

— Мы с Ци Янем недавно вместе участвовали в съёмках одного шоу, немного поработали в дуэте. По срокам выйдет как раз во время трансляции следующих выпусков нашей программы. Так что ждите с нетерпением! Надеюсь, вам понравится.

— Тогда от лица фанатов задам ещё один вопрос, — с любопытством вмешалась Сун Си. — А что за формат?

— Скоро сами всё увидите, — загадочно протянул Цзян Юй, уклоняясь от прямого ответа.

Юй Цяньцянь тут же поддела его:

— Умеешь же ты держать язык за зубами, парень!

Цзян Юй лишь усмехнулся в ответ.

— Ци Янь, твой черёд, — окликнул его кто-то.

— Ци Янь?

Тот сидел, уставившись в одну точку и не реагируя на происходящее. Цзян Юй под столом слегка пнул его ногой.

Ци Янь вздрогнул и опомнился.

— Показывай свою карточку, — подсказал Цзян Юй.

Ци Янь развернул карточку с заданием к камере.

Вопрос от его поклонников оказался похож на предыдущий: планирует ли он сольный концерт и кого из артистов больше всего хотел бы видеть в качестве приглашённого гостя.

— Ну и ну, да тут же всё очевидно! — фыркнула Юй Цяньцянь. — Разумеется, он позвал бы Цзян Юя. Зачем вообще о таком спрашивать?

Сун Си сокрушённо вздохнула, уставившись на режиссёра:

— Сплошные заигрывания и демонстрация чувств... Съёмочная группа, вы зашли слишком далеко!

— Вопрос действительно прислали фанаты, — раздался в динамике оправдывающийся голос режиссёра. — Так что, Ци Янь, ответь, пожалуйста: если забыть о графиках и возможностях, кого бы ты мечтал пригласить на свою сцену больше всего?

— Чтобы устроить сольный концерт, нужен солидный репертуар, — сдержанно произнёс Ци Янь. — А у меня пока маловато собственных песен. Так что об этой роли я подумаю, когда появится реальная возможность.

Цзян Юй явно не ожидал такой сухой формулировки. В его голосе проскользнуло раздражение:

— Ты разве не слышал режиссёра? Это же гипотетический вопрос! На мгновение представь, что сольник уже планируется. Кого бы ты позвал?

Ци Янь, немного подумав, назвал имя известного эстрадного мэтра.

Улыбка Цзян Юя натянулась:

— Выходит, меня в этом списке нет?

— Да тут просто вопрос с подвохом! — поспешно загладила неловкость Сун Си. — Спросили ведь, кого он мечтает пригласить больше всего. Вот Ци Янь и назвал того, к кому сложнее всего подступиться. Зачем называть тебя, если он и так знает: стоит ему заикнуться, и ты сразу согласишься!

— Вот-вот! — тут же подхватила Юй Цяньцянь. — Он наверняка так и рассуждал.

Но Цзян Юя этот ответ ничуть не утешил. Он недовольно фыркнул:

— Как знать.

Гу Чи, державший в руках свою карточку, вовремя вмешался, разряжая обстановку своим ровным, мягким голосом:

— Кажется, теперь моя очередь?

Сун Си и Юй Цяньцянь синхронно перевели дух. Им уже показалось, что Цзян Юй с Ци Янем сцепятся прямо в кадре.

Шэнь Шуи из любопытства потянулся к карточке Гу Чи:

— А что у тебя спрашивают?

— Брат Шуи, зачитаешь за меня? — Гу Чи с легкой улыбкой протянул ему листок, заметив его живой интерес.

— А, хорошо.

Шэнь Шуи развернул карточку и начал читать:

— «Я — жена Гу Чи...»

Заметив, что все присутствующие дружно вылупились на него с нескрываемым изумлением, он не сразу понял причину такой реакции. Но когда до него дошёл смысл произнесённого, к щекам мгновенно прилила горячая кровь. Он поспешно развернул карточку текстом к остальным:

— Нет-нет! Это... это никнейм фаната! Я не имел в виду, что я...

Тан Синьвэнь с невозмутимым видом взяла ломтик арбуза:

— Не волнуйся, мы всё правильно поняли.

— Угу, никаких недоразумений, — подхватила Юй Цяньцянь, тоже тянясь за фруктами.

— Присоединяюсь, — ухмыльнулась Сун Си.

Щёки Шэнь Шуи всё ещё пылали, и он замешкался, не зная, стоит ли читать дальше.

— Ничего страшного, — мягко ободрил его Гу Чи. — Поклонники любят придумывать курьёзные имена. Читай дальше, брат Шуи.

— Угу.

Чтобы не угодить в подобный конфуз снова, Шэнь Шуи стал аккуратно пропускать никнеймы, но на втором вопросе всё же снова запнулся.

— Так... Тут спрашивают, почему ты решил участвовать в шоу «Весенний день, вперёд!». И ещё один вопрос от... гм... фаната: «Гу Чи, Гу Чи, каков твой идеальный тип? Как думаешь, есть ли у меня шанс?»

Сун Си отложила арбузную корку на край стола, промокнула губы салфеткой и оживилась:

— Ого, какие интригующие вопросы! Гу Чи, признавайся, не томи!

— Сгораю от любопытства! — вытирая пальцы влажной салфеткой, поддержала Юй Цяньцянь.

Тан Синьвэнь с улыбкой уставилась на Гу Чи, присоединяясь к общей интриге.

— Что касается первого вопроса, — начал Гу Чи. — Мы с режиссёром Цзицзи знакомы уже много лет. Считайте, я просто отдаю ему старый долг.

— Ого! Вы друзья с режиссёром? Вообще не заметно!

— Вот именно! Никаких привилегий на съёмках! Гу Чи, от таких «друзей» надо держаться подальше.

— Точно-точно, удаляй его из контактов прямо сейчас!

Гу Чи охотно поддержал шутку:

— Договорились. Закончатся съёмки — сразу отправлю его в чёрный список.

Шэнь Шуи, всё ещё державший карточку, тихо смеялся вместе со всеми.

Режиссёр в динамике вздохнул и кашлянул, напоминая о втором вопросе.

— Второй вопрос был про мой идеальный тип, верно? — Гу Чи повернулся к Шэнь Шуи.

Шэнь Шуи пробежался глазами по тексту, убедился и кивнул:

— Да, всё так.

Гу Чи ответил не сразу. Он на секунду задумался, взвешивая слова:

— Знаете, раньше я совсем не размышлял о том, кто мог бы мне понравиться. Я из тех людей, кто с трудом верит в любовь и долговечность чувств. Мне всегда казалось, что во мне недостаточно тепла, чтобы подарить кому-то настоящее счастье. Сомневаюсь, что рядом со мной человек мог бы чувствовать себя абсолютно счастливым.

Гу Чи прекрасно знал свою природу. Каким бы чутким, сдержанным или доброжелательным он ни казался окружающим, внутри он оставался весьма отстранённым.

Он не стал сводить ответ к дежурным телевизионным фразам, а искренне продолжил:

— Мне всегда казалось, что способность любить требует богатого внутреннего ресурса. Чтобы отдавать себя другому человеку, заботиться о нём и совершать ради него поступки, нужно иметь огромное, наполненное сердце. А я... сомневаюсь, что обладаю этим.

Сун Си нахмурилась:

— Ну ты и пессимист, Гу Чи! С чего такие мысли? По-моему, у тебя невероятно глубокая эмоциональность. Будь ты холодным внутри, разве смог бы сыграть столько живых, сложных ролей?

Юй Цяньцянь неуверенно подала голос:

— На самом деле я его понимаю... Иногда, даже если человек мне очень нравится, я начинаю сомневаться: а смогу ли я дать ему то, в чём он нуждается? И в итоге... просто отступаю.

— Вот уж воистину странные умозаключения, — проворчала Сун Си. — Если кто-то нравится — к чему эти лишние терзания? Нужно просто идти вперёд! Брат Шуи, скажи же?

http://bllate.org/book/15823/1439588

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода