Черный юмор Ци Уюаня заставил директора невольно вздрогнуть.
Откуда этот дьявольски въедливый доктор Ци вообще узнал о деле? По идее, улаживать вопросы должна была мать Сяо Фэна — сумасшедшая, но вполне управляемая баба. Наобещай ей золотых гор, и проблема с мальчишкой решена!
Постойте-ка...
До директора внезапно дошло.
Почему вместо той женщины с мальчиком приплёлся именно доктор Ци?
Директор почувствовал: найди он хоть одно вещественное доказательство, можно смело вызывать полицию.
Он подпер подбородок и взглянул на Ци Уюаня, на губах которого играла едва заметная, глумливая полуулыбка.
Заменить опекуна можно лишь в одном случае — если прежний «испарился».
Директор мгновенно лишился дара речи.
Вопросов больше не имелось.
Натянув на лицо привычную слащавую маску, он как ни в чём не бывало запел:
— Разумеется! Будущее Сяо Фэна надлежит обсуждать только с его законным опекуном.
Его способность мгновенно перекладывать флюгер в зависимости от силы собеседника была поистине виртуозной.
Ци Уюань сдержанно кивнул:
— В таком случае не соизволит ли господин директор прояснить детали? Что конкретно должен писать Сяо Фэн? Кому достанутся авторские права и куда отправится столь внушительная стопка полотен?
Вопросы сыпались один за другим, и отвечать на них было тем ещё удовольствием. Но директор подготовился заранее и был уверен, что с лёгкостью заболтает юношу.
— Мальчик свободен в выборе сюжета! Школа с радостью примет абсолютно любую его работу, — директор отпил горячего чая и принялся со знанием дела разворачивать заранее заготовленную демагогию. — Что касается авторских прав, они безоговорочно останутся за Сяо Фэном. На этот счёт вы можете быть абсолютно спокойны, доктор Ци. Даже если кто-то вознамерится присвоить его труды — у них ничего не выйдет.
Он сделал паузу и многозначительно добавил:
— Да и судьба картин вполне прозрачна. При школе действует выставочный зал детского творчества. Каждое полотно Сяо Фэна отправится туда. Всегда есть высокий шанс, что ценители захотят приобрести его работы, так что не сто́ит опасаться, будто писать по десять картин в день — пустая трата материалов. Вырученные от продажи средства мы честно разделим с Сяо Фэном. Школа не заберёт себе ни единым медяком больше, чем положено. Ну как вам такое предложение, доктор Ци?
Предложение звучало паршиво — шито белыми нитками.
Но Ци Уюань понимал, когда нужно вовремя поставить точку.
— Звучит заманчиво, — ровно отозвался он. — Но я уважу волю самого Сяо Фэна.
Юноша повернул голову к мальчику.
Сяо Фэн ощутил на себе его взгляд. Напряжение и страх, сковывавшие ребенка на диване, уступили место странной, взявшейся ниоткуда уверенности. Несмелая дрожь улеглась. Мальчик выпрямился и повернул незрячее лицо туда, откуда доносился голос директора.
Лишившись зрения, Сяо Фэн обрел иную, куда более чуткую восприимчивость. В свои тринадцать лет он не умел плести сложную логическую паутину, руководствуясь лишь простым порывом: рисовать. Ничего больше ему не нужно.
Если судьба дает ему выбор, то ответ может быть только один:
— Я согласен рисовать для школы. Лишь бы мне разрешали рисовать дальше.
Мальчик не мог отказаться.
Глаза директора ушли в узкие щелочки от сияющей улыбки.
— Замечательно! Просто замечательно! — просиял он и достал из стола пухлую папку. — Вот договор, доктор Ци, будьте добры расписаться. Если подписать прямо сейчас, Сяо Фэн сможет приступить к работе уже завтра.
Ци Уюань взял папку и бегло просмотрел содержимое. Затем с сухим шелестом захлопнул её:
— Не будем спешить. Пусть ребёнок сначала привыкнет пару дней. Если не возникнет проблем — тогда и поставим подписи.
Как ответственный опекун, он не намеревался сломя голову заключать сделку. Директор не стал настаивать. Главная цель была достигнута, так что он с лёгкостью уступил:
— Само собой, разумно! Пусть освоится. Подпишем чуть позже, не проблема.
В конце концов, вырваться из этих сетей мальчишка всё равно уже не сможет.
***
Ци Уюань вывел Сяо Фэна из кабинета. Се Син молча проследовал за ними.
Они направились к лифтовой площадке. Кабинет директора располагался на самом верхнем, тридцать первом этаже административного корпуса.
Административное здание справедливо считалось лучшим во всей школе. Четыре скоростных лифта и свыше тридцати этажей высоты смотрелись среди серых построек средней школы «Счастье» чужеродным монолитом. Оно скорее походило на деловой бизнес-центр, вместить в который можно было весь преподавательский состав города, и при этом треть помещений осталась бы пустовать.
Табло показывало, что все четыре кабины медленно поднимаются с первого этажа.
Се Син, прислонившись к стене, небрежно спросил:
— Ты и впрямь собираешься подписывать эту филькину грамоту?
Ци Уюань сколькнул по нему равнодушным взглядом:
— М-м?
В кармане Се Сина отчаянно забились два вырванных глаза, умоляя поторопиться. Игрок недовольно поморщился и перевёл взгляд на бегущие цифры на табло:
— Не подписывай.
Сказав это, он лишь спустя мгновение вернул на лицо привычную мягкую улыбку:
— Впрочем, к чему мои советы? Ты и сам всё прекрасно понимаешь.
Ци Уюань ничего не ответил, но атмосфера от этого не сделалась натянутой. Лишь Сяо Фэн, стоявший между двумя взрослыми, тревожно сжал ладонь Ци Уюаня, не понимая скрытого подтекста.
Табло с тихим писком оповестило о прибытии.
— Три вопроса, — вдруг заговорил Ци Уюань. — И кроме ответа на первый, во всём остальном директор нагло солгал.
Он на редкость детально изучил контракт. Для человека, который перед регистрацией аккаунта в приложении «Четвёртый мир» до последней запятой прочёл многостраничное пользовательское соглашение, подобная въедливость была абсолютной нормой.
Левый лифт распахнулся первым.
Ци Уюань бросил взгляд внутрь. Пустая кабина.
Однако для его обострённого чутья из этой «пустоты» вилась густая, удушливая призрачная скверна. Кабина была настолько забита чужой ненавистью, что войди туда кто-то живой — и сработает перегруз.
Ци Уюань лишь мельком оценил ловушку и даже не подумал шагнуть внутрь. За ним остался стоять и Се Син.
Спустя полминуты на этаж одновременно поднялись остальные три кабины. Юноша без колебаний повёл Сяо Фэна в одну из них. Се Син естественно шагнул следом. В его глазах мелькнула тень одобрительной усмешки.
Двери закрылись, и Се Син нажал кнопку первого этажа.
Лишь когда три кабины пришли в движение, самый левый лифт словно с задержкой среагировал на отсутствие пассажиров: двери пару раз судорожно дёрнулись и натужно сомкнулись.
В щели смыкающихся створок Ци Уюань успел заметить, как свет внутри той кабины мгновенно погас.
***
Их лифт без происшествий доставил пассажиров на первый этаж.
Едва распахнулись двери, как Ци Уюань увидел в вестибюле административного корпуса троих игроков: Жуань Ли, Жуань Сяосяо и Хао Цзюньцая.
Те настороженно обернулись на звук лифта, но, узнав выходящих, ничуть не расслабились.
По их виду Ци Уюань сразу понял: им пришлось выдержать тяжёлый бой.
Троица действительно сумела разыскать контрольную точку в кабинете седьмого (3) класса.
Хао Цзюньцай и Жуань Сяосяо практически одновременно получили системное уведомление об успешной отметке на одном из цветков-голов. Следом за ними подтверждение услышал и Жуань Ли.
Игроки не стали выяснять, кто из них первенствовал, прекрасно зная: после успешной отметки начинается самое страшное.
Окружение мгновенно преобразилось.
Цветки-головы, на которых они отметились, трансформировались в более свирепую форму. Их стебли раздались вширь, черепные кости на вершинах задрожали, а гигантские «лепестки» из телесной ткани распахнулись, обнажая ряды острых зубов, от вида которых по коже бежали мурашки.
Монстры стали двигаться быстрее и агрессивнее. Огромные лепестки с зубастыми пастями норовили сцапать игроков, брызгая прозрачной липкой слизью.
Брат с сестрой Жуань тут же сгруппировались, вступив в изнурительную схватку. Даже Хао Цзюньцай, утратив первоначальную спесь, вынужден был драться изо всех сил.
Шесть неписей-родителей, остававшихся в классе, бросились на игроков, да и дети не стояли без дела.
Запевалой выступил тот самый шумный мальчишка-ученик. По его сигналу остальная орава подхватила визгливый, режущий слух плач, от которого закладывало уши. На глазах у игроков вполне обычные с виду дети превращались в уродливых монстров с высохшими, недоразвитыми конечностями и огромными, раздутыми головами.
Под оглушительный, визгливый гвалт мелюзги цветки-головы стали нападать с ещё большей лютостью.
Жуань Сяосяо приняла на себя главный удар озверевших детей, пока двое мужчин связывали боем основных монстров.
Пол под ногами покрылся липкой, скользкой жижей неизвестного происхождения. Стены класса на глазах наливались багровым: присмотревшись, игроки поняли, что из штукатурки со всех сторон проступает тёмно-алая влага.
У Хао Цзюньцая от этой картины перед глазами встал кошмар, пережитый в квартире 402.
Опасность, нахлынувшая после отметки, не оставляла времени на пустые разговоры. Хао Цзюньцай и брат с сестрой Жуань действовали молча, сохраняя хрупкий нейтралитет и вместе сдерживая натиск тварей.
К счастью, хотя монстры и казались опасными, это была лишь первая волна испытаний. Собравшись с силами, применив артефакты и личные навыки, игроки сумели переломить ход боя.
Уничтожив несколько цветков-голов и пару уродливо трансформировавшихся детей, трио окончательно подавило сопротивление. Оставшиеся монстры во главе с крикливым мальчишкой предпочли дать дёру.
Вязкая жижа на полу и стены моментально высохли. Первая угроза миновала.
Хао Цзюньцай тяжело опустился на учительскую кафедру, судорожно ловя ртом воздух и пытаясь перевести дух.
Жуань Ли поправил съехавшие во время потасовки очки. Погасив и убрав своё оружие — изящный, старинного вида фонарь, — он скользнул взглядом по отдышавшемуся спутнику. Пока Хао Цзюньцай приходил в себя и ничего не замечал, Жуань Ли смерил его пристальным взором. За стеклами очков промелькнула холодная, расчетливая искра, тут же скрывшаяся за вежливой полуулыбкой.
Жуань Ли ничего не забыл: ни надменной спеси Хао Цзюньцая в самом начале, ни его ядовитого выпада в адрес Сяосяо на первом уроке рисования.
Пришло время отдавать долги.
Несмотря на выматывающую схватку, покидать территорию школы Жуань Ли не собирался. Сюжет продвинулся дальше, а значит, в средней школе «Счастье» всплыли новые зацепки, которые требовалось тщательно изучить. Ранее он уже наведывался сюда, но тогда временная шкала локации ещё не развернулась, и ценных сведений найти не удалось.
Впрочем, кое-что полезное он всё же вынес: Жуань Ли до мельчайших деталей запомнил план школьной территории.
Главным белым пятном на карте оставалась тридцатиэтажная махина административного корпуса, стоящая на самом краю и выглядящая среди серых школьных построек чужеродным истуканом. К тому же это было единственное здание во всём комплексе, оснащённое лифтами.
Впрочем, не только в школе.
В памяти Жуань Ли всплыли липкие кровавые останки первого крепыша-телохранителя из квартиры 402, и подозрения насчёт административного корпуса окончательно превратились в уверенность. В жилом комплексе «Счастье» стояли лишь десятиэтажки, ни в одной из которых не было и намёка на лифтовую шахту. Однако тот бодигард погиб именно от «лифтовой аварии» прямиком посреди жилой комнаты. Его сплющило в блин. Очевидно, несчастный находился внутри кабины, сорвавшейся с огромной высоты.
Раз уж взялись разведку проводить, то начинать надо именно с этого здания...
Жуань Ли перевёл взгляд на Хао Цзюньцая. Тот был заражён паразитирующим бутоном. Если мажор не заметит тварь на собственной шее, его гибель станет лишь вопросом времени. И убьёт его не кто-то из игроков, а сама механика подземелья. Каким бы высокомерным и самодуром ни был Цянь Жун, он не сможет предъявить претензии постороннему Жуань Ли — правила Системы непреложны.
Жуань Ли поправил очки и тепло, по-дружески улыбнулся. В этот момент он выглядел интеллигентным и предельно надежным человеком.
— Не хочешь объединить усилия и осматривать школу вместе? — первым предложил он, подойдя к Хао Цзюньцаю.
Мажор поднял голову, и в его глазах мелькнуло невольное удивление.
— Ты отличный боец, а мы с сестрой не обделены умом, — дружелюбно развернул мысль Жуань Ли. — Наша общая цель — выжить. Так почему бы не объединиться, быстро собрать зацепки и закрыть основные задания? Разве это не лучший вариант для всех?
Хао Цзюньцай нашел его доводы разумными. Оставшись в одиночестве, он больше не строил из себя всемогущего господина, да и спесь с него заметно сбило.
— Ладно, — буркнул он. — Давайте вместе обшарим это место и уберёмся к чертям из дерьмового подземелья.
На том и порешили. Троица отправилась прямиком к административному корпусу.
По пути им не встретилось ни души. У подножия высотки стояла та же мёртвая тишина.
— Ничего, мы сразу войдём, — немного подумав, произнесла Жуань Сяосяо.
Они толкнули тяжелые стеклянные двери холла, но не успели толком осмотреться, как их внимание привлек глухой гул прибывающего лифта.
К счастью, кошмары, рисованные воображением игроков, не воплотились в жизнь. Из открывшейся кабины неторопливо вышли Ци Уюань, Се Син и ведомый им Сяо Фэн.
Хоть трио и сгруппировалось по привычке, в душе у всех пронеслась похожая мысль: слава богу, эти НПС хотя бы выглядят как нормальные люди. Было очевидно, что вся компания спускается прямиком из кабинета директора.
Жуань Сяосяо незаметно подёрнула брата за край куртки, давая знак начать разговор.
Жуань Ли сделал пару шагов навстречу и вежливо поздоровался с «соседями»:
— Какая встреча.
Ци Уюань лишь едва заметно кивнул в ответ.
Сяо Фэн по-прежнему робел перед своим классным руководителем и промолчал. Зато Се Син с наигранным интересом поинтересовался у Жуань Ли:
— У учителя Жуаня остались дела? С чего бы вам с учителем Цянем приходить в административный корпус?
От этого небрежного тона у Хао Цзюньцая вдоль позвоночника пробежал неприятный холодок.
Жуань Ли ничем не выдал своего напряжения и плавно улыбнулся:
— Да вот, зацепились языками с учителем Цянем. А потом спохватились: оказывается, мы оба забыли кое-какие документы здесь, в корпусе.
Хотя учитель Цянь не состоял в штате школы, его факультатив напрямую подчинялся средней школе «Счастье», и он проводил здесь столько же времени, сколько остальные преподаватели. Ложь, составленная на основе карт личностей — его и Хао Цзюньцая, — звучала вполне разумно.
Не получив желаемой испуганной реакции, Се Син моментально потерял к собеседнику всякий интерес:
— Вот как. Похвальная усердность, учитель Жуань.
Не успели они закончить этот обмен дежурными фразами, как из самой левой шахты раздался оглушительный, визгливый грохот.
Раздался сокрушительный удар, от которого у стоящих в вестибюле заложило уши.
Авария.
Та самая кабина, что поднялась на тридцать первый этаж первой, пока Ци Уюань ждал подмоги, сорвалась.
Вслед за рокотом падения из-за закрытых створок повалила едкая вонь сгоревшего масла и перегретого металла.
Сяо Фэн сжался в комок за спиной Ци Уюаня, дрожа всем телом.
— Тёмно... как же здесь тёмно... — зашептал он едва слышно.
Быть запертым в железном гробу, дрожать в углу от ужаса, погружаясь в непроглядный мрак... Душный, стоячий воздух непроветриваемой кабины выбивает из легких кислород, вызывая тошноту и головокружение...
Спасите его кто-нибудь!
Но никто не пришёл на помощь. Лишь кто-то перерезал стальные тросы.
Но теперь все иначе.
— Брат... спаси меня... — с плаксивыми интонациями пробормотал мальчик.
Ци Уюань мягко коснулся его макушки, успокаивающе погладив.
Мальчик уткнулся лицом в бок юноши. Паника, сковывавшая его тело, таяла на глазах. Из его рта всё ещё вылетали жалобные всхлипы, но губы расплывались в жутковатой улыбке.
Ничего страшного. Теперь ему больше нечего бояться.
Все, кто обижал Сяо Фэна, кто намеренно запер его в лифте... все они получат по заслугам. Вот так — и обидчик сам оказался замурован в той же железной ловушке.
Ещё не успев оправиться от заложившего уши грохота, игроки синхронно воззрились на разрушенную шахту.
Внешние двери расплющило и изогнуло дугой. Они судорожно, с механическим скрежетом дергались, пытаясь распахнуться. Упавшая с тридцатиметровой высоты кабина смялась в гармошку: её верхнюю часть впечатало внутрь, уничтожив добрую половину внутреннего пространства.
Когда некогда блестящие створки окончательно заклинило в полуоткрытом положении, из щели на мраморный пол вестибюля хлынула густая лужа крови.
Через перекошенный проём собравшиеся во всех подробностях разглядели содержимое стального гроба.
Прямо по центру раздавленной кабины лежал несчастный. Страшный удар превратил его в бесформенный кровавый блин.
Лицо трупа превратилось в месиво, но по обрывкам одежды и валявшимся вокруг личным вещам Хао Цзюньцай мгновенно опознал погибшего.
Он узнал его. Это был его второй телохранитель. Тот самый, что сгинул сутки назад и на чьё возвращение мажор уже не надеялся.
Его сплющило в кровавую лепешку — точь-в-точь как первого охранника.
Смерть обоих наёмников словно пробила брешь в затуманенном разуме Хао Цзюньцая, заставив шестерёнки в его голове наконец закрутиться.
Как же он мог забыть?! Ведь его телохранители тоже получили карты личностей — они должны были исполнять роли охранников средней школы «Счастье»!
Утренний эпизод, когда Жуань Ли заговорщически переговаривался с «Сяо Сунем» в будке КПП, всё ещё свежо стоял перед глазами.
Двоих школьных охранников обязаны были играть живые игроки, получившие соответствующие роли. Но теперь эти двое, назначенные на роли стражей порядка, нашли свою ужасную смерть в лифтовых шахтах.
http://bllate.org/book/15852/1442653
Готово:
