Глава 106 - Дом
«Поехать со мной домой… домой…»
Эта фраза неоднократно повторилась в сознании Чжун Ибиня. С каждой секундой его спокойное выражение лица менялось: глаза от удивления округлялись, рот медленно приоткрывался, а губы подрагивали.
— Хочешь познакомить меня с родителями?
До амнезии Чжун Ибинь рассказал семье об отношениях с Чу Цинем, а после потери памяти этот вопрос больше не обсуждался: родители Чжун молчаливо приняли ориентацию сына, потому что у них не было другого выбора. Даже мать Чжун, которой Чу Цинь особенно не нравился, не сказав ни слова, неловко сунула ему деньги.
Вот только родители Чу ни о чем не догадывались.
На самом деле Чжун Ибиня всегда это волновало. Он не помнил никого, кроме Чу Циня, и не был уверен ни в чем, кроме их любви. Весь мир Чжун Ибиня крутился вокруг только одного человека, и все мысли были поглощены лишь им одним. Но Чу Цинь был другим: для него были важны карьера, семья и друзья. Чжун Ибинь знал, какой Чу Цинь почтительный сын: каждый месяц он отправлял родителям деньги, разные вкусности и созванивался с ними каждые два дня.
Сейчас Чу Цинь проявил инициативу и решил поехать с Чжун Ибинем в гости к родителям, а значит, рассказать об их отношениях. Разве это не самая лучшая новость из всех?
Увидев горящий взгляд Чжун Ибиня, Чу Цинь расслабился после непростого разговора с матерью и потрепал его по голове.
— Да, познакомлю с родителями.
— Конечно, давай! Когда выезжаем?
Чжун Ибинь спрыгнул с кровати, достал чемодан и приготовился собирать вещи. Чу Цинь не понимал его восторга.
— До Нового года еще месяц, мы поедем двадцать восьмого числа по лунному календарю.
Увидев возбуждение Чжун Ибиня, он не мог не вздохнуть. Рано или поздно родители должны пройти через это. Чу Цинь знал, что тот день, когда придется вывалить на них горькую правду, неизбежен, поэтому психологически подготовился к возможной реакции родителей, но… память Чжун Ибиня не восстановилась. Сможет ли он справиться с их осуждением? На самом деле Чу Цинь искренне надеялся, что Чжун Ибинь откажется, хотел поехать сам и морально подготовить семью.
— Мои мама и папа… они все еще не знают о наших отношениях… Если ты не захочешь поехать, то я пойму и съезжу сам, а в следующем году…
— Так не пойдет, — Чжун Ибинь взял Чу Циня за плечо и повернул к себе. — Как я могу отправить тебя одного? Что, если они тебя побьют?
Если дело дойдет до драки, то Чжун Ибинь прикроет его своим телом, предпримет обманный маневр и пустится с Чу Цинем наутек.
Чу Цинь усмехнулся, увидев его серьезное лицо, встал на цыпочки, поцеловал веки и решительно кивнул:
— Хорошо, поедем вместе.
Обсудив планы на Новогодние праздники, Чу Цинь вернулся к привычному темпу жизни. Каждый раз в это время года он был очень загружен. Уже очень много лет подряд его назначали ведущим новогоднего концерта на «Шэнши-ТВ». Концерт показывали в первый день Нового года и повторяли во время Китайского Нового года.
Трансляция к Новому году должна пройти в прямом эфире, поэтому Чу Циню требовалось все тщательно подготовить, а перед съемками трижды провести генеральную репетицию. Помимо концерта, Чу Циню предстояло записать заранее все программы, которые будут транслироваться во время праздников.
Поскольку все ведущие и большая часть персонала «Шэнши-ТВ» уходили в отпуск и отправлялись домой, а на телестанции оставалось лишь небольшое количество сотрудников, которые должны были следить за порядком трансляций, программы и их расписание согласовывались с начальником на неделю вперед. Мало того что Чу Циню нужно было записать несколько выпусков своих шоу, подготовиться к прямой трансляции новогоднего концерта, так еще и предстояло контролировать записи других людей. В общем, в конце года Чу Цинь был особенно занят.
Чжун Ибиню тоже пришлось не сладко, но к счастью ему удалось быстро разобраться с важной работой и оставить напоследок несколько рутинных дел.
Из-за неопровержимых доказательств со стороны Чжун Ибиня суд признал действия семьи Ли мошенническими и обвинил их в клевете. Семья Ли отказалась явиться на суд, и это еще больше раззадорило местные СМИ. Они неустанно выпускали репортаж за репортажем, показывая кадры, на которых семья Ли с баннерами в руках стояла у входа в «Шэнши» и жаловалась на директора Чжун.
Суд постановил, что семья Ли оклеветала Чжун Ибиня, потребовал публичных извинений и компенсации в размере десяти тысяч юаней за моральный ущерб и пятидесяти тысяч за ущерб, который понесла «Шэнши-ТВ».
«Шэнши» настояла на том, чтобы семья Ли уплатила сумму за разбитую стеклянную вращающуюся дверь. Что касается ущерба бизнесу за эти несколько дней, то юристы компании не стали требовать от них компенсации, поскольку, чтобы доказать убыток, нужно было раскрыть доходы «Шэнши».
Но даже несмотря на маленькую сумму, семья Ли отказалась платить.
Когда информация об этом распространилась, столичный телеканал снял небольшой репортаж и показал, что семья Ли жила в небольшом каменном доме шириной всего восемь метров. Парализованная старушка лежала на сломанной кровати. Дом был забит мусором, рваными коробками, грязной одеждой и старыми газетами. Семья Ли оказалась действительно очень бедной.
Сын старушки плакал, глядя в камеру:
— Мы в отчаянии. Мать парализована уже несколько лет, за это время все наши накопления были потрачены. Моя жена не вытерпела бедности и сбежала с другим мужчиной. Если мы заплатим компенсацию, то просто умрем от голода. Нам не останется ничего, кроме как сгнить от нищеты…
Когда зрители увидели эту сцену, то невольно посочувствовали семье Ли.
«Они так бедны. Для семьи Чжун шестьдесят тысяч — это копейки. Неужели они не могут простить этот долг?»
«Мне так жалко семью Ли… Чжун Ибинь не должен брать с них деньги, наоборот, должен пожертвовать».
Некоторые люди, явно страдающие синдромом Матери Терезы, стали выражать сочувствие семье Ли и наговаривать на Чжун Ибиня, который «снова поднял шум на пустом месте».
В свете недовольства общественности столичный телеканал отправился брать интервью у Чжун Ибиня. Директор сидел в кабинете, его волосы были элегантно зачесаны назад, обнажая красивое лицо.
— Даже не хочу это комментировать. Просто подумайте о действиях господина Ли: он отыскал родственников и попросил оккупировать «Шэнши». Посмотрите на этих людей. Они агрессивны, напыщенны и кажутся намного устрашающими, чем охранники моей компании… «Шэнши» занимается благотворительностью, но молодые и сильные мужчины не работают, полагаются на шантаж и пожертвования. Вы просите помочь им материально? Простите, но это смешно.
Слова Чжун Ибиня мгновенно разбудили жалостливых людей, которые призывали его проявить благосклонность и щедрость к людям, запятнавшим его имя.
В стране живут десятки миллионов людей, которым не хватает денег. Если кто-то из них пойдет в чужую компанию, устроит шум и обольет грязью директора, разве общество скажет, что это нормальное явление? Более того, члены семьи Ли удивляли настойчивостью и безудержной боевой мощью…
«Что за святоши? Замолкните! Я лично знакома с этим человеком. Господин Ли — отпетый негодяй. Он избивал жену и за всю жизнь не проработал ни дня».
«Люди, которые сочувствуют подонкам, обманывающим граждан на деньги, задумайтесь!»
«Мошенники, которые порочат славные имена людей и пытаются присвоить их деньги, должны быть осуждены!»
«Тот, кто шантажировал нашего милого Эрбиня, должен быть наказан!»
После интервью Чжун Ибинь устремил свой взгляд на экран компьютера, на котором было открыто диалоговое окно чата. Все, что только что происходило в кабинете, транслировалось через камеру и перенаправлялось напрямую Чу Циню.
— Я все правильно сказал? — спросил Чжун Ибинь.
— Ты просто молодец! — Чу Цинь похвалил его с улыбкой. — Этот вопрос решен, а остальное оставь дяде Чжун.
Отец Чжун попросил сына самому разобраться с интервью, чтобы оценить его способности. Результат оказался более чем удовлетворительным, и отец Чжун окончательно отбросил волнения о младшем сыне.
— Ибинь довольно хорош. Думаю, через пару лет он с легкостью сможет превзойти старшего брата, — группа взрослых мужчин из совета директоров обсуждала текущее положение дел компании и невзначай затронула эту нему.
— Он все еще слишком неопытен, — сурово ответил отец Чжун, но его сердце было переполнено радостью.
Ото дня в день сын становился все лучше и лучше. Если так продолжится, то восстановит он память или нет, не будет иметь большого значения. Чу Цинь действительно хорошо его воспитал.
Поверхностная проблема была решена, а с остальным отец Чжун решил разобраться самостоятельно. В конечном итоге оказалось, что шумиху подняла семья Чжоу. Пусть отец Чжун не смог найти конкретных доказательств, это не помешало ему решить вопрос с отцом Чжоу.
Если вы осмелитесь запугать его сына, то будьте уверены, что потеряете последние штаны!
Когда отец взял на себя последующие разбирательства, Чжун Ибинь расслабился и сосредоточился на повседневных делах компании. За последние несколько дней под чутким руководством Чжун Цзябиня не было выявлено никаких проблем, и люди продолжали работать честно и усердно.
— Мне еще никогда не удавалось держать дела под таким контролем, — Чжун Ибинь поджал губы.
Старший сын семьи Чжун посмотрел на расстроенного младшего брата и решил ничего не говорить в ответ, открыл ящик стола и бросил ему кожаную папку для документов.
— Что это? — Чжун Ибинь ловко поймал папку, которая оказалась довольно тяжелой, открыл ее и увидел документы и ключи.
Чжун Ибинь достал бумаги и внимательно прочел несколько первых строк. Оказалось, в папке лежал договор найма жилого помещения.
Участок земли, что братья Чжун отвоевали на аукционе, находился рядом с жилым комплексом, который принадлежал «Шэнши». Строительство домов было закончено, и проект был полностью сдан в этом году. «Шэнши» нацелился на этот участок земли, надеясь, что два проекта принесут пользу и станут поддерживать друг друга.
Благодаря превосходному географическому положению, высокому качеству постройки и элегантному архитектурному стилю недвижимость в этом районе уже была распродана. Вероятно, этот объект намеренно был отложен старшим братом. Судя по документам, теперь Чжун Ибиню принадлежал двухэтажный дом площадью триста пятьдесят квадратных метров.
— Ты хорошо поработал в этом году. Твоя награда за успехи, — легкомысленно ответил Чжун Цзябинь, глядя в сверкающие глаза брата. В конце концов он не смог скрыть улыбку и добавил: — Можешь использовать его как приданое.
Услышав это, Чжун Ибинь обрадовался еще больше, бросился к старшему брату и крепко обнял в знак благодарности. Чжун Цзябинь на мгновение впал в ступор.
— Ха-ха-ха, спасибо, брат!
Чжун Цзябинь нахмурился и хотел отпрянуть, но, увидев насколько Чжун Ибинь счастлив, беспомощно вздохнул и потрепал брата по голове.
Имея дом в собственности, Чжун Ибинь почувствовал себя более уверенным и готовым ко встрече с тещей. Оставшись в одиночестве в большом кабинете, он принялся усердно репетировать встречу с родителями Чу Циня.
— Почему ты хочешь выйти замуж за моего сына? — спросил Чжун Ибинь писклявым голосом, притворившись матерью Чу Циня.
Сказав это, он подбежал к другой стороне стола и ответил привычным тоном:
— У меня есть машина, дом и работа с восьмизначной зарплатой.
— Но можешь ли ты гарантировать его счастье? — спросил Чжун Ибинь, снова притворившись матерью Чу.
— Не волнуйтесь, тетя, я могу семь раз за ночь без передышки! — поклялся Чжун Ибинь.
Так вышло, что Чу Цинь, пришедший к нему на обед в этот самый момент, открыл дверь кабинета.
Их глаза встретились.
— …
____________
За кадром:
«Эрбинь — главное сокровище брата»
Эрбинь: Брат, у меня совсем нет денег.
Старший брат: Я только что получил кредитку, можешь ею воспользоваться.
Эрбинь: Брат, у меня нет машины.
Старший брат: Я только что купил Феррари, можешь его взять.
Эрбинь: Брат, я собираюсь выйти замуж за Цинь Циня.
Старший брат: Я только что купил дом, можете жить в нем.
Эрбинь: Брат, теща ударила меня.
Старший брат: … Я только что купил сафлоровое масло [1], натри место ушиба
Эрбинь: QAQ
(П/п: Сафлоровое масло часто используют в китайской традиционной медицине, оно является отличным средством от отеков и синяков.)
Глава 107 - Родители
Чжун Ибинь нелепо жестикулировал и грозно упер руки в бока, а когда увидел вошедшего Чу Циня, внезапно застыл на месте.
Чу Цинь стыдливо спрятал лицо в ладони и быстро закрыл дверь.
Через мгновение Чжун Ибинь пришел в себя, нелепо почесал затылок и облизнул пересохшие от волнения губы.
— Малыш, ты так быстро пришел.
— Не валяй дурака, — Чу Цинь нежно взял его за подбородок и спросил проницательно: — О чем ты говорил, а? Семь раз за ночь без передышки?
— Хе-хе…
Чжун Ибинь засмеялся от неловкости, взял со стола кожаную папку и сунул Чу Циню в руки.
— Что это? — Чу Цинь с любопытством достал документы и медленно округлил глаза от удивления. — Парк династии Тан? Дом от застройщика «Шэнши»?
Дома в этом районе были одними из самых дорогих в столице, а жилая площадь размером в триста пятьдесят квадратных метров ставила их в один ряд с самыми большими домами северной части Китая. Даже для Чжун Ибиня, отложившего приличную сумму сбережений, купить этот дом было бы весьма затруднительно.
— Это награда за последний проект, — Чжун Ибинь обнял Чу Циня сзади. — Я попросил старшего брата поставить в документах твое имя, тогда бы мы смогли жить в этом доме вместе, когда поженимся.
Чу Цинь слегка нахмурился. Если человек, не состоящий в браке, покупает недвижимость, то в документах указывается только его имя. Этот дом следует считать приданым, которое семья Чжун подготовила для младшего сына. Зачем вписывать в документы имя Чу Циня?
— О чем ты? В документах на твой дом должно стоять твое имя, ведь квартира записана на меня.
— Вот только при оформлении не разрешили вписать имена двух человек, — огорченно добавил Чжун Ибинь.
Он хотел вписать и свое имя тоже, чтобы дом принадлежал им обоим, но сделать это оказалось не так легко.
Уголки губ Чу Циня слегка дернулись. Разве в этом была главная проблема?
Но очевидно, что Чжун Ибинь совсем не думал об этом, он положил подбородок ему на плечо, стал предаваться мечтам и строить планы:
— Этот дом просто огромный. Мы можем завести собаку и кошку, тогда большое пространство станет оживленней, правда? Оставим спальню твоим родителям. Если они сильно соскучатся, то смогут приехать в любое время и остаться на столько, на сколько захотят. А еще оставим спальню для моих родителей, они смогут прийти…
Пока Чу Цинь прислушивался к возбужденному голосу Чжун Ибиня, его напряжение спало, а выражение лица смягчилось. Если удастся получить благословение от родителей, то в будущем они смогут создать счастливую семью и каждый день просыпаться с улыбкой.
— Ты уже предупредил родителей, что на Китайский Новый год поедешь ко мне домой?
Чу Цинь пригласил Чжун Ибиня на обед. В последнее время они были страшно заняты, поэтому давно не ели вместе. Финальная репетиция новогоднего концерта вчера благополучно завершилась, поэтому сегодня у Чу Циня наконец появилось немного свободного времени.
— Еще нет, — Чжун Ибинь заглянул в меню и заказал несколько любимых блюд Чу Циня, — на выходных поеду домой и поговорю.
После амнезии отношения Чжун Ибиня с родителями заметно испортились, но в последнее время он перестал сопротивляться и изредка навещал их, правда почти никогда не решался взять с собой Чу Циня, все еще боясь, что родители скажут что-то неуместное и расстроят его.
— Я могу пойти с тобой, — подумав, предложил Чу Цинь.
— Нет, я справлюсь, — Чжун Ибинь улыбнулся и игриво ущипнул Чу Циня за щеку.
Когда настали выходные, Чжун Ибинь красиво оделся, забрался на кровать, поцеловал любимого, который все еще мирно спал, и собрался уйти. Сонный Чу Цинь обвил руками его шею, потерся лбом о грудь и только тогда почувствовал, что немного проснулся. Его оставили в покое и позволили уснуть только за полночь, после активных ночных приключений у него болела поясница и кружилась голова. Взяв себя в руки и открыв глаза, Чу Цинь дал Чжун Ибиню несколько наставлений:
— Будь добр с родителями. Не думаю, что уговорить их будет сложно. Если твоя мама снова станет говорить глупости, то просто поцелуй ее и будь милым, тогда все будет хорошо.
Чжун Ибинь кивнул, но Чу Цинь не был уверен, что его услышали.
— Если не хочешь завтракать, то просто ложись спать, — Чу Циня уложили обратно и накрыли одеялом. — Я закажу тебе доставку — в полдень принесут обед.
— Хорошо, — ответил Чу Цинь с улыбкой и снова закрыл глаза.
Понежиться в постели до обеда в выходной было верхом блаженства.
За это время в семье Чжун ничего не изменилось. Дома были только родители, а старший сын работал. В конце года в компании полно дел, поэтому у Чжун Цзябиня совсем не находилось свободного времени даже в выходные.
Мать Чжун была рада увидеть младшего сына после долгой разлуки. Она попросила домработницу приготовить много вкусной еды, усадила сына на диван и присела рядом.
— Ох, мой бедный сыночек, тебя так долго не было дома… Ты поправился…
Когда мать Чжун увидела пухлое и энергичное лицо Чжун Ибиня, у нее язык не повернулся сказать избитую всеми родителями фразу: «Ты так похудел».
Отец Чжун отложил газету, посмотрел на младшего сына и удивленно кивнул.
— Да, выглядишь довольным. Видимо, Чу Цинь хорошо о тебе заботится.
Чжун Ибинь улыбнулся и растерянно почесал затылок, счастье на его лице скрыть было невозможно. Позавтракав с родителями и обсудив дела компании, Чжун Ибинь рассказал, что на Китайский новый год поедет к родителям Чу Циня.
Услышав, что сына не будет рядом в праздник, мать Чжун выразила решительное несогласие:
— Что ты забыл в их доме?
Ей и без этого было трудно принять тот факт, что дорогой и обожаемый младший сын живет в чужом доме. А теперь этот паршивец Чу Цинь решил познакомить Чжун Ибиня со своими родителями? Эта новость зародила в сердце матери Чжун неприятные чувства. Ей казалось, что сын отдаляется все больше с каждым днем, поэтому она не могла согласиться и отпустить его так просто.
Услышав слова сына, отец Чжун лишь махнул рукой.
— Тогда езжай.
Потеряв память, Чжун Ибинь остался с Чу Цинем и слушался только его. Мало того что Чу Цинь не использовал эту возможность, чтобы оттолкнуть его от семьи, но даже помог наладить отношения со старшим братом. В целом, Чжун Ибинь под его покровительством изменился в лучшую сторону, стал более энергичным, амбициозным и увлеченным.
Дети сами знают, что для них лучше. Во всяком случае, старший сын продолжит бизнес и в будущем возглавит семью, поэтому у младшего будет меньше забот. Главное, что Чжун Ибинь вырос хорошим человеком, все остальное — пустое.
Услышав легкомысленный ответ мужа, мать Чжун разозлилась.
— Неужели тебе все равно? Ты правда не возражаешь, если лис утащит нашего сына в свою нору?
Лис, все еще мирно спящий в постели, внезапно чихнул, протер слипающиеся глаза и, услышав дверной звонок, встал с кровати, чтобы открыть дверь.
— Господин, доставка, — курьер протянул Чу Циню пакет, улыбнулся и ушел.
Чу Цинь выложил контейнеры на стол и по очереди открыл крышки. Оказалось, что Чжун Ибинь заказал для него огромные порции пряных креветок и кристально-белого риса, а также большой стакан ледяной сладкой газировки. Одного взгляда было достаточно, чтобы возбудить аппетит.
Он достал телефон и отправил Чжун Ибиню фотографию доставленных блюд.
Чжун Ибинь, выслушивая недовольство матери, открыл сообщение, увидел фото и смайлик «поцелуй» и не смог сдержать улыбку.
— Мама с тобой разговаривает! Чем ты занят? — мать Чжун была недовольна, заметив, что сын отвлекся, и покосилась на телефон. — Кто тебе пишет?
Чжун Ибинь усмехнулся.
— Тот самый лис.
Мать Чжун чуть не задохнулась от гнева и приготовилась с новой силой выплеснуть на сына скопившееся недовольство. Внезапно Чжун Ибинь вспомнил слова Чу Циня, наклонился, обнял мать и поцеловал ее в щеку.
— Прости, мама, не сердись. Чу Цинь хотел пойти сегодня со мной, но я побоялся, что ты снова начнешь его ругать, поэтому уговорил остаться дома. Я заказал ему доставку еды из ресторана и попросил написать, когда ее принесут.
Внезапный поцелуй заставил мать Чжун мгновенно остыть и мягко улыбнуться. На самом деле, подлянка, которую совсем недавно подкинула семья Су, на многое открыла ей глаза. Не важно, с женщиной встречался Чжун Ибинь или с мужчиной, главное, чтобы этот человек искренне его любил и не хотел навредить. За все это время Чу Цинь не сделал ничего, что могло бы причинить Чжун Ибиню хоть малейший вред, несмотря на подходящие для этого условия. Напротив, ее сын очень изменился и стал таким милым…
— Когда приедешь в чужой дом, не смей привередничать. Ты должен быть вежливым и прилежным: во всем помогай матери Чу и произведи хорошее впечатление, — произнесла мать Чжун угрюмо.
— Не забудь преподнести подарок, — напомнил отец Чжун.
Эти слова произносили все родители, сыновья которых собирались впервые встретиться с будущей тещей, вот только не все из них собирались вступать в брак с мужчиной. Возможно, родители Чу готовились принять невестку, поэтому на всякий случай Чжун Ибиню дали несколько дополнительных наставлений, которые обычно давали дочерям.
Чжун Ибинь выслушал родителей, кивнул в ответ и поспешил сменить тему. Отношение родителей к его выбору спутника жизни заметно улучшилось. Возможно, удастся пригласить Чу Циня на предстоящий праздник фонарей и собраться всем за одним столом в доме Чжун.
Они провели вместе весь день: ели, пили и болтали. Вечером вернулся Чжун Цзябинь, и после короткого разговора с ним Чжун Ибинь засобирался домой. Лишь подумав о том, что Чу Циню придется ужинать в одиночестве, Чжун Ибинь не смел больше задерживаться.
— Эй, Ибинь, подожди! — мать Чжун резво спустилась с лестницы и вложила в руки младшего сына небольшую коробочку из бархата. — Подари их матери Чу Циня.
Самым лучшим первым подарком для тещи однозначно будут украшения. Чу Цинь и Чжун Ибинь оба были мужчинами, поэтому не умели выбирать подарки такого рода. После долгих раздумий мать Чжун достала набор драгоценностей, который совсем недавно купила для себя.
Когда Чжун Ибинь открыл крышку бархатной коробочки, его тут же ослепил блеск камней.
— Спасибо, мама, — взволнованно поблагодарил Чжун Ибинь.
— Семья Чжун состоятельна, поэтому мы не можем позволить никому относиться к нам легкомысленно и смотреть свысока, — фыркнула мать Чжун в ответ.
Отвернувшись, она еле заметно улыбнулась: если даже Чжун Ибинь так отреагировал, лишь мельком взглянув на украшения, то мать Чу определенно будет в восторге. При мысли об этом ее настроение заметно улучшилось.
В мгновение ока наступил конец года. Когда программы и графики трансляций на Новый год были согласованы, Чу Цинь накупил целую гору новогодних подарков и, держа в одной руке ручку чемодана, а в другой — ладонь Цыпленка Чжуна, отправился в родительский дом.
Дом Чу Циня находился в городе на юге страны. Здесь особенно любили острую и горячую пищу. Когда мужчины вышли из самолета, первым делом на глаза им попались ресторанчики с горячими блюдами. Даже в Новый год они не закрывались, поскольку в это время не было отбоя от клиентов.
Сейчас родители Чу Циня жили в своей квартире, купленной на заработанные сыном деньги. Цена на недвижимость в этом городе была невысокой. Изначально Чу Цинь планировал подарить родителям двухэтажный дом, но пожилая пара ответила отказом, поскольку большой дом было сложно убирать. Подумав хорошенько и все тщательно взвесив, родители Чу решили приобрести трехкомнатную квартиру в элитном доме.
Стоя у входной двери, Чу Цинь глубоко вздохнул и повернулся к Чжун Ибиню.
— Готов?
Чжун Ибинь мягко улыбнулся, слегка наклонился и чмокнул его в губы.
— Любящий поцелуй придал мне силы для борьбы.
— Пфф…
Чу Цинь был удивлен его решимостью и немного расслабился, взял Чжун Ибиня за руку, сцепил пальцы и одолжил у него немного храбрости, затем поднял руку и решительно нажал на дверной звонок.
____________
За кадром:
Мать Чу: Где моя невестка?
Эрбинь: Здесь!
Мать Чу: Почему у тебя нет груди?
Эрбинь: У меня есть кое-что намного лучше (⊙v⊙)
Мать Чу: …
Цинь Цинь: …
Глава 108 - Семья Чу
— Иду-иду…
Как только звонок затих, открылась тяжелая входная дверь. На пороге стояла женщина средних лет в яркой домашней одежде. Несмотря на возраст, ее фигура была подтянутой, а лицо — красивым и ухоженным. Они с Чу Цинем были очень похожи, у женщины даже брови были такой же формы, вот только губы оказались более пухлыми. Ее глаза блестели, а на лице играла легкая улыбка.
— Сыночек!
Как только мать Чу открыла дверь и увидела сына, она улыбнулась еще ярче, а когда перевела взгляд на «будущую невестку», радость мгновенно слетела с ее лица.
Когда сын сказал, что на этот Новый год приедет не один, первым делом мать Чу подумала об актрисе, режиссере, богатой женщине во втором поколении, с которой Чу Цинь сблизился совсем случайно, о высокой гламурной модели, маленькой и изысканной певице, проницательной и упорной начальнице и даже о ведущей с милой улыбкой…
Но внезапно увидела рядом с сыном высокого, очаровательного, красивого и улыбчивого мужчину… Мужчину.
— Мама… — Чу Цинь протянул матери подарки, которые держал в руке, и прочистил горло: — Это директор «Шэнши» — Чжун Ибинь. Думаю, ты много раз видела его по телевизору.
— Здравствуйте, тетя! — громко поздоровался Чжун Ибинь с невинной улыбкой.
Мать Чу отреагировала мгновенно:
— А, так значит начальник! Проходите, пожалуйста, проходите!
Впустив мужчин в квартиру, она позвала отца Чу, чтобы тот тоже поприветствовал гостей. Отец Чу Циня — спокойный на вид мужчина в старомодных очках и с элегантной улыбкой — медленно пришел на зов жены.
— О, господин Чжун. Пожалуйста, присаживайся. Почему Чу Цинь не предупредил нас заранее? — сказав это, он впился взглядом в сына. Родители готовились к встрече с невесткой, но непутевый мальчишка привел начальника.
Но раз уж так сложились обстоятельства, мать и отец Чу не стали напрямую спрашивать у сына, почему не приехала долгожданная невестка, и просто принялись развлекать дорогого гостя.
— Я навязал свою компанию Чу Циню. Надеюсь, мое присутствие не доставит вам неудобства, — Чжун Ибинь от смущения почесал затылок, достал подарки, которые привез с собой, и протянул отцу Чу тоник и листовой чай.
— Не беспокойся, не беспокойся. Чем больше людей собирается за столом в Новый год, тем веселее. Мы надеемся, что Чу Цинь не доставил неприятностей в уходящем году.
— Тетя, это подарок для вас. Не знаю, придется ли он вам по вкусу, но я купил его по рекомендации своей мамы, — Чжун Ибинь достал коробочку из бархата и протянул матери Чу.
Женщина неловко улыбнулась и приняла подарок.
— Этот ребенок такой вежливый. Не стоило… Ох! — воскликнула мать Чу, открыв крышку.
Украшение из сапфиров выглядело элегантным и дорогостоящим. Драгоценные камни сверкали так сильно, что слепили глаза сильнее, чем летнее солнце.
— Оно слишком дорогое… — мать Чу закрыла крышку и отодвинула коробочку с украшением. Если Чжун Ибинь просто друг сына, то получить от него такой подарок было бы чересчур.
— Моя семья занимается ювелирным бизнесом. Я приобрел это украшение по закупочной цене, поэтому стоимость была не так высока, — произнес Чжун Ибинь с легкой улыбкой.
Услышав его слова, мать Чу почувствовала некое облегчение, еще несколько раз ради приличия отказалась от подарка, а потом с радостью убрала в шкатулку к остальным драгоценностям. Не важно сколько женщине лет, в любом возрасте она едва ли сможет устоять перед подарками такого рода. Чжун Ибинь беззаботно улыбнулся.
Чу Цинь покосился на него. Способность этого парня придумывать на ходу улучшалась день ото дня. Украшение явно было куплено матерью Чжун, но Чжун Ибинь не моргнув глазом сказал, что приобрел его сам… К тому же «Шэнши» не занимается ювелирным делом…
— Поболтайте немного, а я пока начну готовить, — мать Чу с улыбкой надела передник.
— Тетя, позволь мне помочь, — Чжун Ибинь встал.
Он помнил слова родителей: «Когда теща будет готовить, нужно предложить помощь».
— Нет-нет, пожалуйста, садись. Цинь Цинь пойдет и поможет маме, — мать Чу махнула рукой, мягко усадила Чжун Ибиня на диван, взяла сына за руку и потащила на кухню.
Чжун Ибинь остался в гостиной с отцом Чу, который все это время не проронил ни слова и только пялился на гостя.
Мать Чу привела сына на кухню, пихнула ему в руки пучок зеленого лука, закатала рукава и принялась чистить овощи. Через несколько минут тишины женщина украдкой выглянула за дверь и внимательно посмотрела на Чжун Ибиня. У мужчины были красивые глаза и приятный характер. Невольно она вспомнила несколько кадров из последней программы сына, и беспокойство в ее сердце снова усилилось.
— Глупый ребенок, где твоя девушка? — мать Чу ударила сына ребром ладони.
— Нет никакой девушки, — ответил Чу Цинь, сосредоточенно чистя зеленый лук.
— Значит, все это время ты обманывал маму? — мать Чу с явным недовольством ткнула сына пальцем в лоб. — Но зачем ты привез с собой начальника?
Чу Цинь потер лоб и покосился на дверь кухни, через щель с легкостью можно было увидеть Чжун Ибиня, скованно сидящего в гостиной. Взгляд Чу Циня на мгновение стал нежным, а на губах появилась легкая улыбка.
— Этим летом с Чжун Ибинем произошел несчастный случай: он потерял воспоминания и забыл всех, кроме меня. Его родители решили, что смена обстановки пойдет ему на пользу, и отпустили сюда на Новый год.
— А? — удивилась мать Чу. Причина оказалась настолько странной, что она долгое время не могла подобрать нужных слов. — Так у него амнезия? Никогда бы не подумала!
Она видела Чжун Ибиня не только на варьете сына, но и на реалити-шоу «Провальная гонка». Если честно, она симпатизировала братьям Чжун. Несмотря на то, что порой Чжун Ибинь вел себя глупо и по-детски, он все же был умен. Но амнезия… это казалось чем-то невероятным. Мать Чу оглядела сына сверху донизу, бросила быстрый взгляд на Чжун Ибиня и нахмурилась, но больше ничего не сказала.
Когда все блюда были готовы, а стол накрыт, Чу Цинь прошел в гостиную, чтобы позвать двух мужчин. Перед ним предстала необычная сцена: отец Чу смеялся и по-дружески хлопал Чжун Ибиня по плечу. Чу Цинь был удивлен, поскольку отец, проработавший учителем большую часть своей жизни, по роду профессии всегда говорил сдержанным и порой приказным тоном, а это знатно усложняло его общение с людьми. Отец Чу и Чжун Ибинь были наедине всего несколько десятков минут, когда они успели так сблизиться?
— Ибинь прилежно учился в школе и всегда входил в десятку лучших учеников класса! — отец Чу как учитель питал особую привязанность к детям с хорошей успеваемостью.
— Мой учитель говорил, что у меня не возникнет проблем с поступлением в столичный университет, и даже настаивал, чтобы я боролся за шанс попасть на бюджет. Но у моих родителей были другие планы, и я отправился получать образование за рубеж, — Чжун Ибинь сел за стол рядом с отцом Чу. Очевидно, он хотел показать себя хорошим сыном и прилежным студентом.
— Хорошо, что у тебя была возможность учиться за границей. Наверняка сдать вступительные экзамены в чужой стране оказалось еще сложней, — вздохнул отец Чу.
— А у тебя хорошая память, раз помнишь слова учителя в старшей школе, — с улыбкой спросила мать Чу и положила в пиалу Чжун Ибиня куриную ножку.
Чу Цинь слегка нахмурился. Очевидно, что мать проверяла информацию об амнезии. Чу Цинь посмотрел на Чжун Ибиня и одобрительно кивнул.
— На самом деле я не совсем помню… — Чжун Ибинь не отрывал взгляд от Чу Циня. — Не так давно я наведался в школу в надежде восстановить часть воспоминаний. Именно тогда я встретил своего учителя. Ах, я не говорил: летом я получил травму головы и заработал амнезию.
Только тогда мать Чу поверила и сочувственно посмотрела на гостя:
— Что же произошло? Как ты получил травму? Помимо амнезии у тебя появились другие проблемы со здоровьем?
— Это случилось по моей вине. Чжун Ибинь меня спас… — легкомысленно произнес Чу Цинь.
— А? — одновременно произнесли мать и отец Чу и посмотрели на сына.
Чу Цинь в двух словах описал сюжет из прошлого: его похитили, Чжун Ибинь пришел ему на помощь и принял удар на себя. Чу Цинь всячески старался избежать подробностей, чтобы не волновать родителей, но глаза матери Чу все равно покраснели от подступающих слез.
— Ты, глупый ребенок. Почему не рассказал маме об этом раньше? — мать Чу шлепнула сына по спине. Родители всегда переживают и беспокоятся о детях, которые живут вдали от дома.
Когда Чу Циня внезапно заменил другой ведущий, мать Чу почувствовала, что произошло нечто страшное, но когда позвонила сыну, тот успокоил взволнованную мать и ничего не рассказал о похищении. И только сейчас, спустя больше чем полгода, она узнала, что в то время действительно произошло нечто ужасное.
— Знаешь, а я ведь чувствовала! Я так распереживалась в тот день, что даже взяла выходной, — мать Чу схватилась за сердце, постепенно осознавая сказанное сыном.
Неужели в столице страны с налаженной общественной безопасностью все еще происходят случаи похищения людей? Если бы в тот день Чжун Ибинь не пришел на помощь, страшно представить, что похитители сделали бы с Чу Цинем.
— Ибинь, ты спаситель нашей семьи! — отец Чу взял Чжун Ибиня за руку и с благодарностью посмотрел в глаза.
Выходит, что из-за Чу Циня он оказался в таком состоянии. Семья Чу должна не только праздновать вместе с ним Новый год, но и поддерживать всю оставшуюся жизнь! Все-таки дети, которые примерно учились в школе, вырастают хорошими людьми.
— Вы преувеличиваете. Я знаком с Чу Цинем много лет. Для меня он важнее, чем собственная жизнь, — произнеся последние слова, он поднял взгляд на Чу Циня.
Чу Цинь почувствовал, как сердце пропустило удар, потупил взгляд, опустил голову и уставился в пиалу с рисом.
Рука матери Чу, утирающая мокрые от слез щеки, на мгновение замерла. Эти трогательные слова звучали несколько странно…
После плотного ужина вся семья собралась в гостиной, чтобы поболтать, а затем стала готовиться ко сну. Пожилые люди предпочитают рано ложиться и рано вставать… Сейчас было только полвосьмого вечера, но мать Чу уже во всю зевала.
— У нас нет гостевой комнаты, поэтому вам придется спать вместе. В любом случае вы оба парни — чего стесняться, — улыбнулся отец Чу и указал на комнату Чу Циня.
Трехкомнатная квартира с двумя спальнями и кабинетом не предполагала визиты гостей. Изначально родители готовились к приезду невестки, поэтому решили, что женщина будет спать в одной комнате с мамой Чу, а Чу Цинь — с отцом Чу, но раз вместо невестки приехал начальник, все было намного проще.
Мать Чу внезапно нахмурилась, но ничего не сказала.
Чжун Ибинь, естественно, не был против и с большим энтузиазмом направился в комнату Чу Циня.
На юге страны не было отопления, поэтому зимой в квартирах стоял жуткий холод, особенно по ночам. Мать Чу дала им два стеганных одеяла и одно большое электрическое одеяло, которое со стороны выглядело очень теплым, несколько раз напомнила отключить одеяло от питания перед сном и вернулась в комнату к отцу Чу.
Чжун Ибинь с любопытством огляделся. Эту квартиру Чу Цинь купил на деньги, заработанные в «Шэнши», а значит, следов его детства и юности здесь не было, но Чжун Ибиню все равно было интересно. Первым делом он принялся разглядывать трофеи на полке и различные награды на стене.
— Награда от детского сада за разносторонние таланты… — Чжун Ибинь прочел надпись на грамоте с нарисованным большим красным цветком.
— Эту грамоту мне выдали за помощь в организации новогоднего праздника, — Чу Цинь от неловкости почесал нос и подозвал Чжун Ибиня к кровати.
Однако Чжун Ибинь был настолько возбужден, что совсем не обратил на него внимание, и продолжил разглядывать комнату.
— Альбом! Хочу посмотреть.
— Хорошо, давай посмотрим вместе. Залезай под одеяло, — беспомощно произнес Чу Цинь, усадил его на кровать, накрыл одеялом и взял альбом. Чжун Ибинь был одет в легкие штаны и джемпер, он мог легко простудиться в промерзлой комнате.
Кровать успела нагреться. Чжун Ибинь раньше не спал под таким одеялом, поэтому с удивлением вытянул ноги и неловко улыбнулся.
Чу Цинь открыл альбом и стал рассматривать фотографии вместе с Чжун Ибинем. Внутри хранилось множество снимков из детства. Среди них были несколько изображений малыша Чу Циня с голым задом, неудачные кадры из детского сада и даже фото из начальной школы, на которых мальчик был в коротких шортиках и с красным шейным платком…
— Вау… ты такой милый, — Чжун Ибинь внимательно разглядывал каждую фотографию, ему безумно хотелось затискать этого малыша.
Чу Цинь засмеялся в ответ на его реакцию и потрепал любимого мужчину по голове.
— Похоже, ты понравился моим родителям. Давай дождемся первого дня нового года и расскажем обо всем.
Чжун Ибинь посмотрел на него, задумался и ответил серьезно:
— Что должно произойти, то обязательно произойдет.
____________
За кадром:
Мать Чу: И все же я думаю, что неправильно им спать вместе.
Отец Чу: Они оба мужчины, что неправильного?
Эрбинь: Тетя, не волнуйся, я хорошо позабочусь о Цинь Цине.
Цинь Цинь: И как же?
Эрбинь: Лягу с тобой под одно одеяло и согрею в эту холодную ночь.
Цинь Цинь: …
Глава 109 - Канун Китайского Нового года
Уголки губ Чу Циня нервно дернулись.
— Ты так самоуверен.
— Я умный и талантливый, неужели ты сомневался, что я понравлюсь отцу? — усмехнулся Чжун Ибинь.
— И очень скромный, — добавил Чу Цинь, закатил глаза и проигнорировал тот факт, что Чжун Ибинь назвал отца Чу «отцом», покачал головой, выключил свет и лег в кровать.
Двое мужчин, полных энергии, обычно ложились спать после десяти вечера, а сейчас было всего девять. Они не могли заставить себя уснуть!
Простынь и стеганое одеяло нагрелись только в местах прикосновения с электрическим одеялом, а остальное пространство оставалось холодным. Чжун Ибинь вытянул ноги, и его ступни достали до края кровати. Невольно коснувшись ледяной простыни, он мгновенно задрожал и спросил обиженно:
— Почему кровать такая холодная?
— В комнате нет отопления, приходится спасаться теплым одеялом, — утешил его Чу Цинь, — потерпи немного, скоро станет тепло.
Прежде чем он успел договорить, у его ног образовался бугор, и большая ступня забралась под его стеганое одеяло. До этого Чжун Ибинь относил альбом на место и прошелся босиком по полу, не обув тапочки, наверное, именно поэтому его ноги так сильно замерзли.
Чу Цинь сжал холодную ступню двумя большими пальцами ног и безжалостно вытолкнул наружу. Нога Чжун Ибиня была похожа на маленькое животное, которое вытащили из теплой норки, и как любой зверек, Чжун Ибинь стал сопротивляться: снова приподнял одеяло и нахально просунул уже две ноги.
Двое взрослых мужчин затеяли драку. Через некоторое время тепло из-под одеяла улетучилось, проник холодный воздух, и их война действительно стала холодной.
— Перестань валять дурака. Такими темпами мы скоро замерзнем, — Чу Цинь мягко пнул Чжун Ибиня и поправил ногой одеяло.
— Я и так замерз, — обиженно подметил Чжун Ибинь, снова поднял край одеяла, крепко обнял Чу Циня, предотвращая возможные сопротивления, и скользнул внутрь.
Из-под его одеяла уже давно улетучились последние остатки тепла, зато половина кровати Чу Циня, который большую часть жизни зимовал на юге и знал, что делать, чтобы согреться, была намного теплее.
Чжун Ибинь обвил Чу Циня руками и ногами, словно осьминог, и потерся носом о его щеку. У Чу Циня просто не осталось другого выбора, кроме как плотно подоткнуть одеяло и поудобнее устроиться в его объятиях.
— Спи со мной и старайся лишний раз не двигаться.
Зима на юге проходит тяжелее, чем на севере. Чжун Ибинь послушно кивнул: он мог обнимать женушку до утра, он мог повиноваться любому слову… лишь бы не выгнали на холод.
Двое мужчин в крепких объятиях друг друга очень быстро согрели постель. Чу Цинь глубоко вдохнул холодный воздух, прищурился, повернул голову к Чжун Ибиню и чмокнул его в лоб. В доме с родителями за стенкой он спал в одной постели со своим любимым человеком… Чу Циня охватило необъяснимое возбуждение, такое же как появляется у ребенка, который тайком берет на ночь игрушки в кровать.
Чжун Ибинь открыл глаза и удивленно посмотрел на Чу Циня. Губы мужчины, которые только что оторвались от его лба, яростно атаковали. В доме тещи заходить далеко — неприлично, но в простом поцелуе ведь нет ничего страшного, правда?
Зубная паста, которой они почистили зубы перед сном, была непривычного старомодного мятного вкуса, придающего поцелую оттенок свежести. Рука Чжун Ибиня невольно скользнула вниз, отчего Чу Цинь ахнул и испуганно отпрянул.
— Не валяй дурака и скорей засыпай, — произнес он на одном дыхании и повернулся к Чжун Ибиню спиной, демонстрируя категоричный отказ.
Чжун Ибинь поджал губы, неохотно убрал руку от заветного места и разместил на талии Чу Циня. Замерев на мгновение и не почувствовав сопротивления, Чжун Ибинь крепко обнял любимого мужчину, уткнулся ему в шею и шепнул:
— Малыш, если беспокоишься о маме и папе, то давай не будем раскрывать наши отношения. Мы можем подождать сколько нужно, пока не поймем, что родители нас примут.
Чу Цинь опешил. Он действительно немного боялся, что правда может причинить родителям боль, но в то же время понимал — рано или поздно им придется принять своего сына. Чу Цинь решил прожить остаток жизни с Чжун Ибинем и не хотел больше скрываться. Он долго думал и решил, что лучше медленно подготовить родителей и познакомить их сначала с начальником, а потом со своим парнем, надеясь, что таким образом эту горькую пилюлю проглотить им будет намного проще.
Чу Цинь накрыл ладонью руку Чжун Ибиня и нежно сжал.
— Не беспокойся об этом. Я расскажу… рано или поздно.
— Если твои родители затеют драку, то просто спрячься за моей спиной. В любом случае, я твой начальник. Они не станут бить меня со всей силы, — радостно произнес Чжун Ибинь, явно показывая, что будет рад получить несколько тумаков, самоотверженно защищая любимого человека.
Чу Цинь засмеялся, повернулся к нему и поцеловал.
На следующее утро мать Чу встала рано, приготовила завтрак и постучала в дверь комнаты Чу Циня.
— Сынок, Ибинь, вставайте. Завтрак готов, — громкий голос матери Чу мгновенно разбудил сонных мужчин.
— Ммм… Я встал… — растерянно ответил Чу Цинь, протирая глаза.
Он приготовился встать, но внезапно кто-то крепко обнял его сзади, отказываясь отпускать, и потерся растрепанной головой о тонкую шею.
Зимним утром в холодной комнате без отопления теплая постель казалась особенно соблазнительной. Даже проснувшись, человек не мог встать, словно был приклеен суперклеем к одеялу.
Чу Цинь тоже не хотел вставать, поэтому закрыл глаза и снова уснул.
Отец Чу помогал накрыть на стол. Осознав, что дети снова заснули, он взглянул на жену, которая казалась немного подавленной, улыбнулся и попросил:
— У них редко бывают выходные. Пусть поспят подольше.
— Но к тому времени, как они проснутся, все остынет, — мать Чу не слушала, вытерла руки о подол передника и без стука вошла в комнату Чу Циня.
Ее глаза округлились от шока.
Стеганое одеяло было давно выброшено и лежало у изножья кровати, а его владелец всем телом обвил Чу Циня и мирно спал. Двое мужчин, лежащих под общим одеялом на одной половине кровати, смотрелись на редкость гармонично.
Отец Чу поспешил за матерью Чу. Сейчас в их доме находились гости, поэтому врываться в комнату без стука было неприлично. Но, к сожалению или к счастью, остановить жену ему не удалось. Он проследил за удивленным взглядом жены, увидел двух мужчин на кровати и рассмеялся:
— Ха-ха, у детей такие хорошие отношения. Смотри, они обнимаются во сне, словно малыши.
Мать Чу взглянула на мужа, как на дурака, и ощутила головную боль.
Чжун Ибинь проснулся, увидел супружескую пару у двери и сел в кровати. Одеяло упало, совершенно естественно обнажив его красивую мускулистую грудь.
— Дядя, тетя, доброе утро.
Мать Чу прочистила горло и сказала сухо:
— Разбуди Чу Циня. Завтрак готов.
Сегодня настало двадцать девятое число двенадцатого лунного месяца, поэтому после завтрака семья собиралась приступить к приготовлению праздничных блюд для новогоднего стола. Чжун Ибинь очень хотел помочь: ему не посчастливилось познать прелесть предновогодней суеты. Китайский Новый год в семье Чжун каждый раз проходил одинаково скучно. Члены семьи не делали никаких приготовлений и просто ждали, пока домработница приготовит еду, потом вместе собирались за столом, ужинали и остаток ночи встречали и развлекали гостей.
Мать Чу никого не подпускала к плите, лишь дала пиалу с фаршем и тесто и попросила налепить пельменей.
Чу Цинь повел Чжун Ибиня в гостиную, там они разложили все ингредиенты и принялись лепить. Чжун Ибинь никогда прежде не имел дело с тестом, поэтому ему потребовалось много практики, прежде чем его щипки стали выглядеть более-менее прилично.
— Вот, уже намного лучше, молодец, — произнес Чу Цинь с похвалой.
— Хе-хе.
Чжун Ибинь смутился, почесал кончик носа и испачкался в муке. Увидев это, Чу Цинь рассмеялся, но ничего не сказал, побежал на кухню, стащил пиалу фрикаделек, которые только что поджарил отец, и скормил своему трудолюбивому цыпленку.
Когда после напряженного дня, проведенного за одной лишь готовкой, стрелки часов неумолимо приблизились к полночи, вся семья собралась за столом, чтобы сыграть несколько партий в маджонг.
— Раньше нас было только трое, и мы не могли играть. А теперь четверо — как хорошо!
Мать Чу очень любила играть в маджонг, поэтому была особенно рада тому, что сегодня в их доме собралось четыре человека. Она мельком взглянула на Чжун Ибиня, и что-то в ее взгляде изменилось.
— Сынок, скорее женись, тогда мы сможем играть в маджонг каждый Китайский Новый год.
Рука Чу Циня, бросающая кости, на мгновение замерла над столом.
— А если я не женюсь, ты больше не сможешь играть?
Мать Чу поджала губы.
— Если невестки не будет, то мне придется играть с соседями. Без меня вам с отцом будет скучно.
Чжун Ибинь нежно улыбнулся.
— Если тетя не против, я могу играть с вами в маджонг каждый год.
— Вот и хорошо, — радостно согласился отец Чу.
Ему действительно нравился этот молодой человек: Чжун Ибинь амбициозен и перспективен, в прошлом хороший ученик. Он совершенно не походил на высокомерного богатенького сынка. Отец Чу искренне радовался, что у сына есть такой начальник и друг.
Мать Чу покосилась на мужа, который, кажется, совсем ничего не понимал, и радостно объявила:
— Белый дракон!
Мать Чу играет в маджонг круглый год, ее смело можно считать настоящим мастером этой игры. Чу Цинь и отец Чу играли средне, а Чжун Ибинь, неизвестно — из-за амнезии или еще из-за чего, походил на неудачную корзину [1] и потерял за вечер игры огромную кучу денег.
(П/п: корректно перевести на русский просто невозможно. Здесь употребляется «臭牌篓子», где в данном случае: «臭» — неудачный; «牌» — кость; «篓子» — плетеная корзина из бамбука. То есть плетеная бамбуковая корзина с неудачными костями. Думаю, автор имела в виду, что Чжун Ибинь собрал у себя все самые бесполезные кости)
Отец Чу редко выигрывал, но сегодня был просто на высоте, поэтому казался особенно довольным.
— Два дота! — недолго колеблясь Чжун Ибинь хлопнул костью по столу.
Бум. Шлеп. Мать Чу тут же забрала эту кость.
Чжун Ибинь горько посмотрел на победителя и послушно заплатил деньги. Стопка банкнот, лежащая перед ним в начале игры, уменьшилась до двух–трех сотен юаней. Он проиграл в сухую.
— Ха-ха-ха, оставим игры, — мать Чу встала из-за стола и повела отца Чу на кухню.
Чу Цинь потрепал Чжун Ибиня по голове, украдкой взглянул на его кости и нахмурился.
— Почему ты отдал два дота? У тебя же лежала пара. Не садись играть, если не умеешь.
— Я умею играть, просто хотел, чтобы тетя выиграла, — невинно ответил Чжун Ибинь.
В самом конце у Чжун Ибиня появился шанс одержать первую победу за вечер, но он поддался, чтобы порадовать тетю? Чу Цинь не смог сдержать улыбку.
— Глупыш Биньбинь не так уж и плох.
— А то, — Чжун Ибинь торжествующе приподнял подбородок.
Ночью вся семья расположилась в гостиной и включила гала-концерт, посвященный Китайскому Новому году. Поскольку гостиная не отапливалась, все обитатели дома устроились на диване и укутались в одеяла.
— Так скучно. «Шэнши» намного лучше организует концерты, — недовольно подметила мать Чу, смотря очередной несмешной комедийный скетч.
— Тогда переключи на «Шэнши», — предложил отец Чу.
На телевизоре много разных каналов — не обязательно застревать на новогоднем мероприятии, которое оказалось совсем не торжественным и ничуточки не интересным. Мать Чу кивнула и решительно переключила канал. Она смотрела концерт «Шэнши» в прямом эфире, но отец Чу пропустил, поэтому выглядел заинтересованным.
Увидев сына на сцене, мать и отец Чу с еще большим интересом уставились в экран телевизора. Заметив это, Чу Цинь слегка смутился: каждый раз, видя реакцию пожилых родителей, он испытывал чувство необъяснимого стыда.
— Эй, а разве это не Ибинь? — внезапно спросил отец Чу, заметив в первом ряду зрительного зала Чжун Ибиня в костюме и лаковых туфлях.
— Да. В самом конце он поднимется на сцену и раздаст красные конверты сотрудникам «Шэнши», — ответил Чу Цинь.
Разумеется, когда концерт подходил к концу, Чжун Ибинь вышел на сцену и вручил по красному конверту каждому сотруднику, участвовавшему в мероприятии. Когда очередь подошла к Чу Циню, он прошел мимо, а дойдя до последнего сотрудника, внезапно к нему вернулся и протянул очень большой красный конверт.
— Ничего себе…
Зрители удивились. Почему все сотрудники получили конверты стандартного размера, а Чу Цинь формата А4? Все гадали, что же лежало в том пресловутом конверте.
Чу Цинь очевидно и не догадывался о том, что лежало внутри. Он покрутил его, рассмотрел со всех сторон и спросил удивленно:
— Директор Чжун, почему мой концерт не такой, как у других?
Зрители в зале умоляли открыть конверт, и Чу Цинь послушно вытащил его содержимое. В нем лежали какие-то бумаги, напоминающие контракт или что-то в этом роде. Увидев заглавную надпись, ведущий тут же спрятал подарок подальше от любопытных глаз, заставив зрителей вздохнуть от разочарования.
Репортеры предположили, что «Шэнши» передало Чу Циню часть акций. Кто-то говорил, что это продление контракта. Мнений оказалось очень много, но Чу Цинь не стал комментировать ни одно из них.
— Что же лежало в конверте? — с любопытством спросила мать Чу.
— Документы на дом, — ответил Чжун Ибинь с улыбкой.
Старший брат незадолго до этого передал Чжун Ибиню договор найма жилого помещения. Он не знал, к каким методам прибег Чжун Цзябинь, но в документах были записаны два имени: Чу Цинь и Чжун Ибинь.
— Дом?
Мать Чу удивилась. Как начальник мог подарить такой дорогой подарок? Да еще и вложить документы в красный конверт и вручить на концерте?!
— Ну, Чу Цинь скоро женится, поэтому не сможет жить в своей прежней крошечной квартире, — прошептал Чжун Ибинь, глядя на Чу Циня, который уснул в самый разгар концерта.
На диване они сидели рядом. Когда Чу Цинь заснул, то удобно улегся на плече Чжун Ибиня, который, кажется, не был против и совсем не испытывал беспокойства.
Мать Чу смотрел на эту сцену и, пытаясь сохранить спокойное выражение лица, невольно вздрогнула.
____________
За кадром:
Мать Чу: Убери руки от моего сына.
Отец Чу: А что такого? Они же оба мужчины.
Мать Чу: Проблема как раз в том, что они мужчины!
Отец Чу: Тск, в твоей голове сплошная грязь. Пора рассказать тебе о марксизме-ленинизме.
Мать Чу: (╰_╯) #
Глава 110 - Родственники
Мать Чу изо всех сил пыталась выглядеть непринужденно и расслабленно. Она посмотрела на Чжун Ибиня, который аккуратно натянул одеяло и плотно укутал спящего Чу Циня, и спросила с осторожностью:
— Почему ты так добр к нашей семье и Чу Циню? Я никогда не встречала такого заботливого начальника.
… Начальника, который бы общался с сотрудником достаточно близко, чтобы спать в обнимку на одной кровати, чтобы приехать в чужой дом на Новый год и чтобы без стеснения проявлять привязанность перед родителями.
Рука Чжун Ибиня, надежно спрятанная под одеялом, нежно сжала ладонь Чу Циня.
— У меня амнезия, — Чжун Ибинь посмотрел на любимого человека, как на сокровище. — И единственное, что я вспомнил после того, как пришел в сознание, — это Чу Цинь. Он для меня важнее всего на свете.
Мать Чу услышала в груди глухой удар сердца и почувствовала, как все тело внезапно онемело от макушки до пальцев ног. Очередное осознание поразило ее, словно удар молнии. Потерять память и помнить только одного из сотрудников — это слишком странно!
К тому моменту, когда мать Чу задала вопрос, Чу Цинь уже проснулся, но растерялся и не подал виду, а услышав откровенный ответ Чжун Ибиня, он густо покраснел до самых ушей. В комнате повисла неловкая атмосфера, поэтому Чу Цинь еще больше заволновался и окончательно отбросил идею открыть глаза. Единственное, что ему оставалось, — ущипнуть Чжун Ибиня за бок под одеялом и раскрыть своей маленький секрет.
Когда концерт завершился, Чжун Ибинь взял Чу Циня, который все еще притворялся спящим, на руки и вернулся в спальню. Наблюдая за этой сценой, которая со стороны казалась совершенно естественной и гармоничной, мать Чу едва могла сохранить спокойное выражение лица.
— Муж, тебе не кажется, что все это как-то неправильно? — она пнула отца Чу, который спокойно щелкал жареные семечки дыни.
— Ты о чем? — спросил отец Чу растерянно и посмотрел вслед Чжун Ибиню, который держал Чу Циня, как принцессу, и открывал локтем дверь комнаты. — Ах, ты права: Чу Цинь слишком тощий. Смотри, Ибинь подхватил его как пушинку и глазом не моргнул.
Мать Чу закатила глаза и ударила мужа ребром ладони.
— Ты такой глупый.
Отец Чу удивленно посмотрел на жену и обиженно почесал место ушиба.
— Эй, золовка, с Новым голом! — воскликнула мать Чу. — Чу Цинь приехал. Оказывается, у него нет девушки.
Тетя Чу Циня заметно оживилась и тут же предложила:
— Давай сведем его с женщиной, о которой я говорила тебе в прошлый раз.
— А я только что собиралась тебя об этом попросить. Тогда договорились.
Мать Чу повесила трубку и в оцепенении села на край кровати.
— Нашему сыну всего двадцать семь, к чему такая спешка? — спросил отец Чу.
Он искренне не понимал стремление жены во что бы то ни стало обзавестись невесткой. Как преподаватель, носящий титул «Народного учителя» [1], он часто контактировал с подрастающим поколением и понимал мысли и стремления нынешней молодежи. Мужчины и женщины в возрасте Чу Циня хотят только одного — продвижения по карьерной лестнице. Чу Цинь не уродлив и не беден, поэтому можно не беспокоиться о том, что ему не удастся жениться. Их сын настоящая находка, поэтому даже в сорок лет у него не будет отбоя от поклонниц, желающих побороться с конкурентками.
(П/п: почетное звание «Народный учитель» присваивается учителям, преподавателям и другим работникам образовательных учреждений, которые внесли выдающийся вклад в развитие образования и его популяризацию)
— К чему такая спешка? У нас чрезвычайная ситуация, медлить нельзя! — Мать Чу стиснула зубы.
Если она не поспешит, то сына может похитить мужчина! Видя, что недалекий муж даже не подозревает о всей серьезности ситуации, мать Чу решила его немножечко подтолкнуть:
— Что ты думаешь о Чжун Ибине?
— Он хороший человек, красивый и честный, с отличным характером. Такого начальника днем с огнем не сыщешь, — признался отец Чу с улыбкой.
— Ты же знаешь, что некоторым мужчинам нравятся мужчины? — не выдержав глупости мужа, напрямую спросила мать Чу, но тут же пожалела об этом и прикусила язык.
Отец Чу старомоден, и очевидно, что сказанное может привести к большим проблемам. Если муж взорвется, то карьера, да и работа сына могут оказаться под угрозой.
Но как ни странно, отец Чу отреагировал на слова жены более чем спокойно.
— Да, знаю о таком, — ответил он небрежно, — я уже стар и меня мало чем можно удивить. А что стряслось? Чжун Ибинь любит мужчин?
Произнеся последнюю фразу, отец Чу невольно нахмурился. Он не следил за новостями индустрии развлечений, поэтому не знал о существовании «Чжун Цинь».
— Не знаю… Я спросила просто так, — мать Чу решительно отказалась развивать эту тему и махнула рукой, призывая мужа ложиться спать. Завтра им предстояло навестить бабушку Чу Циня.
— Девяносто девять процентов слухов в индустрии развлечений — фальшивка. Я думаю, что Ибинь хороший ребенок, — упрямо добавил отец Чу.
Мать Чу проигнорировала слова мужа и повернулась к нему спиной, чувствуя себя подавленной и разбитой.
— Мама это видела? — тихо спросил Чу Цинь, когда они с Чжун Ибинем оказались наедине.
— Возможно. Но уверен точно, что сейчас она нас подозревает, — Чжун Ибинь обнял любимого мужчину. — Все в порядке, не волнуйся. Позволь ей медленно все осознать самой, так даже лучше.
— Да…
Чу Цинь сжал край пижамной рубашки Чжун Ибиня. Честно говоря, осознание того, что мать Чу может обо всем догадаться, было не таким пугающим, каким казалось на первый взгляд. То, что должно произойти, рано или поздно обязательно произойдет. Если подумать в таком ключе, то разве не кажется, что излишнее беспокойство просто бесполезно? Осознав это, Чу Цинь наконец расслабился и снова почувствовал сонливость.
Мужчины обнялись и в теплых объятиях встретили Новый год. Впервые за столько лет они провели Новый год под одной крышей.
— Отныне каждый Новый год мы будем праздновать вместе, — Чжун Ибинь поцеловал Чу Циня в лоб.
На следующее утро Чу Цинь проснулся пораньше и разбудил Чжун Ибиня, чтобы поздравить родителей с праздником. После того как ребенок устраивается на работу и начинает зарабатывать, родители перестают дарить ему деньги, и приходит черед ребенку вручать им конверты.
Чу Цинь улыбнулся и почтительно протянул родителям по толстому красному конверту. Чжун Ибинь, стоящий рядом, последовал его примеру.
— Ибинь, в этом нет необходимости… — растерялась мать Чу.
— Я потеснил вас на Новый год, примите мой подарок как компенсацию за неудобства. Хоть я познакомился с вами всего несколько дней назад, тетя и дядя, вы стали мне очень дороги, — искренне произнес Чжун Ибинь.
— Ах, если бы у меня был второй сын, похожий на Ибиня, то в моей жизни не осталось бы места сожалению, — весело произнес отец Чу и взял красный конверт Чжун Ибиня. — Раз ты даришь мне деньги, значит должен стать моим сыном!
— Да, отец! — тут же без стеснения отозвался Чжун Ибинь.
Уголки губ матери Чу нервно дернулись. Она приняла подарок Чжун Ибиня, но выглядела недовольной и напряженной, словно в ее руке лежал не толстый конверт, а кусок железа.
По традиции в первый день нового года семья Чу шла поздравлять родственников. Чжун Ибинь нисколько не стеснялся скромного статуса простого гостя и последовал за ними. Дедушка Чу Циня давно умер, а бабушка встречала новый год с сыном и его семьей.
— Чжун Ибинь! — Чу Цзинь, двоюродная сестра Чу Циня, совсем недавно закончила университет, ее глаза загорелись при виде знаменитого и красивого мужчины.
Девушка знала, что Чжун Ибинь — начальник Чу Циня, и слышала, что этот Новый год он провел в доме родителей Чу. Она продолжила пялиться на Чжун Ибиня, а когда тот подошел ближе, застенчиво опустила взгляд.
— Двоюродный брат, у тебя хорошие отношения с господином Чжун? — шепотом спросила Чу Цзинь.
— Да, — неопределенно ответил он.
С двоюродной сестрой они отнюдь не были близки. С самого раннего детства Чу Циня заставляли уступать, брать на себя вину и ответственность и отдавали Чу Цзинь все самое лучшее. В итоге девочка выросла избалованной и своенравной. На протяжении долгих лет из-за нее Чу Цинь становился козлом отпущения, так скажите, как эта девушка могла ему нравиться?
Чу Цзинь не заботило равнодушие двоюродного брата, она снова взглянула на Чжун Ибиня и в миг покраснела от смущения.
— У него есть девушка?
Чу Цинь нахмурился, проигнорировал ее вопрос и предложил Чжун Ибиню полакомиться фруктами. В полдень вся семья села за стол: Чжун Ибинь расположился рядом с отцом Чу, а Чу Цзинь — рядом с ним.
— Сяоцзинь, почему ты села там? — спросила бабушка Чу удивленно, заметив, что внучка села не на свое привычное место.
После ее слов члены семьи разом повернулись к девушке, отчего Чу Цзинь густо покраснела. Дядя и тетя Чу Циня посмотрели на дочь, затем переглянулись и рассмеялись.
— Чжун Ибинь ведь еще не женат, верно?
Услышав этот провокационный вопрос, Чу Цинь растерялся. Прежде чем он нашел подходящие слова, Чжун Ибинь ответил первым:
— У меня есть любимый человек, на котором я хочу жениться.
Внезапно дядя почувствовал сильное сожаление. Их дочь оказалась слишком избирательна и отвергала всех потенциальных женихов. Как, живя в таком маленьком городе, можно найти хорошего партнера — богатого и красивого мужчину? Даже Чу Цинь, за которым хвостиками бегали фанатки, до сих пор сидел в холостяках.
Обед в доме бабушки вызвал у Чу Циня дискомфорт и панику, но он даже не подозревал, что дальше будет только хуже.
На второй день, когда семья снова собралась в доме бабушки, тетя потянула Чу Циня за рукав и сказала, что хочет познакомить его с женщиной.
— Я была уверена, что у тебя уже есть подруга, поэтому планировала отказаться, но раз ты одинок, это все меняет. Та женщина совсем недавно приехала в город к семье, чтобы отпраздновать Новый год. Похоже, это судьба. Почему бы вам не встретиться сегодня вечером?
Тетя как всегда была прямолинейной и непреклонной.
— Тетя, я не хочу идти на свидание вслепую, — Чу Цинь поджал губы и украдкой посмотрел на мать.
Вот только мать Чу не хотела замечать безмолвный призыв о помощи и перешла на сторону врага:
— Я слышала об этой женщине. Кажется, она отличная кандидатура. Совсем недавно она вернулась из-за границы со степенью магистра и сейчас работает на телестанции в столице.
Отец женщины, которую так рекомендовала тетя, работал чиновником в министерстве, поэтому семья не нуждалась в деньгах. Но поскольку Чу Цинь и сам получал довольно хорошо, никто не решился упомянуть об этом.
— Я уже назначила встречу. Даже если не хочется, тебе нужно с ней встретиться. Не ставь тетю в неловкое положение, — горько добавила женщина.
Отец этой женщины отвечал за проект, над которым в настоящее время работал дядя Чу Циня. Они не могли позволить себе оскорбить такого важного человека.
___________
За кадром:
Цинь Цинь: Я не хочу идти на свидание вслепую.
Эрбинь: Не беспокойся, я сопровожу тебя.
Цинь Цинь: Но какая от этого польза?
Эрбинь: Если я пойду, то женщина влюбится в меня, а не в тебя.
Цинь Цинь: (o ⊙) Ты не можешь пойти!!!
http://bllate.org/book/16031/1429917
