Готовый перевод After the Divorce, I Became the Tycoon’s Sweetheart / После развода я стал любимчиком магната: Глава 166: Встреча с никчёмным отцом - 2

Лу Тинфэн сразу заметил, что настроение Хэ Яна упало. Он понимал, почему, но решил не задавать лишних вопросов — если Хэ Ян не хочет говорить, значит, сейчас не время. Лу Тинфэн просто стоял рядом. Молча. Но так, чтобы было понятно: он здесь, он прикроет спину, если понадобится.

Позвонил Чжан Цзытао:

— Скоро начнётся застолье, возвращайтесь.

Торжественная часть завершилась, и гости разошлись за столы. Чжан Цзытао влился в их компанию — они заговорили о старых, светлых днях: смеялись, вспоминали детство, проделки, времена, когда всё было просто и беззаботно. Лу Тинфэн остался в стороне, наблюдая, как Хэ Ян, оживлённый разговором, обретает свою прежнюю бодрость.

— Папуля, поешь, — Сюаньсюань ласково похлопал его по руке своей крошечной ладонью. Главным любителем поесть сегодня был, без сомнения, Хэ Хаосюань.

Хэ Ян, следуя местному обычаю, положил в красный конверт девятьсот девяносто юаней. Но Чжан Цзытао позже незаметно вернул деньги, сказав, что воспитывать ребёнка непросто, а его доброе сердце он и так ценит.

Семья Чжан Цзытао считалась в деревне зажиточной. Отец работал прорабом, брал небольшие подряды. Этот новый дом построили специально для сына.

После обеда Чжан Цзытао настоял на том, чтобы они остались на вечернее представление:

— Я специально пригласил артистов, будет весело.

Хэ Чжэньхуа вышел из дома вместе с женой и столкнулся с Хэ Яном, Лу Тинфэном и Сюаньсюанем.

Тёплых чувств к сыну он никогда не питал. С того дня, как узнал, что ребёнок родился гермафродитом, он ни разу не взял его на руки, всегда был холоден и отстранён. А когда завёл любовницу — нынешнюю жену, — вышвырнул Хэ Яна, его мать и сестру на улицу.

Но теперь, глядя на этого самого сына, который обзавёлся семьёй, вырастил ребёнка и вдобавок заполучил такого богатого мужа, он никак не мог унять волнение. Его жена же и вовсе, едва взглянув на Лу Тинфэна, полностью утратила связь с окружающим миром — её взгляд, маслянистый и липкий, то и дело возвращался к его лицу.

Хэ Яну не было нужды с ними разговаривать — они чужие люди. Однако Хэ Чжэньхуа сам, неожиданно, подошёл и заговорил:

— Вернулся, а даже не зашёл? Может, зайдёшь, чаю выпьешь?

— Не нужно, спасибо за приглашение, — сухо ответил Хэ Ян.

— Какой же я тебе «дядя»? Я твой отец.

Отец? Хэ Ян не сдержал усмешки:

— Какой ты отец?

Хэ Чжэньхуа не ожидал, что сын осмелится осадить его прилюдно — лицо его исказилось, на лбу выступила испарина. Поняв, что с Хэ Яном не договориться, он перевёл взгляд на Сюаньсюаня и протянул руку, чтобы погладить мальчика по голове, но Хэ Ян мгновенно отдёрнул сына назад:

— Не лезь к нему.

Ненависть в его голосе была осязаема — она повисла в воздухе, тяжёлая, как свинец. Хэ Чжэньхуа неловко убрал руку, лицо его побагровело.

— Похоже, наши отношения всегда будут такими напряжёнными. Я понимаю, что виноват перед тобой, и признаю это. Если когда-нибудь захочешь вернуться домой — милости просим.

Он, разумеется, не был искренен — весь разговор он затеял с единственной целью: приблизиться к богатому мужу Хэ Яна.

За обедом он сидел за столом, где оказалось несколько человек из посёлка. Они рассказывали, что Хэ Ян приехал с мужем, что они не разводились, живут душа в душу, а муж у него — просто сказка, даже по телевизору показывают. Говорили, что тот при разводе отвалил Хэ Яну пять миллионов, что машина у него за несколько миллионов, что Хэ Ян теперь живёт как знатная госпожа, только иногда приезжает навестить бабушку из детского дома да детишек.

У Хэ Чжэньхуа аж в глазах потемнело. Пять миллионов! Он за всю жизнь столько не видел.

Когда-то он разводил креветок и скопил миллион — уже считал себя богачом. После этого он завязал с работой, зажил на широкую ногу, таская свою новую жену по ресторанам и развлечениям.

Но она оказалась на редкость расточительной: набор косметики — несколько десятков тысяч, платье — ещё несколько десятков, сумка — и вовсе не счесть. Всего за несколько лет они проели почти всё, что было накоплено. Хорошо ещё, ему везло в карты — удавалось подрабатывать, так что кое-как держались на плаву.

А тут вдруг оказалось, что его брошенный сын пристроился к такому богачу. В голове зашевелилась одна мысль: а почему бы не попробовать разжиться? В конце концов, он всё-таки тесть, пусть и не родной, но положено же тестя уважать, угощать, одаривать... Но Хэ Ян встретил его так, что язык не поворачивался просить. Пришлось убраться восвояси.

Вечером началось представление — обычное для деревенской свадьбы: песенники в ярких одеждах, акробаты, шум, смех, огни. Наспех сколоченная сцена подсвечивалась разноцветными лампочками, и в их свете лица зрителей казались праздничными, почти театральными.

К удивлению Хэ Яна, и Лу Тинфэн, и Сюаньсюань смотрели на всё это с неподдельным интересом — видимо, их забавляла новизна.

Вдруг пришло сообщение от Чжан Цзытао: «Поднимись наверх, поговорим». Хэ Ян попросил Лу Тинфэна присмотреть за Сюаньсюанем и поднялся на крышу.

Наверху было тихо. Вечерний ветерок шептал с листьями деревьев, а где-то внизу, в приглушённом шуме, звучало представление. Чжан Цзытао уже расставил на низком столике тарелки с фруктами: персики, виноград, дольки яблок. В мягком свете одинокой лампы они тускло поблёскивали.

— Давно не виделись, — сказал он, кивнув на свободное место рядом. — Как там твоя сестра? Всё так же?

— Да, без изменений, — Хэ Ян взял дольку яблока, ощущая под пальцами прохладную, влажную кожуру. — Я, кстати, собирался навестить её с Сюаньсюанем.

— Жаль её, — Чжан Цзытао покачал головой. — Такая красивая была, умница. А ты, наверное, нелёгкую жизнь прожил.

— Было дело, — Хэ Ян усмехнулся уголком губ. — Давно прошло.

— Я всё хотел спросить, — Чжан Цзытао помедлил, — как вы с Лу Тинфэном сошлись? Я уезжал, ещё ничего не слышал. Или ты тогда просто не захотел мне рассказывать?

Разговор вновь приобрёл прежнюю теплоту и доверительность. Хэ Ян налил себе чаю из термоса, пар тонкой струйкой поднялся над чашкой, и он сделал глоток, чувствуя, как тепло разливается внутри.

— Помнишь, пять лет назад ты перед отъездом позвал меня в бар? — начал он. — Выпить на прощание. Лу Тинфэн тогда был один, скучал, я и подумал — почему бы и нет, взял его с собой. Ну а там... мы перебрали. А наутро проснулись вместе.

Чжан Цзытао уставился на него, раскрыв рот. До него медленно доходило: он сам, собственными руками, когда-то свёл этих двоих.

— То есть... это я вас... того? — выдохнул он.

Хэ Ян рассмеялся, глядя, как друг мучительно переваривает новость. Ветер подул сильнее, и где-то внизу снова заиграла музыка, разрывая вечернюю тишину.

http://bllate.org/book/16098/1602772