Готовый перевод I Became the Terminal Youngest Son of a Villainous Family / Стал смертельно больным младшим сыном в семье злодеев: Глава 9

Глава 9. Даже если попадёшь в логово тигра — главное не терять рассудок (4)

Меня пронзило острое предчувствие. Это точно был не грохот от передвигаемой мебели. Разрозненные точки возможных объяснений вдруг сошлись в одну линию. Деус. Это наверняка Деус.

«Как ни крути, запирать человека в одиночку только потому, что у него приступ безумия…»

А мне сейчас нужно выжить, а значит, сделать Деуса своим союзником. Вопрос лишь в том, как именно.

«Надо вспомнить оригинал. Может, у Деуса есть слабость. Или что-то, что ему особенно нравится».

Я напрягал память, перебирал в голове обрывки, но сколько ни старался, ничего не вспоминалось. В оригинале Деус затягивал Кила в созданное им подпространство под названием «Пустота» и яростно атаковал. Выбраться из этого пространства, похожего на лабиринт, можно было только одним способом. Победить Деуса.

«Даже Кил потратил на его уничтожение десятки прохождений. А Эш, у которого нет никаких боевых талантов, тем более не сможет победить Деуса».

Худший из возможных противников. Существо без слабостей. Подавить его силой почти невозможно. Я скрестил руки и откинулся на спинку дивана. В голове вдруг мелькнула одна странная мысль.

— Но… тигр ведь всё равно из кошачьих, верно?

Я вспомнил разговор, который когда-то без особых мыслей вёл с Килом.

<Если перейти к делу. Эш, ты знаешь историю о том, что чёрный тигр приносит несчастья?>

<Нет. Хотя, кажется, слышал, что чёрная кошка приносит несчастья.>

<Правда? Ну… раз они из одного семейства кошачьих, легенды у них, наверное, тоже похожи.>

Вообще-то я всегда любил животных, поэтому с детства постоянно с ними сталкивался. Подобрать по дороге редкую птицу, находящуюся под угрозой вымирания, для меня было обычным делом. То с горы за домом спустится дикий кабан и явится ко мне. То сбежавшая из зоопарка зебра, о которой писали в новостях, вдруг будет ждать меня прямо у школы.

Почему я тогда не считал это странным, объяснялось просто. У меня не было ни семьи, ни друзей, и животные были для меня единственным убежищем. Меня могли игнорировать — и это не ранило. Могли не отвечать — и это не ранило. Я мог честно выговориться, и меня за это никто не начинал ненавидеть. Принять меня таким, какой я есть, со всеми моими странностями, могли только мои звериные друзья.

«Но сильнее всего в памяти всё равно остался Блэк Тайгер».

Горькое воспоминание скользнуло по сознанию. От одной мысли о нём будто всё внутри рушилось, и я заставил себя мотнуть головой. Неважно. Важно другое. Я довольно много знал о кошках. Тигры и кошки генетически ближе друг к другу, чем шимпанзе и человек. Такой факт нельзя было игнорировать.

— Что же любят кошки…

Есть поговорка: стоит тебе встать — сразу хочется сесть. Сядешь — тут же хочется лечь. Я тоже сначала размышлял стоя, потом у меня заболела поясница, и я сел на диван. Сел, почувствовал, насколько он мягкий, и в итоге лёг. Бонусом накатила сонливость — в карете я всё время был напряжён из-за Кила, а теперь напряжение разом отпустило. Я даже зевнул, не обращая внимания на угрожающий грохот, доносящийся где-то рядом.

И именно тогда я обнаружил у Эша единственное достоинство, которое можно было назвать достоинством.

Он умел проваливаться в глубокий сон всего за три секунды.

* * *

Эш.

— …

Эш!

Я резко распахнул глаза, словно кто-то дёрнул меня за волосы. Сначала всё было расплывчатым, но затем зрение прояснилось, и я увидел нечто, от чего на мгновение опустела голова. Передо мной стоял невероятно маленький и милый белый тигрёнок.

Дрожа, я поднял тигрёнка обеими руками. Стоило увидеть его надутую мордочку и взгляд, полный терпеливого раздражения, как всё стало ясно. Это был настоящий облик Кила. Версия для малышей.

— Э… а как вы вообще стали таким?

— Меня прокляли.

— Прокляли?

— Да. Проклятие такое. Пока принцесса не поцелует меня влажным, глубоким поцелуем с переплетением языков, я не вернусь в прежний вид. Похоже, я так и умру в этом состоянии.

— Надо же, какое конкретное и… подозрительно пикантное проклятие. Но вообще-то вы правда очень милый.

Непропорционально большие передние лапы, влажный розовый нос, длинный хвост, который безвольно свисал и покачивался из стороны в сторону. Сердце переполнилось умилением. Мне до боли хотелось прижать его к себе, но я с трудом сдержался и, стараясь говорить спокойно, спросил:

— Может, мне найти вам принцессу?

— Принц тоже подойдёт.

— Что?

— Я же сказал. Мне подходят и мужчины, и женщины.

Раздался глухой хлопок, и огромный белый тигр обрушился на меня всем весом. Низкое рычание, хриплое и протяжное, словно тигриный вой, пробирало до костей. Толстый язык лизнул мне щёку, и я на мгновение оцепенел. Затем взгляд невольно опустился ниже, между его задними лапами, и замер. Размер был пугающе огромным, несравнимым с человеческим. Я даже не успел толком испугаться, как тяжёлая лапа придавила мне живот, чуть ниже пупка.

— Я тебя смущаю?

— Ха…

Я резко открыл глаза и судорожно вдохнул, пытаясь выровнять дыхание. Я вспотел так, что всё тело было влажным. Осознав, что это был всего лишь сон, я успел облегчённо выдохнуть, но тут же заметил в темноте чёрный силуэт и невольно вскрикнул.

— Прости. Я просто не люблю есть в одиночку…

Когда глаза привыкли к темноте, я увидел Кила. Он сидел за столом, перед ним была накрыта целая трапеза, и он спокойно ел. Стоило заметить, как он привычным движением нарезает сырое мясо, меня перекосило. Какая бы ни была причина, но нормально ли это — молча есть рядом со спящим человеком?

— Вы… вы же не злитесь?

— А? С чего бы мне злиться?

— Я же ударил вас по руке…

— А, это.

Кил, продолжая резать мясо ножом, широко улыбнулся.

— Просто вдруг вспомнил, что оставил в спальне зажжённую масляную лампу. И занервничал, потому что нужно было быстрее вернуться в особняк.

Я думал, он разозлился, а он просто испугался, что оставил лампу гореть. Тогда и то, что он выскочил из кареты и даже не оглянулся, становилось понятным. Я выдохнул и пробормотал:

— В следующий раз просто разбудите. Есть перед спящим человеком… это же странно.

— У меня есть знакомый по академии. Он держит человеческий питомник.

Кил сделал глоток вина и посмотрел мне прямо в глаза.

— Он говорил, что до самого забоя с людьми обращаются так, будто собираются растить их всю жизнь. Потому что если человек напуган, мышцы деревенеют, и мясо становится хуже.

Мой взгляд прилип к окровавленному куску мяса. Точно. В этом мире люди были не только рабами, но и пищевым скотом. Как человеку не кажется странным есть животное, так и зверолюдям в этой вселенной не казалось странным есть людей. Для меня же это было настолько отвратительно, что подступала рвота.

Я заставил голос звучать спокойно и спросил:

— …То есть вы хотите сказать, что при случае съедите и меня?

— Я пока думаю.

— …

— Растить тебя или съесть.

Кил положил нож, сцепил пальцы и сказал:

— Иди сюда. Ты, наверное, голоден.

— Я в порядке.

— Это прозвучало как приглашение?

Голос был мягким, но смысл резал, как лезвие.

Я молча поднялся. Отказаться было невозможно. На столе уже стояла порция для меня — сырой стейк из человеческого мяса, из которого сочилась кровь.

Я едва сдерживал тошноту. Кил некоторое время внимательно смотрел на меня, а затем сказал:

— Слушай, Эш.

— …

— С этого момента не отказывайся ни от одной моей «любезности». Мне это не нравится.

Нож Кила легко разрезал плоть. Он наколол кусок вилкой и протянул его ко мне. Рука под столом дрожала так, что пальцы сводило. Кил сидел и улыбался ослепительно.

— Давай, съешь. Это же любезность. Ну?

На мгновение я забыл, каким персонажем был Кил.

Кил вовсе не был просто спокойным и добродушным человеком. Он был безумцем, который прошёл через бесчисленные заговоры и покушения и всё же выжил, став почти одержимым мстителем.

Я с побледневшим лицом открыл рот.

Запах крови от куска мяса, проталкивающегося между губами, ударил в нос.

— Уу…

В итоге я так и не смог проглотить. Всё, что оказалось во рту, я выплюнул обратно. Горло жгло, глаза наполнились слезами. Я закашлялся, пытаясь отдышаться.

Кил, наблюдая за тем, как я мучительно давлюсь, слегка дёрнул плечами.

Следом раздался смех, и моё тело невольно напряглось.

— Кх… слишком смешно. Ха-ха-ха…

Кил смеялся, как ребёнок.

В этот момент я окончательно понял одну вещь.

Кил никогда не считал Эша другом. Максимум — игрушкой, с которой можно поиграть.

Я тяжело перевёл дыхание и посмотрел на него.

Кил сидел, подперев подбородок рукой, и улыбался. Его голос звучал заметно бодрее, чем прежде.

— Эш принял мою любезность. Теперь у меня хорошее настроение.

— …Рад это слышать.

— Пойдём посмотрим?

Я как раз вытирал рот тыльной стороной ладони и замер.

Кил небрежно бросил нож на стол и поднялся. Затем он прошёл прямо по мясу, которое я выплюнул на пол, и остановился рядом.

Он резко схватил мою дрожащую руку и силой поднял меня на ноги.

И следующие слова заставили моё сердце тяжело ухнуть вниз.

— Я покажу тебе чудовище, которое императорская семья прячет здесь.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: идёт перевод

http://bllate.org/book/16511/1571546