Готовый перевод Quick Transmigration: The Immortal Patient / Быстрая трансмиграция: Бессмертный пациент: Глава 93. Место захоронения трупа 10

Но сейчас Се Линьчэн был рядом с ним. Иньская и застойная аура, исходившая от лекарственных остатков, процентов на семьдесят-восемьдесят рассеялась под его воздействием, поэтому больше не представляла для Су Цзиньчжи угрозы.

Су Цзиньчжи опустил взгляд и осмотрел свою одежду. И только сейчас понял, что Се Линьчэн, вероятно, завернул его и отвез в больницу прямо с кровати-гробницы. На нем была лишь тонкая шелковая нательная рубашка — широкая и свободная, спать в ней было очень удобно, но при резких движениях она открывала взору всё, что можно.

К тому же, ему показалось, что от него пахнет спиртом?

Су Цзиньчжи посмотрел на ватные тампоны со спиртом на столике рядом с Се Линьчэном, затем снова перевел взгляд на мужчину. В полубреду ему действительно казалось, что кто-то обтирает его тело. Он думал, что это иллюзия, но оказалось, что Се Линьчэн действительно ухаживал за ним.

«Главнокомандующий, спасибо вам», — искренне поблагодарил Су Цзиньчжи, глядя прямо в глаза Се Линьчэну.

Увидев его серьезность, Се Линьчэн вдруг почувствовал себя неловко. Его рука то поднималась, то опускалась, пока он, наконец, не поправил тонкую прядь волос у виска юноши и тихо ответил: «Если Третий господин действительно хочет меня отблагодарить, то пусть поскорее поправляется».

Как только врач подтвердил, что жар у Су Цзиньчжи спал, Се Линьчэн решил отвезти его домой.

Поскольку Су Цзиньчжи был одет только в нательную рубашку, Се Линьчэн снял свою шинель и накинул ему на плечи.

Госпожа Су ждала их дома, изводя себя тревогами, боясь, что Су Цзиньчжи уже не вернется. И когда она увидела, как он выходит из машины — бледный, но живой и даже более бодрый, чем тем утром с горящим лицом, — ее глаза покраснели от слез. Она бросилась к нему, не переставая улыбаться, и стала бесконечно благодарить Се Линьчэна. Затем она настоятельно пригласила его остаться в семье Су на ужин. Она и подумать не могла, что Се Линьчэн действительно отвезет ее сына на лечение — ведь увез он его на руках без сознания, а вернул уже на ногах!

Се Линьчэн, естественно, не стал отказываться от приглашения. Во-первых, он сам хотел провести больше времени с юношей, а во-вторых, остаться где угодно было лучше, чем возвращаться в особняк семьи Се, который вызывал у него лишь отвращение.

Пока Се Линьчэн и госпожа Су беседовали в гостиной, ожидая, когда повар подаст ужин, Су Цзиньчжи воспользовался моментом, чтобы пойти в свою комнату и переодеться. Достав из шкафа белый халат с чайным отливом, он застегивал пуговицы-узелки, не сводя глаз с большого сундука, стоящего рядом.

В сундуке была могильная земля, та самая, которую он принес из дома Фан в прошлый раз. Ее оставалось еще довольно много.

Су Цзиньчжи болел три дня. За эти три дня в него вливали лекарства и жидкую кашу, но всё это совершенно не утоляло голод. Да даже если бы он и наелся, перед такой кучей могильной земли... удержаться было крайне трудно.

Су Цзиньчжи ушел и словно в воду канул. Госпожа Су и Се Линьчэн уже переговорили обо всем на свете, выпили по несколько чашек чая, приглушив даже чувство голода, а его всё не было. Это показалось им странным.

«А-Пин!» — госпожа Су позвала слугу, который постоянно сопровождал Су Цзиньчжи. «Пойди посмотри, чем там занят Тан-эр. Он же сказал, что только переоденется. Почему его так долго нет?»

А-Пин немедленно отозвался: «Слушаюсь, госпожа. Я сейчас же посмотрю».

«Госпожа Су, позвольте, я сам схожу», — Се Линьчэн отставил чашку с чаем.

Госпожу Су Се Линьчэн уже успел очаровать, и теперь она считала его близким другом своего сына. Ее изначальная неприязнь угасла, и, немного подумав, она согласилась: «Тогда, пожалуйста, Главнокомандующий Се, если вас не затруднит».

«Никаких затруднений. Дела Третьего господина никогда меня не затрудняют», — с улыбкой ответил Се Линьчэн. Уголки его губ искривились в такой хитрой усмешке, что госпоже Су это показалось немного странным, но она не могла понять, что именно не так. В конце концов, она отпустила его.

Во время разговора с госпожой Су Се Линьчэн осторожно выведывал у нее информацию. Ведь когда он впервые увидел комнату-гробницу, он решил, что юноша умер, и перепугался до смерти. Поэтому первым делом он расспросил об этом. Так он узнал о пророчестве даоса Чжугэ Цзыцина, что юноша не доживет до двадцати лет, и о необходимости спать в гробнице, чтобы спрятаться от посланников подземного мира. Се Линьчэн раньше не верил в подобное. За всю свою жизнь он ни разу не встречал ни одного призрака и не сталкивался с теми жуткими вещами, о которых так часто болтали люди. Он всегда относился к байкам о духах и демонах с презрением.

Однако после того, как он вернулся в Цинчжэнь и стал свидетелем инцидента со своим дедом, ему пришлось пересмотреть свои взгляды. Он не боялся нечисти, но сильно переживал за Су Цзиньчжи.

Госпожа Су рассказала ему, что Су Цзиньчжи с детства часто видел призраков, что у него очень «слабая» дата рождения и переизбыток Инь, и что именно поэтому они отправили его изучать даосские практики.

Слушая ее, Се Линьчэн вспомнил свои предыдущие встречи с Су Цзиньчжи. Однажды он увидел его в маленьком паланкине с красной каймой, вокруг которого кружились бумажные деньги — жуткое зрелище. А потом была та сцена у наземного склепа семьи Се. Тогда он ясно видел четырех невысоких мужчин, уносящих паланкин с юношей. Ему показалось это странным, и он бросился вдогонку, но нашел только юношу и четырех бумажных кукол, а «мужчины» бесследно исчезли!

Тогда он не придал этому особого значения, но теперь всё встало на свои места: те носильщики были не людьми, а бумажными манекенами для похорон!

И слова юноши: «То, что Главнокомандующий встретился мне на пути — это и есть спасение», которые он принял за признание в любви, на самом деле были искренней благодарностью за спасение жизни.

Попрощавшись с госпожой Су, Се Линьчэн помрачнел. Его сведенные брови выдавали глубокую тревогу, ведь в больнице Су Цзиньчжи снова поблагодарил его за спасение. На этот раз Се Линьчэн не мог обманывать себя мыслью, что это флирт. Голова Се Линьчэна разрывалась от вопросов, и он быстрым шагом направился к комнате юноши.

Дверь в комнату Су Цзиньчжи была не заперта, а лишь слегка прикрыта. Се Линьчэн толкнул ее и вошел. И увидел Су Цзиньчжи: тот сидел на полу спиной к нему перед открытым сундуком и что-то делал.

«Тебе нельзя больше это есть!» — Первый, не в силах больше смотреть на хоста, который не мог оторвать глаз от могильной земли, наконец вмешался.

Су Цзиньчжи, не обращая внимания на Первого, с жадным мычанием проглотил очередную горсть. Воды под рукой не было, земля царапала горло, но... как же это было вкусно! Невероятно вкусно!

Су Цзиньчжи ненавидел себя. Он не смог сдержать руки, открыл замок на сундуке с землей, и дальше тело просто перестало ему подчиняться.

Первый добавил: «Ты наешься земли, а как потом ужинать будешь? Твоя мать и Се Линьчэн ждут тебя».

«А хтфо финобат, фто ты факинул меня ф етот мив...» — пробормотал Су Цзиньчжи с набитым землей ртом.

Конечно, он знал, что госпожа Су и Се Линьчэн ждут его в гостиной. Но он уже несколько дней не прикасался к этой земле! Это было похоже на наркотическую ломку: стоило «тяге к земле» проснуться, как в глазах темнело, и он видел только эту смертоносную черную иньскую землю, забывая обо всем на свете.

«...Третий господин?» — Се Линьчэн нахмурился и подошел ближе, слегка похлопав юношу по плечу. Разглядев, чем тот занимается, он с недоверием спросил: «Ты... ешь землю?»

Тело под его рукой резко замерло. В комнате было темно, и картина того, как юноша сидит на полу и жадно поедает землю из сундука, выглядела настолько жутко, что на долю секунды Се Линьчэн подумал, не вселился ли в него злой дух.

О том, что Третий господин Су за свои услуги по изгнанию духов берет только могильную землю, знал весь Цинчжэнь.

Се Линьчэн, хоть и не был местным, тоже слышал об этом. Вот только он и подумать не мог, что юноша собирает эту землю... чтобы есть!

Ведь этой землей засыпают трупы! Обычные люди считают ее нечистой и стараются не прикасаться к ней, а этот юноша глотает ее горстями! Неудивительно, что у него такое слабое здоровье! Даже если бы это была обычная земля, ее поедание точно не пошло бы на пользу.

Се Линьчэн немедленно схватил Су Цзиньчжи за запястье, оттащил от сундука, налил чашку чая с маленького столика и протянул ему: «Быстро прополощи рот!»

Но юноша, сделав глоток, просто проглотил оставшуюся во рту землю вместе с чаем!

Глядя на это, лицо Се Линьчэна стало еще более сложным.

А юноша повернулся к нему и выдавил заискивающую улыбку, обнажив восемь белоснежных зубов. Если не считать черной грязи, застрявшей между ними и слегка портившей вид, выглядел он при этом довольно мило.

«Третий господин, что же вы делаете...» — Се Линьчэн безнадежно вздохнул и налил ему еще чашку чая.

На этот раз Су Цзиньчжи всё-таки прополоскал рот. После нескольких попыток во рту остался только аромат чая, а песчаный, тошнотворный вкус могильной земли исчез. Зато желудок был полон, посылая сигналы удовлетворения, отчего даже голос юноши стал мягче и слаще: «Я ем землю...»

Это и вправду как наркомания!

Раньше Су Цзиньчжи, слушая уговоры Первого, сдерживал свою тягу и не смел есть досыта, боясь вдохнуть слишком много иньской энергии и случайно умереть. Но теперь Се Линьчэн был совсем рядом, и в глубине души Су Цзиньчжи почувствовал небывалую свободу. Он решил, что даже если переест, ничего страшного — ведь Се Линьчэн защитит его... И наелся от пуза.

Ощущение сытости от могильной земли было просто потрясающим. Су Цзиньчжи показалось, что это даже приятнее секса. Теперь он наконец понял, почему оригинальный владелец так обожал есть землю!

Су Цзиньчжи сидел с блаженной улыбкой и полузакрытыми глазами, словно пьяный, покачиваясь и едва не падая. Его расслабленное тело начало клониться в сторону Се Линьчэна, и тот поспешно подхватил его, чтобы юноша не свалился на пол.

«Третий господин? Третий господин Су?» Если бы Се Линьчэн не видел собственными глазами, что юноша просто наелся земли, он бы решил, что тому подсыпали афродизиак. Он осторожно взял юношу за тонкий, бледный подбородок и позвал несколько раз, а затем, отчаявшись, использовал домашнее имя, которое часто повторяла госпожа Су: «...Тан-эр?»

«...М-м?» Услышав это, юноша наконец отреагировал. Он приподнял веки, и его светло-карие, влажные и блестящие глаза остановились на мужчине.

Се Линьчэн больше всего не мог выносить этот взгляд. Почувствовав, как внизу живота разливается жар, он обнял обмякшего юношу, пытаясь поднять его с пола, и, прикусив его мочку уха, прошептал: «Как можно было так наесться земли?» В таком состоянии юноша явно не мог пойти в гостиную. А значит, и его планы расспросить о благодарности в больнице, скорее всего, рухнули.

«Ах, мой Третий господин Су...» Се Линьчэн со вздохом поднял его на руки и перенес на кровать-гробницу.

http://bllate.org/book/16522/1577953