— Старший Линьсюэ?
Лёгкий, словно доносящийся издалека голос. Девушка позвала несколько раз, но собеседник всё так же прямо смотрел в окно. Она уже почти коснулась его одежды, как он вдруг пошевелился.
Парень повернул голову, солнечный свет золотил его тонкие черты, скрадывая выражение лица:
— Что случилось?
Цзи Линьсюэ, словно уже ожидавший этого, с невозмутимым видом молча смотрел на неё.
— Ты знаешь, что в последнее время случилось в моей семье. Родители ушли, у бабушки обнаружили уремию... Все деньги уже истратили, но всё равно не хватает. Мы с бабушкой посоветовались и решили пока продать дом.
— Спасибо тебе за эти годы, старший Линьсюэ. Я всегда буду помнить твою доброту... и тот день... — голос девушки сорвался от подступивших рыданий. — Если бы я только послушалась тебя и не дала папе сесть за руль...
Глядя на её покрасневшие от слёз глаза, Цзи Линьсюэ сжал кулаки, спрятанные за спиной, и, медленно выдохнув, тихо произнёс:
— Всё уже в прошлом.
Да, всё уже в прошлом.
«Бай Чутан было тринадцать, когда её родители погибли в автокатастрофе. Та авария задела и маленькую девочку, переходившую дорогу. Поскольку основная вина лежала на семье Бай, им пришлось выплатить пострадавшей семье крупную компенсацию. Но беда не приходит одна: у бабушки Бай внезапно обнаружили уремию. Чтобы расплатиться с долгами и оплатить лечение бабушки, они были вынуждены продать дом, где прожили много лет, и переехать в другой город».
Всего несколько строк в книге, но для нескольких семей — поворотный момент в судьбе, после которого жизнь уже никогда не станет прежней.
Цзи Линьсюэ достал из рюкзака бумажный пакет, положил на стол и тихо пододвинул к ней:
— Это немногое, чем я могу помочь. Живи хорошо.
Девушка, которая только что задыхалась от рыданий, замерла, растерянно глядя на него:
— Что это?
Она приоткрыла пакет, заглянула внутрь и тут же отдёрнула руку, словно обожглась:
— Старший Линьсюэ! Ты взял деньги из дома? — Она мельком увидела — там как минимум двадцать тысяч!
— Можешь спокойно их брать, это мои, — Цзи Линьсюэ не лгал: это были призовые, которые он получал за участие в конкурсах за последние несколько лет. Конечно, этих денег было недостаточно, чтобы решить все проблемы семьи Бай, но это был хотя бы знак участия, знак того, что она не одна.
— Просто прими, — он пристально посмотрел на неё, и в его взгляде было что-то тёплое и обнадёживающее. — …Всё будет хорошо.
Бай Чутан сжала в руках бумажный пакет так крепко, словно боялась, что он исчезнет, проводила взглядом удаляющуюся фигуру юноши и тихо прошептала:
— Спасибо… старший Линьсюэ, спасибо тебе.
Выйдя из кафе-мороженого, Цзи Линьсюэ замедлил шаг.
Впереди был тот самый перекрёсток. Кровавые пятна на асфальте давно смыли прошедшие несколько дней назад ливни, и теперь ничто не напоминало о той трагедии. Но он всё ещё помнил тот день, помнил ярость, которая захлестнула его, когда он узнал новость, и то, как потом, постепенно, внутри всё утихло, сменившись глухой, тягучей пустотой.
Всё это было ожидаемо. И всё равно — невыносимо горько.
Он попал в этот мир три года назад.
В прошлой жизни он погиб в результате несчастного случая, а когда открыл глаза, то обнаружил себя в теле, которое было его точной копией — то же лицо, то же имя, но чужая жизнь, чужая комната, чужие люди, которые называли его сыном.
Поначалу он не придавал значения мелким несоответствиям, но однажды, встретив соседскую девочку Бай Чутан, возвращавшуюся из школы, он вдруг отчётливо вспомнил: в прошлой жизни, на одном из собраний университетского клуба, кто-то принёс книгу с пёстрой обложкой и со смехом сказал, что второго героя там зовут точно так же, как его, а главную героиню — Бай Чутан.
В той книге главный герой был наделён безграничной властью и жёстким характером, главная героиня постоянно проходила через череду страданий, и только пройдя через множество недопониманий, они наконец обрели друг друга. А второй герой, его тёзка, был всего лишь запасным вариантом, вечным «мальчиком на подхвате»: каждый раз, когда главные герои ссорились, доставалось ему, и в итоге он не только потерял работу, но и, спасая главную героиню, погиб в одиночестве — с открытыми глазами, так и не дождавшись помощи, оставленный всеми в пустынной местности.
Убедившись, что этот мир — и есть тот самый, из книги, Цзи Линьсюэ начал внимательно наблюдать за всем, что происходило вокруг Бай Чутан. И события разворачивались точь-в-точь, как в романе, ни на йоту не отклоняясь от написанного.
Авария, случившаяся больше десяти дней назад, только укрепила его в этой мысли.
В тот день он не только предупредил Бай Чутан, чтобы она постаралась удержать родителей от поездки, но и незаметно подправил что-то в их машине, чтобы отец не смог её завести. Однако авария всё равно произошла: родители Бай одолжили другую машину у знакомых и разбились на том же самом перекрёстке.
Правда, в этот раз жертвой аварии стала не девочка, а маленький мальчик — деталь, расходящаяся с книгой. Мелочь, казалось бы, но именно она давала надежду: сюжет не высечен в камне, его можно изменить. Пусть по чуть-чуть, но можно.
Цзи Линьсюэ закрыл глаза, а когда открыл их вновь и посмотрел на оживлённую улицу, в его взгляде появилась твёрдость.
Он должен был это сделать. Не только ради Бай Чутан, но и ради родителей этого тела. Они всю жизнь прожили тихо и скромно, а под конец им выпало такое горе — похоронить собственного сына. Потеряв единственного ребёнка, они, убитые горем, вскоре угасли один за другим.
Он изменит это.
Семья Бай уехала той же ночью, и когда родители Цзи Линьсюэ спохватились, соседний дом уже опустел.
За ужином мать с горечью вздыхала:
— И надо же было такому случиться с хорошими людьми… Как теперь бабушка с Чутан и Чуюнь жить будут? Знала бы, что они уезжают, хоть денег бы сунула…
Отец обнял её за плечи, успокаивая:
— Жизнь и смерть — воля небес, богатство и бедность — судьба. У них лица счастливые, всё наладится, вот увидишь.
Мать кивнула:
— Дай бог.
А потом, словно вспомнив что-то, встрепенулась:
— Совсем замоталась, чуть не забыла! Линьсюэ, ты решил, куда поступать?
Цзи Линьсюэ недавно сдал выпускные экзамены и, поскольку стал первым в городе, мог выбирать практически любую школу. Мать гадала, выберет ли он городскую Первую гимназию или же новую школу Синья.
Юноша напротив отложил палочки, промокнул губы салфеткой и холодновато-ровным голосом произнёс:
— Я собираюсь в Дэинь.
— В Дэинь? — мать удивлённо подняла голову, в голосе её звучало недоумение. — Но Дэинь же в городе S?
Дэинь, полное название — Международная школа Дэинь, была известной на всю страну частной элитной школой-пансионом. Огромная территория, сильнейший преподавательский состав, отличное оснащение — большинство учеников там были из богатых и влиятельных семей. Однако школа ежегодно набирала небольшое количество учеников с выдающимися академическими успехами, независимо от происхождения и достатка: если результаты достаточно хороши, обучение было бесплатным.
Родители, хоть и не вполне одобряли этот выбор, но знали, что сын у них самостоятельный и если уж поставил цель, то с пути не свернёт, а потому оставили его в покое.
Лето пролетело, жара ещё не спала. Цзи Линьсюэ отказался от предложения родителей проводить его и отправился в город S один, на скоростном поезде.
В S он прибыл около двух часов дня. Рядом с Дэинем была станция метро, и, выйдя в потоке людей на улицу, он увидел перед собой ансамбль зданий в неоклассическом английском стиле — серые, белые и кирпично-красные тона придавали им облик величественный, строгий и вместе с тем уютный. На территории школы располагалось естественное озеро, окружённое зеленой рощей, — место было на удивление живописным.
Сегодня был день регистрации для первокурсников, ученики вторых и третьих классов уже учились. Народу, как и он, прибывающих на зачисление, было много, и все двигались в одном направлении.
Однако Цзи Линьсюэ, спросив дорогу, свернул в противоположную сторону.
Полчаса спустя он стоял у двери кабинета, взглянул на табличку «Учебная часть» и тихо постучал.
Заведующий учебной частью, товарищ Ли, оформил ему документы, а потом вышел проводить нового ученика, украдкой разглядывая его.
— Ты единственный, кто перевёлся сразу на второй курс в этом году, — сказал он. — Дирекция возлагает на тебя большие надежды. Смотри не подведи. Сейчас я отведу тебя в класс.
Они дошли до учебного корпуса старших классов, и завуч сказал:
— На втором курсе десять классов. Пойдёшь в шестой.
Цзи Линьсюэ поднял глаза — взгляд его был прозрачен и холоден:
— Товарищ завуч, я хочу в первый.
Завуч решил, что тот беспокоится об уровне подготовки:
— В Дэинь все классы идут по параллельной программе, уровень преподавания везде одинаковый.
Цзи Линьсюэ улыбнулся:
— Спасибо, я знаю. Но я всё же хотел бы в первый.
Ну что ж, первый так первый, разницы особой нет, подумал завуч. Ученик настойчивый — значит, можно и уступить. Но в душе у него всё же закралось любопытство: почему этот Цзи Линьсюэ так рвётся именно в первый класс? Может, у него там кто-то знакомый?
В первом классе ведь сплошные трудные подростки — сборище молодых господ и барышень из богатых семей. Характеры — огонь, учителя с ними сладить не могут. А дети из простых семей, поступающие по квоте для отличников, обычно распределяются в шестой. В Дэинь это уже давно стало неписаным правилом.
«Посмотрю пока, а в крайнем случае потом переведусь в другой класс».
Классный руководитель первого класса оказался мужчиной средних лет с внешностью простого и честного человека, фамилия его была Чэнь. Заметив, что Цзи Линьсюэ всё ещё держит в руках дорожную сумку, он сказал:
— Оставьте сумку в учительской, сейчас как раз скоро начнётся урок, я провожу вас в класс.
Цзи Линьсюэ кивнул и направился вслед за учителем Чэнем. Они миновали один коридор за другим, и вот перед глазами уже маячила табличка «11 класс, группа 1». Цзи Линьсюэ сжал губы, ладони его слегка вспотели.
Он не знал, правильное ли решение принял, но другого пути у него не было.
Влияние и могущество семьи главного героя опирались на богатство, накопленное несколькими поколениями предков. В прошлой жизни Цзи Линьсюэ был всего лишь обычным студентом, и чтобы создать компанию, способную противостоять главному герою, потребовалось бы не только много времени, но и вероятность успеха была крайне мала.
Поэтому лучше действовать иначе — подойти к самому истоку, задушить ростки этой драматичной, мыльной истории в зародыше, пока всё ещё не началось.
http://bllate.org/book/16531/1532626
Готово:
