В этот миг не было ни ветра, ни облаков. Ледяное зеркало луны повисло высоко в небе. Его чистое сияние, которое нисходило подобно струящемуся шелку, заливало двор прозрачным светом.
Чжао Умянь стоял у дверей, облаченный в шелковые одежды цвета размытой туши, расшитые узором в виде опадающих листьев. Его черные волосы были собраны в простую длинную косу, перехваченную серой лентой. Взгляд пары бесстрастных и безжалостных глаз феникса устремился внутрь комнаты и мгновенно остановился на Чэн Ваншу.
Чэн Ваншу широко распахнул глаза от изумления, встретившись взглядом с Чжао Умянем.
За те несколько месяцев, что они не виделись, Чжао Умянь полностью лишился юношеской незрелости в своем облике. Теперь в каждом взмахе его ресниц читалось невозмутимое спокойствие человека, повидавшего мир.
Внутренний голос Чэн Ваншу закричал почти на восемьсот децибел: "Ничего себе! Мой милый сыночек так красив, что у меня голова кружится и ноги подкашиваются! Эта харизма, эта стать, эта внешность, это шикарное появление — просто вылитый Демоноликий владыка из поздних глав новеллы?! Вот что значит первый красавец в четырех морях и восьми пустошах! Значит, когда Мянь-Мянь сказал, что уходит на несколько месяцев, он с самого начала собирался заняться культивацией?!"
Погодите… нет… что-то здесь не так!
Чэн Ваншу внезапно вздрогнул, и в его голове всплыл вопрос.
В этой временной линии Чжао Умянь пока что всего лишь мальчик на побегушках в борделе, который не должен ничего знать о пути совершенствования. Где он научился культивировать?
С этой мыслью Чэн Ваншу снова посмотрел на Чжао Умяня.
В этот момент взгляд Чжао Умяня уже переместился на Ту Жуна, который растянулся на полу в нелепой позе.
Не понимая, что происходит, Ту Жун застонал от боли, а потом в панике вскочил на ноги, собираясь сбежать. Наткнувшись на загораживающего выход Чжао Умяня, он попытался оттолкнуть его в сторону.
— Отойди! Паршивец, не стой на дороге!
В этот момент зоркий Чэн Ваншу заметил у пояса Чжао Умяня холодный блеск. Тонкая, как бумага, серебряная пластина шириной в три пальца взмыла в воздух и прижалась ко рту Ту Жуна, запечатывая все звуки в его горле.
Ту Жун лихорадочно пытался отодрать серебряную пластину, но сколько бы силы он ни прикладывал, ему не удавалось ее сдвинуть даже на половину цуня.
В голове Чэн Ваншу раздался пронзительный вопль.
Какого черта? Управление металлом? Это же заклинание, которое Мянь-Мянь по сюжету новеллы освоил только на ступени Золотого ядра?!
Как он выучил его всего за несколько месяцев?!
Неужели…
Он гений?
Нет, Мянь-Мянь всегда был гением, но каким бы гением он ни был, он никак не мог на данном этапе достичь стадии Золотого ядра!
Если только…
Внезапно в голове Чэн Ваншу возникла смелая мысль, от которой его пробрала дрожь.
Как раз в этот момент Чжао Умянь медленно поднял глаза и посмотрел на него.
Когда их взгляды встретились, Чэн Ваншу увидел, что глаза Чжао Умяня были холодными, как глубокий пруд в студеную зиму. Эти глаза переполняла ужасающая кровожадная жажда убийства, от которой по коже бежали мурашки.
В это мгновение Чэн Ваншу окончательно убедился в своей догадке.
Стоявший перед ним Чжао Умянь был не жалким и беспомощным сиротой из борделя, а внушающим всем страх Демоноликим владыкой.
Этот Чжао Умянь способен убить Ту Жуна без тени сомнения, с такой же бесчеловечной жестокостью, как раздавливают муравья.
И действительно, в следующую секунду Чэн Ваншу увидел, как Чжао Умянь неторопливо поднял руку.
Серебряная пластина резко сжалась вокруг рта Ту Жуна, безжалостно впиваясь в плоть до крови.
Ту Жун пришел в неописуемый ужас. Его попытки содрать пластину стали еще более отчаянными, но все было тщетно. Пальцы лишь пачкались кровью, а боль во рту становилась все сильнее.
— Нельзя!!! — закричал Чэн Ваншу, пытаясь остановить его.
Поднятая рука Чжао Умяня замерла в воздухе. Он покосился на Чэн Ваншу, и его глаза слегка прищурились.
Сразу после этого на лице Чжао Умяня появилась презрительная усмешка, словно он хотел сказать: "Если я хочу чьей-то смерти, этот человек должен умереть. Никакие "нельзя" тут не помогут".
В тот момент, когда Чжао Умянь уже был готов применить заклинание, Чэн Ваншу среагировал с молниеносной скоростью. Он схватил с кровати маленькую бронзовую коробочку, откинул крышку, бросил темно-фиолетовую пилюлю прямо в рот и, вытянув шею, с трудом ее проглотил. Затем он до крови прикусил кончик пальца, приложил его к губам и пронзительно свистнул.
Когда прозвучал свист, серебряная пластина уже добралась до шеи Ту Жуна. Опоздай он хоть на секунду, и она перерезала бы ему горло.
Как только Чжао Умянь услышал свист, он сразу же потерял контроль над телом. Лишившись сил, он беспомощно повалился навзничь. Серебряная пластина тоже с металлическим звоном упала на пол.
Ту Жун, с лица которого капала кровь, не посмел задерживаться ни на секунду. С воплем ужаса он, как безумный, умчался прочь.
Чэн Ваншу на четвереньках сполз с кровати, кое-как обулся и поспешил к лежавшему на полу Чжао Умяню. Он перекинул его руку через свое плечо и, пыхтя от усердия, наполовину дотащил, наполовину донес Чжао Умяня до постели.
Выдохнув, он в темноте на ощупь добрался до стола, зажег свечу и поднес ее к кровати, чтобы внимательно осмотреть Чжао Умяня и понять, не ушибся ли тот при падении. Убедившись, что Чжао Умянь не пострадал, Чэн Ваншу расслабился и вернул свечу на стол. Крохотный огонек задрожал, озаряя этот уголок комнаты теплым желтым светом.
Слишком много всего произошло за раз, поэтому в голове у Чэн Ваншу был полный сумбур. Он сел на край кровати, прижал ладони к вискам и начал их массировать, медленно вдыхая и выдыхая в попытке успокоиться.
Чэн Ваншу подумал про себя: "Хоть Мянь-Мянь мой кумир, и я знаю о его жестоком нраве, но, увидев своими глазами, как он собирается убить человека, я едва удержался от крика: "Успокойся, мать твою! Ты хоть знаешь, что незаконное лишение жизни любым способом классифицируется как умышленное убийство?!" Попал в книгу и теперь в мире культивации пытаюсь растолковать уголовный кодекс своему кумиру!"
— И что же теперь делать… — пробормотал себе под нос Чэн Ваншу.
Он бросил взгляд на лежавшего на кровати Чжао Умяня и тут же замер.
Неизвестно в какой момент Чжао Умянь очнулся и теперь пристально смотрел на него.
Они встретились взглядом. В следующую секунду Чжао Умянь резко поднялся, схватил Чэн Ваншу за запястье и дернул на кровать. Потеряв равновесие, Чэн Ваншу рухнул на постель. Ловко перевернувшись, Чжао Умянь придавил его ноги своим коленом, а затем схватил за запястья и намертво прижал их к постели, полностью его обездвижив.
Речевой центр Чэн Ваншу дал сбой.
— Твою мать, твою мать, твою мать.
Мысленно Чэн Ваншу кричал: "Плохая новость — кажется, я сейчас умру! Хорошая новость — я умру от рук своего кумира!"
Чжао Умянь слегка наклонился, приблизившись к лицу Чэн Ваншу. Прядь его черных волос соскользнула с плеча, маяча прямо перед глазами.
Чжао Умянь медленно произнес:
— Ты пока что не умрешь от моих рук. В твоем теле гу-мать, так что я не могу убить тебя.
Чэн Ваншу с трудом сглотнул и неестественно рассмеялся.
— А-ха-ха, вот оно что…
Посмеявшись, он вдруг почувствовал, что здесь что-то не так, и подумал про себя: "Что? Кажется, я ничего не говорил вслух. Неужели мой страх настолько очевиден? Мне даже показалось, что Мянь-Мянь может слышать мои мысли".
Чжао Умянь прищурился и отчеканил:
— Я действительно слышу.
— А? — опешил Чэн Ваншу.
— Я слышу все, о чем ты думаешь, — повторил Чжао Умянь.
Мозг Чэн Ваншу завис на целую минуту, потом заработал на бешеной скорости и, наконец, окончательно перегорел.
Руки Чжао Умяня еще сильнее придавили к постели запястья Чэн Ваншу, отчего под ними на одеяле появились глубокие складки. Его голос звучал холодно, словно острое лезвие, безжалостно приставленное к горлу.
— Говори. Почему ты называешь меня словом "кумир"? Что это значит? Если посмеешь солгать, я порублю тебя на тысячи кусков.
Чэн Ваншу сказал:
— Хоть я понимаю, что угроза должна звучать очень пугающе, но, пожалуйста, подожди немножко.
— Чего ждать? — не понял Чжао Умянь.
— То, как ты сейчас говорил, просто слишком круто. Подожди немного, пока я немного приду в себя от прилива эмоций, — пояснил Чэн Ваншу.
Чжао Умянь: "…"
http://bllate.org/book/16983/1605447
Готово:
