Готовый перевод When a Player Is Too Attractive, Everyone Starts Sticking to Him / Когда игрок слишком красив, к нему начинают липнуть: Глава 11

После уроков Санъюя припер к стене Сун Сянь.

К тому моменту он уже почти забыл о словах Сун Сяня и как раз собирал вещи, когда раздались изумленные возгласы и он услышал свое имя.

— Линь Санъюй!

Дурная слава Сун Сяня была отнюдь не преувеличена. Одно лишь его присутствие оказывало колоссальное давление, игнорировать которое было совершенно невозможно; казалось, в следующую секунду он вытащит тебя в коридор и жестоко изобьет.

Выкрикнув его имя, Сун Сянь прислонился к дверному косяку и стал безотрывно следить за его действиями.

Под прицелом стольких взглядов Санъюй почувствовал себя неловко. Было неудобно заставлять Сун Сяня дожидаться его за дверью, к тому же сегодня тот ему помог. Быстренько собрав вещи, он заодно спросил Систему:

— Здесь есть сюжетный момент, за который дают очки?

【Пока нет, но есть вероятность случайной активации.】

Санъюй слегка разочаровался. Выйдя из класса и увидев перед собой донельзя серьезного Сун Сяня, он отступил на полшага и спросил:

— Ч-что-то случилось?

От волнения его голос дрожал, а влажные глаза казались необычайно яркими.

Кадык Сун Сяня дернулся; в памяти на мгновение всплыла сцена из того дня.

Он много раз слышал об этом человеке от других, но прежде лишь усмехался, считая их слова преувеличением. Однажды он видел его издалека: кроме красоты в нем не было ничего выдающегося, да и к тому же ему казалось, что этому парню от природы присуще высокомерие.

Так было до тех пор, пока в один прекрасный день после уроков он случайно не столкнулся с ним. Тогда Линь Санъюй, казалось, кого-то ждал и, то ли от волнения, то ли еще из-за чего-то, бормотал себе под нос, репетируя какую-то речь.

В учебном корпусе к тому времени уже почти никого не осталось. Он в одиночестве расхаживал туда-сюда мелкими шажками, а его тень прыгала по полу.

Казалось бы, совершенно обыденная сцена, но сердце Сун Сяня вдруг дрогнуло и наполнилось нежностью. Впервые в жизни он почувствовал, как оно забилось чаще.

Высокий парень нахмурился, внезапно наклонился и, опершись одной рукой о стену рядом с Санъюем, зажал его между собой и стеной. Санъюй затаил дыхание, в страхе наблюдая за его действиями.

— Линь Санъюй, ты мне нравишься. Давай попробуем встречаться?

Несмотря на то, что слухи о Линь Санъюе все еще гуляли по школе, все, что с ним происходило, оставалось горячей темой для обсуждений.

Одноклассники, притаившиеся за стеной и внимательно следившие за происходящим, мгновенно взорвались от эмоций.

— Вау!

— Сун Сянь признается в любви Линь Санъюю!

— А они, как ни странно, смотрятся вместе! Я теперь их шипперю!

Главный герой этого события, застигнутый врасплох, все еще стоял в оцепенении. Шумные голоса вокруг автоматически отфильтровались, и теперь он слышал только голос Сун Сяня.

Школьный хулиган прямо сейчас признавался ему в любви.

По крайней мере, можно не переживать, что он пришел забить стрелку.

Вздохнув с облегчением, Санъюй мысленно возмутился Системе:

«Ты ведь с самого начала знала, да?!»

Система промолчала, притворившись мертвой.

Будучи пушечным мясом, в свободное от издевательств над главным героем время ему еще приходилось отбиваться от чужих знаков внимания, и за это даже очков не давали. Какое жлобство!

Санъюй поднял раскрасневшееся лицо и тихо произнес:

— Прости, но я пока не планирую заводить отношения.

Даже говорил он так мягко и нежно, что невольно вызывал симпатию. Сун Сянь неотрывно смотрел на его алые губы, пропустив услышанное мимо ушей.

Достав заранее приготовленную подарочную коробочку, он силой впихнул ее в руки Линь Санъюя. Соприкоснувшись с чужой кожей, Сун Сянь замер: как у парня могут быть такие гладкие и нежные руки? Неудивительно, что о нем постоянно говорят всякие пошлости.

Сун Сянь тихонько кашлянул и, напустив на себя свирепый вид, сказал:

— Это тебе. Не хочешь — выкинь, но возвращать не смей.

Санъюй испугался так, что не посмел произнести ни слова.

Сун Сяню пришлось смягчить выражение лица. Почесав затылок, он с легкой неловкостью добавил:

— Я не кричу на тебя. Если сегодня не согласен — ладно, я приду завтра.

Он отступил на шаг, позволив Санъюю немного расслабиться, но мысль о том, что завтра тот придет снова, вызывала весьма смешанные чувства.

Парень, похоже, пока не собирался уходить и как ни в чем не бывало пошел рядом с ним. Заметив, что Санъюй застыл на месте, он поторопил:

— Ты домой не собираешься?

Словно что-то вспомнив, Сун Сянь окинул его острым взглядом и, прищурившись, спросил:

— Ты кого-то ждешь?

— ...Нет, — тон собеседника был слишком безапелляционным; Санъюй совершенно не мог противостоять таким людям и позволял вести себя на поводу.

Изначально он хотел подождать Цзян Иня и поехать вместе, но, поразмыслив, решил, что тот сейчас вряд ли горит желанием его видеть. К тому же нельзя проявлять к Цзян Иню излишнюю инициативу: ему нужно набивать уровень отвращения, а не эту чертову симпатию.

То, как они с Сун Сянем вместе спускались по лестнице, привлекло немало взглядов, среди которых был и взгляд Цзян Иня, только что вышедшего из класса.

Ученики третьего года старшей школы, сутками корпевшие над учебниками, мгновенно разносили любые сплетни; казалось, это помогало им хоть как-то снять стресс от учебы.

Поэтому Цзян Инь, еще не успев покинуть класс, уже знал, что к Линь Санъюю кто-то пришел, да не кто иной, как известный школьный хулиган.

Поначалу он ничего не понял, ошибочно предположив, что кто-то хочет создать Линь Санъюю проблемы, но, выйдя в коридор, стал свидетелем сцены признания.

Смущенно покрасневшее лицо Линь Санъюя и слова Сун Сяня — все было предельно ясно.

Он развернулся, вернулся в класс, достал уже убранные экзаменационные листы и снова принялся за решение задач, хотя на душе было необъяснимо тяжело.

— Тебе помочь разобраться с теми фотографиями? — Сун Сянь, казалось, жутко не любил солнечный свет: стоило им выйти из здания, как он тут же натянул черную кепку.

Санъюй от удивления слегка повернул голову:

— А?

— Что «а»? Ты же все слышал в обед. Тот тип — трус. Стоит его припугнуть, и он больше не посмеет ничего выкинуть.

Говорил он об этом с легкостью, но Санъюй побоялся, что тот натворит дел сгоряча, и тихо ответил:

— Да ладно, забудь... Все равно через пару дней об этом перестанут судачить.

— Что ж ты такой пугливый, — фыркнул Сун Сянь. — Разве не слышал? Школе плевать, даже если я с кем-то подерусь.

Какая наглость.

Санъюй медленно проговорил:

— На самом деле эти слухи на меня никак не влияют. Мне все равно.

— А мне нет, — Сун Сянь остановился и, приподняв брови над своими выразительными глазами, добавил. — С какой стати терпеть клевету о том, чего не делал? Ты же слышал, какие гадости они несут за спиной. Терпеть не могу таких подонков.

Санъюй остолбенел.

Ему и впрямь было плевать. Он относился к людям в этом мире просто как к NPC. Покинув это место, он больше никогда их не увидит; главное — чтобы они не мешали его прогрессу.

Но стоящий перед ним человек сказал, что ему не все равно.

Возникло очень странное чувство, словно виртуальный персонаж внезапно обрел плоть и кровь.

Он несколько мгновений не отрывал взгляда от Сун Сяня. Тот отвел глаза:

— Чего уставился? Иди домой.

— О, — отозвался Санъюй.

Они уже подошли к школьным воротам, и Санъюй сразу заприметил машину дяди Чжана. Цзян Иня, как и ожидалось, нигде не было видно.

Сун Сянь слегка вздернул подбородок и махнул рукой:

— Давай, иди уже. Или ты передумал?

От его обжигающего взгляда лицо Санъюя мгновенно вспыхнуло; он юркнул в машину, успев заметить лишь круто удаляющуюся спину Сун Сяня.

Увидев, что он сел один, дядя Чжан нерешительно спросил:

— Молодой господин, будем сегодня ждать Сяо Цзяна?

Санъюй угукнул:

— Подождем. Я пока вздремну.

Он проспал целый час. Проснувшись, обнаружил, что на улице уже почти стемнело, а машина так и не сдвинулась с места. Заметив, что он проснулся, дядя Чжан с неловкостью поинтересовался:

— Может, поедем домой?

Юноша слегка нахмурился. Цзян Инь до сих пор не ушел, чем он там, черт возьми, так занят?

В этот момент в окно машины тихонько постучали.

Когда дверца открылась, Цзян Инь замер на месте. Он долго смотрел на него, погруженный в какие-то свои мысли.

Забравшись в салон, он молча уселся, прислонившись к окну, и даже не подумал ничего объяснять.

— Почему так поздно? — Санъюй, казалось, потерял терпение; его тон был недовольным.

Цзян Инь смотрел в окно, демонстрируя лишь половину своего точеного профиля, и холодно бросил:

— Мог бы и не ждать.

Санъюй уже привык к его упрямству. Вспомнив слова Шэнь Ичжи, он спросил:

— Ты узнал, что это Шэнь Ичжи все подстроил, и поэтому с ним подрался?

Силуэт напрягся, но промолчал.

— Если бы ты сам все не услышал, то тоже поверил бы в эти слухи?

Тон Санъюя был абсолютно спокойным, он просто задавал вопрос, но реакция сидевшего рядом Цзян Иня оказалась весьма бурной. Он резко повернул голову; в его глазах промелькнула мимолетная паника, когда он возразил:

— Нет...

— Я не считал тебя таким человеком, — Цзян Инь сжал губы.

【Зафиксированы сильные колебания пульса! Еще раз напоминаю, малыш Юй, нам нужно набивать уровень отвращения!】

Внезапно прозвучавшее в голове уведомление Системы слегка отрезвило Санъюя. Избегая взгляда Цзян Иня, он повысил голос:

— Но ты ведь даже не можешь решить эту проблему, с чего вдруг ты лезешь? Ты только наживешь себе неприятностей, понимаешь?!

— А он, значит, может тебе помочь, да?

— Кто? — Санъюй запнулся, но тут же все понял.

Краем глаза он заметил, что выражение лица Цзян Иня было каким-то странным: казалось, после долгих попыток сдержаться в нем проскользнули нотки скрытого гнева.

Он сам даже не разозлился из-за того, что Цзян Инь самовольно вмешался в это дело, а тот почему-то злился.

— Оставим пока то, сможет ли Сун Сянь мне помочь. Почему ты ничего не рассказал, когда я спрашивал? Скажи ты мне все, я бы и сам разобрался и не позволил бы Шэнь Ичжи водить меня за нос.

— Вы с ним близки.

— Что?

Цзян Инь ответил:

— Вы вместе ходили в кино.

Санъюй нахмурил красивые брови:

— Обычные друзья не могут вместе ходить в кино? И это уже считается близостью?

— Вы с ним обнимались.

— Эй, — Санъюй не выдержал. Глядя в его полные скрытой обиды глаза, он выпалил. — Послушай, Цзян Инь, ты часом не ревнуешь?

На мгновение атмосфера в машине стала напряженной. Санъюй был уверен, что тот проигнорирует его насмешку.

Но Цзян Инь ответил:

— Угу.

Едва он произнес эти слова, как машина резко затормозила. Санъюй потерял равновесие и резко подался вперед. Чья-то ладонь вовремя подхватила его лоб, не дав удариться.

Сидевший за рулем дядя Чжан жутко перепугался и бросился извиняться:

— Молодой господин, вы не ушиблись?! Моя вина, моя вина! Велосипед выскочил из ниоткуда, я не успел заметить.

Дядя Чжан много лет работал водителем и обычно возил Линь Шэнмина, так что подобные инциденты случались крайне редко. Санъюй сразу смекнул, что старшее поколение просто опешило от слов Цзян Иня.

Он перевел тему:

— Ничего страшного. Мы уже приехали?

— Да-да, почти на месте.

Благодаря этой заминке предыдущая тема была благополучно забыта, однако Санъюй и впрямь начал сомневаться в намерениях Цзян Иня.

— Система, проверь-ка показатели Цзян Иня. Какой у него уровень отвращения?

【Выполняю запрос... Малыш Юй, тебе лучше морально подготовиться.】

Слова Системы сбили Санъюя с толку. Не успел он как следует поразмыслить, как на экране высветился результат, содержавший на удивление подробные данные.

【Поиск завершен. Исторический максимум уровня отвращения объекта Цзян Инь — 98. Текущий уровень отвращения — 30, уровень симпатии — 80.】

У Санъюя потемнело в глазах. Отлично, все труды насмарку.

Но как он мог не заметить, что уровень отвращения Цзян Иня достигал таких высот?

Почувствовав его недоумение, Система пояснила: 【Час назад.】

«?»

【Предварительный анализ: внутренние эмоции объекта крайне запутаны, наблюдаются резкие колебания показателей.】

【Согласно сканированию, уровень отвращения Цзян Иня стремительно падает. Наблюдается склонность к самовнушению любви. Подобный феномен часто встречается в соседней системе для главных героев, но в системе для пушечного мяса зафиксирован впервые.】

Взгляд, которым Санъюй посмотрел на Цзян Иня, мгновенно изменился.

Всю оставшуюся дорогу они не проронили ни слова, и вскоре машина подъехала к дому.

Линь Шэнмин в одиночестве сидел в гостиной. Увидев, что они вернулись вместе, он ничего не сказал, а после ужина позвал Санъюя к себе в кабинет на отдельный разговор.

【Активирован сюжетный момент. Малыш Юй, будь внимателен при выборе.】

— Пап, что случилось? — Санъюй проследовал за Линь Шэнмином в кабинет и сел на диван.

Казалось, им с отцом было не о чем разговаривать.

Линь Шэнмин поправил очки, словно столкнувшись с трудной задачей; его лицо было куда серьезнее обычного, но при взгляде на собственного ребенка в нем невольно проступала нежность.

— Сяо Юй, я хотел у тебя кое о чем спросить.

Почувствовав себя школьником, которого вызывает учитель, Санъюй выпрямился:

— О чем же?

Линь Шэнмин, казалось, не решался заговорить. Поколебавшись, он наконец произнес:

— Каким человеком тебе кажется Сяо Цзян?

Внезапное упоминание Цзян Иня, вероятно, было связано с дракой. Хотя Санъюй обычно относился к нему не лучшим образом, говорить о нем гадости за спиной было как-то неправильно.

Поразмыслив, Санъюй ответил честно:

— Оценки и характер у него хорошие. Пап, с чего вдруг такие расспросы?

— Ты ведь знаешь о ситуации в семье Сяо Цзяна. Изначально мы договорились спонсировать его учебу до окончания старшей школы, но...

У Санъюя возникло дурное предчувствие. Линь Шэнмин продолжил:

— Боюсь, будучи ребенком, он сейчас не в состоянии самостоятельно тянуть дальнейшую жизнь. Ты же сам видел: такой спокойный парень — и вдруг полез в драку.

Он все понял: Линь Шэнмин просто беспокоился за него.

— И что ты планируешь делать?

— Санъюй, может, позволим Сяо Цзяну остаться у нас? Ты мог бы называть его старшим братом... — Линь Шэнмин вздохнул; его взгляд устремился вдаль, словно он погрузился в воспоминания.

【В настоящее время доступно два варианта действий:

Вариант 1: Отклонить предложение Линь Шэнмина. Он уважит твое решение и в будущем сведет контакты с Цзян Инем к минимуму, оказывая лишь некоторую материальную поддержку.

Вариант 2: Согласиться с предложением Линь Шэнмина. Цзян Инь будет представлен обществу как ребенок родственников, и вы будете жить под одной крышей. Однако сложность задания возрастет, а количество получаемых очков в будущем снизится.】

【Краткая справка по оригинальному сюжету: Оригинальный владелец тела всегда терпеть не мог Цзян Иня, а тот факт, что обожающий его отец внезапно решил разделить свою любовь с кем-то другим, вызывал у него еще большее раздражение.】

【Поэтому, малыш Юй, ты можешь отказаться. Это самый безопасный выбор с точки зрения сохранения образа персонажа.】

— Мама об этом знает? — теперь Санъюй понимал подозрительность оригинального владельца тела по отношению к Цзян Иню. Собственный отец относился к тому слишком хорошо, настолько, что даже он начал сомневаться.

— Мы обсудили это с Ланьцзе, и она посоветовала узнать твое мнение, — Линь Шэнмин тоже почувствовал укол совести и понизил голос. — С Цзян Инем я еще не говорил, боюсь, он не захочет.

Какая забота! Если он не родной сын, то кто тогда?

Санъюй фыркнул и бросил Линь Шэнмину:

— Решай сам. Не мне же его содержать.

Он знал, что Линь Шэнмин в любом случае решит оставить Цзян Иня. Раз так, то и обсуждать больше было нечего.

С недовольным лицом Санъюй поднялся и направился к выходу. Услышав тяжелый вздох Линь Шэнмина, он с силой захлопнул за собой дверь.

【Малыш Юй, если тебе это так противно, ты мог бы отказаться более прямо.】

— Нет, мне вообще плевать, — Санъюй даже не сразу понял, что произнес свои мысли вслух.

— На что плевать?

Подняв голову, он увидел Цзян Иня, торчащего на площадке лестницы. Как только Санъюй поднялся, тот принялся допытываться:

— О чем вы говорили с дядей Линем?

Санъюй изо всех сил старался играть роль оригинального владельца тела; сейчас, при виде Цзян Иня, он должен был выплеснуть свой гнев на него. Закатив глаза, он молча прошел мимо к своей комнате.

Однако Цзян Инь был настойчив и последовал за ним по пятам.

— Перестань за мной ходить! — Санъюй резко остановился и, обернувшись, рявкнул на Цзян Иня. Встретившись с его невинным взглядом, он слегка дрогнул, но быстро взял себя в руки. — Теперь ты можешь насовсем остаться в моем доме! Ты доволен?!

Санъюй свирепо уставился на Цзян Иня.

Цзян Инь остолбенел.

Он ничего не знал об этом. Поначалу он думал, что дядя Линь разочарован из-за драки, и боялся, что если тот узнает причину, то начнет отчитывать Линь Санъюя.

Именно поэтому он и хотел во всем разобраться.

— Я сам поговорю с дядей Линем. Пожалуйста, не злись.

— Линь Санъюй.

В его тоне звучала почти мольба.

http://bllate.org/book/17041/1752087