На лице Софии застыло выражение полной растерянности, как будто она совершенно не понимала, о чем говорит Цзян Вэньюань.
— Но я же София…
Она смотрела на поминальную табличку, к которой юноша приставил нож. На ней смутно виднелось имя: «Кэтрин Уиллард». С каждым слогом, попадавшим в поле зрения, София чувствовала, как сильно пульсирует в висках. Она подняла перепачканные в крови руки и с силой прижала их к голове, казавшейся готовой взорваться от этой пульсации. Глаза Софии постепенно потускнели и взгляд стал расфокусированным.
— Так значит… я уже мертва, — пробормотала она.
Ли На чувствовала, что её мозгов не хватает, чтобы переварить происходящее — она совершенно не поспевала за ритмом событий.
— Да что здесь вообще происходит?!
Цзо Чжисин, уже осознавший ценность Ли На, решил просветить её:
— Сомнения возникли с самого начала. Как могли трое маленьких детей, ставшие свидетелями того, как их близкие жестоко убивают благородную благодетельницу, хладнокровно украсть спрятанный ключ от сундука, сделать поминальную табличку и при этом не попасться взрослым? С детским складом ума абсолютно невозможно довести до конца подобную цепочку тщательно продуманных действий. Ещё тогда мы сосредоточили подозрения на этой троице: Лайле, Лео и Софии. Что касается того, почему из этой троицы выбор пал именно на Софию, — причиной стал источник заражения зубной болезнью. Источником заражения был мешок с дроблёными костями в источнике воды, и это сделало Софию крайне подозрительной. Болезнь проникала через рот, так каким же образом поминальная табличка Кэтрин защищала Софию от заражения? Мы несколько раз сталкивались с ней, и она не всегда носила табличку при себе. Если бы табличка работала как зональная защита, почему тогда заболел староста? А если бы она защищала тех, кто её изготовил, то почему заразились Лайл и Лео? Подводя итог всему сказанному, — заключил Цзо Чжисин, — София определённо является весьма исключительным существом.
Его слова перенесли Софию назад, в ту самую ночь тридцатипятилетней давности.
— Спрятанный ключ от сундука… — отрешённо заговорила она, — мы нашли его там, куда сестра Кэтрин указала перед смертью. Сестра Кэтрин… каждый из нас… проглотил её…
Голос Софии затих, она опустила голову и упустила руки. На её мощных предплечьях вздулись вены; после нескольких сильных конвульсий кожа на внутренней стороне предплечий вздулась, и ослепительно белые кости, прорвав плоть, показались наружу. Две костяные руки начали стягивать с Софии её собственное тело, словно перчатки.
Окровавленные кости рук потянулись к груди Софии, пальцы вонзились в плоть и разорвали тело пополам. Кровь мгновенно образовала лужу под ногами, и целый скелет, покрытый множеством шрамов, полностью отделился от её тела. Оказалось, что мощное телосложение Софии было не результатом изнурительных тренировок, а следствием того, что внутри неё находился лишний скелет — скелет Кэтрин.
Когда-то Кэтрин жестоко выбили все зубы. Теперь на черепе окровавленного скелета большинство зубов вернулось на место, не хватало лишь двух передних резцов. Отшвырнув тело Софии словно мусор, Кэтрин, пощёлкивая костями, направилась к отрубленным головам Лайла и Лео. Она разжала их челюсти, вырвала по одному окровавленному резцу и вставила их себе.
Ли На, наблюдая, как нижняя челюсть Кэтрин жутковато двигается вверх-вниз, проверяя прочность посадки зубов, просто легла на скамью и уставилась в потолок пустым взглядом. Взгляд её был настолько пустым, будто в теле не осталось души.
— Я точно сплю. Подождите, я немного посплю, чтобы голова прояснилась. Если будет опасность — разбудите, чтобы я успела убежать.
Цзо Чжисин: «…» — ему действительно нечего было сказать на тему такого эскапизма.
В отличие от неё, Цзян Вэньюань представлял собой полную противоположность: с того самого момента, как Кэтрин «скинула» с себя тело Софии, его взгляд ни на мгновение не отрывался от её костяка. Его нож всё ещё твёрдо упирался в поминальную табличку. Глядя на платиновое кольцо, надетое на кость указательного пальца правой руки Кэтрин, он произнёс тоном, в котором скрывалась опасная угроза:
— Повторяю ещё раз: верни мне кольцо.
В тот момент, когда жители Монарии предали её, Кэтрин утратила всё человеческое, став жадной, жестокой и кровожадной. Поправляя несколько колец и ожерелий на своих костяных пальцах, Кэтрин издала жужжащую вибрацию, похожую на человеческую речь.
— Если вы убьёте всех жителей Монарии, принесёте мои сокровища ко мне и исполните моё желание — я сниму с вас проклятие и отпущу.
Сложность этого раунда заключалась в том, чтобы среди запутанных улик найти истинного виновника болезни. Теперь, когда Цзян Вэньюань и остальные раскрыли сущность Кэтрин, ей не было смысла лгать: выполнив её волю, они пройдут игру. Жители Монарии и так все заражены, убить их не составит труда — более того, даже если игроки ничего не предпримут, те рано или поздно умрут от проклятия. Куда сложнее было собрать сокровища Кэтрин, однако при должном усердии и объединении общих усилий, двух-трех дней хватило бы для завершения дела.
Если рассуждать беспристрастно, то предложенная сделка была весьма выгодной. Но Цзо Чжисин помнил, что первым делом Цзян Вэньюань спросил Кэтрин именно о кольце. Вспомнив также его слова о том, что он вошёл в игру ради своего любимого человека, Цзо Чжисин был вынужден сначала спросить мнение напарника. В конце концов, условия Кэтрин не подразумевали возврата кольца Цзян Вэньюаня.
Цзо Чжисин обратился к Цзян Вэньюаню, от которого так и веяло могильным холодом.
— Что думаешь об этой сделке?
Цзян Вэньюань слегка повернул голову и так, чтобы это видели только Цзо Чжисин и Бай Мэй, беззвучно одними губами произнёс:
— Готовьте молотки.
Сразу после этого он замахнулся и с силой вонзил швейцарский нож прямо в поминальную табличку Кэтрин.
Кэтрин издала пронзительный вопль, от которого Ли На, пытавшаяся заняться самовнушением на скамье, подскочила на месте. Стоило ей открыть глаза, как она поймала брошенную Цзян Вэньюанем табличку, пробитую ножом.
— Уничтожь её! — холодно скомандовал он.
Правой рукой Цзян Вэньюань схватил воздух, и в его ладони появилась изящная кукла принцессы. Он метнул её в Кэтрин, активируя особую способность: «Остановка любых движущихся объектов на 30 секунд».
Кукла взмыла в воздух, её шея одеревенело повернулась, рот растянулся, обнажая частокол зазубренных зубов, и она адресовала Кэтрин сдержанную улыбку. Из тела куклы вырвались длинные черные ленты; словно стрелы, они метнулись к Кэтрин и обвились вокруг каждой её косточки. Скелет полностью застыл, не в силах шевельнуться.
Цзян Вэньюань бросился вперёд первым, за ним последовали хромающие Цзо Чжисин и Бай Мэй. Цзян Вэньюань просто открутил череп Кэтрин и прижал его к полу левым коленом для фиксации. Правой рукой он достал из походной сумки стоматологические щипцы и принялся один за другим вырывать зубы изо рта Кэтрин. Зубы летели на пол, где их тут же встречали молотки Цзо Чжисина и Бай Мэй. Молотки, рассекая воздух, с силой обрушились на зубы, превращая их в пыль.
С каждым раздробленным зубом скелет издавал вибрирующий стон боли, но под контролем куклы Кэтрин не могла пошевелиться. Даже способность активировать проклятие была заблокирована. Ей оставалось лишь беспомощно наблюдать, как троица уничтожает зубы — средоточие всей её ненависти.
Тем не менее, тридцати секунд оказалось слишком мало. Цзян Вэньюаню оставалось вырвать три зуба, когда кукла и черные ленты растворились в воздухе сияющими искрами.
Кости Кэтрин защёлкали, приходя в движение. Череп, прижатый коленом юноши, задёргался, пытаясь вырваться. Её нижняя челюсть задвигалась, и от ярости, граничащей с безумием.
— Я никогда не прощ…
Кэтрин ещё не успела выплюнуть свою угрозу, как Цзян Вэньюань, чья рука была предельно тверда, с силой вырвал третий с конца зуб и точным броском отправил его под молоток Цзо Чжисина.
Рука Цзо Чжисина взметнулась, молот опустился — хрусть! Зуб был разнесён в щепки!
Слова «ярость» было уже недостаточно, чтобы описать состояние Кэтрин; от гнева весь её костяк сотрясался мелкой дрожью. Обезглавленный скелет потянулся к Цзян Вэньюаню.
— Я прокляну тебя!
Из уголков глаз Цзян Вэньюаня сочилась кровь, из век начали стремительно прорастать серебристо-белые крупинки, но он оставался непоколебим, вырывая предпоследний зуб.
Кэтрин тоже не медлила: в тот самый миг, когда её рука уже готова была коснуться Цзян Вэньюаня, в её ребра врезался прилетевший со стороны молот. Бай Мэй, кинув инструмент, полоснула лезвием по левому предплечью Цзян Вэньюаня, создавая длинный тонкий разрез, и тут же бросилась на безглавый скелет. Основной силой Кэтрин было проклятие, физически же она была слаба. К тому же, с уничтоженной табличкой и раздробленными зубами у неё совершенно не осталось сил для сопротивления — под напором Бай Мэй она отступила на несколько шагов.
Времени, которое выиграла Бай Мэй, хватило Цзян Вэньюаню и Цзо Чжисину, чтобы уничтожить последний зуб Кэтрин.
Пронзительный вопль Кэтрин разрезал ночное небо, спугнув стаю ворон, ночевавших возле церкви.
— Нет!!! Я не хочу исчезать! Моя месть ещё не свершилась!
На белоснежных костях Кэтрин проступило множество черных пятен. Они стремительно разрастались, пока они не покрыли собой каждый сантиметр её тела. Порыв ветра пронёсся мимо, и скелет Кэтрин обратился в пепел, который тут же развеялся в воздухе.
Со всех сторон к кучке пепла устремились искры призрачного света, и в этом сиянии постепенно сформировалась кукла с человеческим телом и птичьей головой.
Ли На медленно подошла к остальным.
— Неужели игра наконец-то закончилась…
Цзян Вэньюань, не заботясь о том, чтобы проверить собственные раны, подошёл к кукле.
Он протянул руку…
И поднял упавшее на пол платиновое кольцо.
Цзян Вэньюань крепко сжал кольцо в ладони — наконец-то он вернул его себе. Почувствовав холод металла, он ощутил, как яростное пламя в его душе постепенно гаснет.
— Ты чего застыл? — Бай Мэй схватила его за руку. — Быстро моргай!
На лице Цзян Вэньюаня всё ещё оставались две кровавые дорожки, из-за чего он выглядел почти жалко, что смягчало исходящую от него ауру свирепости. Он послушно заморгал, и из-под век посыпались крошечные, размером с рисовое зерно, молочные зубы. Бай Мэй надела новые медицинские перчатки и осторожно осмотрела его глаза.
— Ничего серьёзного. Когда вернёшься в реальность, не забудь про противовоспалительные. Дай мне взглянуть на рану на руке.
В разрезе на предплечье, который сделала Бай Мэй, выросло уже больше пятидесяти зубов в два ряда. Если бы они промедлили хоть секунду, Цзян Вэньюань мог погибнуть от проклятия. Бай Мэй сильно нахмурилась и ножом счистила зубы из обеих ран.
Цзо Чжисин отряхнул пыль и поднялся на ноги. Наблюдая за взаимодействием Цзян Вэньюаня и Бай Мэй, он наконец принял окончательное решение. Дождавшись, пока раны Цзян Вэньюаня будут обработаны, он обратился ко всем троим:
— С тех пор как я попал в игру «Круглый стол», я всегда был одиночкой, а моё сотрудничество с другими носило лишь временный характер. Теперь моё мнение изменилось: человеку всё же нужны напарники. Я хочу создать команду и искренне надеюсь, что вы трое присоединитесь ко мне.
В церкви царил полнейший хаос, а вид тел Софии и остальных был по-настоящему ужасающим. Ли На изо всех сил пыталась сдержать тошноту, но, услышав слова Цзо Чжисина, разом забыла о страхе.
— Брат Цзо, ты и меня приглашаешь?
— Разумеется, — утвердительно кивнул Цзо Чжисин.
Цзян Вэньюань немного пришёл в себя.
— Что касается создания команды — давайте обсудим это на форуме, когда вернёмся в реальность. Здесь… не самое подходящее место для таких разговоров.
— Дай мне свой телефон на секунду, — Цзо Чжисин не сдавался. Получив мобильный юноши, он ввёл своё настоящее имя и номер телефона. — Это моё имя и контакты в реальности. Когда вернёшься, пожалуйста, свяжись со мной.
Телефон, который Цзян Вэньюань брал в игру, был запасным, и теперь в списке контактов появилась одна единственная запись.
«Имя: Цзо Чжиянь
Заметка: Председатель совета директоров и CEO корпорации „Вечность‟
Телефон: 136××××××88»
Зрачки Цзян Вэньюаня сузились. Имя Цзо Чжияня было известно любому, кто связан с индустрией онлайн-игр или мобильного гейминга. Цзо Чжиянь родился в богатой и влиятельной семье. В четырнадцать лет, не найдя игры по вкусу, он на карманные деньги открыл собственную игровую компанию. Фирма, созданная ради забавы, неожиданно попала в запрос рынка и стала развиваться с пугающей скоростью. В двадцать лет его корпорация «Вечность» провела одновременный листинг акций типа «A» и «H» [1] на биржах Шанхая и Гонконга. После чего он решительно двинулся на завоевание всей цепочки интернет-индустрии, запустив порталы, онлайн-игры, почтовые сервисы, электронную коммерцию, музыкальные платформы и многое другое. На данный момент корпорация «Вечность» занимает второе место в топ-100 интернет-предприятий страны, а самому Цзо Чжияню в этом году исполнилось всего двадцать девять лет.
[1. A H 股 (A H gǔ) — акции китайских компаний: «A» обращаются на материковых биржах КНР, «H» — в Гонконге; двойной листинг — признак гигантской и крайне успешной корпорации.]
Но важнее другое…
Цзян Вэньюань работал в игровой компании «Вечность», входящей в корпорацию «Вечность». Он не смог узнать в Цзо Чжисине своего самого высокопоставленного босса лишь потому, что в реальности Цзо Чжиянь был крайне непубличной фигурой, и его фотографий в сети никогда не было.
К счастью, мимика юноши выдержала испытание. Он изо всех сил старался сохранять холодное выражение лица.
— Ты так легко раскрываешь мне свою личность в реальности… это не создаст проблем?
Уголок рта Цзо Чжисина приподнялся в едва заметной улыбке, которую невозможно было бы разглядеть, не приглядываясь. Его голос был полон уверенности.
— Это знак моей искренности по отношению к тебе. Пожалуйста, серьёзно обдумай вступление в мою команду.
— Я свяжусь с тобой после возвращения, — пообещал Цзян Вэньюань, убрав телефон.
Цзо Чжисин удовлетворённо кивнул, а затем перевёл взгляд на Бай Мэй.
— А ты?
— Мои способности ограничены, — покачала головой Бай Мэй. — В каждом раунде мне приходится платить за услуги проводника, так что я не буду к вам присоединяться
Цзо Чжисин был слегка озадачен: Цзян Вэньюань ни разу не упоминал, что они с Бай Мэй состоят в отношениях «наниматель — наёмник». Хотя иногда она была менее заметна, чем Ли На, она никогда не тянула команду на дно, а в критические моменты проявляла поразительную решительность — как, например, сейчас, когда она вовремя порезала руку Цзян Вэньюаня, чтобы спасти его глаза. С такими навыками зачем ей нанимать проводника каждый раунд игры?
Однако Цзо Чжисин не стал её уговаривать, чувствуя в её голосе непоколебимую решимость.
Ли На не решилась взять куклу с головой птицы. Она считала, что приглашение в команду Цзо Чжисина — уже огромная удача. Цзо Чжисин, желая продемонстрировать свою искренность, также отказался от прав на владение куклой. Бай Мэй же хотела использовать этот трофей, чтобы покрыть остаток долга за услуги проводника, и тоже не претендовала на него.
В итоге кукла снова досталась Цзян Вэньюаню. Он поднял трофей с пола.
— Увидимся в реальности.
***
В пространстве «Круглого стола» стало на семь стульев меньше. Где-то в местах, неизвестных Цзян Вэньюаню, ещё четверо игроков пали жертвами этой игры. Вернув функции левой руке и прижимая к себе куклу, он вернулся в реальность и увидел, как на соседней кровати просыпается Бай Мэй. Она села, серебряная цепь, соединяющая их, натянулась.
— Игра закончилась?.. — её взгляд был блуждающим.
Когда Цзян Вэньюань расстёгивал цепь, браслет из красной нити, купленный Бай Мэй, почему-то внезапно порвался. Но ему было не до него — он вскочил и подошёл к ней.
— Тебе нехорошо из-за перехода?
Бай Мэй просидела неподвижно несколько секунд, пока взгляд не прояснился. В её глазах заблестели слезы, она одновременно плакала и смеялась.
— Да, мы прошли! Я всё время думала, что расстанусь с жизнью в этом раунде, и не надеялась, что выживу. Чэнь Мянь, спасибо тебе!
На форуме игроков был раздел психологической помощи, и количество просмотров там всегда оставалось запредельно высоким. Многие игроки после возвращения впадали в состояние потери контроля, мечась между экстазом и глубочайшим отчаянием. Похоже, у Бай Мэй был именно такой случай. Цзян Вэньюань мягко похлопал её по спине.
— Не за что. Ты отлично держалась. В том, что мы вернулись живыми, есть и твоя заслуга.
Бай Мэй внезапно перестала смеяться и схватила его за левую руку, снова с тревогой переспрашивая.
— Мне ведь не приснилось, что мы прошли? Мы правда закончили игру?
Цзян Вэньюань нахмурился. Раны, полученные игроками, переносились в реальность, и Бай Мэй схватила его как раз за то место на левой руке, где сама же нанесла ему порез. Однако Бай Мэй выглядела неважно, и Цзян Вэньюань не хотел лишний раз её волновать. Он осторожно убрал её руку со своего предплечья.
— Подумай хорошенько: есть ли у меня какая-то вещь, о которой ты не знала до начала игры, но узнала только после её завершения?
Бай Мэй низко опустила голову, напряженно размышляя, и лишь спустя некоторое время неуверенно произнесла:
— У тебя есть очень важное платиновое кольцо.
— Верно, — Цзян Вэньюань достал кольцо из кармана и протянул его ей.
Бай Мэй благоговейно приняла его обеими руками.
— Да, это оно, я видела его в игре. И ещё… я видела куклу с головой птицы, она досталась тебе! — повернув голову и увидев на тумбочке Цзян Вэньюаня ту самую куклу, она наконец расслабилась. — Мы правда прошли…
К тому времени, как Цзян Вэньюань наконец успокоил Бай Мэй, уложил её поспать и обработал раны на своём левом предплечье, прошёл уже почти час.
Он достал запасной телефон и набрал номер Цзо Чжияня.
Едва пошли гудки, на том конце тут же сняли трубку. В ушах Цзян Вэньюаня раздался знакомый голос.
— Привет, Цзян Вэньюань.
— Откуда ты знаешь… — вздрогнул юноша.
— Вернувшись в реальность, я так и не дождался твоего звонка. А того, кого я наметил в свою команду, я привык добиваться любой ценой. В игре я незаметно сфотографировал тебя. В этом мире нет ничего невозможного, если у тебя есть деньги. Когда я нанял людей собрать информацию о тебе, я попросил их заодно обновить твою систему защиты личных данных. Они сказали, что уровень секретности твоих данных был очень высок, но, к сожалению, его перестали поддерживать полгода назад, поэтому им и удалось до тебя добраться, — в голосе Цзо Чжияня слышалось явное удовлетворение. — Цзян Вэньюань, неужели стажёрам в нашей компании так мало платят, что ты не можешь оплатить защиту данных? Впредь предоставь это мне.
Цзян Вэньюань открыл рот, но так ничего и не произнёс. После возвращения из первого раунда игры вся «защита данных», на которую он был способен, заключалась лишь в удалении собственных фотографий и настоящего имени из сети. Он никогда не тратил денег на профессиональную защиту информации.
Получив досье на Цзян Вэньюаня, Цзо Чжиянь почувствовал к нему ещё большую симпатию, и его тон стал более непринуждённым.
— Ты связался со мной лишь спустя час с лишним. Что-то случилось?
Цзян Вэньюань рассказал о срыве Бай Мэй.
— Жаль, — в голосе Цзо Чжияня прозвучало лёгкое сожаление относительно Бай Мэй, однако он не стал долго предаваться сочувствию. — Цзян Вэньюань, я забронировал тебе билет в Столичный город на завтра на десять утра.
— И что мне там делать?
— Как что? Работать, разумеется, — ответил Цзо Чжиянь так, будто это было само собой разумеющимся. — Если не будешь работать и зарабатывать деньги, то на что ты собираешься жить?
Цзян Вэньюань: «…»
http://bllate.org/book/17048/1732761
