Готовый перевод The Minister Who Just Won’t Die / Министр, который никак не умрет 👻: Глава 6. Система бездельничает.

Любопытный взгляд служанки скользнул за спину Чэнь Шу, заслонившего дверной проем. Услышав ее слова, Чэнь Шу мягко улыбнулся:

— Хорошо, я приготовлюсь и скоро приду.

— Тогда поторопитесь, да-шао е, лао е и все остальные уже ждут, — ответила служанка.

Раньше Линь Чэньшу занимал в семье низкое положение, так что даже служанка могла себе позволить обращаться с ним свысока.

Чэнь Шу перестал улыбаться и с грохотом захлопнул дверь.

Служанка хотела сказать, что может подождать снаружи, но не успела и рта раскрыть, как перед ней захлопнулась дверь. Она опешила.

Чэнь Шу задвинул засов, обернулся на тело черной тени, затем подошел и перетащил труп на кровать, накрыв его одеялом с головой.

Потом достал из шкафа бинты и быстро обмотал ими раненую руку.

Закончив перевязку, Чэнь Шу подошел к окну, закрыл его и тоже задвинул засов.

Служанка, услышав шум у окна, с любопытством вытянула шею и спросила снаружи:

— Да-шао е, что вы там делаете?

— От воров запираюсь, — кратко ответил Чэнь Шу.

Служанка: «…»

Только после этого Чэнь Шу вышел из комнаты. Но перед уходом он взял замок и запер дверь снаружи.

Служанка слегка позеленела.

Не обращая внимания на ее лицо, Чэнь Шу велел ей проводить его и направился в столовую.

В столовой семья Линь уже собралась за столом. Едва Чэнь Шу вошел, как увидел мужчину лет сорока с небольшим во главе стола. У того были аккуратные усы над верхней губой, квадратное лицо, ухоженная кожа — выглядел он очень респектабельно. Это и был отец Линь Чэньшу, Линь Хэмин. Слева от Линь Хэмина сидели Цэнь Юйфэн и Линь Шэн, а рядом с Линь Шэном — девочка двенадцати-тринадцати лет в нежно-желтых одеждах. Это была дочь Линь Хэмина и Цэнь Юйфэн — Линь Цяолань.

Увидев приближающегося Линь Чэньшу, Линь Хэмин сначала слегка нахмурился, но тут же его лицо расплылось в улыбке. Он указал на место почетного гостя рядом с собой и заговорил приветливо:

— Чэньшу пришел. У нас в семье редко бывают семейные обеды, садись скорее.⁠⁠​​‌​​‌‌‌​​​‌​​‌‌‌‌​​​​​​​​​‌​‌​‌‌​​​​​​​​​​​‌​‌‌​‌​​​​​​​​​​‌‌​​​​​​​​​​​​​​‌‌​‌‌​​​​​​​​​​​‌​‌‌​‌​​​​​​​​​​‌‌​​​​​​​​​​​​​​‌‌​​​‌⁠

Мужчина излучал добродушие, но Чэнь Шу вспомнил, как несколько дней назад Линь Хэмин вышвырнул своего сына за дверь. Ничего не сказав, он просто сел на указанное место.

Как только почетный гость занял свое место, блюда потекли рекой. Стол был богатый, но Чэнь Шу только что видел мертвеца, и от всей этой снеди его подташнивало. Он принялся медленно есть суп. Рука, которой он держал ложку, была перевязана, сквозь ткань проступала кровь: за обеденным столом это выглядело довольно вызывающе.

Линь Хэмин наконец не выдержал:

— Что с твоей рукой?

— Порезался, — ответил Чэнь Шу, продолжая пить суп.

Линь Хэмин нахмурился:

— Чем это?

— Тот чайный набор, что ты прислал мне в комнату, я нечаянно опрокинул. Порезался, когда подбирал осколки, — сказал Чэнь Шу.

Услышав, что чайный набор разбит, Линь Хэмин нахмурился, а сидевший рядом Линь Шэн тут же возмущенно воскликнул:

— Что? Ты опрокинул тот чайный набор? Ты знаешь, сколько он стоит? И ты его разбил?!

Чэнь Шу, разумеется, не знал, сколько стоил тот набор. Услышав это, он вопросительно посмотрел на Линь Хэмина.

Грудь Линь Хэмина тяжело вздымалась, но он все же выдавил смешок:

— Ладно, раз разбил так разбил. Если тот не понравился, потом сходишь с Лю-бо на склад и выберешь себе другой по вкусу.

Он решил, что Линь Чэньшу все еще дуется из-за того, что его выгнали из дома, и потому разбил чайный набор. Он исподтишка наблюдал за выражением лица сына, но тот был совершенно спокоен, лишь кивнул в ответ и снова поднес ложку ко рту.

Линь Чэньшу был похож на свою покойную мать, законную супругу. Тонкие изогнутые брови придавали его лицу мягкость и некоторую женственность. Линь Хэмин мысленно вздохнул и продолжил:

— Чэньшу, я уже разузнал. Завтра после утреннего смотра вы с Лю-бо отправитесь в особняк военного советника Ци.

— В особняк Ци? — Чэнь Шу на мгновение замер. — Зачем?

— Ты занял второе место на дворцовых экзаменах. Как только в Кадровом ведомстве утвердят назначение, ты станешь чиновником при дворе, — сказал Линь Хэмин. — Двигаясь по службе, без связей не обойтись. В нашей империи военный советник Ци имеет самый высокий авторитет, к тому же он один из трех советников, помогающих нынешнему императору. Если примешь его как надежную опору, в будущем тебе ничего не будет страшно.

Опираться на большое дерево — хорошо в тени сидеть. В этих словах был свой смысл. Только старый господин Линь, видимо, не знал, что только что из особняка Ци присылали убийцу, чтобы прикончить Линь Чэньшу. Пусть тот и был обезврежен деревянным ножом Системы, но труп до сих пор лежит в комнате его сына.⁠⁠​​​​​​​​​‌​​‌‌‌​​​​​​​​​​‌​​‌‌‌‌​​​​​​​​​‌​‌​‌‌​​​​​​​​​​​‌​‌‌​‌​​​​​​​​​​‌‌​​​​​​​​​​​​​​‌‌​‌‌​​​​​​​​​​​‌​‌‌​‌​​​​​​​​​​‌‌​​​​​​​​​​​​​​‌‌​​​‌⁠

Чэнь Шу отложил ложку:

— Разве император не запрещал создавать клики и брать взятки?

— У нового императора еще нет прочной опоры, кто же сейчас в императорском дворе не подчиняется военному советнику Ци? Если покровительство достаточно надежно, кто станет проверять, что ты делаешь? — Линь Хэмину не понравилось, что сын возражает. — Я уже приготовил все, что нужно взять с собой завтра. Твое дело — просто сходить, а о твоей чиновничьей карьере я позабочусь.

Линь Хэмин был полон решимости. Все было готово, не хватало только того, чтобы кто-то из семьи Линь попал в список. А теперь, когда этот ветер подул, дело можно было пускать в ход.

Чэнь Шу посмотрел на Линь Хэмина, на его самоуверенное лицо, и ничего не ответил. Он думал о том, что будет, если он действительно отправится в особняк Ци. Интересно, какое лицо скорчит Ци Кан.

— Завтра Лю-бо пойдет с тобой, — Линь Хэмин все еще беспокоился, как бы Линь Чэньшу не струсил, и подозвал управляющего.

Лю-бо почтительно принял поручение:

— Лао е, не волнуйтесь. Лао ну обязательно позаботится о да-шао е.

Линь Хэмин наконец успокоился.

Чэнь Шу больше ничего не сказал. Сидевшая рядом Цэнь Юйфэн, глядя на это, вся извелась от зависти и ревности. Она поспешно подлила вина Линь Хэмину:

— Лао е, посмотрите, да-шао е сдал экзамены, а мой Шэн, негодник, все без дела дома сидит. Ваша наложница тоже хочет отдать Шэна в училище, чтобы он смог добиться чина.

Линь Чэньшу и Линь Шэн были разного статуса — законный и рожденный наложницей, но госпожа Цэнь пользовалась большой благосклонностью Линь Хэмина. Услышав слова наложницы, старый господин Линь взглянул на Линь Шэна, который с надеждой смотрел на него, и кивнул:

— Способности у Шэна неплохие. Раньше он сам не хотел ходить в училище, но теперь, коли появилось такое желание, это хорошо. На днях я присмотрю подходящего наставника и отправлю Шэна попробовать.

Если уж такой слабый и робкий человек, как Линь Чэньшу, смог сдать экзамены на цзиньши, то у Линь Шэна, который умом намного превосходит старшего брата, действительно были неплохие шансы.

Цэнь Юйфэн тут же рассмеялась:

— Шэн, поблагодари же отца.

Линь Шэн, вне себя от радости, поклонился Линь Хэмину. На душе у него вдруг стало легко и вольготно, а когда он заметил, что Линь Чэньшу молчит, он подошел к нему и с притворной почтительностью сказал:

— Сюнчжан^[1], если в будущем у меня будут трудности с учебой, надеюсь, ты не откажешь в наставлениях.

Чэнь Шу поднял глаза. Видя, что и Линь Хэмин, и госпожа Цэнь смотрят на него, он отложил ложку и мягко улыбнулся Линь Шэну:⁠⁠​​​​​​​​​‌​​‌‌‌​​​​​​​​​​‌​​‌‌‌‌​​​​​​​​​‌​‌​‌‌​​​​​​​​​​​‌​‌‌​‌​​​​​​​​​​‌‌​​​​​​​​​​​​​​‌‌​‌‌​​​​​​​​​​​‌​‌‌​‌​​​​​​​​​​‌‌​​​​​​​​​​​​​​‌‌​​​‌⁠

— Конечно.

Линь Шэн, довольный, вернулся на свое место.

Семейный обед длился около получаса. После обеда Чэнь Шу вернулся в свою комнату. Все осталось по-прежнему, никто не заходил, только на оконной бумаге появилась маленькая дырочка.

Чэнь Шу мельком взглянул на поврежденную бумагу, холодно усмехнулся, подошел к кровати и откинул одеяло.

Тело черной тени уже начало остывать и твердеть. Оно неподвижно лежало на кровати.

Чэнь Шу взглянул на него, затем вдруг повернулся в сторону. Рядом никого не было, но Чэнь Шу помолчал и внезапно заговорил:

— Эй, ты здесь?

В воздухе пробежала легкая рябь.

— Что случилось? — раздался знакомый сухой, монотонный голос.

Голос Системы прозвучал почти мгновенно, словно она все это время была рядом.

Чэнь Шу запнулся, затем нахмурился:

— Ты так быстро отозвалась? У тебя что, дел нет?

— Пока нет важных дел, — ответила Система.

Чэнь Шу показалось, что он узнал о Системе кое-что новое. Он помолчал, затем указал на труп на кровати:

— Раз тебе нечего делать, не могла бы ты помочь мне избавиться от этого тела?

Система замолчала. Возможно, разглядывала труп, а возможно, и нет. Спустя некоторое время она ответила:

— Не могу.

Чэнь Шу не поверил:

— Почему?⁠⁠​​​​​​​​​‌​​‌‌‌​​​​​​​​​​‌​​‌‌‌‌​​​​​​​​​‌​‌​‌‌​​​​​​​​​​​‌​‌‌​‌​​​​​​​​​​‌‌​​​​​​​​​​​​​​‌‌​‌‌​​​​​​​​​​​‌​‌‌​‌​​​​​​​​​​‌‌​​​​​​​​​​​​​​‌‌​​​‌⁠

— Я не человек, я не могу напрямую воздействовать на предметы в этом мире, — ответила Система.

Услышав ответ Системы, он помолчал и спросил:

— А кто тогда воскресил Линь Чэньшу?

Чэнь Шу прекрасно помнил, как мертвое тело ожило на его глазах.

Система, однако, считала свои доводы убедительными и снова дала Чэнь Шу ответ:

— Я не могу воздействовать на мир, но я могу воздействовать на тебя.

«…»

Черт бы побрал это «воздействовать на тебя».

— Я не занимаюсь утилизацией отходов и не могу помочь тебе избавиться от этого тела, — продолжила Система.

Услышав ее ответ, Чэнь Шу потер переносицу:

— Этого человека убил нож, который ты мне дала. Ты все-таки должна нести ответственность. У меня есть решение, но люди здесь слишком сильны. Ты с самого начала не сказала мне, что здесь умеют владеть цингун^[2] и боевыми искусствами. Я же совсем беззащитный, мне очень страшно.

Система: «…»

Кажется, она уже второй раз слышит от Чэнь Шу, что он беззащитный.

— Ты же не хочешь, чтобы я погиб, даже не успев защитить императора?

Система: «…»

Она помолчала, затем медленно ответила:

— И чего ты хочешь?

Чэнь Шу опустил глаза и серьезно прокашлялся:

— Я хочу цзюэ ши у гун ^[3].

Система: «???»⁠⁠​​​​​​​​​‌​​‌‌‌​​​​​​​​​​‌​​‌‌‌‌​​​​​​​​​‌​‌​‌‌​​​​​​​​​​​‌​‌‌​‌​​​​​​​​​​‌‌​​​​​​​​​​​​​​‌‌​‌‌​​​​​​​​​​​‌​‌‌​‌​​​​​​​​​​‌‌​​​​​​​​​​​​​​‌‌​​​‌⁠

Комметарий переводчика:

Мне отдельно нравится, что после такой бойни Чэнь Шу не впадает в пафос, а почти сразу начинает торговаться с Системой, как с упрямым менеджером. Вопрос века: кто в этой паре опаснее — убийцы вокруг или сам Чэнь Шу, когда ему что-то надо? ＼(〇_ｏ)／

Нравится глава? Ставь ❤️

[1] Сюнчжан (兄长) — вежливое обращение к старшему брату, буквально «старший брат». В традиционной китайской культуре младшие братья обращались к старшим именно так, подчеркивая уважение к их статусу и возрасту. 

[2] Цингун (轻功) — «искусство легкости», раздел китайских боевых искусств, включающий техники, позволяющие прыгать на большую высоту и расстояние, передвигаться с невероятной скоростью, взбираться на стены и перемещаться по крышам. В уся и культивационных новеллах часто изображается как умение становиться почти невесомым, способность «парить над землей». 

[3] Цзюэ ши у гун (绝世武功) — «непревзойденное боевое искусство», высочайшее мастерство владения боевыми техниками, ставящее человека выше всех остальных в мире боевых искусств.

http://bllate.org/book/17087/1603887