Глава 14
—
107.
С наступлением сессионной недели такие существа, как «отличники», превращаются в общественное достояние.
Так что Цзян Цянь вполне ожидаемо снова наткнулся на упоминание Си Фэна на «Стене признаний».
[Почему на этой неделе я не вижу своего партнера по учебе в библиотеке? У меня совсем пропала мотивация. Дело не в том, что мне обязательно нужно чье-то присутствие, чтобы учиться, но он всегда был там, а теперь его нет — так непривычно. Ребят, кто-нибудь видел моего партнера в других частях библиотеки? Куда делся мой такой огромный партнер по учебе?!]
[Нет, я за эти пару дней всю библиотеку обыскала, его точно нет.]
[Вы про Си Фэна? Он, кажется, в общаге. Вчера мой сосед заходил к ним что-то одолжить и видел его.]
[Ну, сессия же, наверняка соседи Си Фэна тоже взялись за ум, вот ему и лень тащиться в читалку.]
[А-а-а! Сессия без партнера по учебе… чувствую, мои шансы на зачет стремительно падают.]
Цзян Цянь дочитал комментарии и с трудом подавил в себе ехидное желание оставить какой-нибудь язвительный ответ.
Было всего девять утра. Будильник Цзян Цяня прозвенел десять минут назад. Свесившись с кровати, он увидел, что Си Фэн уже сидит за столом и вовсю повторяет материал. Цзян Цянь вдруг на каком-то мистическом уровне понял тех людей со «Стены признаний». Раньше он искренне не догонял: что еще за «партнер по учебе»? Каким образом нахождение в одной комнате с Си Фэном может пробуждать тягу к знаниям?
А ведь и правда — глядя на то, как Си Фэн сидит и занимается, Цзян Цянь даже нашел в себе силы вылезти из-под одеяла.
Он быстро заправил постель и спустился по лестнице вниз.
108.
Остальные двое в комнате еще дрыхли. Си Фэн, услышав шорох, вполголоса спросил, не оборачиваясь:
— Проснулся?
Цзян Цянь потер лицо руками:
— Угу. Ты уже ел?
Си Фэн кончиком ручки указал на стол Цзян Цяня:
— Я тебе принес.
Только тогда Цзян Цянь заметил у себя на столе сэндвич и молоко.
— Спасибо! Ты просто бог, спустившийся с небес. Что бы я без тебя делал! — сказав это, он тут же перевел Си Фэну деньги через телефон.
Они в тишине занимались до десяти часов, пока один за другим не зазвенели будильники Линь Хуна и Хуан Вэйи. Наконец в комнате можно было разговаривать в полный голос. Цзян Цянь, которому нечасто удавалось встать так рано, конечно же, не упустил случая поглумиться:
— Который час? Я уже почти на обед собрался, а вы только глаза продрали!
Линь Хун с «вороньим гнездом» на голове выглянул сверху:
— Ты чего так рано подорвался?
Цзян Цянь с гордым видом выдал:
— А как же. Я уже выучил основные моменты по двум главам.
Си Фэн подал голос:
— Особенности развития наблюдательности у детей.
Цзян Цянь: — А?
Си Фэн: — Рассказывай.
Цзян Цянь: — Я это не учил.
Си Фэн: — Учил, я слышал, как ты бубнил.
Цзян Цянь: — …
Цзян Цянь: — Я тебя ненавижу.
109.
Цзян Цянь долго листал учебник и — твою мать — реально, он это проходил.
Он повторил материал еще пару раз, уверенно развернулся и, вытянув руку, ткнул Си Фэна ручкой в плечо.
Цзян Цянь: — Всё, теперь выучил.
Си Фэн выжидательно посмотрел на него.
Цзян Цянь выставил четыре пальца, загибая по одному:
— 1. Целенаправленность, 2. Устойчивость, 3. Детальность, 4. Обобщенность.
Си Фэн: — Тенденции развития.
Цзян Цянь: — Постепенное улучшение по всем четырем аспектам!
Си Фэн кивнул.
Цзян Цянь продолжал смотреть на него во все глаза.
Си Фэн приоткрыл рот:
— Ждешь похвалы?
Цзян Цянь с серьезным лицом:
— Вовсе нет.
Си Фэн усмехнулся:
— Такой молодец. Может, угостить тебя обедом?
Цзян Цянь захлопал ресницами:
— Правда?
Си Фэн ответил:
— Правда.
110.
Только к шести вечера, когда в животе у Цзян Цяня пару раз громко заурчало, он с ужасом осознал, что пора бы и поужинать. Он был в легком ступоре — этот день прошел как-то нереально. Он занимался с девяти утра и, за исключением обеда и короткого сна, почти не отвлекался на телефон.
Шея ныла, при каждом движении раздавался хруст, но при этом он не чувствовал себя смертельно уставшим.
Оказалось, учеба — не такая уж невыполнимая миссия.
Цзян Цянь закрыл книгу и повернулся к Си Фэну, ожидая увидеть того всё так же погруженным в чтение, но застал соседа за игрой в Tower Defense на телефоне.
Цзян Цянь возмутился:
— Ты чего отлыниваешь?!
Си Фэн отозвался:
— Время ужинать. Если бы ты через десять минут не закончил, я бы сам тебя потащил.
Запал Цзян Цяня тут же угас:
— Оу. Так ты меня ждал?
Си Фэн кивнул в сторону:
— Остальные уже поели. Ты так увлеченно зубрил, что я не стал тебя дергать.
Цзян Цянь потянулся всем телом:
— Ну всё, теперь я официально в рядах отличников.
Си Фэн поддакнул:
— Ага, самый прилежный.
Цзян Цянь снова остался недоволен:
— Как-то ты вяло хвалишь.
Си Фэн:
— А как надо, чтобы было искренне?
Цзян Цянь задумался:
— Ну, хотя бы по имени назови. Кто тут самый прилежный?
Си Фэн:
— Цзян Цянь — самый прилежный малыш. Тебе выдать красную звездочку за старание?
Цзян Цянь:
— Отвратительно!
111.
В столовую они попали только в половине седьмого, а в семь она уже закрывалась.
Народу почти не было. Цзян Цянь сто лет не ел «рис в деревянном ведерке», к тому же был голоден как волк, поэтому стоял у окна раздачи, едва не пуская слюни. Рис немного остыл, и повар предложил его подогреть, попросив Цзян Цяня подождать.
Си Фэн купил лапшу с куриными наггетсами — её просто обдали кипятком, так что он уже уселся за столик.
Цзян Цянь хотел было тоже сесть и подождать, как вдруг увидел, что к Си Фэну подошел невысокий парень с аккуратной прической.
?
Цзян Цянь незаметно отошел чуть назад, надеясь расслышать, о чем они говорят.
В столовой было тихо, так что это не должно было составить труда.
Но парень говорил слишком тихо. Было понятно только, что идет какой-то диалог, но разобрать не удалось ни слова. Цзян Цянь еще немного сдвинулся и успокоил свою совесть: он вовсе не лезет в чужую личную жизнь. К тому же — это же не чужой человек, это его друг! А если у друга намечаются какие-то «дела», разве не нормально проявить немного шпионского интереса? Да? Конечно.
Но не успел Цзян Цянь с невозмутимым видом подобраться на расстояние слышимости, как парень уже ушел.
?
112.
Цзян Цянь плюхнулся на стул напротив Си Фэна. Тот выглядел совершенно невозмутимым, поэтому Цзян Цяню пришлось подавить любопытство и спросить как бы между прочим:
— Твой знакомый?
Си Фэн ответил:
— Не знаю его.
— Значит, он пришел тебе признаться?
— Вроде того.
— Что значит «вроде того»? Или да, или нет.
— Спросил, почему я перестал ходить в библиотеку.
— О-о… Ну, это практически то же самое, что признание. И что ты ответил?
— Я? Сказал, чтобы налегал на подготовку.
— И всё?
— А что еще я должен был сказать?
Цзян Цянь откашлялся:
— Да нет, ничего… Просто человек же специально к тебе подошел, явно ты ему нравишься. Тебе такие не по вкусу?
Си Фэн подцепил палочками лапшу, его лицо осталось беспристрастным:
— Никаких чувств не вызывает.
Цзян Цянь спросил:
— Каких чувств? Таких, как к тому натуралу?
Си Фэн посмотрел на него в упор: — ?
Цзян Цянь тут же заткнулся.
113.
Что-то не так. Всё не так.
Он весь день учился, и вечером полагалось бы отдохнуть. Цзян Цянь валялся на кровати, уткнувшись в телефон, но на самом деле даже не видел, что там на экране — все мысли были заняты этим странным чувством «неправильности». Он понимал, что его вопросы в столовой были довольно бестактными. Насчет влюбленности в натурала Си Фэн вряд ли кому-то рассказывал — скорее всего, только Чжоу Лянъюаню и ему.
Си Фэн не из тех, кто треплется о своих делах на каждом углу.
Поэтому к такой откровенности стоило относиться бережнее, с бóльшим уважением и чувством такта. Если человек не хочет говорить — не стоит постоянно об этом напоминать. Цзян Цянь прекрасно понимал эти принципы, но он просто не мог применить их на практике. Что-то не так. Неужели это так сложно? Вовсе нет.
После того вопроса в столовой Си Фэн больше не проронил ни слова, и Цзян Цянь тоже молчал.
Атмосфера была странной — какая-то тонкая неловкость и… что-то еще более трудноописуемое.
Цзян Цяню казалось, что Си Фэн расстроен. Он хотел извиниться и даже сделал это — на выходе из столовой он сказал: «Слушай, извини, я не хотел ничего такого». Си Фэн кивнул и бросил короткое «хорошо». И на этом всё. Атмосфера осталась странной, неловкость никуда не делась, как и то «трудноописуемое нечто».
Да что это вообще такое?
Цзян Цянь чуть голову себе не сломал, но так и не придумал.
Си Фэн расстроен, но он точно не из обидчивых. Так почему же он не в духе?
Загадка! Просто неразрешимая загадка! Ну и ну, какие же эти геи сложные натуры!
114.
Цзян Цянь снова пошел к Чжан Цзиньдуну. Просто потому, что этот гад знал его как облупленного.
Цзян Цянь: «Дун-цзы, я снова здесь».
Чжан Цзиньдун: «Психологическая консультация — 200 юаней в час».
Цзян Цянь: «Офигеть! У тебя хоть сертификат психолога есть? Я, студент-психолог, еще денег не беру, а ты, технарь, уже ценник выставил?»
Чжан Цзиньдун: «Могу сделать скидку. С тебя полтинник».
Цзян Цянь: «С чего ты вообще взял, что я «согнулся»?»
Чжан Цзиньдун: «А я что, ошибся?»
Цзян Цянь: «Ну скажи честно, я серьезно спрашиваю».
Чжан Цзиньдун: «Может, перечитаешь нашу переписку? Когда мы только познакомились, там был один бадминтон. Теперь там один Си Фэн. Если ты еще раз напишешь мне про него, я сам в него влюблюсь».
Цзян Цянь: «…»
Цзян Цянь: «Я и сам чувствую, что что-то не так. Меня облучают гей-волны, надо с этим завязывать».
Цзян Цянь: «Познакомь меня с какой-нибудь девчонкой».
Чжан Цзиньдун: «?»
Цзян Цянь: «Есть кто на примете?»
Чжан Цзиньдун: «Вообще есть, недавно добавилась новая партнерша по игре. Ты серьезно хочешь познакомиться?»
Цзян Цянь: «Ни фига себе! Ты за моей спиной ищешь новых партнеров?? Еще и в сессию на корты ходишь!»
Чжан Цзиньдун: «В сессию и надо играть, чтобы мозг разгружать».
Чжан Цзиньдун: «И ха-ха, «за спиной»? Ты сам посмотри, сколько времени ты со мной не играл».
Цзян Цянь: «Всё равно так нельзя. Ты — подонок».
Чжан Цзиньдун: «Ага, полный подонок».
—
http://bllate.org/book/17244/1613398
Готово:
