Готовый перевод ABO Dating Show, But Everyone Got the Wrong Script / ABO Шоу: Все перепутали сценарий: Глава 4

Угадывание профессий — классический, набивший оскомину этап любого шоу свиданий.

Ни зрители, ни продюсеры не ждут, что участники безошибочно определят чужие ремёсла. В конце концов, это шоу о любви, а не детективное расследование. Здесь всё строится на интуиции, чистом везении, наблюдательности и житейском опыте.

Разумеется, самих участников подобные тонкости мало заботили. Их куда больше интересовали сплетни, флирт, возможность подколоть соседа и, конечно же, скрытые мотивы, всплывающие в процессе. Ведь то, кем ты видишь человека, выдаёт твоё истинное к нему отношение.

[Хватит клеймить пятого парня комиком! С угадыванием профессий он ловко прилунил! Самая банальная игра, а как красиво выуживает первое впечатление новичка.]

[Как это называется? Мудрость под маской глупости. О мастер, мне открылась истина!]

Лу И, уже собравшийся ляпнуть первое, что придёт в голову, внезапно вспомнил о своей роли.

Стоп. Он ведь «Сирена», местный искуситель.

Настоящая Сирена не имеет права уныло отсиживаться на задворках эфира. Если новичок не умеет перетягивать одеяло на себя, к финалу он превратится в безликую декорацию.

Жажда устроить шоу мгновенно взыграла в груди Лу И. Он заговорщически прищурился, уставившись на Чжун Чэ, и выдал:

— Вообще-то, у меня есть особый дар.

— Какой ещё дар? — заинтересовался Чжун Чэ.

— Мне достаточно взглянуть на ваши ладони, чтобы понять, чем вы зарабатываете на жизнь, — без тени смущения соврал Лу И.

В чате трансляции тут же поднялся переполох — зрители мысленно умоляли его остановиться у самой пропасти.

[Ой, лапушка моя, ну угадывай ты нормально, зачем весь этот цирк?]

[Давать такие громкие обещания на камеру? Монтажёры потом из него такое чучело сделают...]

[А если промахнётся, расплачется прямо в эфире? Хе-хе-хе...]

[?]

Впрочем, невидимые знаки вопроса повисли не только над чатом, но и над головами присутствующих в комнате.

—?

—?!

Поворот оказался слишком уж внезапным. Подобного сценария не предвидела даже съёмочная группа. Хиромантия? Да тут сесть в лужу — раз плюнуть!

Режиссёр Сюй озадаченно почесал затылок, гадая, не усыхает ли его мозг на старости лет.

— Он ещё и гадать умеет?

Помощники поспешно открыли досье Лу И. Они до боли в глазах вчитывались в строчки и едва не протерли бумагу до дыр, но никакого упоминания о паранормальных талантах не обнаружили.

Стоило прозвучать этому заявлению, как даже сидящий на самом краю стола мрачный, высокий альфа, который до этого молча и сосредоточенно ел, оторвал взгляд от тарелки.

— Ну... даже не знаю, удобно ли, — Чжун Чэ для приличия немного поломался, но тело выдало его с потрохами: он послушно вытянул руку и раскрыл ладонь. Если секунду назад он просто подыгрывал ради шоу, то теперь им овладело искреннее любопытство. — Что ж, о великий мастер, прошу вас.

Лу И склонился над его ладонью. Он долго разглядывал линии, глубокомысленно молча и нагоняя напрасный трепет.

Чжун Чэ занервничал. В мистику он не верил, но когда омега осторожно коснулся его пальцев, изучая мельчайшие складки кожи, парень решил проявить великодушие и смягчить условия:

— Ладно, одна попытка — это слишком жестоко. Давай у тебя будет три попытки. Достаточно просто попасть в общую сферу деятельности.

Лу И отпустил его руку и устремил на него пристальный, проницательный взор. Под этим взглядом Чжун Чэ почувствовал себя крайне скованно, к щекам прилил жар — редкое для него состояние растерянности.

Разумеется, Лу И блефовал. Наблюдая за мимикой собеседника, он наугад озвучил догадку:

— Новые медиа? Скорее всего, ты блогер, снимаешь короткие видео или ведешь стримы. С твоей харизмой и внешностью отбоя от подписчиков быть не должно.

Омега не боялся сесть в лужу: даже если бы он промахнулся, это лишь пошло бы на пользу динамике шоу.

Сердце Чжун Чэ испуганно пропустило удар. Не в силах скрыть изумление, он выпалил:

— Откуда ты узнал?! Невероятно точно!

Юй Чэнь округлил глаза:

— Сяо Лу угадал?

Лица остальных участников вытянулись. В режиссерской будке Сюй едва не прижёг губу сигаретой:

— Надо же... угадал! Он действительно что-то смыслит или просто ткнул пальцем в небо?

— В точку! Я действительно блогер, снимаю короткие ролики. Но как, чёрт возьми, ты это понял? Мастер, вы просто космос! — Чжун Чэ, чья картина мира только что дала трещину, восторженно показал большой палец. А затем обернулся к Юй Чэню: — И вообще, парень, ты когда успел его сократить до «Сяо Лу»? Что за фамильярность?

Пытаясь склеить рушащиеся основы материализма, он добавил:

— А сможешь определить специфику моего контента?

— Всё в порядке, меня друзья всегда так зовут. Сяо Лу, Лу-Лу, И-И — как вам удобнее, — улыбнулся Лу И, решив сначала ответить на более простой вопрос.

Предыдущий вопрос едва не заставил его выдать себя.

В жизни и на работе Лу И казался двумя абсолютно разными людьми — друзья частенько подшучивали над этим его раздвоением. В суде он был дотошен до педантичности, а вот вне работы обожал поболтать и подурачиться.

Он скользнул быстрым взглядом по манжетам Чжун Чэ.

— Ну, если говорить о тематике...

Мозг юриста заработал на предельной скорости. Разница в оттенке кожи на лице, тыльной стороне ладони и под рукавами выдавала человека, который перед круизом проводил уйму времени под палящим солнцем. Плотные мозоли у основания пальцев свидетельствовали о долгой работе с тяжёлыми инструментами — такие часто бывают у строителей или фермеров. Перед ним явно сидел любитель поработать на свежем воздухе.

Сложив это с блогингом, Лу И сузил круг подозреваемых до уличных трансляций.

Вариантов хватало: туризм, выживание в дикой природе, велопутешествия... Но зачем инструменты? Не кирпичи же он на камеру кладёт?

Лу И едва сдержал смешок, мысленно забавляясь собственной фантазией. Ему стоило огромных усилий сохранить невозмутимую маску великого провидца.

Омега заговорщически сощурился, глядя на собеседника.

Он заговорил неторопливо и вкрадчиво. Длинные ресницы бросали мягкие тени на его глубокие, мерцающие таинственным блеском глаза. Чжун Чэ заворожённо ловил каждое его слово, словно заглядывая в бездонное лесное озеро, сокрытое от посторонних глаз.

— Я вижу твоё прошлое... и твою судьбу, — замогильным, пафосным голосом вещал Лу И. — В тебе уживаются созидательная натура архитектора и жажда свободы вольного странника. Твои руки привыкли к сложной работе, а сердце рвётся к дикой природе и испытаниям. Ты ведешь блог о... ландшафтном дизайне или архитектурной реконструкции, верно?

Он едва сдерживал рвущийся наружу хохот — профессиональная этика новоиспечённого шарлатана трещала по швам. «Хоть бы кто-нибудь меня разоблачил, я же сейчас расколюсь!» — панически думал он.

— Да ладно! Я же просто так спросил... Как ты это сделал?! — Чжун Чэ ошарашенно уставился на него, не в силах поверить своим ушам.

Лу И не просто назвал его занятие — вся его псевдонаучная тирада попала в самое яблочко, задев потаённые струны души Чжун Чэ. Это было сродни тому, как шутки ради гадаешь на таро в интернете и внезапно получаешь пугающе точный ответ.

— Я действительно учился на инженера-строителя, а после выпуска занялся блогингом. Снимаю ролики про реставрацию старых построек: переделываю заброшенные чердаки, деревенские дворики, иногда делаю обзоры на инструменты. Всё сошлось один в один!

— Ты раньше видел его ролики? — спросил кто-то из ребят. Остальные гости тоже изумились, хоть и не так сильно, как сам виновник торжества.

Лу И покачал головой:

— Нет, никогда не натыкался.

— Не верю.

Голос прозвучал резко и неожиданно.

Подавшего голос звали Син Цююй. Он смерил Лу И оценивающим, недоверчивым взглядом истинного материалиста. Цююй выделялся изящным костюмом пыльно-розового оттенка ручной работы, щегольской бабочкой и очками в модной титановой оправе.

— Все эти гадания и предсказания — обычная спекуляция на человеческой психологии, банальный эффект Барнума, — скептически хмыкнул Син Цююй. — А астрология и вовсе вычисляется простейшими алгоритмами сбора данных из соцсетей. Парсеры собирают общие фразы, компонуют их, и вуаля — каждый дурак верит, что это написано лично про него. — Он решительно положил руку на стол. — Не знаю, как у тебя вышло с Чжун Чэ, но давай проверим твои фокусы на мне. Ну же, рискни.

У Цююя были утончённые, почти кукольные черты лица, которые портил лишь хищный прищур раскосых глаз с острыми уголками. При росте чуть меньше ста семидесяти сантиметров он умудрялся смотреть на всех свысока, словно капризный завоеватель. На его лице так и читалось: «Я пришёл за твоей головой».

Лу И снисходительно изогнул бровь.

Он на мгновение перехватил узкую ладонь оппонента — изящную, но на удивление крепкую. Суставы указательного и среднего пальцев слегка выдавались вперёд, а на подушечках прощупывались тонкие мозоли. Затем Лу И заглянул парню в глаза: под стеклами очков виднелась сетка лопнувших капилляров — верный признак бессонных ночей. А уж упоминание «парсеров» и вовсе расставило всё по местам.

— Пожалуй, тут даже гадать не нужно, — усмехнулся Лу И. — Твоя натура видна как на ладони. В тебе спорят художник и учёный. Если искать точку их пересечения... Хм, как насчёт цифрового искусства? Новых медиа?

Заметив, как дрогнули мускулы на лице скептика, омега добавил уже увереннее:

— Да, точно. Генеративное искусство. Направление, которое сейчас безумно популярно на Западе.

Это сложная междисциплинарная сфера. В отличие от классической живописи или скульптуры, генеративное искусство завязано на программировании. Творец пишет уникальный код, задаёт алгоритмы, а программа сама создаёт неповторимый шедевр.

Такие люди не гнут спину перед капризными заказчиками, как штатные дизайнеры. Их цель — самовыражение и трансляция сложных концепций. Неудивительно, что они часто обладают несносным характером, держатся особняком, витают в облаках собственной исключительности и на дух не переносят пустую болтовню.

У Лу И был знакомый из этой среды. Точнее, его бывший клиент. Так что высокомерие Син Цююя теперь обрело вполне логичное объяснение.

Пойманный с поличным Цююй нахмурился. С минуту на его лице боролись досада и удивление, но в конце концов он сдался. Он смягчился и неохотно буркнул:

— Твоя взяла. Впечатляет.

Зрители в комментариях разразились лавиной вопросов. Старожилы шоу прекрасно знали характер Син Цююя — именно они в прошлых выпусках окрестили его «главным душнилой».

[?]

[И это всё? Я-то ждал, что наш Мастер Син укатает новичка в асфальт!]

— Браво.

Доктор Чу восхищенно покачал головой. Он смерил Лу И долгим, многозначительным взглядом и негромко произнёс:

— А ведь Цююй до сих пор отделывался лишь общим словом «искусство». Нам, профанам, он деталей не раскрывал. А ты пришёл и сразу разложил всё по полочкам. Спасибо, теперь мы хоть знаем, с кем имеем дело.

Лу И слегка смутился от такого внимания:

— Мне просто повезло.

— Надеюсь, ты хоть моё имя не успел позабыть? — вкрадчиво спросил Чу Чжие. — А то вид у тебя больно растерянный.

Сидящие рядом ребята заулыбались, кто-то издал тихий, понимающий свист.

Чат альтернативной трансляции буквально взорвался:

[Обалдеть, Чу Чжие вообще перестал шифроваться!]

[Ору, остальные одиночки притихли, как дети в музее.]

[Сразу видно мастера флирта — уровень совершенно иной.]

[Кажется, у нас намечается новая жертва. Бедный новенький угодил прямиком в сети Короля Чу. А ведь он такой лапочка, даже жаль его немного.]

[Кстати, а кто-нибудь в курсе, кто вторая Сирена? *Сообщение заблокировано*]

Что за дела?

Лу И почувствовал, как в столовой сделалось невыносимо душно. Интуиция подсказывала, что с этим альфой стоит держать ухо востро. В его окружении хватало знакомых, но таких опасных искусителей встречать не приходилось. Спешно соображая, как половчее уйти от двусмысленного разговора, он неловко отвёл взгляд и тихо ответил:

— Чу Чжие. Разумеется, я помню.

— Рад слышать. Позволишь?

Заметив его смущение, доктор тихо рассмеялся. Этот мягкий, бархатистый смех прокатился по нервам Лу И лёгкой щекоткой. Альфа поднялся со своего места, протянул руку через стол и неторопливо раскрыл ладонь прямо перед омегой.

От этого вкрадчивого жеста у Лу И сладко екнуло сердце.

Он опустил взгляд, затем снова поднял его.

Их взгляды скрестились и тут же разошлись. В этот миг между ними словно протянулась невидимая, но прочная нить напряжения.

[Почему от простого зрительного контакта без всякого слоу-мо у меня мурашки размером со слона?]

[Ха-ха, я прямо слышу, как на заднем плане заиграл романтический саундтрек.]

За кулисами операторы довольно ухмылялись, глядя на пунцовые щеки омеги.

— Сяо Лу и впрямь засмущался. Не зря режиссёр так старался.

Режиссёр Сюй задумчиво потер колючую щетину на подбородке:

— Вы его истинную натуру забыли, что ли? Главное, чтобы он в первый же день не сорвался и не разнёс тут всё.

Лу И заставил себя опустить глаза на протянутую ладонь.

Рукава чёрного пиджака Чу Чжие были небрежно подтянуты до локтей, обнажая сильные предплечья с рельефными венами. Ниже шли крупные, красивые кисти с длинными, ровными пальцами и безупречно подстриженными ногтями. Однако эти руки нельзя было назвать изнеженными. Напротив, они напоминали старинное оружие — грозное и прекрасное в своей функциональности.

Костяшки пальцев были чуть припухшими, а сквозь бледную кожу проступали сильные, натренированные мышцы.

Когда Лу И коснулся его пальцев, тот едва заметно вздрогнул. Подушечки пальцев скользнули по грубым, застарелым мозолям на фалангах. Омега тут же отпрянул.

Сила, абсолютный контроль, ювелирная точность. Хватка этих рук, должно быть, крепка как стальные тиски.

В голове Лу И мгновенно сложился пазл.

— Ты хирург? — сорвалось у него с губ.

Он во все глаза уставился на улыбающегося альфу.

В столовой на секунду повисла тишина, сменившаяся взрывом удивлённых возгласов.

[Серьёзно?! Да как он это делает? Мой мозг сейчас расплавится!]

[Да ладно вам, обычный сценарий. Режиссёры сто процентов слили ему анкеты заранее.]

[Опять вы со своим «сценарием». Как же бесит! Неужели так трудно признать, что парень просто чертовски умен?]

[Чистейшая дедукция плюс невероятная наблюдательность. Вы вообще про Шерлока Холмса слышали?]

[А новенький-то не прост. Он за пару минут подмял под себя весь разговор. Всё внимание теперь только на нём, а бедняга Юй Чэнь, который только что был звездой стола, даже слова вставить не может.]

[*смайлик* А моя прелесть случайно не в сыскном агентстве работает?]

— В десятку, — искренне удивился Чу Чжие. Он не стал мучить Лу И дальнейшими расспросами и доброжелательно кивнул: — Я работаю хирургом-офтальмологом в одной из ведущих столичных клиник.

— Доктор Чу у нас знаменитость, — подал голос невысокий, хрупкий юноша. Это был Цюй Гуан — очаровательный омега с забавной растрёпанной копной тёмных волос. В его чистом голосе сквозило неприкрытое обожание. — Окончил престижную восьмилетнюю программу, сразу получил степень доктора наук. Настоящее светило медицины и гордость клиники!

Заметив на себе взгляд Лу И, Цюй Гуан поспешил избавить себя от публичного разбора:

— Надеюсь, моё имя ты помнишь — Цюй Гуан. Мою профессию угадывать не надо, я самый обычный госслужащий, тружусь в министерстве с девяти до пяти.

Поняв, что парень не настроен откровенничать, Лу И вежливо улыбнулся:

— Пробиться на госслужбу сейчас безумно трудно. Ты большой молодец.

Цюй Гуан удивлённо вскинул на него глаза, но тут же поджал губы и отвернулся.

Официанты бесшумно сновали между столами. Убрав пустые тарелки из-под лукового супа, они подали дымящийся буйабес. В густом золотистом бульоне, щедро приправленном ароматными травами, томились томаты и раковины мидий. Пленительный запах на какое-то время заставил гостей забыть обо всех играх, и за столом воцарилась сытая тишина.

— Так, кто у нас следующий?..

Лу И перевёл взгляд на парня, сидевшего по правую руку от Син Цююя. Его звали Ху Цзыюй.

Цзыюй оказался крепким, статным бетой с короткой армейской стрижкой. Ростом он явно перемахивал за метр восемьдесят. Он сидел прямо, словно проглотил аршин, демонстрируя безупречную выправку. Мужественное лицо с резкими скулами, глубокий бронзовый загар и хищный, пронзительный взгляд делали его похожим на степного орла.

Почувствовав на себе внимание Лу И, Ху Цзыюй натянуто повернулся. Его шея двигалась с такой выверенной траекторией, будто он выполнял команду «равнение направо».

К удивлению омеги, этот суровый крепыш оказался невероятно застенчивым. Он упорно избегал смотреть Лу И прямо в лицо.

Стоило их глазам встретиться на долю секунды, как Цзыюй испуганно отвёл взгляд. Пытаясь унять дрожь, он судорожно сжал ножку бокала — рубиновая жидкость пошла мелкими волнами. Вторую руку он спрятал под столом, крепко сжав в кулак.

— Привет. Я Ху Цзыюй. Думаю, меня угадывать не стоит, я ведь...

«Надо же, такой брутальный с виду, а внутри — скромный и правильный парень», — мысленно улыбнулся Лу И.

— Эй, стоп! Так нечестно! — замахал руками Чжун Чэ. — Хватит спойлерить! Я только вошёл во вкус и хочу посмотреть на магию хиромантии в действии! Если вы все сами во всём признаетесь, шоу не получится!

Лу И понимал, что пора сворачивать лавочку. Его триумф держался исключительно на дедукции и толике везения. Продолжи он в том же духе — и неминуемо сядет в лужу.

К тому же в нём проснулась совесть: негоже обделять вниманием второго новичка.

Юй Чэнь сидел на противоположном конце стола, сиротливо ссутулившись. Огромный, сильный альфа сейчас выглядел на редкость несчастным и покинутым, словно крупный пёс, которого забыли погладить. Казалось, его воображаемый хвост уныло волочится по полу.

Сердце невольно сжималось от жалости к этому гиганту.

— Юй Чэнь, — негромко позвал Лу И.

Почуяв внимание, альфа мгновенно встрепенулся. Его невидимые уши забавно приподнялись. Красавец-богатырь уставился на омегу сияющим взглядом.

— Как думаешь, кто по профессии наш Ху Цзыюй?

Остальные участники спохватились, осознав, что совсем позабыли про второго новичка, и дружно закивали, вовлекая его в разговор.

Юй Чэнь воспрянул духом. Радостно блестя глазами, он преданно уставился на Лу И:

— Мы сейчас отгадываем тебя? Прости, я немного прослушал.

— Нет, мы пытаемся угадать профессию брата Ху, — с улыбкой пояснил Лу И.

Юй Чэнь принял позу мыслителя и принялся сосредоточенно бурить взглядом Ху Цзыюя. Все за столом притихли, терпеливо ожидая вердикта. Миновала, казалось, целая вечность, прежде чем парень с глубокомысленным и предельно серьёзным видом изрёк:

— Я понял. Ты полицейский!

Гости, затаившие было дыхание, дружно покатились со смеху.

Встретив этот сияющий, полный детской гордости взгляд, требующий немедленного одобрения и похвалы, Ху Цзыюй растерялся. Крепкому бете стало неловко: этот огромный альфа показался ему до умиления забавным.

Точно такое же чувство Цзыюй испытывал во время службы, когда мимо его поста пробегал пушистый белый самоед. Пёс приветливо вилял хвостом и улыбался во всю пасть, заставляя таять даже суровое солдатское сердце.

Качнув головой, Ху Цзыюй мягко ответил:

— Не совсем. Но ты, можно сказать, ходишь очень близко.

— Охранник? — с абсолютно невозмутимым лицом выдал Юй Чэнь.

Цзыюй едва не поперхнулся воздухом.

— Нет... не угадал, — выдавил он, мысленно утирая холодный пот.

Пронаблюдав за этим уморительным диалогом, Лу И дождался, пока повиснет неловкая пауза, и мягко спросил:

— Ты военный в отставке?

Ху Цзыюй вздрогнул от удивления и послушно кивнул.

Он насилу заставил себя повернуться влево и посмотреть Лу И в глаза. Долгие годы в закрытой воинской части среди альф и редких бет стёрли у него всякие навыки общения с омегами. На полигоне он был грозным бойцом, но здесь робел как мальчишка, не зная, куда девать руки.

— Д-да, всё верно, — выдавил он, запнувшись. — После демобилизации я восстановился в университете. Так что... сейчас я обычный студент.

— Ну, это же очевидно, — хмыкнул Син Цююй. — Я ещё в первый день раскусил его с одного взгляда.

— Да неужели? — облегчённо вздохнул Ху Цзыюй, возвращаясь к привычному тону общения со своим вторым гендером.

— У тебя на лбу армейский устав написан, — беззлобно съязвил Цююй. Он искоса зыркнул на сидящего слева широкоплечего альфу. Тот изящно орудовал столовым ножом, плавно и с хирургической точностью нарезая сочный стейк средней прожарки. — Ты такой же предсказуемый, как наш доктор Чу.

Лу И, только что увлечённо макавший гренку с майонезом в рыбный бульон, мгновенно поднял голову. В его голове зажёгся мысленный маячок юриста. Он прищурился, переводя взгляд с Ху Цзыюя на Син Цююя, а затем на Чу Чжие.

Между тем Чу Чжие, пропустив шпильку Цююя мимо ушей, заботливо повернулся к сидящему рядом темноволосому красавцу.

— Цинъань, тебе дать салфетку? — негромко спросил он, указывая на его рукав.

Чжоу Цинъань вежливо покачал головой. Его голос прозвучал прохладно и сдержанно:

— Благодарю, не нужно. У меня есть своя.

Лицо Син Цююя тут же потемнело, уголок губ презрительно дёрнулся. С другой стороны стола нахмурился и Цюй Гуан, ревниво зыркнув на доктора.

«Ого, а наш хирург тот ещё сердцеед, — мысленно зафиксировал Лу И. — Столько драмы вокруг одного альфы».

Заметив, что разговор уходит не в то русло, Чжун Чэ громко хлопнул в ладоши:

— Так, господа, не отвлекаемся! На очереди у нас Чжоу Цинъань. Ну-ка, какие будут ставки?

Чжоу Цинъань изящно промокнул светлую манжету тканевой салфеткой, стирая едва заметное чайное пятнышко.

— Я окончил исторический факультет по специальности «археология», — спокойно произнёс он. — До шоу работал на раскопках.

— Ну вот, взял и всё испортил! — сокрушённо взвыл Чжун Чэ. Сначала Лу И лишил его шоу, угадав профессию Цзыюя без всякой магии, теперь Цинъань устроил саморазоблачение. — Режиссёр, вырежьте это из эфира! Давайте заново, мы все дружно притворимся, что оглохли!

— Какой дерзкий малый, уже и съёмочным процессом командует, — усмехнулся Чу Чжие, отрывая взгляд от холодного красавца-соседа. — Очнись, мы в прямом эфире. Кто тебе тут что вырежет?

— Эх, а я так хотел ещё раз взглянуть на чудеса прорицания Сяо Лу, — картинно вздохнул Чжун Чэ.

— У нас вообще-то остался ещё один неразгаданный гость, — лениво протянул доктор Чу.

— Точно! Брат Сяо! — Чжун Чэ украдкой кивнул на молчаливого парня в конце стола. — Его раскусить сложнее всего. Правда... сомневаюсь, что он позволит прикоснуться к своей ладони. Если честно, мы и сами о нём почти ничего не знаем.

Да и расспрашивать как-то боязно.

Лу И перевёл взгляд на загадочного соседа.

Тот сидел неподвижно, словно каменное изваяние. За всё время обеда он не проронил ни слова, увлечённо изучая свою тарелку. Лишь когда Лу И упомянул гадание, парень на мгновение поднял голову. Длинная чёлка полностью закрывала его правый глаз, придавая лицу мрачное, замкнутое выражение. От него так и веяло холодом.

К такому даже подходить страшно — ещё по рукам схлопочешь.

Услышав своё имя, Лю Сяо лишь едва заметно повёл бровью и вернулся к поеданию гаспачо, полностью игнорируя окружающих.

По комнате словно пронёсся ледяной сквозняк.

За столом возникла неловкая заминка. Раз сам герой дня не желает поддерживать беседу, их расспросы выглядели глупо.

Один только Юй Чэнь, чья деликатность граничила с абсолютной толстокожестью, весело выдал:

— Может... патологоанатом? Или гробовщик?

Остальные гости мысленно схватились за голову, косясь на потемневшее лицо Лю Сяо. «Парень, ты совсем страх потерял такое вслух говорить?!»

Лу И лишь мягко улыбнулся. Ему было плевать на негласные табу. С самым невинным видом, но весьма смелым тоном он предположил:

— Думаю, наш таинственный гость просто предпочитает работу, где не нужно постоянно работать языком. Возможно, он фрилансер, писатель, художник или редактор.

Чжун Чэ аж рот приоткрыл от восхищения. Подвинувшись ближе, он зашептал:

— Невероятно! Но почему ты больше не просишь показать ладонь? Что, третий глаз открылся?

На этот раз Лю Сяо всё же соизволил оторваться от тарелки. Его тяжёлый взгляд сфокусировался на Лу И. Спустя пару секунд гробового молчания он хрипло выдавил:

— Редактор манги.

http://bllate.org/book/17899/1720587