Сюй Би усмехнулся:
— Не удивляйся так сильно. Столичный экзамен отличается от провинциального. Он проводится раз в три года, и на него со всех земель съезжаются более десяти тысяч соискателей. Главный экзаменатор лишь один — сам Нынешний Император. Вы же лишь помощники экзаменатора, и всего вас наберется несколько десятков. Академия Ханьлинь не способна взвалить на себя столь важное дело в одиночку, поэтому из года в год должностных лиц привлекают из самых разных ведомств.
Тан Шэнь почувствовал сомнение, но ничем не выдал своего недоверия и с глубочайшей признательностью произнес:
— Нижайший слуга приложит все силы, чтобы исполнить поручение наилучшим образом!
— Ну вот и ладно, — улыбнулся Сюй Би.
Вскоре после того, как Тан Шэнь покинул покой, в комнату вошел мужчина лет тридцати с небольшой бородкой. Мужественные, строгие черты его лица излучали твердость. Увидев Сюй Би, он почтительно сложил руки в приветственном поклоне:
— Приветствую вас, учитель.
Сюй Би сделал знак рукой:
— Присаживайся.
Юй Чаошэн, слегка согнув спину, отступил к креслу и, лишь усевшись, поднял взгляд на наставника.
— Сяньчжи, ты вернулся в столицу лишь в этом году, — заговорил Сюй Би. — Что ты думаешь о происходящем здесь?
Юй Чаошэн подробным образом ответил:
— Ученик вернулся в столицу чуть больше месяца назад и лишь сегодня приступил к делам в Приказе чинов, но уже чувствует, насколько все изменилось по сравнению с тем, что было шесть лет назад. Не заглядывая далеко, взять хотя бы налоговую реформу Финансового приказа: чиновники при дворе действуют слаженно, поддерживая друг друга, что вызывает мое искреннее восхищение. — Затем он сменил тему: — Фракция Цзи хоть и нечисловодна, держится на одном только канцлере Цзи, сосредоточившем в своих руках всю власть. Фракция Вана же богата талантами, взять хотя бы Ван Цзыфэна — его никак нельзя недооценивать. Но что касается Финансового приказа, ученик считает, что канцлер Цзи поторопился. Ван Цзыфэн и Тан Цзинцзэ — за последние два года Фракция Вана набрала слишком большую силу. Если канцлер Цзи очертя голову возобновит работу Финансового приказа и случится беда, это может плохо кончиться.
Сюй Би отпил чаю:
— Ты видел Тан Цзинцзэ, когда входил?
— Видел. Я издали заметил господина Тана, но он меня не приметил.
— Чжоу Цзинь назначил его помощником экзаменатора на столичный экзамен в феврале этого года.
Юй Чаошэн пораженно воскликнул:
— Учитель?!
— Это наверняка идея не Чжоу Цзиня, за этим стоит Фу Вэй. Фу Вэй хочет перевести своего ученика на столичный экзамен. Что он замышляет? Или, вернее сказать, что должно произойти во время экзамена? — Сюй Би тяжело вздохнул и продолжил: — Ты тоже отправишься помощником экзаменатора на столичный экзамен этого года. Раз уж Чжоу Цзинь прикрывается моим именем и утверждал, будто это я перевел Тан Цзинцзэ, то где один перевод, там и два. Отправляйся вместе с ним в Академию экзаменов Шэнцзина.
— Слушаюсь.
Столичный экзамен тридцатого года Кайпин проводил глава Приказа чинов Шэнь Юнь в качестве главного экзаменатора, а Ученый Чжоу из Академии Ханьлинь выступал его помощником. Поздно ночью накануне экзамена несколько десятков чиновников вошли в Академию экзаменов Шэнцзина и поднялись на башню Минъюань. Стоя на вершине величественной башни Минъюань и смотря вниз, Тан Шэнь видел, как десятки тысяч соискателей толпились у ворот Академии экзаменов Шэнцзина, ожидая входа на экзаменационную площадку.
Когда пробил час, стражники отперли ворота, и темная густая толпа ринулась внутрь.
Среди всех чиновников, назначенных экзаменаторами на столичный экзамен в этом году, Тан Шэнь был самым молодым. Взирая на соискателей в Академии экзаменов, он испытывал смешанные чувства. Однако предаваться раздумьям пришлось недолго: краем глаза Тан Шэнь заметил чей-то силуэт. Подойдя ближе, он произнес:
— Не господин ли Юй?
Одетый в чиновничье облачение Юй Чаошэн повернулся и, встретившись взглядом с Тан Шэнем, отвесил поклон:
— Господин Тан.
Тан Шэнь улыбнулся:
— Я слышал, что господин Юй лишь в прошлом месяце вернулся в столицу из Гуачжоу. Успели ли вы привыкнуть к сухому и холодному северному климату? Нижайший слуга — чжуншу шэжэнь из покоев Сюй Линхоу, я не раз слышал о господине Юе от Сюй Линхоу. Много слышал, да ни разу не видел. И вот сегодня убедился: вы и впрямь выдающийся человек!
После того как Тан Шэнь так щедро осыпал его похвалами, Юй Чаошэн, разумеется, ответил взаимной любезностью:
— Я тоже слышал о господине Тане от учителя...
Закончив обмен вежливыми дифирамбами, они разошлись.
Улыбка постепенно сошла с лица Тан Шэня, и он нахмурился.
Юй Чаошэн был любимым учеником Сюй Би и обладателем второго места — банъянь — на экзаменах восемнадцатого года Кайпин. Сам по себе этот титул мало что прояснял, но стоило лишь упомянуть, что главным победителем — чжуанъюанем — восемнадцатого года Кайпин стал человек по имени Ван Чжэнь, с понятийным именем Цзыфэн, как любой чиновник Шэнцзина тут же вспоминал всю суть.
В тот восемнадцатый год Кайпин Ван Чжэнь проявил блистательные знания и несравненный талант. Чжао Фу лично пожаловал ему напутствие «Непревзойденный чжуанъюань», и тот в одиночку затмил все три сотни сдавших экзамен на степень «цзиньши». Юй Чаошэн обладал талантом, достойным первого места, и в любой другой год наверняка стал бы чжуанъюанем, однако ему не повезло сдавать экзамен в один год с Ван Цзыфэном, из-за чего он оказался в его тени и выглядел блекло.
Заняв второе место, Юй Чаошэн спустя всего пару лет отправился на службу в провинцию и лишь в конце прошлого года был отзывным указом Чжао Фу возвращен в столицу.
Ныне Юй Чаошэн служил в Приказе чинов на должности правого заместителя министра, обладая третьим чиновничьим рангом.
Главным экзаменатором в этом году выступал министр Приказа чинов Шэнь Юнь, и назначение Юй Чаошэна его помощником, на первый взгляд, легко объяснялось волей Шэнь Юня. Однако Тан Шэнь размышлял: а почему бы этому не быть замыслом Сюй Би?
Юй Чаошэн только-только прибыл в Приказ чинов и явственно принадлежал к людям Сюй Би. Шэнь Юнь же отчасти примыкал к Фракции Чэня и приходился сокурсником и близким другом левому советнику Чэнь Линхаю. У него не было никаких причин продвигать человека Сюй Би и давать Юй Чаошэну подобную возможность.
Тогда зачем Сюй Би отправлять своего ученика на столичный экзамен?
Тан Шэнь сжал кулаки, в его голове стремительно проносились мысли.
Он не был знаком с Ученым Чжоу — Чжоу Цзинем, и тот не стал бы без причины привлекать его помощником экзаменатора. За этим решением, вероятно, стоял глава Академии Ханьлинь Фу Вэй — его собственный наставник. Но Фу Вэй давно отошел от дел при дворе и числился лишь ушедшим на покой почтенным сановником. Он, конечно, мог бы умышленно продвинуть своего ученика, дав Тан Шэню назначение помощником экзаменатора всего через три года службы, однако Тан Шэнь твердо знал: Фу Вэй не из тех людей.
А значит...
Это замысел Ван Цзыфэна!
Именно Ван Цзыфэн намеренно перевел его на столичный экзамен, чтобы в феврале тридцатого года Кайпин он не мог исполнять обязанности при дворе!
Старший соученик, ах, старший соученик... Что же затевает Фракция Вана?
Тан Шэнь вгляделся в непроглядную темную высь, и ему вдруг показалось, что ливень, о котором когда-то говорил Су Вэньюнь, вот-вот прольется.
Однако сейчас сам он находится в Академии экзаменов, и насколько бы сильной ни оказалась буря, над его головой распахнут зонт под названием «столичный экзамен», не позволяющий ветру и дождю задеть его.
Пока он смущенно размышлял об этом, его внимание привлекли несколько соискателей в черных головных повязках, вошедших в Академию экзаменов. Поискав немного, они нашли свои экзаменационные кабинки и забрались внутрь. Тан Шэнь с удивлением посмотрел на них. Находившийся рядом стражник проявил проницательность и тут же пояснил:
— Господин, это Перебежчики.
— Перебежчики? — переспросил Тан Шэнь.
— Именно так. В десятый год Кайпин Великая Сун отвоевала Ючжоу и еще более десятка земель, находившихся под властью киданей в течение сорока лет. Сунцы, проживавшие в тех краях, несколько десятилетий считались подданными Ляо, поэтому их нарекли «Перебежчиками». Его Величество повелел: прибывая в столицу для сдачи Государственных экзаменов, Перебежчики обязаны повязывать голову черной тканью, дабы отличаться от остальных.
На этом стражник замолчал, а Тан Шэнь воскресил в памяти термин «Перебежчик».
Служа в Академии Ханьлинь, Тан Шэнь прочел множество книг и прекрасно знал о положении Перебежчиков. Стражник упомянул лишь то, что Император приказал им носить черные повязки для отличия, но не сказал о главном: Перебежчики никогда не могли войти в два главных списка сдавших экзамен и получить Степень «цзиньши» — в лучшем случае им доставалась Степень «равнозначный цзиньши». А это означало, что Перебежчик никогда не сможет подняться выше третьего ранга!
Впрочем, из любого правила бывают исключения: Тан Шэнь знал одного Перебежчика, дослужившегося до сановника второго ранга. Правда, тот выковал свой чин в кровавых сражениях на поле боя, проливая кровь, а вовсе не сдал Государственные экзамены.
Перебежчики...
Небо еще не рассвело. В Академии экзаменов Шэнцзина соискатели разошлись по кабинкам, чтобы отдохнуть и подготовиться к испытаниям.
Тем временем на другом конце страны одинокий всадник на полном скаку несся по раскисшему тракту, стремительно пересекая горы и реки от самой управы Гуанлин в Цзяннани, приближаясь к Шэнцзину.
На следующий день, еще до начала утреннего приема, Чжао Фу с прищуренными глазами облачался в парадные императорские одежды с помощью дворцовых служанок и евнухов.
Цзи Фу поспешно вошел во Дворец Фунин и доложил:
— Государь, из Цзяннани прибыл доклад, доставленный срочной гонецкой почтой.
Чжао Фу разлепил веки:
— Подай сюда.
Цзи Фу обеими руками почтительно поднес свиток.
Спустя некоторое время Чжао Фу гневно хмыкнул и изо всех сил швырнул твердый донос прочь. Твердая дощечка случайно попала прямо в лоб маленькому евнуху, так что мгновенно хлынула кровь. Тот со вскриком осел на пол. Цзи Фу поспешно подал знак глазами, приказав остальным вытащить никчемного слугу прочь.
Сначала Чжао Фу охватила неудержимая ярость, но затем он постепенно взял себя в руки.
http://bllate.org/book/18292/1754586
Готово:
