Хэ Цяньсяо не был помешан на внешности, но не мог не признать: они были невероятно хороши собой.
Хэ Цзычэнь обладал утонченной красотой, его черты лица казались чуть более ясными, чем у Гу Юэциня, но по сравнению с Янь Гуем он выглядел мягче.
Янь Гуй же излучал юношеский задор. Он находился на той грани, где детская непосредственность встречается со зрелостью — в нем чувствовалась мужская сила, но без излишней грубости, лишь прямота и твердость характера.
Увы, никто из них не принадлежал Хэ Цяньсяо.
Скорее всего, в будущем каждый из них влюбится в главного героя, Хуа Минчэна. Вот только где сейчас Хуа Минчэн? С того момента, как он вернулся, он его не видел.
Хэ Цяньсяо поймал себя на мысли, что его недавнее рвение к делам окончательно поглотила лень. Он ведь поставил перед собой цель — прожить хотя бы полгода, а сам даже не удосужился поинтересоваться судьбой главного героя. Это было никуда не годится.
Лучше всего было бы добиться того, чтобы Хуа Минчэн постоянно находился у него на виду. Так, вернувшись в столицу, он всегда будет в курсе развития сюжета.
Опоздание Хэ Цяньсяо не вызвало у Хэ Цзычэня раздражения. Тот лишь бросил:
— Садись в карету.
Хэ Цяньсяо был слегка удивлен. Более того, Хэ Цзычэнь даже собрался помочь ему подняться.
Хэ Цяньсяо отнесся к этому с подозрением. Он не решался вложить свою руку в ладонь Хэ Цзычэня, опасаясь, что в следующую секунду тот переменится в лице и просто вышвырнет его из кареты.
К счастью, рядом оказался Янь Гуй — он подставил подножку.
Хэ Цяньсяо проигнорировал протянутую руку Хэ Цзычэня, тихо кашлянул и самостоятельно забрался в карету.
Хэ Цзычэнь убрал руку и, прежде чем войти, бросил взгляд на Янь Гуя.
Подножку уже убрали слуги. Янь Гуй сложил руки в приветственном жесте:
— Я буду сопровождать вас, ваше высочество. Останусь неподалеку, если я понадоблюсь, достаточно лишь позвать.
— Генерал Янь, — произнес Хэ Цзычэнь, — помнится, в те времена, когда вы совершили свои военные подвиги, подарки в вашем поместье негде было складывать. Вы же приказали слугам все вернуть, а то, что не приняли, поднесли императору. Даже дары этого принца не удостоились вашего внимания.
Янь Гуй ответил:
— Прошу простить, ваше высочество. Я лишь опасался, что высокое дерево привлекает сильный ветер.
— Вот как? — усмехнулся Хэ Цзычэнь. — Никогда бы не подумал, что генерал может быть столь почтительным и покорным.
Янь Гуй лишь ответил:
— Жизнь длинна, кто знает, что ждет нас завтра?
В глазах Хэ Цзычэня промелькнуло недоброе выражение.
Из кареты раздался голос Хэ Цяньсяо:
— Старший брат, о чем это вы беседуете с генералом Янем? Если не отправимся сейчас, боюсь, рыночные торговцы уже разойдутся.
Он слышал разговор наследного принца и Янь Гуя, и тон их беседы был далек от дружелюбного, поэтому решил вмешаться, чтобы выручить Янь Гуя.
Хэ Цзычэнь, который еще собирался что-то добавить, услышав обращение старший брат, мгновенно пришел в себя. Он посмотрел на Янь Гуя, но тот по-прежнему не собирался склонять перед ним голову.
Что он вообще делает?
Если Хэ Цяньсяо действительно питает слабость к мужчинам, то Янь Гуй вполне ему подходит. Если бы он не боялся, что Янь Гуй станет слишком влиятельным и вызовет подозрения у императора, то он мог бы даже выдать за него принцессу.
Но ведь Хэ Цяньсяо — его младший брат!
Брат должен найти достойную пару, вот о чем ему следует заботиться, а он вместо этого препирается с поклонником своего же брата?
Хэ Цзычэнь медленно выдохнул. Янь Гуй все еще был ему неприятен, но в итоге он не стал чинить препятствий и вошел в карету. Однако на душе у него оставался тяжелый осадок.
*
Карета быстро добралась до рынка. Циньчжоу — город небольшой, его можно было обойти пешком за полдня.
Они путешествовали инкогнито, не раскрывая своих личностей. Карета остановилась в укромном уголке, и они вышли.
Как только Хэ Цяньсяо оказался на земле, ему не терпелось отправиться гулять, но Хэ Цзычэнь окликнул его. Похоже, он уже давно не выбирался на волю: во дворце скучно, а в дороге — еще скучнее.
Вернувшись, он неохотно спросил:
— Что случилось?
— А ты как думаешь? — ответил Хэ Цзычэнь. — Помни об императорском достоинстве.
Никто даже не знал, что он принц, к чему тут достоинство? Хэ Цяньсяо подумал об этом, но вслух, конечно, не решился сказать.
Теперь он шел плечом к плечу с Хэ Цзычэнем. Янь Гуй хотел следовать за ними, но Хэ Цзычэнь заметил:
— Мы договорились быть инкогнито, чтобы нас не узнали. Если ты пойдешь с нами, не нарушит ли это наш замысел?
Хэ Цяньсяо подумал, что это место находится слишком близко к государству Минь, и кто знает, нет ли здесь их лазутчиков. Если Янь Гуй не пойдет с ними, сможет ли Хэ Цзычэнь защитить его в критический момент, даже если владеет боевыми искусствами?
Поэтому он сказал:
— Старший брат, если вы боитесь, что нас узнают, пусть генерал Янь идет рядом с нами, а слуг мы отправим прочь.
Лицо Хэ Цзычэня помрачнело. Он несколько мгновений смотрел на невинное лицо Хэ Цяньсяо, ничего не ответил, взмахнул рукавом и зашагал прочь.
Увидев это, Хэ Цяньсяо лишь укрепился в своем решении. Хэ Цзычэнь был слишком переменчив в настроении, его не понять, а вот с Янь Гуем все было просто.
Хэ Цяньсяо, видя, что Хэ Цзычэнь разозлился, подумал, что придется еще поуговаривать Янь Гуя. В конце концов, если начальник злится, Янь Гуй может его не послушаться.
Однако он зря переживал: Янь Гуй, казалось, ничуть не смутился и просто пошел следом, встав с ним плечом к плечу. Заметив, что Хэ Цяньсяо застыл, Янь Гуй спросил:
— Идем?
Хэ Цяньсяо поспешно опомнился и, пребывая в полном замешательстве, двинулся вперед.
Хэ Цзычэнь шел далеко впереди, а они вдвоем — позади. Янь Гуй, увидев это, спросил Хэ Цяньсяо:
— Ваше высочество, не хотите догнать его?
Хэ Цяньсяо рассмеялся:
— Зачем его догонять?
— Наследный принц не только будущий правитель, он ваш старший брат, — Янь Гуй опустил взгляд. — Если брат недоволен, младшему надлежит просить прощения.
Хэ Цяньсяо счел такие мысли в корне неверными:
— Я что, мазохист какой-то?
Сказав это, он решил, что выразился слишком грубо, и поправился:
— Кхм, я имел в виду, что не пойду.
Лучше бы он промолчал. В глазах Янь Гуя мелькнула улыбка. Хэ Цяньсяо подумал, что и этот человек начал вести себя странно.
Он помнил, что в оригинальной книге, когда оригинал совершал что-то экстравагантное, Янь Гуй всегда хмурился. Оригинал боялся его суровой ауры и при виде хмурого взгляда старался держаться как можно дальше.
А сейчас? Взгляд с улыбкой, словно сталь смягчилась под нежным светом. Может, потому, что после того, как он занял это тело, он однажды выручил Янь Гуя, и их отношения перестали быть такими натянутыми? Возможно.
Взглянув на Янь Гуя снова, он наполнился надеждой. Если он хочет прожить еще полгода, ему не обойтись без помощи Янь Гуя.
Они шли и беседовали, когда Хэ Цяньсяо внезапно остановился у одного прилавка.
Янь Гуй спросил:
— Ваше высочество, хотите купить фонарь?
— Нет, не совсем… — Хэ Цяньсяо нахмурился и обратился к старику за прилавком: — Дедушка, эти фонари даже изящнее тех, что я видел в столице. Если вы будете продавать их по вечерам и зажжете парочку красивых фонарей, чтобы девушки могли полюбоваться, их наверняка будут лучше покупать.
Старик, у которого виски уже поседели, а спина согнулась, был немного глуховат:
— А? Ох, этот юноша сразу видно не из нашего Циньчжоу. У нас в Циньчжоу какая девица осмелится выйти на улицу после заката!
Хэ Цяньсяо вспомнил ситуацию в Циньчжоу. Действительно, не сравнить со столицей, где полно знати и богачей. А здесь бедняки повсюду, и родители боятся лишний раз выпускать дочерей, чтобы не навлечь беду. Старик, должно быть, понимал, что его фонари здесь не продать.
Хэ Цяньсяо пошарил по карманам и смутился: он не взял с собой денег. Обычно рядом был Юань Юань, и ему не приходилось беспокоиться о таких мелочах.
Старик добродушно рассмеялся, опираясь на прилавок, взял особенно красивый фонарь и протянул Хэ Цяньсяо:
— Я стар, делаю это просто чтобы скоротать время. Продам — хорошо, не продам — тоже не беда. Но спасибо, что сказали, что мои фонари даже лучше столичных. Возьмите этот, в подарок, на память.
Хэ Цяньсяо поспешно отказался:
— Нет-нет, нельзя.
Чья-то рука мягко легла ему на плечо. Это был Янь Гуй:
— Примите, это от чистого сердца.
Хэ Цяньсяо не смог отказаться и взял фонарь. В то же время Янь Гуй достал из-за пазухи серебряный слиток, причем немалый.
— Дедушка, — сказал он, — нашему господину нравятся ваши фонари, он хочет выкупить их все. По какой цене вы их продаете?
Старик остолбенел:
— Ой-ой, все? Господин, не тратьтесь, я уже одной ногой в могиле, не стоит оно того…
Хэ Цяньсяо, придя в себя, добавил:
— Вы просто посчитайте, мы ведь хотим купить, вы же не можете нам отказать?
Старик дрожащими руками начал пересчитывать фонари. В итоге тот слиток Янь Гую не понадобился, он расплатился мелкими серебряными монетами.
Когда Хэ Цяньсяо раздумывал, как доставить фонари, позади них появился Хэ Цзычэнь.
Янь Гуй сказал:
— Ваше высочество, прикажем слугам из поместья забрать их.
Он подхватил с прилавка один фонарь и показал Хэ Цяньсяо:
— Этот кажется красивее того, что у вас в руках.
Хэ Цяньсяо посмотрел на один, на другой, взял тот, что держал Янь Гуй, и сощурил глаза в улыбке:
— А мне кажется, они все хороши.
— Неужели? — внезапно подал голос Хэ Цзычэнь.
Хэ Цяньсяо подпрыгнул от испуга, а Янь Гуй, который давно услышал шаги принца, не удивился и, словно готовый к этому, обернулся.
Хэ Цзычэнь посмотрел на Хэ Цяньсяо и вдруг слегка усмехнулся:
— Брат, при мне ты никогда не выглядел таким счастливым.
Хэ Цяньсяо стало не по себе. Он съежился и инстинктивно придвинулся к Янь Гую, словно пытаясь спрятаться за его спиной.
— А по мне, — Хэ Цзычэнь помрачнел, — все они уродливы до безобразия.
*
По дороге в поместье Хэ Цзычэнь не проронил ни слова. Хэ Цяньсяо, прижимая к себе фонарь, забился в угол, чувствуя себя жалким и беззащитным. Раньше он думал, что из трех главных героев страшнее всех Гу Юэцинь, но теперь решил, что Хэ Цзычэнь гораздо опаснее. Гу Юэцинь хотя бы знал, что его раздражает, а Хэ Цзычэнь? Слово «переменчивый» подходило ему как нельзя лучше.
К счастью, по прибытии в поместье Хэ Цзычэнь не обратил на него внимания и просто ушел. Хэ Цяньсяо вздохнул с облегчением.
Оставшиеся фонари привезли после обеда. Хэ Цяньсяо думал, что их доставят тому, кто купил, но их принесли прямо к нему. Фонари всех видов и форм заполнили комнату. Юань Юань, стоя рядом, вытаращил глаза:
— Ваше высочество, это… это…
Хэ Цяньсяо коснулся лба. Он не ожидал, что Янь Гуй отдаст их все ему. Сначала он думал, что Янь Гуй просто проявил доброту, но теперь казалось, что он просто помог принцу выйти из неловкого положения.
Днем он не успел рассмотреть их как следует, а сейчас, присев, заметил, что фонари не просто изящные — зажженные, они словно оживали. Он даже не знал названий многих цветов, что доказывало мастерство старика.
— Кажется, их не так уж и много, — пробормотал Хэ Цяньсяо. — Заберем все в столицу.
Когда они зажгут их во дворце Ицин, это будет прекрасное зрелище.
Ночь сгущалась, но Хэ Цяньсяо никак не мог уснуть. Время шло, их пребывание в Циньчжоу подходило к концу. Он планировал после возвращения в столицу найти способ перевести Хуа Минчэна к себе. Раз он не может всегда следовать за Хуа Минчэном, пусть Хуа Минчэн следует за ним.
Но как его забрать?
От нечего делать он сел. Юань Юань, дежуривший рядом, услышав шорох, тут же вскочил:
— Ваше высочество, есть какие-то распоряжения?
— Хочу прогуляться, — ответил Хэ Цяньсяо.
Юань Юань поспешно накинул на него верхнюю одежду. Хэ Цяньсяо уже собрался идти, но, увидев, что Юань Юань безропотно следует за ним, остановился:
— Возвращайся спать, я справлюсь один.
Юань Юань твердо покачал головой. В прошлый раз он не уследил, и Хэ Цяньсяо потерялся. Теперь он ни за что не оставит его без присмотра. Хэ Цяньсяо понял его намек и не стал спорить.
Так как они вышли второпях, фонарей с собой не взяли, но в комнате остались неразобранные фонари, и каждый из них взял по одному. В ночи они сияли особенно ярко.
Хэ Цяньсяо бродил без особой цели, выдыхая облачка пара. Спустя некоторое время он почувствовал, что замерз, и решил возвращаться. В этот момент он услышал звук рассекаемого воздуха — кто-то упражнялся с мечом.
Он замер, подумав, что во дворе вор, но звуки были не те. Он хотел уйти, но человек во дворе заметил их.
— Кто там?!
С коротким вскриком человек вскочил на стену и посмотрел сверху вниз. Хэ Цяньсяо, которого поддерживал Юань Юань, чуть не споткнулся.
Затем человек, по-видимому, узнал их, и его голос смягчился, в нем прозвучала тревога:
— Шестой принц, вы напуганы?
Хэ Цяньсяо по голосу узнал Янь Гуя. Тот спрыгнул со стены, убрал оружие и в несколько шагов оказался перед ним. Его мужественное лицо в лунном свете было покрыто каплями пота, а в свете фонаря он выглядел еще более впечатляюще. Заметив предмет в руках Хэ Цяньсяо, он на мгновение просиял.
— Мастерство того старика действительно достойно восхищения, — сказал Янь Гуй. — Вашему высочеству понравилось?
Когда Хэ Цяньсяо впервые увидел Янь Гуя, он знал, что тот генерал — статный и искусный в бою. Но именно сейчас, во время тренировки, Янь Гуй выглядел по-настоящему блистательно.
*
Хэ Цяньсяо протянул ему фонарь. Янь Гуй взглянул на него и улыбнулся:
— Искусная работа. Не только лепестки выглядят как живые, но и бамбуковые стебли внутри сделаны с удивительной изобретательностью.
Юань Юань почесал затылок. Он только что смотрел на фонарь, но ничего подобного не заметил, а Янь Гуй сразу все понял.
После этих слов Янь Гуй замолчал. Он смотрел в сияющие глаза Хэ Цяньсяо, но тут же отвел взгляд, помолчал и произнес:
— Раз уж вы дошли до моего жилища, не хотите ли выпить чаю?
Хэ Цяньсяо как раз хотел попросить его об услуге, поэтому согласился. Увидев это, Янь Гуй едва заметно выдохнул с облегчением.
Войдя в покои Янь Гуя, Хэ Цяньсяо обнаружил, что местный градоначальник умеет жить с комфортом — двор был очень изящным. Конечно, в глазах народа заслуги генерала Янь Гуя были выше, чем у него, шестого принца, так что он вполне заслуживал таких условий.
Двое слуг Янь Гуя, суетливые и неловкие, едва увидев Хэ Цяньсяо, принялись пристально разглядывать его лицо. Он не знал, что, подав чай, они отошли в сторону и начали шептаться:
— Боже, этот шестой принц… Издалека казался красивым, а вблизи — просто поразительно.
— Ну красивый, и что? Генерал предупреждал, чтобы не обсуждали.
— Да-да, еще словечко.
— Какое?
— Генерал в последнее время плохо спит, по ночам беспокоится. Красивых девиц тут нет, неужели это любовная тоска по шестому…
— Эй! Ты совсем страх потерял!
Один из них испуганно зашипел, и второй тут же закрыл рот. Разумеется, Хэ Цяньсяо и Янь Гуй об этом не знали.
Они сидели молча: Хэ Цяньсяо думал, как заговорить о Хуа Минчэне, а Янь Гуй — что бы такое сказать. Наконец, Хэ Цяньсяо кашлянул и набрался смелости:
— Генерал Янь, не буду скрывать, я хочу спросить вас об одном человеке.
Янь Гуй насторожился:
— О ком?
В его голосе сквозила подозрительность. Хэ Цяньсяо решил, что она направлена на него, и подобрал слова помягче:
— Точнее, я его уже знаю. Это охранник из свиты наследного принца, зовут Хуа Минчэн.
Бдительность Янь Гуя возросла:
— Я знаю его. Он помогал наследному принцу, а сейчас ушел выполнять другие поручения.
По его тону Хэ Цяньсяо понял, что он не хочет помогать. Но раз уж он начал, то не мог отступить — боялся, что Янь Гуй донесет принцу, и тот решит, что у него на уме что-то недоброе.
— Да ничего особенного, — добавил он. — Просто слышал, что он мастер мастерить всякие диковинки. Увидев здесь столько нового, боюсь, во дворце будет скучно, вот и хочу, чтобы он помог мне развеяться.
— Только для того, чтобы развеяться? — Янь Гуй отпил чаю. — Хорошо, я попробую поговорить с наследным принцем и забрать его для вашего высочества.
Хэ Цяньсяо опешил. Он думал, что Янь Гуй откажет, посчитав это пустой тратой талантов. А он взял и согласился?
В последнее время он все меньше понимал этот мир.
Решив проблему, Хэ Цяньсяо почувствовал, как его клонит в сон. Он редко испытывал такую тревогу, но стоило ему немного помучиться, как решение само пришло в руки. Теперь ему нужно было найти настоящую подушку.
Янь Гуй не стал его задерживать, а когда тот собрался уходить, лично проводил его до самых дверей его покоев.
http://bllate.org/book/18613/1792106
Готово:
