Поместье маркиза Минсян расположилось на одной из самых престижных и оживленных улиц столицы.
С тех пор как первый маркиз Минсян, следуя за основателем династии, завоевывал Поднебесную, род получил свой титул и заложил прочный фундамент благополучия. Прошло уже более ста лет с момента основания поместья.
Ныне в Поднебесной воцарились мир и покой.
Поместье маркиза Минсян всегда стремилось укрепить свое положение, поэтому они поспешили сдать императорский жетон, дабы развеять подозрения правящего дома. Кроме того, своих потомков они отправили учиться в Академию Хунцзюнь, а также основали родовую школу, надеясь, что через государственные экзамены смогут прославить свою фамилию.
Однако разве может развитие семьи существовать в отрыве от доверия императорской крови?
Заслуги в поддержке монарха, сделанная в нужный момент ставка — всё это в будущем должно было обернуться неисчислимыми богатствами и многолетней славой.
Поэтому нынешний маркиз отправил своих любимых старшего и младшего сыновей во дворец, чтобы они стали компаньонами для находящихся на пике влияния Первого и Седьмого принцев.
А чтобы угодить императору, он отослал нелюбимого второго сына во дворец к Пятому принцу, которого государь уже давно списал со счетов.
Их предвзятость и несправедливость были видны невооруженным глазом.
Когда Мо Ся вышел из дворцовых ворот и сел в карету, присланную из поместья, двое его братьев, рожденных от второй жены отца, уже ждали внутри.
Мо Ся не желал ехать с ними в покои маркиза Минсян, чтобы участвовать в их семейной идиллии. Он медленно вышел из кареты и, волоча еще не до конца исцелившуюся правую ногу, с трудом направился в Зал Жунъань, где жила старая госпожа.
Мо Юньян и Мо Юньчао поспешили выбраться из кареты первыми, двигаясь так проворно, будто за ними гнались дикие звери.
Мо Ся намеренно пропел свое «хм», меняя интонации так, что они запетляли, словно горная дорога:
— Позвольте мне подумать, что же это за преступление такое.
Еще до того, как попасть во дворец, он каждый день, превозмогая отвращение, приходил в Зал Жунъань засвидетельствовать почтение. А став дворцовым слугой, первым делом по возвращении в поместье всегда отправлялся кланяться старой госпоже, никогда не пропуская ни дня. Никто не мог найти в этом ни малейшего изъяна.
Мо Ся, опираясь на стенку кареты, с трудом опустился на сиденье. Переведя дух, он скосил глаза на Мо Юньчао и, усмехнувшись, холодно произнес:
— Ничего не поделаешь, второй брат, видимо, слишком нравится мелким животным. Меня не только собаки кусают, но и облаивают, стоит только появиться.
Раз уж я не могу ничего поделать с Благородной супругой Цюн, неужели я не справлюсь с вами?
Даже кролик кусается, если его прижать к стенке.
Мо Ся прислонился к стенке кареты и закрыл глаза, не удостоив Мо Юньчао даже взглядом:
— Разве я что-то сказал? Мо Юньчао, клеветать на старшего брата — это проявление крайнего неуважения.
Мо Ся с улыбкой закрыл глаза, отдыхая и больше не глядя на братьев.
Хотя Мо Ся презирал своих так называемых бабушку и отца, он никогда не давал им повода упрекнуть себя.
Мо Юньян тихо кашлянул и дернул брата за рукав:
— А-Чао, хватит. Раз нас здесь не ждут, незачем навязываться с разговорами.
Только теперь Мо Юньчао понял, что Мо Ся сравнил его с собакой, и пришел в ярость:
— Мо Ся, что ты имеешь в виду?
Мо Юньчао перехватило дыхание.
— Мо Юньян, чего ты добиваешься? — Мо Ся посмотрел на побледневшего от гнева Мо Юньяна и медленно добавил: — Ты представляешь лицо Первого принца, поднимая руку на законного сына первой жены. Хм...
Карета, покачиваясь, быстро доехала до поместья маркиза Минсян.
Мо Юньян не ожидал, что Мо Ся окажется столь неуступчивым:
— Мо Ся, ты...
Мо Юньчао, разгневанный безразличием Мо Ся, тяжело дышал. Он уже хотел схватить его за воротник, чтобы потребовать объяснений, но Мо Юньян удержал его:
— А-Чао, ты представляешь лицо Его Высочества Седьмого принца. Если мы будем сводить счеты с тем, у кого никого нет, разве это не поставит Седьмого принца в неловкое положение? К тому же это покажет, что у нас самих нет выдержки.
Мо Юньчао соображал медленно и не сразу понял намек Мо Ся. Глядя на насмешливое выражение лица брата, он с недоумением посмотрел на старшего брата.
Увидев, что Мо Ся явно с трудом передвигается, четвертый молодой господин Мо Юньчао не удержался от колкости:
— Второй брат, что с твоей ногой? Говорят, тебя покусала собака, и в прошлый раз ты даже не смог вернуться в поместье. Столько дней прошло, а ты всё еще не поправился?
— Это так, — Мо Ся открыл глаза и посмотрел на Мо Юньяна, чье притворное сочувствие на самом деле было попыткой принизить Лу Чэньчжана. Он усмехнулся: — Древняя мудрость гласит: подобное тянется к подобному. С моим статусом мне естественным образом следовать за Его Высочеством Пятым принцем. В отличие от некоторых, чья мать была наложницей, а потом возвысилась. В родословной книге и храме предков им всю жизнь придется ходить с опущенной головой.
В этот раз Мо Ся, как и прежде, отправился в Зал Жунъань.
Главная служанка старой госпожи Цуйюнь, увидев его, метнула презрительный взгляд и высокомерно заявила:
— Второй молодой господин, старой госпоже сегодня нездоровится, поэтому она велела передать: если вы пришли засвидетельствовать почтение, то можете этого не делать, достаточно просто поклониться в знак сыновней почтительности.
Мо Ся как раз не хотел видеть лицо старой госпожи, поэтому внутренне обрадовался. Однако он послушно опустился на колени, почтительно поклонился и произнес:
— Желаю бабушке доброго здравия.
Затем он для вида заглянул во двор маркиза Минсян и тут же поспешил уйти.
Когда Мо Ся вернулся в Павильон Цаншань, его маленькая трехлетняя сестренка уже ждала его во дворе.
— Второй брат! — увидев Мо Ся, Мо Сыюнь просияла, быстро перебирая короткими ножками, бросилась в его объятия и потерлась о него: — Второй брат, ты вернулся! Юнь-эр так скучала по тебе.
Сердце Мо Ся растаяло при виде девочки. Он присел на корточки, обнял малышку, а затем поднял ее на руки и понес в дом:
— Юнь-эр была послушной? Слушалась ли ты тетушку, пока второго брата не было?
— Да, — Мо Сыюнь послушно кивнула. — Тетушка учила меня писать иероглифы и распознавать лекарственные травы. Я уже выучила много слов и знаю много трав. Скоро покажу тебе, как пишу.
Мо Ся похвалил ее:
— Наша Юнь-эр такая молодец!
Брат и сестра сидели в комнате, разговаривая друг с другом.
Вскоре вошла личная служанка Мо Сыюнь по имени Биу и слегка поклонилась:
— Второй молодой господин, вторая молодая госпожа, госпожа Сюй пришла с третьим молодым господином.
Глаза Мо Ся загорелись, и он поспешно приказал:
— Скорее пригласите тетушку и третьего брата.
Битун приподняла занавеску.
В комнату вошла изящная женщина, ведя за руку двенадцатилетнего мальчика.
Мо Ся и Мо Сыюнь встали и вместе поклонились:
— Тетушка.
Госпожа Сюй поспешно отошла в сторону и замахала руками:
— Не нужно, не нужно! Разве могут второй и второй молодой господин и госпожа кланяться мне? Если это дойдет до ушей главной госпожи, мне не избежать упреков.
Пока госпожа Сюй говорила, Мо Цин подбежал к Мо Ся и звонко позвал:
— Второй брат!
— Ну же, — Мо Ся не удержался и ущипнул Мо Цина за розовую щечку. — А-Цин, ты хорошо учился в эти дни?
— Да, — кивнул Мо Цин. — Учитель даже хвалил меня за успехи.
— Какой ты молодец, — Мо Ся снова похвалил его и, взяв брата и сестру за руки, усадил на тахту. — Хорошая учеба — это правильно. А-Цин и Сыюнь должны стараться. Особенно ты, А-Цин, второй брат ждет, когда ты станешь чжуанъюанем и принесешь нам славу.
Мо Цин, слушавшийся брата, снова усердно закивал. А Мо Сыюнь надула губки и искоса посмотрела на брата:
— Второй брат, а почему ты не хочешь сдавать экзамены сам, а заставляешь третьего брата?
Мо Ся: «...»
Потому что он хотел быть той глупой птицей, которая заставляет птенцов летать, а сама летать не желает.
Госпожа Сюй заметила неловкость Мо Ся, прикрыла рот платком и, улыбнувшись, тактично перевела тему:
— Второй сын, говорят, ты получил травму во дворце. Как ты сейчас себя чувствуешь?
Мо Ся с улыбкой посмотрел на нее:
— Намного лучше. Все благодаря лекарству, которое дала тетушка, рана зажила так быстро. Иначе было бы опасно.
Видя, что Мо Ся полон сил, госпожа Сюй с облегчением выдохнула:
— Вот и хорошо. Когда весть дошла до поместья, я ночами не спала, переживала. А весточку во дворец передать не могла, только изводила себя. Главное, что всё обошлось. Я приготовила еще лекарств, возьмешь их с собой во дворец, чтобы были на всякий случай.
Мо Ся знал, что госпожа Сюй искренне беспокоится о нем.
Его сердце сжалось, и он с чувством вины опустил голову:
— Тетушка, вы снова хлопочете ради меня.
Госпожа Сюй погладила его по голове:
— О чем ты говоришь? Твоя мать ушла рано и перед смертью доверила мне вас, детей. О ком же мне заботиться, если не о вас?
Мо Ся еще немного поговорил с братом и сестрой, заодно проверив их знания.
Время пролетело незаметно, небо окрасилось в багряные тона заката.
Мо Сыюнь увидела, как служанки зажигают светильники, и, посмотрев в окно на сгущающиеся сумерки, надула губки. На ее маленьком личике отразилось явное недовольство.
Мо Ся ущипнул ее за пухлую щечку и посмотрел в глаза:
— Сыюнь, тетушка учила тебя: благородная девица из знатного дома должна соблюдать приличия в любое время. Скоро нам идти к бабушке, разве можно так открыто показывать свое недовольство?
Личико Мо Сыюнь покраснело, она опустила голову и начала теребить пальчики:
— Я поняла, второй брат.
Госпожа Сюй с улыбкой поднялась:
— Уже поздно, вам, троим, пора идти в Зал Жунъань. Нехорошо заставлять старую госпожу и маркиза ждать.
Мо Ся глубоко вздохнул про себя, медленно поднялся и, крайне неохотно, побрел вместе с Мо Цином и Мо Сыюнь обратно в Зал Жунъань.
Как же утомительно постоянно видеть в поместье всех этих неприятных людей. Как же он скучал по маленькому принцу!
http://bllate.org/book/18648/1797188
Готово:
