Слова, которые Пэй Жэнь уже произнес, не предполагали пути назад, но чего он никак не ожидал, так это того, что Цзи Юйлинь так легко согласится на его «добрый совет».
В возрасте чуть за двадцать, когда гормоны и феромоны бушуют сильнее всего, в такой среде, как академия, молодые люди нередко шушукались на подобные темы тет-а-тет.
А уж среди буйных, пышущих жаром парней из военного училища ходило немало самых разных разговоров без каких-либо табу. Пэй Жэнь, услышав подобное краем уха, обычно лишь пренебрежительно отмахивался, однако втайне опасался, как бы подобные речи не долетели до ушей Цзи Юйлиня.
Он не раз пытался зайти издалека, расспрашивая и прямо, и окольными путями.
Однокурсники Цзи Юйлиня тоже порой обсуждали нечто подобное, но к счастью, они были куда сдержаннее, да и сам Цзи Юйлинь не слишком жаловал подобные темы.
Пэй Жэнь несколько раз пытался прощупать почву в шутливой форме, но Цзи Юйлинь неизменно отвечал тоном послушного ученика, ссылаясь на учебу и занятия музыкой.
Теперь же всё изменилось.
У Пэй Жэня не осталось даже возможности отступить с сохранением лица.
Прошло несколько дней, но привычный уклад их с Цзи Юйлинем жизни никак не изменился: Цзи Юйлинь по-прежнему жил по принципу «дом — учеба», вовремя отправлялся на занятия, упражнялся на пианино, а теперь к этому добавились еще и занятия йогой.
Пэй Жэнь наблюдал за ним исподтишка и думал, что зря принял всерьез те слова, которые брякнул в тот день, толком не подумав. Сам он заводить разговор не станет, а характер у Цзи Юйлиня мягкий и покладистый — вряд ли тот сам о чем-то спросит.
Стоит ему отделаться парами туманных фраз, и можно будет считать, что ничего и не было.
Пэй Жэнь по-прежнему каждый день возил Цзи Юйлиня на учебу и забирал обратно, а если задерживался на тренировках, то предупреждал его сообщением.
Так прошла целая неделя, и Пэй Жэнь решил, что Цзи Юйлинь выбросил эти мысли из головы.
Но когда он вечером вернулся в квартиру, его взгляд упал на записку, оставленную на столе.
В термоконтейнере Цзи Юйлинь оставил ему собственноручно приготовленный ужин, а сам исчез бесследно.
Вернувшись под вечер, Цзи Юйлинь собрал вещи и переехал обратно в общежитие академии.
Когда Цзи Юйлинь только въехал в квартиру, вещей у него было немного — всего один чемодан с одеждой да пианино, а всё остальное Пэй Жэнь докупал по собственной инициативе, просто потому что хотел окружить его заботой.
Теперь же, стоило Цзи Юйлиню уйти, некогда уютная квартира вмиг показалась Пэй Жэню пустой и холодной.
Цзи Юйлинь ушел сам, не сказав ни слова.
Изумление, гнів, горечь, бессилие... Смешанные чувства бурлили в груди Пэй Жэня, теснясь в самом сердце.
Глубоко и тяжело вздохнув, он взял телефон и набрал номер Цзи Юйлиня.
В трубке тут же раздался всё тот же нежный голос Цзи Юйлиня. В его интонациях не слышалось ни малейшего намека на тревогу, и выходило так, что портить настроение должен был исключительно он сам — по собственной же вине.
Пэй Жэнь переносично потер пальцами переносицу:
— Почему не дождался меня, когда уезжал? Я бы тебя отвез.
Он не стал упрекать Цзи Юйлиня за то, что тот ушел без предупреждения — в конце концов, если подумать, еще неделю назад Цзи Юйлинь четко дал понять, что собирается вернуться в общежитие.
Это он сам старательно избегал этой темы, отмахивался от нее до тех пор, пока она не стала суровой реальностью.
Цзи Юйлинь стоял на балконе общежития, шмыгая покрасневшим носом и глядя на далекую гладь озера, мерцающую в отсветах фонарей.
— Просто выдалось свободное время, вот я и переехал. У тебя такие тяжелые тренировки, как я мог утруждать тебя лишней поездкой?
Он заговорил мягко и ровно:
— Не сердись на меня, Пэй Жэнь.
Гнев Пэй Жэня уже угас, оставив после себя лишь горькое чувство беспомощности, волнами расходящееся в груди.
— Линьлинь, ты на балконе?
Шмыганье носом со стороны Цзи Юйлиня стало только громче:
— ...
Как сильно ни хотелось Пэй Жэню поговорить с ним подольше, заставлять человека стоять на холодном ветру на балконе он желал еще меньше.
Пэй Жэнь велел Цзи Юйлиню немедленно бросить трубку и идти в комнату, а напоследок заботило предупредил:
— В ближайшие дни сильно похолодает, одевайся теплее.
— ...Ты тоже, — Цзи Юйлинь проглотил готовые сорваться с языка слова пожелания спокойной ночи. — Я иду отдыхать.
***
Перед уходом из квартиры Цзи Юйлинь тщательно всё убрал и вычистил, даже зажег несколько пластинок древесной смолы, чтобы полностью перебить малейший намек на свой запах, который мог остаться в комнатах — так, чтобы у Пэй Жэня не осталось ни единого повода для тоски.
Казалось, в этой квартире отродясь никто не жил: от Цзи Юйлиня не осталось и следа.
Пэй Жэнь достал из термоконтейнера оставленный Цзи Юйлинем обед: еда была еще теплой, а вкус — в меру насыщенным, как раз таким, как он любил. Всё было приготовлено из его любимых блюд, словно напоследок, специально для него.
С какими же мыслями Цзи Юйлинь готовил эту еду?
Наверное, он догадывался, что Пэй Жэнь разозлится, и вот такими мягкими, тихими методами с легкостью гасил любые вспышки его эмоций.
Пэй Жэнь отправил ему сообщение: [Ужин был очень вкусным, я съем всё до конца.]
Цзи Юйлинь взял лежавший на подушке телефон и, дочитав сообщение, с облегчением выдохнул. Этот обед он оставил намеренно.
Если бы он ушел в общежитие, не сказав ни слова, то судя по характеру Пэй Жэня, завтра тот непременно явился бы к нему под окна выяснять отношения. Чтобы избежать лишней путаницы и не запутывать их и без того сложные отношения еще сильнее, Цзи Юйлиню пришлось пойти на этот шаг.
Пусть Пэй Жэнь и не «любит» его, но его забота никогда не менялась.
Именно поэтому Цзи Юйлинь и не смел позволить этому зайти слишком далеко: экзамены закончились, и все лишние помыслы следовало обрубить на корню.
****
В день начала зимы Цзи Юйлинь сдал последний экзамен в этом семестре.
В Альянсе учебный год традиционно делился на два семестра — весенний и осенний, каждый продолжительностью по три месяца.
С окончанием осеннего семестра, едва отгремели экзамены, студенты общежития начали разъезжаться по домам с чемоданами.
Линь Сянъян пребывал в необычайном возбуждении: свои вещи он собрал еще два дня назад и теперь сидел верхом на чемодане в ожидании жениха. Родные предлагали прислать за ним машину, но он наотрез отказался — ему обязательно нужно было, чтобы приехал именно жених.
Хуан Тяньтянь ночевать в общежитии тоже больше не оставался: на время каникул он нашел сразу две подработки, и одна из них находилась совсем близко к его дому, так что возвращаться туда было гораздо удобнее.
Цзи Юйлинь наблюдал, как соседи по комнате суетятся со сборами, и помогал им упаковывать вещи. Линь Сянъян поинтересовался у него:
— Линьлинь, ты сегодня едешь домой? Хочешь, я захвачу Тяньтяня, и мы тебя попутно подвезем?
— Вези лучше Тяньтяня.
Цзи Юйлинь договорился с Пэй Жэнем, что тот заберет его во второй половине дня. С тех пор как он вернулся в общежитие, виделись они редко — иногда они пересекались в университетской столовой за обедом, но уже через час расходились по разным сторонам.
Цзи Юйлинь изо всех сил старался занять правильное положение. Он мог заставить себя забыть о неположенных чувствах, но их дружба еще не зашла так далеко, чтобы намеренно обрывать все связи.
Они с Пэй Жэнем росли вместе с малых лет, и если не брать в расчет те тайные чувства, которые ему следовало бы искоренить, то их простая братская и родственная привязанность была куда крепче, чем у многих других.
Проводив Линь Сянъяна и Хуан Тяньтяня, Цзи Юйлинь немного прибрался в пустой комнате, а получив звонок от Пэй Жэня, с чемоданом спустился вниз.
Зимой темнело рано, и уличные фонари уже отбрасывали на землю длинные полосы света.
Пэй Жэнь ждал внизу. Его подтянутая, высокая фигура, вырисовывающаяся на фоне встречного света, обладала какой-то притягательной силой, заставлявшей замереть и вглядеться. Цзи Юйлинь сначала находился слишком далеко и не мог разобрать его лица, но по мере того, как он приближался, знакомые черты становились всё четче.
Пэй Жэнь неотрывно разглядывал Цзи Юйлиня. С тех пор как тот съехал в общежитие, ему всё казалось, что его маленький друг детства неуловимо изменился.
Только вот в чем именно заключались эти перемены, он сформулировать не мог: когда он звонил Цзи Юйлиню, тот неизменно отвечал так же, как и всегда — мягко и изысканно. Вроде бы всё изменилось, а вроде бы осталось прежним.
Цзи Юйлинь натянул сероватый шарф, кутаясь в него до самых глаз, и с улыбкой произвел:
— Пойдем.
Пэй Жэнь автоматически протянул руку за чемоданом, но Цзи Юйлинь обошел его справа, придерживая ручку сам:
— У него есть колесики, он легкий.
Пэй Жэнь задумчиво хмыкнул и больше не настаивал на том, чтобы нести сумку за него.
По дороге Цзи Юйлинь переписывался с кем-то из домашних, и Пэй Жэнь заговорил только тогда, когда тот отвлекся от телефона:
— Сможешь заехать со мной в одно место? Домой я тебя отвезу чуть позже.
— Куда? — Цзи Юйлинь поднял на него глаза.
Пэй Жэнь легко улыбнулся:
— Приедешь — увидишь, надолго мы там не задержимся.
Получив согласие Цзи Юйлиня, Пэй Жэнь свернул в другую сторону, и через полчаса машина въехала на территорию одной из баз, принадлежащих Корпорации Пэй.
Высокотехнологичные здания и сооружения заставили Цзи Юйлиня во все глаза разглядывать окрестности. Пэй Жэнь заглушил мотор и толкнул дверь:
— Выходи, нужно сдать анализы и получить отчет.
Он пояснил:
— Обычные ингибиторы имеют для тебя побочный эффект. Я хочу подобрать тебе новый состав препаратов.
Обычные средства подавления феромонов подходили большинству, однако у людей с особым типом телосложения иногда возникала иммунная реакция или другие побочные эффекты, поэтому индивидуальный подбор лекарств под конкретный организм был делом привычным.
Цзи Юйлинь не сразу сориентировался, и Пэй Жэнь, взяв его за локоть, поднял с сиденья:
— Не зевай, разве ты не хотел пораньше домой?
Эта простая фраза разом развеяла все сомнения Цзи Юйлиня, и он послушно последовал за Пэй Жэнем.
В стерильном боксе Цзи Юйлинь быстро прошел несколько тестов, процедура не заняла много времени.
Когда они вышли из комплекса, уже шел снег — самый первый снег этого сезона.
Цзи Юйлинь прижался лбом к оконному стеклу, с восторгом наблюдая за хлопьями и даже сделав пару снимков на телефон.
Пэй Жэню нравилась эта тихая атмосфера, и он просто припарковал машину у набережной.
Мелкий снег сплошным ковром устилал речную гладь и каменные парапеты набережной. Цзи Юйлинь увлеченно фотографировал, а Пэй Жэнь расслабленно огляделся по сторонам, после чего перевел взгляд обратно на него.
Наконец, вдоволь нащелкав ночные пейзажи первого снега, Цзи Юйлинь повернулся к нему с сияющими, изогнутыми в улыбке глазами и произнес:
— Спасибо тебе.
Пэй Жэнь приподнял бровь, лениво закинув руку на спинку кресла позади Цзи Юйлиня:
— Благодаришь за то, что показал ночной снег?
— Нет, — Цзи Юйлинь посмотрел ему в глаза. — За то, что приехал за мной, и за то, что отвез на базу...
Рука Пэй Жэня на спинке сиденья качнулась. Выглядел он непринужденно и расслабленно, уголки его губ тронула легкая улыбка, когда он едва ощутимо качнул Цзи Юйлиня за затылок:
— Прекращай думать о всякой ерунде и поменьше говори такое.
— У тебя особая конституция, это лекарство всё равно пришлось бы делать. Я не хочу, чтобы ты пытался с кем-то сблизиться только ради того, чтобы... облегчить муки периода течки, — Пэй Жэнь на секунду осекся. — Я вовсе не пытаюсь указывать тебе, Линьлинь. Если ты хочешь заводить знакомства по принципу плыть по течению, я... буду уважать твои желания и выбор.
Договорив, Пэй Жэнь почувствовал легкую тяжесть в груди.
Поразмыслив, он поправился:
— Конечно, как твой лучший друг, я обязан помочь тебе оценить, что из себя представляет тот человек, с которым ты собрался плыть по течению.
Он заглянул в глаза Цзи Юйлиню:
— Впрочем, всё это лишь предположения.
Цзи Юйлинь медленно захлопал ресницами:
— ...Ох.
У Пэй Жэня дыхание застряло где-то посередине горла:
— Поехали, я отвезу тебя домой.
Рядом с жилым комплексом, где жил Цзи Юйлинь, тянулась оживленная торговая улица. Ночной снегопад ничуть не испортил ее праздничной суеты. Пэй Жэнь заехал на машине внутрь и припарковался.
Он сказал:
— Купим кое-что, потом заберешь с собой, передашь от моего имени дяде и тете. Время позднее, я подниматься не буду.
Цзи Юйлинь хотел было возразить, что не стоит, но, заметив, что Пэй Жэнь уже вышел из машины, был вынужден последовать за ним.
— Я пойду с тобой.
Пэй Жэнь жестом велел ему вернуться в салон:
— Закутайся как следует.
Цзи Юйлинь, укутавшийся так, что стал похож на круглый мячик, выглядел забавно и беззащитно — совсем не так, как в свои обычные дни, когда он казался изящным и сдержанным.
Пэй Жэнь на его фоне выглядел иначе: поверх обычной одежды на нем было лишь черное длинное пальто, делающее его фигуру еще более строгой и подтянутой, что лишь слегка сглаживало свойственное ему природное легкомыслие и высокомерие.
Рядом с красивым и статным альфой семенил настоящий «колобок», и Пэй Жэнь, не удержавшись от улыбки, усадил Цзи Юйлиня на скамейку у небольшой зоны отдыха.
— Не хватает еще одной вещи, посиди здесь, я быстро.
Не желая, чтобы Цзи Жйлинь снова таскался за ним, Пэй Жэнь оставил пакет с покупками на лавочке:
— Линьлинь, покарауль, пожалуйста.
Цзи Юйлинь был вынужден остаться на месте. Он проводил взглядом Пэй Жэня, вышедшего из специализированного бутика и направившегося прямиком в соседнюю лавку с молочным чаем.
Снежинки падали на широкие плечи Пэй Жэня, оставляя тонкий белый налет, и застревали в темных прядях волос.
Вернувшись, Пэй Жэнь сунул ему в руки стаканчик с теплым фруктовым чаем:
— Всё, едем домой.
Навстречу им шла семейная пара с ребенком. Малыш задрал голову и во все глаза уставился на стакан с фруктовым чаем в руках Цзи Юйлиня, вопя на всю улицу:
— Мама, смотри, у этого старшего брата бойфренд покупает ему вкусняшки! Я тоже хочу!
Цзи Юйлинь слегка оцепенел, сжимая в руках стаканчик. Поймав на себе взгляды родителей мальчика, он поспешно пояснил:
— Этот старший брат мне не бойфренд.
Поверили ли им прохожие, оставалось загадкой, но Цзи Юйлинь смущенно пробормотал:
— Детские сказки...
А Пэй Жэнь лишь небрежно бросил:
— Не стоит спорить с ребенком, пусть говорит, что хочет.
Цзи Юйлинь мягко намекнул:
— По-моему, всё же стоило уточнить.
Пэй Жэнь хмыкнул:
— Ты просто слишком серьезен.
Цзи Юйлинь проглотил готовые сорваться с языка слова.
Он уже собирался поднять пакет с покупками и выйти из машины, как Пэй Жэнь внезапно перехватил его за запястье.
Цзи Юйлинь удивленно моргнул:
— Что такое?
Снежинка опустилась прямо на кончик его носа, и Пэй Жэнь едва сдержал порыв смахнуть ее пальцем.
Пэй Жэнь произнес:
— Передавай привет тете и дяде. И подумай, что собираешься подарить, когда в следующий раз придешь ко мне.
Цзи Юйлинь:
— ...Я не соглашался идти к тебе в гости.
Пэй Жэнь с непоколебимым спокойствием парировал:
— Раз уж начались каникулы, как раз будет время подумать об этом.
Пэй Жэнь прекрасно знал, как задеть струны в душе Цзи Юйлиня, но в то же время опасался, что тот проведет все каникулы дома за инструментом и вовсе перестанет с ним общаться, поэтому решил действовать на опережение.
Цзи Юйлинь смахнул с носа холодную каплю:
— Ладно...
И добавил:
— Просто зайдешь и заберешь сам, когда придет время, ну или я отправлю почтой.
Пэй Жэнь:
— ...
****
Вернувшись домой, Цзи Юйлинь застал госпожу Цзи за вязанием. Та подняла на него мягкий взгляд:
— Это тебя Сень привез?
Цзи Юйлинь кивнул.
Госпожа Цзи посмотрела, как он оставляет пакеты, и вздохнула:
— Скажи ему в следующий раз, чтобы не был так расточителен. Вечно он нам что-то приносит.
Цзи Юйлинь вздохнул:
— Мам, ты сама говоришь — вечно. У него такой характер. Если я не возьму, он всё равно притащит сам. Просто сегодня поздно уже было, поэтому он не стал заходить.
Госпожа Цзи:
— В следующий раз ты —
Цзи Юйлинь с улыбкой обнял мать за плечи:
— Мама, не переживай, я всё держу под контролем.
*****
Зима становилась всё холоднее, и Цзи Юйлинь с головой погрузился в каникулярные будни.
Стоило пианино вернуться из квартиры Пэй Жэня, как он снова засел за ежедневные репетиции. Госпожа Цзи днем уходила по делам, но, возвращаясь и заставая сына за инструментом, неизменно начинала тревожиться.
Она помнила, как сын говорил, что хочет завести побольше друзей, но тот целыми днями сидел запершись в комнате и играл, да и звонков от него почти не поступало.
Разве так заводят друзей?
Дети в других семьях доставляли родителям немало хлопот своей неуемной энергией, а вот Цзи Юйлинь был настолько послушным, что от этого становилось только тревожнее.
Пару дней спустя госпожа Цзи начала прозрачно и не очень намекать, что сыну не помешало бы прогуляться. Пусть даже у него нет компании для прогулок, подышать свежим воздухом на улице всё равно полезно.
На эти каникулы Линь Сянъян уехал путешествовать с женихом, а Хуан Тяньтянь пропадал на подработках. Цзи Юйлинь намеренно избегал звонков Пэй Жэню, но перед лицом материнской заботы ему всё же пришлось придумать предлог, чтобы выйти из дома.
Он добрался до ближайшего кафе, заказал чашку горячего кофе и, уткнувшись в нотные тетради, просидел так до самого вечера.
Вернувшись под вечер домой, в ответ на расспросы родных он бодро отрапортовал:
— На улице было очень весело.
На следующий день он послушно выполнил волю семьи и снова отправился «развлекаться».
На этот раз Цзи Юйлинь не стал коротать время в кафе. Вместо этого он сел на скоростной летающий корабль и отправился в центр города, в крошечную антикварную лавочку.
Этот магазинчик под названием «Душа» хоть и занимал совсем скромную площадь, славился тем, что здесь можно было отыскать немало вещиц со смыслом.
Накануне вечером в их группе появилось объявление о новом поступлении товаров. Госпожа Пэй питала слабость ко всяким старинным вещицам с историей, и Цзи Юйлинь решил воспользоваться случаем, чтобы подобрать для нее подходящий подарок.
Вывеска лавки была неприметной, а ступеньки сплошь покрыты сугробами снега.
Цзи Юйлинь с ног до головы был закутан в теплую одежду, и, поднимаясь по ступенькам, он не удержался и оступился.
Чья-то сильная рука вовремя протянулась вперед, спасая его от неминуемого столкновения с ледяными ступенями носом вперед.
Судорожно поправив съехавшую набок шапку, Цзи Юйлинь с бьющимся сердцем поднял испуганный взгляд, собираясь поблагодарить спасителя.
— Спасибо вам —
Не успел он договорить, как кто-то крепко ухватил его за вторую руку и буквально «переставил» на ровную площадку внизу ступенек.
Широко распахнув глаза, он в полном оцепенении уставился на стоявшего перед ним Пэй Жэня и мужчину, который только что поддержал его сзади.
Мужчина был высоким и молчаливым, но при этом вовсе не производил впечатления холодного человека.
Подошедший ближе Гу Юй улыбнулся так хитро, словно только что поймал добычу:
— Какая удача, просто невероятное совпадение! Скажи, Янь Чжо, а чуйка-то тебя не подвела: парень, которого ты так ловко подхватил на лету — не кто иной, как лучший дружок Пэй Жэня! Да такой близкий, что родной брат позавидует!
http://bllate.org/book/18657/1798399
Готово:
