Готовый перевод Reborn in the Apocalypse: A Nobody / Возрождение в апокалипсисе: Второй шанс маленького человека: Глава 22

Шэнь Ань повернул голову и увидел, как его старший брат Шэнь Жуй — с мягкой, приветливой улыбкой на лице — неторопливо и изящно направляется к ним. Шел он непринужденно, но всего в два-три шага оказался рядом.

Уголки губ Шэнь Аня слегка дёгнулись: неужели брат даже ходит с помощью Техники Небесного Секрета?! Затем Шэнь Ань опустил глаза и взглянул на свои умные часы: о, неужели прошло уже пятнадцать минут?

— Держи! — отец Шэнь взмахнул рукой и бросил булочку. Шэнь Жуй поймал ее, улыбнулся отцу, который грозно на него таращился, и совершенно естественно подошел к Шэнь Аню, на ходу откусывая от булочки.

— Ань-ань, ты же говорил, что идешь к Сяо Вань? — жуя, спросил Шэнь Жуй.

— Угу, брат, я собираюсь навестить маму и старшую сестру. — Шэнь Ань доел булочку и отряхнул руки.

— Ладно, тогда пошли, — мягко произнес Шэнь Жуй, протянул руку, взял Шэнь Аня за запястье и с лучезарной улыбкой сказал отцу: — Пап, сейчас старый Сюй с остальными как раз укатывают дорогу, тронуться снова сможем только минут через пятнадцать.

Отец Шэнь хмыкнул, провожая взглядом Шэнь Жуя, который уводил Шэнь Аня за руку. Заметив, как старший брат совершенно естественным движением стряхнул с щеки младшего крошки от булочки, отец невольно тяжело вздохнул.

Он вспомнил тот вечер, два года назад, когда Ань-ань ушел из дома, а Шэнь Жуй, мчавшийся всю ночь обратно, сказал ему:

— Папа, Ань-ань не догадывается о моих чувствах к нему. Я дал вам слово, что никогда сам ему об этом не скажу…

— …Вы велели мне уйти из дома — я ушел. Вы велели пойти в армию — я пошел. Вы велели вступить в спецназ — и я вступил… Теперь ведь моя очередь решать, как мне жить, верно?

— Папа, вы хотите, чтобы оба сына остались рядом, или вам нужна только одна дочка Сяо Вань?

— Ань-ань ничего не знает, он ни в чем не виноват, и я не виноват! Я просто полюбил человека, и этот человек — всего лишь Ань-ань.

…

Отец Шэнь заложил руки за спину и зашагал обратно к фургону с продовольствием; в воздухе повис безмолвный, горький вздох.

*****

Шэнь Жуй, держа Шэнь Аня за руку, бегло и небрежно оглянулся. Увидев, что отец поднялся в фургон, он опустил взгляд на идущего рядом младшего брата и легко улыбнулся. Он пришел уже некоторое время назад и слышал все, что отец говорил Ань-Аню.

Он не станет принуждать Ань-Аня. Разве он сможет причинить ему боль?

Шэнь Жуй поднял руку и ласково потрепал Шэнь Аня по макушке. Тот поднял на него глаза, полные недоумения: м?

Шэнь Жуй тихо усмехнулся, его улыбка сочилась нежностью и баловством:

— Ань-ань, лапша с говядиной у тебя в пакете — она ведь предназначается для Бампи?

Шэнь Ань кивнул:

— Угу, в награду ему.

Шэнь Жуй усмехнулся. Разве Бампи ест лапшу быстрого приготовления? Впрочем, напоминать об этом он не собирался.

— Он ни за что не признался бы, что сейчас испытывает легкое раздражение: ведь Ань-ань решил побаловать лапшой какого-то песика, а собственного брата совсем обделил вниманием.

Пока они разговаривали, оба подошли к розовому фургону.

Перед машиной мама Шэнь строго отчитывала понурившую голову Шэнь Вань.

Шэнь Ань шагнул вперед:

— Мам!

Стоило Шэнь Вань услышать голос брата, как она тут же вскинула голову. Ее полные слез благодарности глаза заставили Шэнь Аня на миг замереть, а в груди затаилась смешинка: хе-хе, сестрица тоже устала от маминых нравоучений?

Увидев Шэнь Аня, мама тотчас смягчилась в лице, осыпала младшего сына заботливыми расспросами, но Шэнь Жуй ловко перевел тему, а вскоре нескольких тетушек позвали в салон помочь готовить сухой паек.

Шэнь Вань наконец с облегчением выдохнула и быстренько оттащила Шэнь Аня с Шэнь Жуем в сторонку.

Оглядевшись и убедившись поблизости никого нет, она с самым праведным и серьезным видом выпалила:

— У меня с этим Гао Фэем нет абсолютно ничего общего!

Шэнь Жуй кивнул:

— Верю.

Шэнь Вань перевела дух, а затем гневно заговорила:

— Черт побери, отроду не видывала таких наглых! Еще до конца света я четко сказала ему, что он не вызывает у меня никаких чувств! А он все цепляется и цепляется! И теперь опять за свое! Братец! Доберемся до следующего городка — мигом проучи его!

Шэнь Жуй улыбнулся:

— Не переживай. Раз ты не хочешь, никто не сможет заставить тебя быть с ним.

Шэнь Ань добавил со стороны с серьезным видом:

— Сестра, по-моему, этот Гао Фэй на самом деле крут. Раз он осмелился вот так признаться тебе в любви по радио, дело не только в его толстокожести. Может, он и вправду искренен…

Шэнь Жуй услышал это и приподнял бровь: об этом он как-то не подумал. Но если рассуждать здраво, реши Гао Фэй подступиться к Шэнь Вань ради того, чтобы выслужиться перед ними, разве не разумнее было бы действовать исподтишка, тихо и ненавязчиво ухаживая и добиваясь ее? Раз Гао Фэй устроил столь громкое шоу, вполне возможно, он действительно искренне хочет завоевать Шэнь Вань…

— Тц! Плевать мне на его искренность или фальшь! Ему лучше не попадаться мне на глаза, а не то —

— Хбысь! — тяжелый шлевок пришелся прямо по макушке Шэнь Вань. Мама Шэнь стояла позади нее, уперев руки в боки и изображая зловещую улыбку. — Что ты сейчас сказала? Твоя мама?! Сколько раз я тебе повторяла?! А? Девушка должна вести себя скромнее! — отчитывая дочь, она в то же время ухватила ее за ухо. — А ну марш! Мать тебе сейчас живо рот сполоснет!

Шэнь Ань вжался в плечи, наблюдая, как мама тащит Шэнь Вань за ухо и что-то бормочет по дороге к розовому фургону, и мысленно выразил сестре глубочайшее сочувствие.

— Мама и впрямь страшнее всех…

— Пойдем, вернемся в машину. — Шэнь Жуй потянул Шэнь Аня за руку к «Черному жеконю № 1».

— Брат, впереди дорогу уже починили?

— Угу, Сюй Чантянь и четыре брата Ли работают быстро, да к тому же у них есть способности, перебраться на ту сторону не должно составить труда. — Шэнь Жуй бросил взгляд вперед: Сюй Чантянь как раз показывал ему поднятый вверх большой палец.

— Идем, мы первые. — Шэнь Жуй ускорил шаг, ведя Шэнь Аня за собой.

— Брат, впереди уже город?

— Небольшой городок, нам нужно будет разжиться там припасами. — На ходу отвечая, Шэнь Жуй завел мотор.

Шэнь Ань посмотрел вперед. Дорога была проселочной, и раньше здесь курсировал только их кортеж, но в небольшом городке все будет иначе… Боюсь, им встретятся чужие люди, и что тогда произойдет?

*****

А тем временем в розовом фургоне Шэнь Вань, потирая покрасневшее ухо и помрачнев лицом, с угрюмым видом продолжила мять тесто, мысленно скрежеща зубами: этого Гао Фэя она ни за что, ни за что не простит! Из-за него ее отчитывала мама! И даже ухо открутила!

Неподалеку какая-то женщина с завистью поглядывала на Шэнь Вань, облаченную в черный камуфляж. Словно о чем-то подумав, она обрела твердость во взгляде, повернулась к стоявшей рядом пожилой женщине, что вовсю месила начинку, и тихо спросила:

— Тетушка, те люди, что приходили за сестрицей Шэнь Вань… Это ведь господин Шэнь и его младший брат?

Пожилая женщина ответила не сразу; выждав паузу, она холодно и равнодушно бросила:

— Не задавай лишних вопросов. Занимайся делом.

Женщина слегка осеклась, но злости не выказала. Лишь опустила голову, крепко сжала губы и принялась сосредоточенно нарезать продукты.

В этот момент из радиоприемника донесся голос Шэнь Жуя:

— Выступаем через минуту, всем подразделениям занять свои места!

Женщина вздрогнула, отложила нож, помедлила секунду и направилась к двери фургона. Шэнь Вань, заметив это краем глаза, громко окликнула ее:

— Фан Сяоцин, ты куда собралась?

— Я иду к группе биологических исследований, — негромко ответила женщина, то есть Фан Сяоцин, держась просто и с достоинством.

Шэнь Вань нахмурилась, припомнив то, что ее брат Шэнь Жуй говорил по поводу этой женщины в недавнем радиосообщении. При всей своей жалости и даже определенном восхищении Фан Сяоцин, Шэнь Вань не могла позволить ей разгуливать на свободе.

Она уже собиралась нажать на кнопку на часах, как услышала голос Ай Сяочжэнь:

— Можешь не ходить, братец Бай сказал, что сейчас проводить исследования не время.

Шэнь Вань подняла голову и увидела, как Ай Сяочжэнь запрыгнула в салон. С уставшим и холодным видом та бросила Фан Сяоцин эти слова.

Лицо Фан Сяоцин на мгновение окаменело, но затем она кивнула Ай Сяочжэнь, поблагодарила ее и молча вернулась к пожилым женщинам. Те к этому моменту уже шустро убрали инструменты, заняли свои места и пристегнулись ремнями безопасности. Эти сиденья с мягкой обивкой при раскладывании превращались в армейские односпальные кровати, а в сложенном виде служили обычными креслами, причем у каждого имелся выдвижной ремень безопасности.

Увидев, что пожилые женщины привели все в порядок и расселись по местам, Фан Сяоцин на секунду замерла, но затем опустила глаза и молча отыскала себе свободное сиденье.

Заметив, что Фан Сяоцин без лишних слов и движений послушно заняла место, Шэнь Вань тоже перевела дыхание. Кивнув Ай Сяочжэнь, она вернулась на свое кресло. Ай Сяочжэнь же, бросив на покорную Фан Сяоцин мимолетный взгляд, выпрыгнула из розового фургона и вернулась в тяжелый биологический транспорт.

*****

Тем временем Шэнь Жуй вдавил педаль газа и спокойно произнес:

— Ань-ань, держись крепче!

Шэнь Ань крепко ухватился одной рукой за потолочную ручку и мягко улыбнулся:

— Угу, брат, давай вперед.

Слушая спокойный, непринужденный голос младшего брата, Шэнь Жуй чуть заметно улыбнулся уголками губ. Глядя на сооруженный Сюй Чантянем и остальными временный мост из металлических прутьев, стальных тросов и алюминиевых листов, он вдавил педаль газа в пол.

Наконец они перебрались на ту сторону!

Шэнь Ань взглянул в зеркало заднего вида: следом за ними двигались тыловые машины, а боевое подразделение замыкало колонну.

Но в тот момент, когда по мосту проскочил тыловой розовый фургон, хлипкая переправа зашаталась. Лицо Шэнь Аня изменилось: инстинктивно он применил Технику Духовной Воды, и влага обратилась в цепи, удержавшие мост. Одновременно с этим деревянные лианы оплели переправу, а глинистая почва намертво запечатала стыки. Водные цепи Шэнь Аня как раз обвились вокруг лиан, а те в свою очередь намертво вросли в глину…

В результате, пока перепуганный тыловой фургон благополучно катился дальше, шедшая в хвосте бронетехника боевого отряда тоже с ходу вылетела на берег. Все высыпали наружу и ошеломленно уставились на странное зрелище, возникшее в результате одновременного применения трех стихий:

Деревянные лианы бешено разрослись, превратившись в целое дерево, чьи корни намертво оплели железный мост, накрепко закрепив его!

Шэнь Ань во все глаза глядел на картину в зеркале заднего вида. Да ладно? Так тоже бывает?!

— Твою мать! Вот это совпадение! — Ян Чучунь вытаращил глаза и спустя паузу выдалбормотание.

Шэнь Жуй, разглядывая странное дерево в зеркале заднего вида, погрузился в задумчивость. Было ли это вызвано способностью Ань-Аня к исцелению, слышанию и единению с природой или… результатом слияния нескольких стихий?

— Выдвигаемся! — Шэнь Жуй постучал по рулю. Раз уж вышел такой казус, Бай Цзинцин наверняка захочет докопаться до сути, но пока дневное солнце щедро заливает все вокруг, лучше поскорее трогаться в путь.

Колонна снова пришла в движение, оставив позади железный мост со странным раскидистым деревом.

Шэнь Ань погладил свои влажные от использования водной стихии пальцы, с любопытством пошевелил ими, повернулся к Шэнь Жую и спросил:

— Брат, как думаешь, может, дело в том, что климат и окружающая среда изменились, но процесс фотосинтеза никуда не делся?

Ответом Шэнь Аню послушался не голос брата, а слегка возбужденный возглас Бай Цзинцина:

— Ань-ань, ты что, глупости говоришь? Если бы фотосинтез прекратился, человечество давно бы вымерло! Не забывай, людям без воздуха жизни нет!

— То, что только что произошло, дало мне пищу для размышлений. Кажется, я понял, в каком направлении двигаться дальше! — вновь возбужденно объявил Бай Цзинцин.

— Цин-цин, дай мне вставить слово, — угодливо протянул Сюй Чантянь. Легко кашлянув, он произнес: — Господин Шэнь, среди припасов, которые мы будем собирать в следующий раз, обязательно должны быть материалы для нашей группы механизации. Стальные прутья и алюминиевые листы полностью израсходованы!

— Хорошо, без проблем, — с улыбкой отозвался Шэнь Жуй и снова посмотрел на Шэнь Аня: — Ань-ань, глянь на навигатор, сколько нам еще до города А?

— …Брат, если выедем на шоссе и проедем еще триста ли, будем на месте, — ответил Шэнь Ань, поднимая глаза от маршрута на экране телефона.

— Отлично. Старый Чжоу, старый Лю, распределите людей по группам. Как только доберемся до города А, работаем по отрядам!

******

Не успел кортеж выехать на шоссе, как перед ними предстала суматошная картина: дорога была забита теснящимися автомобилями.

Шэнь Жуй сбавил скорость, включил трансляцию по рации и с улыбкой произнес:

— Итак, в пятидесяти метрах впереди находятся наши дорогие, долгожданные соотечественники… Будьте осторожны. Прошу всех держать в голове фразу «чужая душа — потемки». На данный момент мы никого принимать в команду не планируем.

— Понял, — глухим голосом отозвался Чжоу У. Выдержав паузу, он холодно добавил: — Ублюдки из боевого отдела, если кто-то из вас снова вздумает отчебучить что-то вроде выходок Сяо Ая, я с вас шкуру сспущу!

— А также попрошу проявить бдительность наших дедушек, бабушек, дядей и тетей. Наша команда пока никого к себе брать не собирается, — тоном вежливым, но непреклонным произнесла Лю Цзе.

— Ой, как много слов. Если коротко, то всего два слова: будьте крутыми! А если кто начнет приставать с разговорами — плевать, понимаете вы их или нет, просто делайте каменные лица, ясно? — весело подтрунивал отец Шэнь.

Услышав голос отца, Шэнь Жуй улыбнулся:

— Точно, пап, вся дипломатия с этой минуты на вас.

Смех отца оборвался, и лишь спустя пару секунд он с напускной досадой отозвался:

— Понял я, понял.

Под этот разговор кортеж медленно влился на шоссе.

Шэнь Ань смотрел на внешний мир через окно Хаммера.

Все окна машин их кортежа были устроены так, что сидевшие внутри отлично видели все снаружи, а вот снаружи разглядеть происходящее в салоне было невозможно.

В этот момент жизнь за окном предстала перед глазами Шэнь Аня во всей своей суматошной и хаотичной неприглядности.

Кто-то горланил из-за поцарапанной машины, испуганно плакали дети, бледный мужчина в ярости колотил по экрану телефона и ругался из-за отсутствия связи. Рядом с ними, безучастно уставившись в пустоту, сидели на корточках люди с мертвенным выражением лица; сжавшись в комок, тихо плакали полуголые женщины, охваченные отчаянием… А вот мужчина заискивающе стучал по автомобильному стеклу, о чем-то жалко моля… Неподалеку на обочине лежали брошенные, уже окоченевшие мертвецы… Тела начали разлагаться; хоть смрадного запаха тления через стекла не долетало, над ними роились тучи мух.

Шэнь Ань слегка опустил ресницы: вот оно — лицо конца света.

— Ань-ань, может, хочешь переместиться в пространственное хранилище? — Шэнь Жуй вглядывался в опущенные ресницы брата и его чересчур спокойное, отрешенное выражение лица.

Шэнь Ань поднял взгляд и покачал головой:

— Брат, со мной все в порядке.

Шэнь Жуй протянул руку и взъерошил волосы Шэнь Аня. В его легкой улыбке сквозила безграничная нежность.

В этот момент к машинам кто-то приблизился. Человек осторожно, льстиво улыбаясь, заискивающе и вежливо произнес:

— Здравствуйте, мне нужна еда. Не могли бы вы поделиться со мной хоть чуть-чуть? О, не беспокойтесь, у меня есть деньги, еще золотое кольцо, может, обменяем?

Шэнь Ань повернул голову. Просителю было около тридцати, лицо изможденное, усталое, землистого оттенка; спутанные, засаленные волосы, грязная одежда — на рубашке спереди зияло несколько дыр, а на ногах красовались домашние тапки.

Похоже, этот человек выбежал из дома впопыхах, даже не сменив обувь.

Стоило ему заискивающе заговорить, как Шэнь Ань заметил, что окружающие стали бросать на их кортеж косые взгляды. Хоть открыто подходить они пока не решались, их шаги незаметно направлялись в сторону машин.

Увидав, что кортеж хранит молчание и никто не выходит, мужчина замялся и медленно протянул руку к дверце их машины, а в его глазах промелькнуло сложное чувство и нескрываемая жадность.

В этот миг Шэнь Ань уже хотел было наслать на него пару капель дождя, чтобы тот «протрезвел», но Шэнь Жуй лишь тихо усмехнулся и обвел пальцем в воздухе круг. В пустоте вспыхнул фиолетовый свет, и в следующий же момент Шэнь Ань услышал, как проситель завопил не своим голосом, схватился за руку, запрыгал на месте и испуганно заверещал:

— Эта машина бьется током!

Шэнь Ань перевел взгляд на Шэнь Жуя. Тот улыбнулся, уголки его губ изогнулись в лукавой усмешке:

— Брату просто захотелось проверить, что будет, если пустить по нашим машинам ток.

Шэнь Ань опешил, а затем невольно рассмеялся. Глядя, как мужик снаружи дергается, держась за руку и вопя от страха, а те, кто подбирался ближе, тут же отпрянули назад, Шэнь Ань хихикнул — как-то по-детски, наивно. И правда, брату равных нет!

Попробуй-ка теперь кто сунуться к ним! Тц!

В ту же секунду снаружи раздались шумные голоса Ян Чучуня и У Лана:

— Твою мать, кто пустил ток?! Меня чуть мозгов не лишило, вы слышите?! — вопил Ян Чучунь.

— …Малыш Ян, заткнись ради бога!! — обессиленно отозвался У Лан.

— Ты и так круглый дурак, прекращай позориться.

— Кх-кх… Сяо Жуй, сними-ка это электричество, иначе мы тут никакой торговли не разведем, — посмеиваясь, вмешался отец Шэнь.

37 Новичок вступает в отряд (5)

Слушая вопли Ян Чучуня, Шэнь Ань покрылся испариной на лбу: ну и дурачок же этот Сяо Ян… Неужели даже не соображает, что нужно скрывать свои слабые места?! Шэнь Жуй же лишь усмехнулся и отключил подачу тока.

Снаружи на крышу фургона поднялся отец Шэнь, а за ним следовали У Лан и Ян Чучунь с блокнотами в руках.

Отец Шэнь обвел взглядом вытаращивших глаза людей и легко рассмеялся: неужели их появление выглядело чересчур эффектно? Ах да, медленное появление прямо из салона фургона и впрямь выглядело слишком неожиданно.

— Кхе-кхе… Всем привет, — отец весело помахал рукой, но окружающие от этого жеста дружно отшатнулись назад, а в их взглядах проступила настороженность.

Словно не замечая этого, отец Шэнь сделал приглашающий жест. Ян Чучунь наклонился и потянул за страховочный канат там, откуда они только что выбрались — наружу вытащили ящик лапши быстрого приготовления и мешок риса.

— Ну что ж, в нынешние времена никому не легко. Давайте так: если у кого есть что предложить на обмен — доставайте. Да, деньги не нужны, сгодятся антиквариат, золотые кольца и все в таком духе, — произнес отец Шэнь, присел на корточки и с улыбкой посмотрел на людей, которые снова начали робко приближаться. — Долго мы здесь не задержимся, скоро тронемся в путь, так что шевелитесь!

Пока отец Шэнь зазывал народ на «рынок», Шэнь Ань сидел в Хаммере, уставившись в экран телефона и прокладывая маршрут, а Шэнь Жуй беседовал по рации.

— Послушайте, господин Шэнь, на кой черт нам столько антиквариата и золота? — подал голос Гао Фэй, недоумевая, зачем в бегстве по дорогам конца света столько драгоценностей.

— Назвать тебя тупицей — значит сделать тебе комплимент! — донесся из рации голос Шэнь Вань, полный нескрываемого презрения.

Шэнь Ань поднял глаза на Шэнь Жуя, лицо его светилось улыбкой. Им ведь совсем не было нужно золото и антиквариат; объявляя об обмене, они просто хотели хоть капельку помочь этим людям.

А отец делал это по указке брата.

Как ни крути, а у брата мягкое сердце. Поймав лукавый взгляд Шэнь Аня, Шэнь Жуй чуть изогнул губы: дело вовсе не в мягкосердечности или доброте — просто ему хотелось успокоить тех членов их команды, которые, подобно Ань-Аню, мучились угрызениями совести из-за своей доброты.

— Ван-Вань, ты же знаешь, я и правда туповат… — заигрывающим тоном протянул в рацию Гао Фэй. Не успел он договорить, как эфир рации заполнили звуки срывающих желудок рвотных позывов и яростные окрики крепких мужиков!

http://bllate.org/book/18703/1807691