Кто угодно может причинить тебе вред.
Едва люди начали переговариваться, как из глубины Леса Возврата донесся скрежет тяжелого металла, а следом за ним — низкий рык. Этот звук не был оглушительным, но в нем слышалось нечто надрывное, словно рвущее душу.
Эмма с тревогой взглянула в сторону, откуда донесся шум.
— Давайте поскорее спрячемся в той хижине.
Остальные тоже осознали, что здесь опасно задерживаться, однако Рой наотрез отказался идти к домику. Эмили нахмурилась.
— Рой, сейчас не время для шуток. Если ты не пойдешь, мы не сможем помочь тебе, когда возникнет опасность.
Эмили потерла виски. Последние игры выматывали до предела; ей казалось, что если она пробудет здесь еще хоть немного, то сойдет с ума. Рой упрямо покачал головой.
— Вы тоже... не ходите туда...
— Рой, ты переходишь границы! Хочешь отправиться на тот свет, так еще и нас за собой тянешь?
Эмма внезапно повысила голос. В ее зеленых глазах промелькнуло что-то мрачное, и она многозначительно посмотрела на Роя. Марта в недоумении уставилась на него. Она была полностью согласна с тем, что нужно спрятаться в хижине — по крайней мере, там они не будут стоять на открытом пространстве. Оставаться здесь — значит обречь себя на немыслимые последствия.
Найб молча наблюдал за Эммой, в его голубых глазах мелькнуло изумление. Он чувствовал, что что-то не так, но не мог выразить это словами. Из-за эмоционального всплеска Эммы Пирсон также проникся недовольством к Рою.
— Мисс Эмма не причинит нам вреда.
В глазах Пирсона читались твердость и безоговорочное доверие. Услышав это, Эмма на мгновение замерла.
— Заткнись! Хватит. Я терпеть не могу, когда ты говоришь такие вещи.
Эмма действительно ненавидела это безоговорочное доверие Пирсона. Она могла бы продать его, а он бы даже не понял. Раньше она бы без колебаний убила его, но теперь… теперь она просто не могла этого сделать. Она была человеком, который всегда платит по счетам. Она могла в одну секунду улыбаться человеку, а в следующую — вонзить нож ему в грудь.
Разве люди не эгоистичны? Эмма, они все задолжали тебе. Ты не виновата. Тебе нужно выбраться из этой дыры, найти того человека и убить его.
Эмма попыталась успокоить свое мятущееся сердце. Пирсон же был ошарашен ее криком. Он стоял, глядя на Эмму, словно ребенок, который случайно разбил окно и теперь не знает, что делать. Его веки покраснели — один глаз у него был слепым, и сейчас он выглядел особенно нелепо.
Но Эмма не хотела смеяться. Она чувствовала, что, глядя на его лицо, просто не в силах злиться на него. Тот глаз — это она подстроила так, чтобы его покалечили из-за сирот. Он упал с лестницы, потому что она намеренно ослабила крепления. Он бил ее, а она в отместку подсунула ему пирог с белладонной. Он был жертвой, и она была жертвой. Никто из них не был невиновен, оба несли на себе тяжкий груз грехов.
Хелена Адамс не знала, как успокоить Эмму — в последнее время ее перепады настроения становились все чаще. Фрэнк, увидев состояние Пирсона, тихо вздохнул, подошел к нему и похлопал по плечу, выражая сочувствие.
Пирсон посмотрел на Эмму, но та отвернулась, не желая больше видеть его лица. Его взгляд постепенно потускнел, единственный огонек в здоровом глазу погас, а целые созвездия, жившие в нем, начали рушиться. Он опустил веки. Его голос прозвучал так, словно он постарел на несколько лет:
— Я... понял.
Он хотел протянуть руку, чтобы попросить прощения у мисс Эммы, но, не дотянувшись, снова отдернул ее. Он был трусом — в глазах мисс Эммы он всегда таким и оставался. Он так старался доказать свою ценность, так хотел поговорить с ней, защитить ее… но проиграл из-за одной ее фразы: Я терпеть не могу, когда ты говоришь такие вещи.
Неужели она так ненавидит Пирсона?
Хелена с тревогой посмотрела на подавленного Пирсона, а затем перевела взгляд на Эмму, которая все еще стояла к нему спиной.
— Эмма, с твоим настроением в последнее время что-то не так.
В голосе Хелены звучало любопытство. По правде говоря, она чувствовала, что никогда по-настоящему не знала Эмму. За это время она привыкла считать ее хорошей девушкой, но теперь ей казалось, что что-то незримое давит на сердце.
— Хелена, ты должна понять одну истину. — Эмма обернулась и одарила ее ослепительной улыбкой.
— Какую истину? — с сомнением спросила Хелена, глядя на безобидное лицо девушки.
— В этом проклятом месте кто угодно может причинить тебе вред. И я — не исключение.
Хелена в шоке уставилась на Эмму. Небывалый ужас охватил ее сердце.
— Ха-ха-ха, шучу! Как я могу причинить тебе вред? — Эмма рассмеялась, словно зазвенели серебряные колокольчики.
Конечно. Только не сейчас. В ее зеленых, как у лесной феи, глазах мелькнул красный отблеск.
***
Пирсон опустил голову так низко, что поля шляпы скрыли его лицо. Он словно погрузился в тень. Рой нервно поглядывал в ту сторону, откуда доносились звуки.
— Если хотите идти — идите, я не стану вас останавливать. Но если вы погибнете, вините только себя, — отчеканил Рой, словно его слова были единственной истиной, а он — единственным, кто владел правдой.
Эмма хрустнула сухими ветками под ногами и неспешно спросила:
— О? Правда, мистер Рой? Давайте поспорим?
Она раскрыла ладонь, в которой лежал найденный ранее Ключ от врат. Эти слова часто повторял мистер Райли, и на его губах всегда играла насмешливая улыбка человека, который уже предвкушает победу.
— ... — Эмма прочла изумление в глазах Роя. Он никак не ожидал, что девчонка, которая раньше умела лишь ломать виселицы, осмелится на такое дерзкое предложение. Но Рой считал себя куда более хитрым, чем эта соплячка.
— На что спорим?
— На то, кого из нас — тебя, меня или кого-то другого — этот монстр прикончит первым.
— А какова ставка?
— Этот Ключ от врат. Если ты выиграешь, то сможешь уйти, оставив нас в Лесу Возврата, и закончишь эту игру. Чтобы ты не заподозрил подвоха, Ключ будет у меня в кармане. Если я умру — можешь забрать его с моего трупа. Если кто-то другой — тоже можешь прийти ко мне.
— А если ты не отдашь?
— Я человек слова, мистер Рой, не беспокойтесь.
Эмма покрутила Ключ перед лицом Роя и спрятала его в карман своей джинсовой куртки. Этот спор казался безумным и лишенным всякой интриги. Остальные смотрели на Эмму с недоверием — это было абсурдно. Она играла их жизнями.
— Хорошо. — Рой улыбнулся и тихо ответил. В тот же миг, взмахнув своей волшебной палочкой, он исчез в воздухе.
Эмма с улыбкой смотрела на то место, где он только что стоял. Всего лишь фокус. В Лесу Возврата невозможно скрыться.
Эмили нахмурилась:
— Эмма, ты поступила слишком опрометчиво. — Она нервно теребила свои снятые белые перчатки.
Это было пари без шансов на успех. Рой действовал в одиночку и мог защититься магией, в то время как они держались группой, представляя собой крупную мишень, среди которой были беззащитные девушки.
Эмма подняла голову и посмотрела в черноту неба, где сквозь ветви деревьев виднелись развевающиеся волосы и человеческие головы, не скрытые листвой.
— Верите ему? — спросила она.
— Кому? — Хелена тоже попыталась взглянуть вверх, но Счастливчик внезапно закрыл ей глаза руками.
— Не смотри, — тихо сказал он.
— Что там? — Хелена была полна любопытства.
— Просто кое-что неприятное.
Не дожидаясь ответа Счастливчика, Эмма ответила сама. Все, кроме Хелены, посмотрели на то, что видела Эмма, и их сердца сжались от тревоги и ледяного ужаса.
— Верите, что этот Надзиратель не убьет нас первыми? — продолжила Эмма, многозначительно глядя на присутствующих.
— Верить Надзирателю? — Фрэнк решил, что у Эммы поехала крыша. Верить Надзирателю? Что за бред? Разве выжившие могут доверять Надзирателю?
Найб хранил молчание, но по его лицу было видно, что он хочет что-то сказать. Его мозг лихорадочно работал. Вдруг его мысли прервал голос Счастливчика. Тот ответил твердо и решительно:
— Я верю.
Фрэнк подумал, что все они сошли с ума. Нет, на этих людей нельзя положиться. Он решил найти Роя. Только с ним можно выжить. Остальные — сплошные безумцы. Как можно верить, что Надзиратель не убьет их первыми? Нужно найти Роя, получить его защиту, и тогда он спасется.
Но откуда Фрэнку было знать, что Рой никогда не хотел выпускать из Леса Возврата никого, кроме себя? Само заключение этого пари уже выдавало его истинные намерения.
— Если не верите — можете уходить, — Эмма одарила их самой безобидной улыбкой и указала направление.
Фрэнк без колебаний потянул за собой Пирсона. Тот был ошарашен, посмотрел на Фрэнка, затем на мисс Садовницу, быстро выдернул руку и остановился. Он не собирался уходить с Фрэнком.
— Я... не уйду... — пробормотал он, снова взглянув на Эмму и тут же отведя глаза.
Фрэнк вздохнул и ушел в одиночку. Он не знал одного: Пирсон всегда отдавал мисс Садовнице самое ценное — свое безоговорочное доверие.
***
Эмма усмехнулась.
— Значит, остались те, кто верит мне?
Все молчали.
— Буду считать это согласием. — Эмма приложила указательный палец к губам. — Тсс, стало темно, закройте глаза.
Сказав это с таинственным видом, она направилась к светящейся хижине. Сухие ветки хрустели под ее ногами, а сама она выглядела совершенно спокойной. Счастливчик и Пирсон без колебаний последовали за ней. Эмили взглянула на Найба, ища поддержки, и тот, встретившись с ней взглядом, ободряюще кивнул. Марта крепче сжала приклад своего ружья, ее костяшки побелели, но она тоже пошла следом. Хелена не отставала.
В конце концов, теперь им оставалось полагаться только друг на друга, не так ли? Верить, что Надзиратель не убьет их первыми — сумасшедшая идея. Но разве в этой безумной игре она не казалась вполне уместной?
В тишине леса звук шагов по сухим веткам казался оглушительным. Внезапно откуда-то донесся волчий вой. Он не был громким, но ударил прямо по сердцу, заставляя страх парализовать волю. Ноги словно приросли к земле.
А Эмма, словно не слыша воя, напевала песенку, продолжая путь к хижине. Мелодия была неразборчивой, но в такой ужасающей обстановке это значило лишь одно: Эмма ни во что не ставила опасность, притаившуюся во тьме Леса Возврата.
Хелена шла за Мартой, чьи руки на прикладе дрожали. Сигнальная ракетница была бесполезна против волков. Эмили шла плечом к плечу с Найбом. Услышав вой, она не могла скрыть тревоги в своих ледяных глазах: ей казалось, что они действуют слишком опрометчиво. Эмма была одной из самых младших среди них, и слепо доверять ей было равносильно самоубийству.
Найб же наблюдал за местностью. Вокруг не было ни досок, ни препятствий — здесь невозможно было водить Надзирателя кругами. Если он найдет их, они погибнут. Они были совершенно беззащитны. Лицо Найба стало серьезным. Обычно авантюра Эммы была бы обречена на провал. Если только... у Надзирателя нет личных счетов с Роем.
Подождите... личные счеты? Появление Джека здесь тоже было странным. Джек был связан с ним, Мартой, Хеленой и Эмили. Странное поведение Роя доказывало, что этот Надзиратель как-то связан с ним самим. Он не мог встретиться с ним лицом к лицу. Или, вернее, между ними была некая связь — например, глубокая ненависть, заставлявшая его испытывать такой страх.
Найба осенило, и он не мог не восхититься: Эмма была куда сложнее, чем казалась. Она мастерски умела читать людей. Он еще не до конца разобрался в отношениях между выжившими и Надзирателями, а она уже все поняла.
— Не бойся, верь ей. — Найб произнес это, и Эмили проглотила готовые сорваться с губ возражения. Она прикусила губу, крепко сжимая край своей синей накидки.
Хижина была совсем близко. Они молча остановились перед дверью, не зная, что делать. Эмма поднялась по деревянным ступеням и тихо постучала.
— Есть кто дома?
Есть кто дома? В этом проклятом месте — кто-то, кроме них?
*Скрип.*
Дверь отворилась.
— Проходите.
Дверь открыла девушка с ясным, как у соловья, голосом. На ней была винтажная шляпка с черными рожками, а ее взгляд был пронзительным. Огненно-рыжие волосы были небрежно собраны, в черных глазах читалась невероятная решимость, а одета она была в черное платье.
Остальные остолбенели. Оказывается, в Лесу Возврата жили и другие люди. Но девушка, живущая в таком опасном месте — разве это не странно?
Эмма улыбнулась:
— Спасибо, сестрица. Я Эмма.
Она вошла в дом со своим ящиком для инструментов и поставила его в углу.
— Меня зовут Фиона Гилман.
Фиона кивнула и с любопытством посмотрела на остальных, оставшихся на пороге.
— Хелена Адамс.
— Пи... Пирсон.
— Найб Сабедар.
— Эмили.
— Марта Бетанфиль.
— Счастливчик.
Все по очереди представились, но никто из них не терял бдительности перед девушкой, появившейся в Лесу Возврата.
***
— Не войдете? Так сильно хотите встретиться с Надзирателем? — Эмма моргнула своими зелеными глазами, выглядя совершенно безобидно, но ее взгляд был устремлен прямо на Пирсона.
Пирсон неловко почесал затылок, его единственный здоровый глаз потускнел. Он открыл рот и прошептал:
— Пи... Пирсон сперва... посмотрит, нет ли вокруг опасности...
Он боялся взгляда Эммы, поэтому не поднимал головы. Он боялся увидеть в ее глазах хоть каплю отвращения к себе. Он поспешно развернулся и бросился прочь. Как бы страшен и безнадежен ни был этот лес, ничто не могло сравниться с отчаянием, которое охватило его, когда он увидел в ее глазах негатив по отношению к себе.
— Как хочешь, мистер Пирсон. Раз вы так решили, я не стану вас удерживать.
Эмма отвела взгляд, перебирая кончики волос. В воздухе повисла неловкая пауза. Пирсон не ответил и молча ушел. Здесь не было лунного света, только ужасающая вечная тьма — место, куда не проникал ни один луч света.
Фиона жестом пригласила остальных войти. Переглянувшись, они решились зайти в дом незнакомки. Внутри было чисто: кровать, круглый стол, деревянный стул, небольшая кухня и уборная. Казалось, здесь живет всего один человек. Девушка, живущая в таком опасном Лесу Возврата — это было просто немыслимо.
http://bllate.org/book/18723/1810078
Готово:
