Мур Айцин, послушай, до чего же смешны слова этой нечисти! Неужели этот молодой господин Ло положил глаз на взрослого Мура? — Император расхохотался, посчитав это просто невероятным.
Сы Жань хранила выражение полного усердия. Раз император не верит — ну и ладно. Требовалось от него немногое: лишь бы не казнили на месте.
Мур Ичэнь, смущенный столь насмешливыми речами Сы Жань, почувствовал, что теряет лицо, и поклонился императору:
— Ваше Величество, эта нечисть несет полную чушь. Прошу вас обдумать все трижды и незамедлительно покарать ее.
Однако императору было скучно, и он нашел происходящее забавным:
— Мне кажется, эта история становится все интереснее. Так почему бы не оставить эту нечисть в живых? Сначала посадим в темницу, а потом я сам повидаюсь с этим молодым господином Ло и уж тогда приму решение.
У Юэ, услышав, что император решил не казнить Сы Жань, тут же обрадовался и поспешно произнес:
— Благодарю Вас, Ваше Величество!
Мур Ичэнь посмотрел на У Юэ, и лицо его слегка потемнело. У Юэ, что с тобой? Неужели эта нечисть затуманила твой разум? Почему ты встал на ее сторону?
Сы Жань улыбнулась:
— Благодарю Ваше Величество за дарование жизни!
Сы Жань вовсе не собиралась размышлять о высоком: для нее остаться в живых сейчас было уже величайшим благом.
Дело было практически решено. Мур Ичэнь поклонился императору и уже хотел удалиться, как вдруг евнух ввел в зал седовласого и белобородого старого даоса.
Мур Ичэнь удивился: неужели император в последнее время увлекся проведением даосских обрядов?
— Старый даос Ло Нишань приветствует Ваше Величество! Да здравствует мой император, долгих лет и десяти тысяч лет жизни! — Даос опустился на колени и совершил поклон.
Император сказал Мури Ичэню:
— Любезный министр, ты ведь еще не знаешь? Я в последнее время увлекся даосскими практиками. Это и есть тот самый прославленный почтенный Ло Нишань из Непобедимых Гор, наставник Ло Нишань. Я велел позвать его издалека как раз ради дела князя Сюаня.
Мур Ичэнь только теперь все понял: оказывается, император давным-давно продумал все касательно дела князя Сюаня и вовсе не слепо доверял результатам его собственного расследования.
Император обратился к старому даосу Ло Нишаню:
— Ты пришел как раз вовремя. Взгляни-ка на эту демоницу — это ведь она погубила князя Сюаня?
— Слушаюсь. — Даос перевел взгляд на Сы Жань.
Сы Жань в растерянности начала слегка подрагивать.
Старый даос Ло Нишань был далеко не обычным прорицателем. Его духовное мастерство намного превосходило мирское, а если бы он постигал Дао еще дольше, то, пожалуй, смог бы выдержать и десяток ударов Ло Бая.
Сы Жань изо всех сил опустила голову и наотрез отказывалась поднимать взгляд.
Ло Нишань немного понаблюдал за ней, а затем с улыбкой сказал императору:
— Ваше Величество, эта женщина — лисья оборотница.
— Лисья оборотница? — с сомнением переспросил император.
— Да, Ваше Величество. Эта женщина принадлежит к клану лис, и ее ранг, судя по всему, немалый.
Император кивнул:
— Вот оно что. Только у обладательницы высокого ранга хватит на такое мощи.
У Юэ тоже изумился: то, что говорил Ло Нишань, оказалось сущей правдой.
— Тогда ступай и взгляни: князя Сюаня убила она? — У Юэ, казалось, уловил спасительную нить — быть может, благодаря этому удастся вызволить Сы Жань?
Мур Ичэнь в шоке посмотрел на У Юэ.
У Юэ со стыдом опустил голову и умолк.
Ло Нишань огладил свою белую бороду и продолжил обращаться к императору:
— Если этот бедный даос не ошибается, князя Сюаня убила вовсе не она. Эта демоница с помощью чар иссушает лишь жизненную энергию мужчин, но людей она точно не ест.
Император удивился:
— Раз наставник говорит так, то кто же в конце концов лишил жизни моего старшего брата?
Ло Нишань улыбнулся:
— Сегодняшнее происшествие в столице связано с тем самым человеком.
Император резко повернулся к выходу и громко крикнул:
— Эй, стража!
Придворный евнух поспешно вбежал в тронный зал, но из-за того, что бежал слишком торопливо, оступился, растянувшись на полу.
— Ваше Величество!
— Что сегодня произошло в столице? — раздраженно бросил император.
— Да ничего особенного, Ваше Величество.
Ло Нишань невозмутимо посмотрел на распростертого на полу евнуха и с улыбкой произнес:
— Скажи-ка, евнух, неужели на сегодняшнем рынке и вправду ничего не произошло? Кажется, для тебя человеческая жизнь вовсе ничего не стоит.
Евнух поначалу растерялся, но, услышав слова Ло Нишаня, тут же все понял:
— Ах, даос имеет в виду того известного на всю столицу ловкача-вора, который рухнул прямо с небес!
Мур Ичэнь тоже изумился:
— Человек рухнул прямо с небес?! Как такое возможно? Неужели кто-то затащил его наверх силой?
Император с недоверием посмотрел на распростертого на полу евнуха:
— Большой Пельмень, докладывай всё как есть!
— Дело было так, Ваше Величество: появилось на небе первоклассное нефритовое веер, а этот столичный воришка взял да стянул его. Только вот он никак не ожидал, что веер унесет его высоко в небеса! А потом — кто бы мог подумать? — он полетел все выше и выше, да и сорвался вниз прямо с неба. Раздробился в лепёшку, словно арбуз, кругом одна кровь! — сокрушенно и жалобно описывал Большой Пельмень.
Услышав это, император закрыл глаза.
Мур Ичэнь ошеломленно глядел на Большого Пельменя, распластанного на полу.
— Продолжай, — в голосе императора послышалось раздражение.
— Тот человек оказался юношей.
Слова Ло Нишаня потрясли всех присутствующих. У Юэ и Мур Ичэнь переглянулись; Шу Фань стоял, опустив голову — в их сердцах уже созрел ответ.
— Юноша? С чего бы юноше обладать столь невероятной силой? — снова спросил император.
— Умерьте гнев, Ваше Величество. Этот юноша — бессмертный демон, создание со злым духом, — пояснил Ло Нишань.
— Есть ли способ схватить его? — встревоженно спросил император.
Ло Нишань погладил бороду:
— Позвольте этому бедному даосу подумать. Если говорить о том, чтобы непременно схватить его, пожалуй, у меня не хватит стольких сил; но вот встретиться с ним и попытаться наставить на путь истинный я еще смогу, — уверенно заявил он.
Слова Ло Нишаня всколыхнули в душе Мура Ичэня целую бурю чувств. Веер, большая высота, юноша — все эти детали неизбежно заставляли думать о Ло Бае.
Вспоминая странности в поведении Ло Бая в прошлом, он и сам начал склоняться к тому, что тот — вовсе не простой смертный.
Просто он сам привычно считал его обычным мальчишкой и гнал от себя подобные мысли.
А вспомнив недавний случай в карете, он подумал: неужели это был он?
Ему казалось, что в словах Сы Жань есть доля правды.
Но что есть в нем самом? С какой стати Ло Баю вдруг западать на него?
В его душе смешались сомнения, потрясение, гнев и подавленность.
Слишком многое хотелось узнать, слишком не терпелось расспросить Ло Бая обо всем лично. Ему хотелось немедленно сорваться назад, схватить Ло Бая и потребовать ответов, но он не мог. Сам не зная почему, он не хотел показывать при императоре, сколь близки его отношения с Ло Баем.
В глубине души он понимал: дело вовсе не в нем самом. Ему-то бояться нечего, его уже давно так потрепало в бурных волнах при дворе, что от прежнего человека мало что осталось.
Но Ло Баю все это было чуждо — он всего лишь юноша, у него впереди прекрасная жизнь. Если Ло Нишань прав и Ло Бае действительно присуща сущность злого духа, то почему тот никогда никому не вредил?
Быть может, все это лишь случайность? Просто раньше ему не доводилось сталкиваться с тем, как тот кому-то вредит.
Мур Ичэнь размышлял об этом, сохраняя внешнее спокойствие, но в душе его бушевали волны.
— Хорошо! С этих пор наставник Ло Нишань будет оказывать содействие министру Муру в поимке этой нечисти, — отдал приказ император.
— Ваш слуга сделает всё возможное, — Мур Ичэнь не смел ручаться, что сможет поймать нечисть, а уж если этой нечистью и впрямь окажется Ло Бай, то о поимке не могло быть и речи.
Настроение Мура Ичэня и так было скверным: за дни общения он успел проникнуться к Ло Баю весьма неплохим чувством. Он не понимал, почему все улики указывают именно на Ло Бая, и это ощущение было сродни глубокой ране, которую нанесли прямо по его сердцу.
Будто кто-то содрал с Ло Бая маску добропорядочности, обнажив перед ним все уродливое нутро.
Ему было трудно с этим мириться, но он ничего не мог поделать.
— Господин, господин, с вами все в порядке? — У Юэ поддержал Мура Ичэня.
— Пустяки, пошли назад, — без сил ответил Мур Ичэнь.
В этот момент шедший сзади Ло Нишань приблизился и поклонился Муру Ичэню:
— Надеюсь на вашу поддержку, министр Мур, вместе мы дадим императору удовлетворительный ответ.
Мур Ичэнь с улыбкой ответил на поклон:
— Разумеется. Будучи верным подданным трона, я сделаю все от меня зависящее ради Вашего Величества.
Услышав это, Ло Нишань усмехнулся и горделиво удалился.
Когда даос отошел на приличное расстояние, У Юэ вполголоса спросил:
— Господин, неужели тот человек, о котором они говорили — это молодой господин Ло?
— Говори тише, — предостерег его Мур Ичэнь. — Мы во дворце, здесь нельзя болтать лишнего и навлекать на себя беду.
— Слушаюсь, господин наказал меня верно, — У Юэ тут же прикусил язык.
Мур Ичэнь тяжело вздохнул: ладно, сначала вернемся домой, а там разберем всё при встрече.
В глазах У Юэ вспыхнул огонек возбуждения: Ло Бай, я и раньше-то тебя недолюбливал, а уж если ты и вправду демон, посмотрю я, как тебе удастся уйти!
Шу Фань шел позади, не произнося ни слова.
Его впечатление о Ло Бае было самым наилучшим, он искренне восхищался им. Ло Бай был его ровесником, но уже добился таких высот в Юйчжоу, к тому же его внешность полностью отвечала его идеалу.
Хотя он сам состоял в рядах борцов с нечистью, к Ло Баю он питал какие-то особые чувства и совершенно не верил, что тот может оказаться демоном.
*
Ло Бай вдоволь погулял по столице: отведал всякой всячины, развлекся от души и насладился жизнью сполна. Заметив, что уже вечереет, он направился прямиком в сторону столичной усадьбы Мура.
По пути он поигрывал нефритовой подвеской и мысленно насмехался над Муром Ичэнем: подумаешь, какая-то скромная усадьба Мура, неужели для ее поисков потребовалось бы расспрашивать дорогу?
Но эта подвеска была личной вещью Мура Ичэня, и, сжимая ее в руке, он чувствовал разливающееся в груди тепло.
Впереди послышался топот солдатских сапог, и он увидел выставленный заслон.
Видимо, они расследуют утреннее падение человека с небес. Он достал нефритовый веер, посмотрел на него и с улыбкой произнес:
— Император-отец, мой император-отец, создавая этот веер, ты ведь наверняка не думал, что на него прольется кровь?
С этими словами веер выскользнул из рук Ло Бая и взмыл ввысь.
— Господин! Господин, посмотрите наверх! — один из стражников указал пальцем в небо и крикнул командиру.
Командир поднял голову, увидел парящий в небесах веер и поспешно скомандовал:
— Быстро! Живо поймайте этот поясной веер!
Ло Бай про себя усмехнулся, заложил руки за спину и неторопливо подошел к заставе.
— Кто идет? Зачем пожаловал?
— Я купец из Юйчжоу, приехал в столицу за новой тканью для нарядов, хочу отвезти ее назад, чтобы сшить красивую одежду для уважаемых господ и хозяйств, — объяснил Ло Бай.
Стражник пренебрежительно бросил:
— Ого, всего лишь портной. Лицо такое нежное, словно девичье... Проходи.
— Благодарю вас, господин офицер, благодарю, — Ло Бай с согнутой спиной проскользнул вперед.
Толпа стражников окружила парящий в небе веер и судорожно соображала, как бы его сбить.
Ло Бай выругался про себя: — Бездари!
Стоило ему отойти подальше, как веер со свистом исчез.
— Странно? Куда делся веер? Веер исчез, господин!
Внезапное появление и исчезновение веера повергло стражников в полнейшее замешательство.
Когда Ло Бай свернул на улицу, где располагалась усадьба Мура, веер, словно хорошо знающий дорогу пес, тихонько опустился обратно к нему в ладонь.
http://bllate.org/book/18913/1849393
Готово:
