Это была первая встреча Е Ланя и Лю Шаньшань после его возвращения в секту.
Стоя на арене, он заметно повзрослел, в его облике больше не осталось былой легкомысленности.
Лю Шаньшань невольно предалась размышлениям: суровые испытания и впрямь быстрее всего закаляют характер. Это лишь укрепило её решимость покинуть область Девяти Сияний.
— Решительные, безжалостные удары, не оставляющие противнику ни единого шанса. При необходимости готов нанести тысячу ударов врагу, даже ценой восьми сотен собственных ран.
Такова была оценка Е Ланя, которую Лю Шаньшань дала после завершения поединка. Должно быть, за этот год ему пришлось пережить немало смертельно опасных моментов, чтобы так измениться.
Не прошло и десяти приемов, как под яростным натиском Е Ланя его противник вылетел за пределы ринга.
На трибунах воцарилась тишина. Даже судья лишь спустя три секунды пришел в себя и поспешно объявил о победе Е Ланя.
На помосте старейшины переглядывались, но никто не решался заговорить первым.
Наконец, Лю Чжоу нахмурился и прервал молчание:
— Нынешний характер Е Ланя вполне подошел бы для главы дисциплинарного зала.
Услышав это, глава Вэй тоже нахмурился. Он прекрасно понял намек Лю Чжоу.
Жестокость Е Ланя нельзя назвать недостатком, и для службы в дисциплинарном зале он был бы идеальным кандидатом. Но ведь он — будущий претендент на пост главы секты, а одной лишь жесткости недостаточно. Необходимо сочетать твердость с гибкостью, чтобы завоевать сердца людей и эффективно управлять сектой. Глава Вэй заметил это еще по возвращении юноши в секту, но из-за суеты вокруг тайных земель не уделял этому должного внимания. Теперь, когда Лю Чжоу поднял этот вопрос при всех, главе Вэй стало неловко.
Он уже собирался возразить, но тут подал голос доселе молчавший верховный старейшина:
— Характер можно со временем подправить, спешки с назначением его главой нет. А вот тем, кто отправляется в тайные земли, как раз и нужна такая жесткость и решительность, чтобы выжить в волчьем логове и урвать свой кусок.
Глава Вэй и Лю Чжоу, услышав эти слова, сочли их разумными. Они молча согласились, закрыли рты и перевели взгляды на арену, ожидая выхода следующей пары участников.
Вэнь Цинли вытянула тридцать третий номер — последнюю пару. Как только предыдущие участники поднялись на ринг, она поняла, кто её противник.
Это была внучка седьмого старейшины, культиватор стадии возведения фундамента средней ступени. В её глазах, устремленных на Вэнь Цинли, читалось нескрываемое возбуждение. Она не ожидала, что ей так повезет: противником оказалась новичок, только-только вступившая на путь возведения фундамента. Казалось, пропуск в тайные земли уже сам плыл ей в руки.
Заметив её восторженный взгляд, Вэнь Цинли догадалась о мыслях соперницы и холодно усмехнулась. За недооценку противника приходится платить.
После окончания предыдущего боя обе девушки поднялись на арену.
Едва ступив на ринг, Вэнь Цинли тихо произнесла:
— Старшая сестра, я, конечно, не ровня вам. Надеюсь, вы проявите милосердие и не позволите мне опозориться перед столькими людьми.
Видя такую покладистость, соперница улыбнулась:
— Не волнуйся, младшая сестра. Я ведь тоже девушка и прекрасно понимаю, что нужно делать.
Зрители, видя такую вежливость, принялись восхищаться:
— Младшая сестра Вэнь так воспитана и учтива, а старшая сестра Ци так великодушна. Какая прекрасная и добрая пара девушек.
— И правда, мне даже жаль смотреть, как они будут сражаться.
Лю Шаньшань лишь прищурилась: она не верила, что Вэнь Цинли действительно сдалась.
Старейшины на помосте тоже прекрасно видели происходящее. Седьмой старейшина смущенно пробормотал:
— Моей внучке уже под сорок, а она едва достигла средней ступени возведения фундамента. Разве может она по таланту сравниться с любимой ученицей верховного старейшины?
Верховный старейшина, однако, словно не расслышал его, продолжая пристально наблюдать за ареной.
По сигналу судьи начался последний раунд поединка. Поскольку обе девушки были невероятно красивы, зрители не испытывали никакой усталости от предыдущих боев и следили за происходящим с неослабевающим вниманием.
Старшая сестра Ци взмахнула пурпурным кнутом, целясь прямо в Вэнь Цинли. Та поспешно выставила меч, отбивая удар. Однако вскоре атака повторилась, и Вэнь Цинли пришлось согнуться, едва не вылетев за пределы ринга.
Некоторые из учеников-мужчин внизу даже повскакивали со своих мест, надеясь подхватить девушку, если она упадет. Но та ловким переворотом успешно избежала падения, и на лицах мужчин отразилось разочарование.
Е Лань, находившийся в зоне ожидания для прошедших дальше участников, с мрачным видом наблюдал за этими мужчинами, сжимая подлокотники кресла. Он не позволит никому из тех, кто осмелится заглядываться на неё, даже приблизиться к ней.
Вэнь Цинли не знала, что внизу из-за неё разгорелись такие страсти, и лишь продолжала делать вид, что едва держится.
Старшая сестра Ци, видя, как толпа мужчин сходит с ума по этой женщине — и что эта женщина не она сама, да к тому же ещё и соперница, — захотела поскорее закончить бой.
В этот момент Вэнь Цинли намеренно открылась. Ци поспешно взмахнула кнутом, не заметив торжествующей улыбки, мелькнувшей на губах противницы.
Она была уверена, что удар вышвырнет Вэнь Цинли с арены, но вместо этого та крепко схватила пурпурный кнут рукой.
Затем Вэнь Цинли резко дернула, и прежде чем старшая сестра Ци успела среагировать, она сама оказалась за пределами ринга.
Никто не ожидал такого исхода. В толпе послышались разочарованные вздохи.
Придя в себя, старшая сестра Ци в гневе указала на Вэнь Цинли:
— Какая же ты хитрая! Притворилась слабой, чтобы обмануть меня, заставила расслабиться, а потом воспользовалась моментом! Глава, я требую переигровки! В этот раз я выложусь на полную!
Глава Вэй не посмел согласиться. Он подумал: пусть ты и внучка старейшины, но вторая девушка — любимая ученица самого верховного старейшины!
Вэнь Цинли снова приняла вид беззащитной жертвы и с искренним изумлением произнесла:
— Старшая сестра Ци, о чем вы говорите? Я ничего не делала, все ведь видели!
Мужчины, стоявшие внизу, тут же вступились за неё:
— Как же так, проигрывать нужно уметь! Младшая сестра Вэнь ничего не сделала, за что её ругать? Старшая сестра Ци ведет себя слишком низко.
— И правда, раньше и не скажешь. Казалась такой понимающей, такой доброй, а стоило столкнуться с интересами, как сразу показала свое истинное лицо.
— Пользуется тем, что она внучка старейшины, и творит что хочет. Хорошо еще, что младшая сестра Вэнь стала ученицей верховного старейшины, иначе её бы совсем затравили эти отпрыски старейшин.
— Слышал, Вэнь Цинли хотела тренироваться на горе Ледяной Души, но её выгнала дочь одного из старейшин. Наверное, верховный старейшина не выдержал этого и взял её к себе.
— Это уже ни в какие ворота не лезет! Неужели секта Линъюй теперь принадлежит этим детям и внукам старейшин? Что хотят, то и делают? Зачем тогда каждый год набирают нас, у кого нет связей? Чтобы мы были для них прислугой?
http://bllate.org/book/18919/1850431
Готово:
