В дружбе, которую Лу Хао так отчаянно пытался завязать, наконец произошёл прорыв — в тот день, когда в их районе поселился бродячий кот.
Это было злющее, дикое создание с взъерошенной серой шерстью и острой мордочкой, шипевшее на каждого, кто пытался подойти ближе.
— Нет, не трогай его, — сказала мама, потянув Лу Хао назад, когда тот попытался его погладить.
Кот, сидевший на заборе у ворот, взъерошился ещё сильнее, но когда мама удержала Лу Хао, животное немного успокоилось. Его хвост покачивался из стороны в сторону, а глаза-бусинки следили за ними.
— Кошки не любят, когда их трогают незнакомцы, — строго произнесла мама. — Сначала тебе нужно стать его другом.
Эти слова задели какую-то струну в душе Лу Хао. Он моргнул, снизу вверх посмотрел на маму и спросил:
— А как мне стать его другом?
— Хм-м... — мама вгляделась в кота, настороженно сидевшего перед ними. — Этот кот не доверяет людям. Видишь, как он за нами наблюдает? Он думает, что мы можем причинить ему вред. Но если мы покажем, что неопасны, мы сможем ему понравиться. Позже, когда пойдём на рынок, мы можем принести ему рыбу.
— Рыбу? — переспросил Лу Хао.
— Да, кошки обожают рыбу. Каждый ведь рад съесть что-нибудь вкусненькое, правда?
«Что-нибудь вкусненькое», — повторил про себя Лу Хао.
Он отправился с мамой на рынок и, пока она торговалась за продукты, рассматривал лавки вокруг.
Между бакалейной и хозяйственной лавками приютилась пекарня. Из неё доносился сладкий аромат сахара и свежей выпечки.
Мама и Лу Хао заходили туда редко: папа очень любил сладкий хлеб, но доктор запретил пожилому человеку злоупотреблять сладким, поэтому мама покупала его только по особым дням.
Лу Хао не любил сладости, но помнил, как девочки хвастались вкусными лакомствами, а мальчишки дрались из-за конфет. Он потянул маму за руку и указал на пекарню:
— Мам, можно нам зайти туда?
— Хочешь купить хлеба, малыш Хао? — мама с покровительственной улыбкой повела Лу Хао к пекарне.
В витрине перед Лу Хао открылось изобилие десертов: торты, пирожные и всевозможные небольшие сладости.
Увидев такое разнообразие, Лу Хао забеспокоился:
— Я хочу принести кое-что для своего друга, но не знаю, что ему нравится...
— О, надо же, подарок! Что ж, мы можем взять всего понемногу.
Они вошли в магазин, и над дверью звякнул колокольчик.
Продавщица за прилавком была очень красивой девушкой с длинными чёрными волосами, собранными в хвост. Она поздоровалась с мамой и умилённо улыбнулась Лу Хао.
Мама объяснила ей, что Лу Хао хочет купить подарочную коробку сладостей для друга, но не знает его вкусов.
— О, это не проблема, мы можем собрать ассорти, — ответила продавщица и достала коробку.
Она попросила Лу Хао выбрать несколько небольших угощений, указав на прилавок с десертами размером с ладонь.
Лу Хао взглянул на маму, которая ободряюще улыбнулась ему, и наобум ткнул пальцем в несколько лакомств.
— Итак, у нас есть ананасовая булочка, бисквит, мятное пирожное и тарталетка с яичным кремом. Это всё?
— Не могли бы вы положить ещё несколько вот этих булочек, пожалуйста, — попросила мама и купила выпечку для папы.
Они ушли с рынка с полными сумками еды, а когда вернулись домой и разложили продукты, мама воскликнула:
— Ой, мы же забыли купить рыбу!..
***
На следующий день Лу Хао разыскал того мальчика. Тот безучастно уставился на него, когда Лу Хао сказал, что принёс кое-что, но всё же тихо пошёл следом и сел рядом с ним на скамейку.
Лу Хао не терпелось: он быстро расстегнул сумку и достал коробку. Он протянул её мальчику, который заворожённо разглядывал маленькую белую коробочку.
Лу Хао предложил взять её, но поскольку мальчик продолжал гипнотизировать закрытую крышку, Лу Хао пришлось подсказать ему открыть её.
Нерешительно, но мальчик всё же медленно поднял крышку. Воздух наполнил аромат свежей выпечки, и глаза мальчика расширились.
На его лице застыло такое выражение, будто он никогда в жизни не видел подобной еды.
Он не предпринимал никаких попыток прикоснуться к десертам. Его маленькое горло дёрнулось от судорожного сглатывания, но руки оставались совершенно неподвижными.
Это напомнило Лу Хао хорошо вышколенных собак, которые не станут есть угощение без разрешения, даже если положить лакомство им на нос или держать у самого рта.
— Это тебе, — сказал Лу Хао.
Маленький мальчик посмотрел на Лу Хао; в его взгляде читались тоска и растерянность. Сердце Лу Хао подскочило к самому горлу.
Сначала он был в восторге и готов прыгать от радости, предвкушая победу, но теперь испугался, что всё понял не так, и, возможно, это вовсе не тот подарок, возможно...
— Ты... ты хочешь их съесть? — Лу Хао уже собирался сказать, что если нет, ничего страшного и он может принести что-то другое, но мальчик опустил голову и коротко, робко кивнул.
Лу Хао облегчённо вздохнул.
— Тогда ешь! — он улыбнулся и указал на коробку. — Они все твои.
На лице мальчика отразилось искреннее изумление.
Сердце Лу Хао радостно заколотилось: он впервые видел, чтобы на этом лице проступило хоть что-то, кроме пугающей пустоты или настороженности.
Мальчик снова перевёл взгляд на коробку и нерешительно протянул руку. Прежде чем коснуться выпечки, он ещё раз взглянул на Лу Хао, и тот подбадривающе улыбнулся. Мальчик опустил руку и взял тарталетку с яичным кремом.
Он благоговейно держал маленькое угощение, словно хрупкую птичку. Ещё раз бросив взгляд на Лу Хао — будто переспрашивая, правда ли всё в порядке, — он поднёс тарталетку к губам и осторожно откусил кусочек.
И затем...
Уголки его рта приподнялись в улыбке, щёки округлились, а глаза сузились в счастливые полумесяцы.
Лу Хао с замиранием сердца наблюдал, как мальчик лакомился сладостями. Этот безучастный, похожий на призрака мальчик на самом деле мог улыбаться так мило и счастливо!
Это мгновение казалось невероятно хрупким — словно тонкий листок бумаги, который может порваться от единой капли дождя или улететь от лёгкого дуновения ветерка.
Лу Хао замер, не смея шелохнуться, и едва дышал, безумно боясь спугнуть нежность этого момента.
Закончив слизывать последние крошки с пальцев, мальчик застенчиво взглянул на Лу Хао исподлобья. Он прикусил тонкие губы, опустил голову и тихо прошептал:
— Спасибо.
— Я... — у Лу Хао голова пошла кругом. Он наконец заставил его заговорить! — Не за что!
Означало ли это, что теперь они друзья? Неужели у Лу Хао наконец всё получилось?
Мальчик всё ещё улыбался — едва заметным изгибом губ, но этого оказалось достаточно, чтобы сердце Лу Хао заполнилось странным, ошеломляющим чувством радости.
— Как тебя зовут? — вырвалось у Лу Хао: он просто обязан был узнать это прямо сейчас.
Мальчик моргнул и произнёс тихо, подобно падающему снегу:
— Хун Шэн.
***
— Нашёл!
Маленькие пухлые ручки раздвинули ветки куста. Сияя от уха до уха, Лу Хао просунул голову в образовавшийся проём.
За листьями прятался мальчик: он сидел на корточках между корнями дерева, обняв худенькими руками колени.
— Хун Шэн, ты всегда выбираешь самые сложные места! — Лу Хао пробрался сквозь кусты и похлопал Хун Шэна по плечу. — Ну вот! Я нашёл тебя. Пойдём!
Стоило руке Лу Хао коснуться его, как лицо Хун Шэна озарила едва заметная улыбка. Он кивнул и послушно поднялся, последовав за Лу Хао из кустов обратно на дорожку.
Солнце уже почти опустилось за горизонт, окрасив небо в оранжево-золотые тона. Лу Хао отряхнулся, счищая цеплявшиеся за одежду ветки и листья. Хун Шэн молча наблюдал за ним, но когда Лу Хао повернулся, застенчиво опустил глаза.
— А ты правда отлично играешь! — Лу Хао схватил Хун Шэна за руку и потащил за собой, весело болтая: — Ты продержался дольше всех! Даже Бай Цзэ проиграл через тридцать минут. А первой вылетела Мин Ли — я нашёл её буквально секунд за десять. Девочки совсем не умеют прятаться, они всегда на виду. А вот ты прячешься лучше всех. Только я могу тебя найти, потому что я лучше всех ищу! Правда ведь?
Он посмотрел на Хун Шэна, и тот кивнул, слегка покраснев.
Лу Хао доволен ухмыльнулся и снова повернулся к дороге. Они шли по улице на краю парка; чтобы дойти до дома Хун Шэна с другой стороны, требовалось около шести минут.
Лу Хао любил играть с друзьями. Больше всего ему нравились командные игры вроде футбола, но увлекали и простые — например, «поймай дракона за хвост», где все выстраивались в цепочку, а первый пытался поймать замыкающего. Догонялки тоже были весёлыми, ведь Лу Хао всегда бегал быстрее всех.
Но когда он играл в эти игры с ребятами, Хун Шэн никогда не присоединялся. Он просто сидел в стороне и наблюдал.
Из-за этого девочки считали его странным и пугающим. Лу Хао же не нравилось, когда его друзья не ладили — они все принадлежали его компании, а значит, должны были быть одной большой семьёй во главе с ним.
Вот почему Лу Хао решил найти игру, в которую захочет играть и Хун Шэн.
После множества попыток он наконец выбрал подходящую: прятки. В этой игре все, кроме ведущего, должны были спрятаться, а ведущий отправлялся на поиски. Те, кого находили, помогали искать остальных.
Все друзья Лу Хао посчитали эту игру интересной, даже Хун Шэн. И Хун Шэн прятался лучше всех! Даже в конце игры, когда остальные уже были найдены, Хун Шэн всегда оставался последним.
Ребята знали, что на его поиски уйдёт много времени, поэтому всегда уходили домой пораньше. Лу Хао всё равно оставался единственным, кто мог его найти, так что их уход ничего не менял.
Впрочем, если бы Лу Хао хоть раз забыл о нём, Хун Шэн, вероятно, так и сидел бы в своём укрытии очень-очень долго.
— Ну вот, мы и у твоего дома. Сегодня было весело, правда?
Хун Шэн посмотрел на Лу Хао. Вид у него был грустный, словно он не хотел, чтобы тот уходил так быстро. В конце концов он кивнул и осторожно высвободил руку.
— Пока, Лу Хао, — тихо прошептал он, опустив тёмные глаза.
Лу Хао слегка насупился. Он подставил ладонь под подбородок Хун Шэна и приподнял его лицо, заставив мальчика посмотреть на себя.
На губах Лу Хао расплылась яркая улыбка:
— Мне нравится видеть твоё лицо, когда ты говоришь со мной, понял?
Едва эти слова прозвучали, как Хун Шэн резко отшатнулся.
Прикрыв ладонью нижнюю половину лица, Хун Шэн широко раскрытыми глазами уставился на Лу Хао, а затем развернулся и сбежал в свой подъезд.
Лу Хао удивлённо похлопал глазами, глядя на пустое место. Уперев руки в бока, он вздохнул:
— В конце концов я отучу тебя убегать от меня! — пробормотал он про себя.
В его голове возник образ сердитого, взъерошенного кота. Совсем как Хун Шэн, тот уличный кот тоже всегда сбегал, стоит только попытаться к нему прикоснуться.
Он снова вздохнул, раздумывая, не стоит ли купить ещё угощений, и медленно поплёлся домой.
Высоко вверху дрогнула штора одного из окон. Хун Шэн, сжимавший её одной рукой, второй осторожно коснулся своего подбородка.
Его лицо пылало густым румянцем.
http://bllate.org/book/19028/1908005
