Цзян Ци скрестил руки на груди, пока толстяк тащил его за воротник, и с видом человека, потерявшего всякий вкус к жизни, тяжело вздохнул.
Толстяк оглянулся, увидел волочащегося за ним Цзян Ци и испугался.
Вроде бы… не помер же… а этот глупый ребенок даже не пикнет!
Чувствуя вину, он протянул руку, ухватил Цзян Ци за плечи, бережно усадил его на место и даже заботливо поправил ему воротник.
— Пошли кушать! — толстяк закинул руку Цзян Ци на шею и с жизнерадостной улыбкой сделал вид, будто ничего не произошло.
У Се сидел за столом, в упор глядя на котелок с рыбьей головой, от которого во все стороны исходил манящий аромат.
— Товарищ Тяньчжэнь У Се, в одного уплетать вкуснятину нехорошо! — почуяв этот соблазнительный запах, толстяк почувствовал сильный зуд в ладонях.
С ловкими движениями он уселся перед котелком с рыбьей головой и, схватив палочки, сразу же подцепил кусочек рыбы.
— Разве мы не вас ждали! — заметив действия толстяка, У Се без лишней скромности тоже протянул палочки.
— Двести юаней между прочим… — бубнил себе под нос мужчина крепкого телосложения, глядя на рыбу в котелке. Судя по одежде, он был судовым капитаном.
— Да ты… Я же не отбираю у тебя! Заплачу я! — толстяк посмотрел на его скорбную физиономию и крайне недовольно поморщился.
Заметив боковым зрением малявку, он насилу проглотил грубое словцо.
Толстяк подумал про себя: грех на душу брать нельзя, нельзя портить ребенка!
— Вот именно, мисс А-Нин не станет мелочиться, все расходы на эту операцию оплачивает мисс А-Нин! — с усмешкой произнес У Се.
Услышав это, толстяк повеселел и, закинув руку на плечо У Се, лукаво рассмеялся.
Капитану было не до смеха: он с обиженным видом уставился на толстяка и продолжал бормотать: — Вышли в море, ничего не добыли, да еще и свои деньги выложили…
— Как о деньгах говорить, так вы такие вежливые, — раздался голос подошедшей А-Нин. Поправляя на запястьях напульсники, она холодно фыркнула: — Раньше я за вами такого отношения не замечала.
— Мисс А-Нин — человек великих достоинств и широкой души, она же не станет из-за таких мелочей спорить, верно? — толстяк фальшиво улыбнулся и легонько толкнул локтем уплетавшего рыбу за обе щеки У Се.
У Се проглотил кусок рыбы, кашлянул и с предельно серьезным видом заявил: — Я вечно буду помнить о гостеприимстве мисс А-Нин.
При этом он слегка пнул под столом сидевшего рядом и молча уплетающего еду Цзян Ци.
Цзян Ци поднял голову и увидел, что толстяк, А-Нин и У Се в упор смотрят на него.
Цзян Ци:…
Поразмыслив пару секунд, он выдал рецензию: — Рыба свежая, только соли маловато!
У Се молниеносным движением зажал Цзян Ци рот рукой, чтобы тот не ляпнул еще чего-нибудь неуместного.
— Кхе-кхе… Он имеет в виду: спасибо мисс А-Нин за рыбу! — толстяк перевел взгляд и с улыбкой пояснил: — Что у трезвого на уме, то у ребенка на языке! Мисс А-Нин ведь не станет обижаться на сопляка?
Подтекст был таков: взрослая женщина, а собираешься с ребенком препираться, неужели ты опустишься до такой бессовестности?
— Ешь поменьше соли. — А-Нин недовольно зыркнула на толстяка и холодно бросила.
— Мисс А-Нин, не составите нам компанию? — с показной учтивостью пригласил толстяк.
— Аппетита нет. — Словно вспомнив что-то неприятное, А-Нин отошла в одиночку к самому краю берега подышать морским бризом.
У Се покачал головой и хотел было что-то сказать, но толстяк его остановил: — Оставь ее, едим сами и не лезем к ней.
Чжан Лысый унюхал запах и, забыв обо всем на свете, с небольшой пиалой в руках подсел прямо к ним.
— Эх, хорошо на Сиша! Даже рыба такая свежая. — Чжан Лысый ел и одновременно предавался восторгам.
— Только и знаешь, что жрать! — после появления Чжан Лысого рыба стала исчезать еще быстрее, и толстяк не выдержал, занервничал.
В процессе еды толстяку показалось мало, и он громко потребовал выпивки.
— Мы же на промысел вышли, откуда здесь взяться алкоголю? — А-Нин, обдуваемая морским ветром, бросила на них косой взгляд.
— Эх! — толстяка задело за живое. — Как это на рыбалку — и без водки?
С этими словами он бросил есть рыбу, забрался в каюту и принялся громыхать ящиками в поисках выпивки.
Капитан с кислым лицом семенил следом за толстяком и причитал: — Нету у нас спиртного… Не ройтесь, не ройтесь…
Толстяк выужил из недр какую-то глиняную кубышку, прижал к груди и с огромным торжеством заявил: — Глядите, что Толстяк нашёл!
Капитан не мог его остановить и, горько всхлипывая, уселся в углу рисовать пальцем круги на полу и бубнить: — Это вообще-то для царя драконов…
— Да выпьем всего чуток, — толстяк отмахнулся от его нытья и раздраженно бросил: — Не какая-нибудь коллекционная редкость.
Затем он достал из сумки бутылку эрготуо и протянул капитану взамен: — Поменяете своему царю драконов вкусовые ощущения!
Глядя, как толстяк с У Се по собственной инициативе наливают себе по пиале, Цзян Ци тоже захотелось попробовать.
Он протянул руку, намереваясь налить себе чашечку, но толстяк шлепнул его по пальцам: — Мелюзга, дуй молоко пить, какая тебе водка.
— Я совершеннолетний! — сквозь зубы подчеркнул Цзян Ци. — Мне в этом году девятнадцать!
Толстяк даже не посмотрел в его сторону и просто унес кувшин подальше.
Тут подала голос А-Нин: — Наелись, теперь пора и о деле поговорить.
Толстяк громко икнул, хлопнул себя по коленям и сказал: — Морская гробница — это тебе не на суше копать, тут и правда надо всё как следует спланировать.
— И насколько мистер Ван уверен в успехе? Хотелось бы хоть примерно понимать, — с прощупывающей интонацией спросила А-Нин.
— Трудно сказать, — покачал головой толстяк. — По моему опыту, с морскими гробницами две главные проблемы: первая — сложность с ориентированием, вторая — тяжело копать лазы.
Он сделал паузу: — И это мы еще не берем в расчет самое главное: внутри полная неизвестность, мы понятия не имеем, водятся ли там зомби.
При слове зомби лицо Цзян Ци изменилось: он вспомнил дурную голову этого негодяя Чжоу Му-вана и невольно вздрогнул.
Тц~ А можно ему дать заднюю?
— Чего струсил? — подзадорила система. — Чжоу Му-ван уже сыграл в ящик, чего тебе бояться, раз с нами Сяо-гэ!
Цзян Ци призадумался и задумчиво кивнул.
И правда, с его-то показателем обаяния помереть непросто, да к тому же рядом Сяо-гэ — абсолютный потолок боевой мощи.
Система отключила микрофон и, глядя на параметры Цзян Ци, улыбнулась донельзя зловеще: помереть-то ему непросто, а вот насчет остального~ хе-хе.
С показателем обаяния в 20 единиц монстры в гробнице точно не станут гоняться за ним по пятам, максимум — будут тискать, обнимать и подбрасывать вверх!
Верно же, наш мил сердцу любитель красивых мордашек, великое вазочковое создание Цзян?
У Цзян Ци, которого силой заставляли пить молоко, по спине пробежал холодок.
— Кстати, я тут покажу тебе любовную историю Сяо-Хун и Ли Хуа.
Сказав это, система прямо перед Цзян Ци материализовала с помощью доната экран, видимый только ему одному.
Внутри экрана вовсю клевали друг друга несколько голубей, а доносившееся сбоку воркование автоматически переводилось на человеческий язык.
Пока Цзян Ци был увлечен любовным треугольником, сидевшие напротив У Се и толстяк продолжали обсуждать обстановку в гробнице.
У Се задумчиво произнес: — Обстановка в гробнице не до конца ясна, но мы столкнулись с кое-чем куда более неприятным.
С этими словами он принялся рассказывать о существах, с которыми им довелось столкнуться на корабле-призраке.
Система хмыкнула про себя, бросила взгляд на увлеченного слежкой за любовным треугольником Цзян Ци и тихонько прибавила громкость на экране.
Будто морская обезьяна захочет в море спускаться! Размечтались!
С характером Цзян Ци, помешанного на красивых мордашках, услышь он про морскую обезьяну, он в жизнь не захочет спускаться в подводную гробницу.
Уж она-то, столь услужливая система, обязана пресечь все беды на корню!
Иди-ка ты послушно в гробницу и нежно милуйся с морской обезьяной и сестрицей цзинпо! Раз она сказала — сам Иисус не остановит!!
При этих мыслях в пространстве разнесся дерзкий и безудержный смех системы.
http://bllate.org/book/19068/1872847
Готово:
