Немного поплавав в бассейне и сделав несколько красивых фото, Чжао Сяоцизн легла на шезлонг и принялась ретушировать снимки.
Вэнь Пинхань некоторое время поплавала, а затем прислонилась к бортику бассейна, любуясь открывавшимся вокруг горным пейзажем. До её слуха донёсся всплеск воды, следом за которым из воды поднялась Се Чжифэй. Она смахнула с лица капли воды, на её высокой переносице еще держалась одна крупная, похожая на горошину капля, которая всё никак не падала. Вэнь Пинхань засмотрелась на неё пару мгновений, а затем, словно поддавшись какому-то наитию, протянула руку и смахнула эту каплю.
Се Чжифэй ослепительно улыбнулась ей. На фоне синей глади воды её кожа, подобная белому нефриту, сияла, словно драгоценный камень. Солнечный свет пал ей на щёки, губы казались сочными и алыми, а улыбка в уголках рта, яркая и приятная, напоминала это осеннее солнце.
— Устала? — с улыбкой спроила Се Чжифэй.
— Нормально, а ты?
— Я тоже почти закончила. — Се Чжифэй попросила официанта принести напитки и фрукты, после чего подошла к Вэнь Пинхань и вместе с ней принялась любоваться бескрайними пейзажами. — Ох, как же красиво.
Вэнь Пинхань скосила взгляд и на мгновение зачарованно засмотрелась на её профиль. Если бы она была художницей, то смогла бы прямо сейчас запечатлеть этот безупречный изгиб её лица — наверняка вышла бы прекрасная работа.
— Угу, очень красиво.
В этот момент к ним приблизился молодой мужчина и с улыбкой произнёс:
— Две красавицы, не желаете познакомиться?
— Не нужно, мне нравятся женщины, спасибо, — ответила Се Чжифэй.
Вэнь Пинхань не удержалась от смеха:
— Переняла на вооружение.
Раз уж ей предстояло лишь есть и наслаждаться, о чём ещё можно было жалеть? К тому же она не боялась ситуаций, требующих фальшивой вежливости. Она ведь была квалифицированным продажником: не боялась неловкости, боялась лишь того, что придёт недостаточно людей. Друзья Чжао Сяоцизн наверняка сплошь состояли из богачей и знати, а это же готовые, отличные связи! Где ещё сыщешь столь прекрасную возможность обзавестись полезными знакомствами?
Ближе к вечеру все трое сидели на балконе апартаментов и любовались закатом.
— Какая красота.
— Угу. — Вэнь Пинхань взяла её за руку.
— А? — Вэнь Пинхань слегка растерялась. Если память её не подводила, они ведь едва потеплели друг к другу и полдня не прошло, а та уже зовёт её на свой день рождения?
Чжао Сяоцизн лениво резала стейк:
— Иди давай, всё равно выходные. Только сразу предупреждаю: народу набежит прорва, я за тобой уследить не смогу. Сама там себе еду и питье ищи, потом не жалуйся, что плохо приняла.
Она скинула фотографии Вэнь Пинхань, и та не удержалась, пересмотрела их несколько раз. Половина лица запечатлена в кадре, другая растворяется в сумерках; запечатлен миг, когда волосы взметнулись от дуновения ветра, естественное выражение лица... она и сама не заметила, что на фото, поворачивая голову, улыбалась.
— Вот как... тогда вы и правда очень близки, — произнесла Вэнь Пинхань.
— Раньше мы были одноклассницами, а у наших семей как раз завязались деловые отношения, вот мы и сошлись характерами, стали закадычными подружками по гулянкам. А потом как-то раз её чуть не сбила машина. Я оттолкнула её, а меня саму отбросило на метр. К счастью, машина ехала небыстро, отделалась лишь переломом, пролежала в больнице несколько месяцев. Она решила, что обязана мне жизнью, и с тех пор прикипела ко мне всей душой: всё, что мне нравится, тут же мне достастает, — рассказала Се Чжифэй.
— Почему?
Се Чжифэй только полезла за телефоном, как Чжао Сяоцизн громко кашлянула и воззрилась на неё круглыми от удивления глазами. Се Чжифэй тут же послушно убрала телефон и с улыбкой произнесла:
— Планы действительно есть — пойду на день рождения нашей обожаемой мисс Чжао.
На самом деле никто не знал, что первобытная «Се Чжифэй» вовсе не спасала Чжао Сяоцизн из благородных побуждений. Просто в тот момент им навстречу шёл Гу Чжичжан, и она, желая продемонстрировать свои прекрасные качества самопожертвования ради других, впопыхах толкнула девушку вперёд. Позднее, в больнице, помимо преданной подруги Чжао Сяоцизн, её очень радовало искреннее беспокойство и забота Гу Чжичжана.
Она подошла к перилам и, зачарованно глядя на природную красоту, погрузилась в задумчивость, как вдруг позади раздался голос:
— Пойдём. — Се Чжифэй вышла из воды и протянула ей руку.
Вэнь Пинхань удивилась ещё сильнее и с недоумением спросила:
— С каких это пор тебе стали нравиться женщины?
— Кстати, а что любит Чжао Сяоцизн? — поинтересовалась Вэнь Пинхань в машине.
— Эй, вы долго ещё собираетесь плескаться? Пора ужинать! — донёсся с берега голос Чжао Сяоцизн.
— И то верно, и то верно. — Се Чжифэй почувствовала неловкость за прежнюю хозяйку тела и поспешила сменить тему. — Ох, какой красивый закат.
Се Чжифэй тихонько усмехнулась и добавила:
— Только не дари слишком уж душевных подарков.
— Сестрица.
— На следующей неделе у меня день рождения, А-Фэй, придёшь? — спросила Чжао Сяоцизн.
Внезапный телефонный звонок нарушил эту идиллию. Взглянув на экран и увидев имя Ли Фэна, Чжао Сяоцизн выругалась в два счёта, поднялась и ушла в комнату отвечать на вызов.
— Сейчас гляну расписание.
Обе девушки выбрались на берег друг за другом, ополоснулись и лишь после этого собрались в ресторане. Сам ресторан располагался на склоне горы, из его панорамных окон открывался вид на долину, а противоположная гора уже окрасилась в желтизну кленовых листьев. В таком живописном окружении аппетит разыгрывался сам собой.
— Они и правда расстались? — спросила Вэнь Пинхань.
Мысленно выругав себя, Се Чжифэй проследила за её взглядом. Вэнь Пинхань смотрела на медленно опускающееся за горизонт солнце, окрасившее золотом края облаков и макушки гор, и восхищённо протянула:
— Ах, как красиво...
— С чего это ты «мы», ничего себе «мы»? Ты-то как раз можешь позволить себе подарить что угодно, — возразила Вэнь Пинхань.
— Вот так-то лучше. — Чжао Сяоцизн удовлетворённо улыбнулась, а затем перевела взгляд на Вэнь Пинхань: — Ты тоже давай с нами, приезжай.
Услышав это, Вэнь Пинхань тут же согласилась:
— Хорошо, я приду.
Вещь, интересовавшая Вэнь Пинхань уже давно, наконец вырвалась у неё с языка:
— А как вы вообще стали лучшими подругами?
Се Чжифэй и Вэнь Пинхань не торопясь пообедали и лишь после этого тронулись в обратный путь.
Она обернулась и услышала негромкий щелчок камеры.
Се Чжифэй посмотрела на сделанную исподтишка фотографию: на стыке неба и гор запечатлелся закат и мягкий профиль Вэнь Пинхань.
— О, подарком ей? Тогда ладно, можешь дарить что угодно, у неё и так всё есть, — поразмыслив с минуту, добавила Се Чжифэй. — Можешь подарить ей что-то сделанное с душой. Остальные друзья наверняка надарят дорогих вещей, а у нас таких возможностей нет, так что возьмём душевностью.
— Мужчина, красивый мужчина, и чем больше, тем лучше, — выпалила Се Чжифэй.
Мужчина на мгновение опешил, виновато улыбнулся, окинул их растерянным взглядом и поспешил ретироваться.
— И впрямь жутко занятая особа, — вздохнула Се Чжифэй, отправив в рот сорванную виноградинку.
— Только что, — усмехнулась Се Чжифэй. — Когда натыкаешься на таких вот навязчивых кавалеров, этот способ — самый действенный. Иначе дальше пойдёт обмен контактами в WeChat и всё в таком духе, а мне лень придумывать новые отговорки.
— Кто её знает? Раньше она с парнями расставалась легко и непринужденно: в мгновение ока удаляла из контактов и отправляла в чёрный список, не давая им ни шанса на объяснение, — усмехнулась Се Чжифэй. — Возможно, к Ли Фэну у неё всё ещё остались какие-то чувства, просто ей не хочется зацикливаться на ком-то одном, вот она и хочет поскорее порвать со всем этим.
Как же неуклюже она сменила тему!
Проведя ночь на курорте, ранним утром следующего дня Чжао Сяоцизн была срочно вызвана родителями домой — обсуждать детали предстоящего дня рождения.
...Такой подарок мне точно не по карману.
— Я буду ревновать, — с абсолютно честным видом заявила Се Чжифэй. — Посмотрим, что ты придумаешь на мой день рождения.
Уголки губ Вэнь Пинхань изогнулись в улыбке:
— Тоже верно, нельзя сразу задавать слишком высокую планку.
В конце концов, перебрав всевозможные варианты, Вэнь Пинхань решила преподнести духи собственного изготовления. Отыскав в интернете студию с отличной репутацией и забронировав время, она отправилась туда в среду вечером.
Описав характер Чжао Сяоцизн, мастер подобрала подходящие ноты для начальных, средних и базовых аккордов. Под её чутким руководством Вэнь Пинхань постепенно смешала совершенно уникальный парфюм, и результатом осталась весьма довольна.
Подумав о чём-то, она спросила:
— Я бы хотела сделать ещё один флакон для другой подруги.
— Конечно! А каков характер у этой подруги? Какой стиль ей нравится?
— Она — словно полуденное солнце, лазурное море, приятный горный ветер, плывущие грядами белые облака и единственная в своём роде роза.
— Наверное, парень? — с улыбкой поддразнила её мастер.
— Нет, девушка.
Мастер громко рассмеялась:
— Ай да я, не в ту сторону подумала. Надо же, как поэтично вы её описали, я уж решила, что это ваша вторая половинка. Должно быть, она очень важна для вас?
— Почему вы так решили?
— Сколько работаю, впервые слышу, чтобы кто-то так описывал чужой характер. Вы ведь про свою первую подругу тоже говорили, что она смелая, страстная и свободная духом?
Если подумать, и впрямь так получалось. Вэнь Пинхань раздумчиво произнесла:
— Наверное, просто эту мою подругу... трудно описать какими-то конкретными словами.
— Тогда я ничего не буду советовать. Положитесь на собственные чувства и подберите для неё ароматы интуитивно. Если что-то будет непонятно — спрашивайте меня.
— Хорошо.
На этот раз у неё ушло вдвое больше времени, но наконец-то всё было закончено.
В мгновение ока наступила суббота. Вэнь Пинхань извлекла из шкафа платье. В её профессии без посещения важных мероприятий было не обойтись, так что пара выходных нарядов на все случаи жизни у неё всегда имелась.
Добравшись на машине до дома Чжао Сяоцизн, она обнаружила, что её скромный Фольксваген среди припаркованных вокруг роскошных иномарок и впрямь выглядит чересчур просто.
Переобувшись в машине в туфли на каблуках, она подхватила сумочку, вышла и направилась к главному входу.
Банкетный зал был оформлен невероятно романтично. Большинство гостей составляла молодёжь; как говорили, старшее поколение принимали на втором этаже родители хозяйки вечера.
Гости разбились на небольшие группы и оживлённо болтали. Пройдя вглубь гостиной, Вэнь Пинхань наконец заметила в самом её центре виновницу торжества, наряженную точь-в-точь как принцесса, которая весело щебетала с друзьями.
Когда она подошла ближе, Чжао Сяоцизн заметила её, замолчала и, окинув с ног до головы оценивающим взглядом, слегка округлила глаза.
— С днём рождения, — улыбнувшись, Вэнь Пинхань достала из сумочки подарок.
— Спасибо... пока побудь здесь, осмотрись, я чуть позже подойду, — растерянно пробормотала Чжао Сяоцизн.
— Хорошо, не отвлекайся. — Вэнь Пинхань развернулась и отправилась на поиски еды, попутно разглядывая остальных гостей в надежде присмотреть подходящую для полезных знакомств «жертву».
Наблюдая за всеми исподтишка, она, разумеется, не знала, что стоило ей отойти, как Чжао Сяоцизн тут же схватила телефон, набрала номер Се Чжифэй и жалобно запричитала:
— Знала бы я, ни за что не позвала бы Вэнь Пинхань!
— Чего ты? Она пришла? — Се Чжифэй как раз беседовала со старшими на втором этаже. Услышав это, она извинилась и бросилась вниз.
— Ещё бы! Нарядилась как белая лебедь, того и гляди всё внимание на себя перетянет, ууу!
— Да нет же, все гости пришли ради тебя, ты же у нас самая красивая принцесс... О господи! Я её вижу, какая она красивая!!
— Се! Чжи! Фэй!
— Потом договорим, сбрасываю.
Вэнь Пинхань, оглядывавшая зал, вдруг замерла, заметив на винтовой лестнице знакомый силуэт, и её взгляд уже не мог оторваться от него. Се Чжифэй только успела спуститься со ступеней, как дорогу ей преградил какой-то мужчина. К счастью, тот даже рот открыть не успел, как Се Чжифэй жестом остановила его и прямиком направилась к ней.
На Се Чжифэй было надето чёрное шёлковое платье на бретельках с разрезом до бедра. Когда она плавной походкой шла навстречу, её стройные ноги словно обладали какой-то магией, приковывающей все взоры.
Неудивительно, что во время свидания вслепую Се Чжифэй так сильно переживала, как бы ей не встретиться с любителем красивых ног — кто тут устоит?
Вэнь Пинхань впервые в жизни подумала, что в ней, пожалуй, кроется некоторый потенциал извращенки.
— Только пришла? — подойдя к ней, поинтересовалась Се Чжифэй.
— Ага, а ты?
— С самого утра эта егоза меня сюда приволокла, — вздохнула Се Чжифэй.
— А ты поела? — Вэнь Пинхань автоматически подхватила с подноса пирожное. — Будешь?
— Давай.
Вэнь Пинхань изначально собиралась протянуть его ей, но та просто подалась вперед и откусила прямо с её руки. Ну и ладно, барышни наверняка привыкли, когда им всё преподносят на блюдечке.
Пока они стояли здесь и перекусывали, Вэнь Пинхань снова принялась выискивать полезные знакомства, а Се Чжифэй открыто любовалась её красотой.
Сегодня на Вэнь Пинхань было на редкость яркое платье тёмно-красного оттенка. Гладкая ткань идеально подчёркивала изгибы её фигуры, сочетая в себе расслабленность и сексапил. На тонкой шейке покачивалось ожерелье, кулончик лежал в самом центре ключиц, а волосы были собраны наверх. И анфас, и профиль — всё выглядело необыкновенно красиво.
К тому же она наложила яркий макияж. Привыкнув видеть её ежедневно с невинным, лишённым всякой агрессии лицом, сейчас Се Чжифэй, помимо лёгкого удивления от непривычки, испытывала лишь чистое восхищение.
Если раньше та напоминала белую розу, то теперь превратилась в алую.
— Подарок подарила? — неожиданно спросила Се Чжифэй.
— Да.
— И что там? — Се Чжифэй обуяло жгучее любопытство.
— Флакон духов собственного изготовления.
— Ох, как здорово! Завидую белой зависти!
Вэнь Пинхань с недомолвкой посмотрела на неё и, заметив такое выражение лица, произнесла:
— Вообще-то, я и тебе кое-что приготовила.
Се Чжифэй изумилась и обрадовалась:
— Но у меня же ещё не день рождения.
— Просто к слову пришлось.
Се Чжифэй в радостном предвкушении прождала с полминуты, но, заметив, что та и не думает ничего доставать, удивилась:
— Не взяла с собой?
— Взяла, вообще-то. — Вэнь Пинхань неторопливо извлекла из сумочки другой флакон с духами и глуховато произнесла: — Сама посмотри, понравится ли...
— Всё, что делает сестрица, мне, конечно... м? — Открыв крышечку и понюхав, Се Чжифэй застыла с ошеломлённым видом.
Что это за резкий и невообразимый букет ароматов?
Вэнь Пинхань виновато пояснила:
— Мастер велела добавлять ноты в соответствии с твоим характером, ну я и бухнула туда всего подряд: и страстного, и тёплого, и романтичного, и дерзкого, и бодрящего, и сдержанного, и игривого, в общем, всё в кучу свалила, вот в итоге такое и получилось.
Выслушав её, Се Чжифэй мягко улыбнулась, закрыла флакон и аккуратно опустила его в сумочку:
— Ничего страшного, это знак того, что сестрица меня очень любит! Я буду беречь этот подарок!
Вэнь Пинхань с облегчением улыбнулась.
В этот момент в дверях показались еще две фигуры — ими оказались Гу Чжичжан и Фан Ниншу. Сперва он бросил взгляд на занятую приёмом гостей Чжао Сяоцизн, велел Фан Ниншу отнести подарок, а затем окинул взглядом зал. Внезапно его взгляд замер, и он с восторженным возгласом двинулся в их сторону:
— Вэнь Пинхань, ты как здесь оказалась? Какая невероятная случайность.
Вэнь Пинхань повернулась к нему, и, поддавшись какому-то внезапному импульсу, выпалила:
— Простите, мне нравятся женщины.
Се Чжифэй: «А?»
Гу Чжичжан: «Эээ???»
http://bllate.org/book/19088/1874576
Готово: