Слишком очевидно. Просто выдели немного уважения из своих скудных чувств ко мне. — Сунь Сяо вытянул палец и показал крошечный зазор.
Оз по-прежнему молчал.
Сунь Сяо усмехнулся: — Ты ведь понятия не имеешь, как это делается, верно?
— Говори.
Ответ Оза был краток, но для Сунь Сяо это прозвучало как сигнал к компромиссу.
Его сердечко чуть не выпрыгнуло из груди.
— Во-первых, когда я с тобой разговариваю, ты должен нормально отвечать.
Это то, что нужно сделать в первую очередь! С чем угодно можно смириться, но только не с тем, что этот тип молчит в тряпочку!
Оз посмотрел на Сунь Сяо в молчании, и Сунь Сяо счёл этот пункт принятым.
— Во-вторых, что я скажу тебе делать, то ты и должен делать. Я спас тебя, и ты обязан испытывать ко мне благодарность.
Любой моральный и совестливый человек это понимает!
— Мм, дальше?
Сунь Сяо немного возгордился: похоже, Оз намерен всерьёз научиться «уважать» его.
— В-третьих, никогда не смотри на меня свысока.
— Я выше тебя.
Оз поменял позу, и его взгляд, устремлённый на Сунь Сяо, почему-то заставил того почувствовать себя неуверенно.
— Под словом «свысока» я имею в виду отношение, а не рост!
— Ещё что-то?
— Пока я вспомнил только это, остальное будем добавлять по ситуации. Если ты выполнишь всё это, я одолжу тебе свой челнок.
— А теперь? Как ты хочешь, чтобы я выразил тебе уважение?
Голос Оза был гораздо мягче прежнего, леденящего душу, и лёгким ветерком коснулся сердца Сунь Сяо.
— Я проголодался. Очень голоден. Я собираюсь поесть. В этой комнате есть мини-кухня, приготовь мне порцию каши из клейких бобов и питательный суп. О да, не забудь положить в суп побольше сливок. А в каше должно быть побольше клейких бобов. И ещё: я люблю кашу из клейких бобов в той шестигранной миске!
— Разве ты не любишь пирожки с хрустящим снегом? — возразил Оз.
— Хрустящим снегом… Эй! С чего бы мне любить такую детскую еду!
— Разве ты не ребёнок?
— Конечно нет! — предельно серьёзно ответил Сунь Сяо.
Он никак не ожидал, что Оз знает о пирожках с хрустящим снегом. Это была популярная много лет назад на Столичной Звезде сладость из мягких фруктов с молочным вкусом, которую дети обожали за уникальную текстуру. В детстве Сунь Сяо мог съесть по дюжине за день, пока его живот не становился круглым и он уже не мог запихнуть в себя ни кусочка.
— Есть ещё требования?
Оз медленно поднялся.
До чего же этот тип высокий: плечи широкие, ноги длинные — хуже некуда!
— Больше нет.
Сунь Сяо покачал головой.
Кому, как не ему, Сунь Сяо, быть человеком, которого так легко удовлетворить!
Но в следующую секунду Оз внезапно схватил Сунь Сяо за шею и приподнял с кровати.
— Эй! Эй! Ты что делаешь?
— Я выяснил, что уважать тебя — задача не из лёгких.
Перехватив руку Сунь Сяо, Оз прижал его ладонь к стене: — Вызывай челнок.
— Не буду! — до предела разъярился Сунь Сяо!
— Ты правда думаешь, что я не переломаю тебе пальцы?
Оз стоял очень близко, его теплое дыхание при разговоре контрастировало с ледяным тоном, проникая через слуховые проходы Сунь Сяо прямо в глубины его мозга.
— Давай, ломай! Попробуй!
Сунь Сяо не мог повернуть голову, прижатый за шею к стене. Но голос его звучал непоколебимо.
Он поклялся себе, что за всю жизнь никогда еще не был таким упрямым.
— Что, думаешь, твой верный пес успеет вернуться и спасти тебя?
— Я, Сунь Сяо, больше всего на свете ненавидел, когда мне угрожают!
Сзади послышный тихий смешок — холодный, с той самой ненавистной Сунь Сяо ноткой высокомерия, от которой ему так хотелось сбросить все оковы, обернуться и со всего маху врезать этому человеку по лицу, чтобы посмотреть, не появится ли у того какое-нибудь другое выражение.
Он знал, что Оз Файн от начала и до конца смотрел на него свысока.
И Оз действительно подтвердил слова делом: сжав запястье Сунь Сяо, он с силой впечатал его руку в стену.
Сунь Сяо упрямо таращил глаза, стиснув зубы, и даже не пискнул.
Однако воображаемого хруста костей не последовало. Его пальцы замерли менее чем в сантиметре от стены.
Снова зазвучал неторопливый голос Оза: — Я-то думал, тебе действительно ничего не страшно, но почему ты намочил штаны?
Его и без того задеревеневшая спина покрылась испариной, а ноги едва держали дрожащего Сунь Сяо.
— Брешешь! Ничего я не намочил!
Завопил Сунь Сяо, покраснев от мочек ушей до самой шеи.
Его штаны и правда… промокли… но он клялся, что это потому, что ему изначально хотелось в туалет!
Оз снова издал смешок носом: — Я даю тебе еще один шанс сделать выбор. Вызывай свой челнок.
Сунь Сяо глубоко вздохнул и после «тмышленных раздумий» пришел к выводу, что в отсутствие Шао Чэня у него нет абсолютно никаких шансов на победу в схватке с Озом Файном. Если Оз Файн действительно размозжит ему пальцы, придется колоть заживляющую сыворотку, а эта аллергическая боль, будто каждая косточка в теле распадается на части, — то, что он точно не хотел бы испытывать снова.
— Даже если я подарю его тебе, ты им не сможешь воспользоваться!
Докончив, Сунь Сяо качнул пальцем по стене.
Кровать отодвинулась в сторону, и скрытый под ней челнок медленно поднялся наверх, попадая под свет лампы.
Оз отпустил Сунь Сяо и шагнул внутрь челнока, а Сунь Сяо был вынужден включить для него систему.
Не прошло и двух секунд, как брови Оза слегка сошлись на переносице.
Сунь Сяо с ухмылкой придвинулся к нему лицом и прищурился: — Ну что? Я же говорил: даже если я отдам его тебе, ты им не воспользуешься. Ты сейчас обычный человек, лишенный скорости обработки данных мозга Артура. Даже с разработанной мной системой тебе понадобятся как минимум два человека, чтобы контролировать курс челнока и систему управления огнем. Без последней, каким бы крутым пилотом ты ни был, тебе не увернуться от лучевой защиты Центрального научно-исследовательского института.
Оз молчал, и в глазах Сунь Сяо это выглядело как «тишина мертвых вод».
Сунь Сяо самодовольно уселся позади него, глядя на спину Оза, которая была неподвижна, словно пригвожденная к сиденью.
От первоначального злорадства до легкого намека на сочувствие, а под конец… Сунь Сяо стало не по себе.
Он вышагнул из люка челнока, повернулся к Озу и сказал: — Тебе пора привыкнуть к тому, что не все на свете поддается твоему контролю.
Сунь Сяо вовсе не улыбалось сидеть тут и составлять компанию озавскому… то есть, погруженному в глубокие раздумья остолопу. Он вернулся к своей консоли и, уплетая снеки, принялся ковыряться в том, что ему действительно интересно: поиграл в игры, доработал и подправил собственную систему.
Только когда он устал играть, Сунь Сяо заметил, что Оз по-прежнему сидит внутри челнока.
Закатив глаза, он подошел к люку и бросил: — Эй, тебе не надоело?
Собеседник не выказал ни малейшего желания с ним разговаривать.
Не хочешь со мной говорить — и я с тобой не буду!
Посмотреть хоть на Сяо Жоумо — та каждый раз, увидев госпожу Лу, виляет хвостом и издает нежные звуки.
А ты?
Полслова за полдня выдавить не может, до чего же скучный!
Сунь Сяо развернулся, подошел к стене и нажал кнопку — аквариум с русалками из его спальни перенесли в эту комнату.
Давно не видевшие его русалки резвились в воде, на их лицах читалось явное удовольствие. Некоторые заметно отъелись.
Но стоило Сунь Сяо приблизиться к стеклу, как эта гармоничная идиллия мгновенно испарилась: русалки в панике шарахнулись в самые глубокие уголки резервуара.
Растянув губы в улыбке, Сунь Сяо непринужденно протянул: — Мои крошки, давно не виделись, соскучились по мне?
С этими словами Сунь Сяо легко коснулся стекла, вода забурлила, русалки забились в исступлении, и изнутри резервуара повалили бесчисленные пузыри, похожие на хаос конца света.
Оперевшись обеими руками о стекло, Сунь Сяо ждал, пока эта «буря» утихнет.
— Знаешь, почему мне так нравится их мучить?
Сам с собой заговорил Сунь Сяо.
Никто ему не ответил, чего он, впрочем, и ожидал. После исчезновения Сунь Жэня и отъезда Сунь Пэйлю из Столичной Звезды Сунь Сяо привык разговаривать сам с собой.
Прошло неизвестно сколько времени, вода в аквариуме успокоилась, и Сунь Сяо с чувством скуки вернул резервуар на место, когда со стороны челнока раздался голос Оза:
— Потому что в глубине души эти русалки — и есть ты.
— Что? — Сунь Сяо обернулся.
— Эти русалки — это ты.
Его голос прозвучал так реалистично, ворвавшись в затуманенный грёзами мозг, что нервы Сунь Сяо пронзила странная боль.
— С чего ты взял? — усмехнулся Сунь Сяо.
— Ты похож на этих русалок. Прикрываясь ореолом, который создали для тебя семья Сунь и Сунь Жэнь, ты сидишь всеобщим любимцем высших кругов Артура. Они обеспечивают тебе спокойную и сытную жизнь, из-за чего ты не видишь опасностей и забываешь про амбиции. Мучая этих русалок, ты на самом деле напоминаешь себе: если ты привыкнешь к тихим и безопасным водам, как они, то навсегда останешься лишь ручной зверюшкой.
Это была самая длинная фраза, которую Сунь Сяо когда-либо слышал от Оза.
— Ты считаешь меня ручной зверюшкой? — спросил Сунь Сяо.
— Разве ты видел у домашних животных амбиции?
Сунь Сяо не видел глаз Оза — между ними находился челнок. Но в этот момент ему безумно захотелось разглядеть выражение лица Оза.
Даже Шао Чэнь, который неизменно находился рядом с ним все это время, не замечал подобного. Почему же Оз Файн, пробыв с ним всего несколько дней, насквозь видел то, что было запрятано на самом дне его души?
— По какому признаку ты определил мои амбиции?
— Система, установленная в этом челноке, — вот твои амбиции. Она сократит разрыв между обычными людьми и Артурами, по крайней мере, в военном деле; а если развивать ее дальше, это пошатнет положение Артуров среди людей.
— У меня нет таких масштабных амбиций, — Сунь Сяо покачал головой.
— Ты хочешь отыскать «Разлом» и доказать тем Артурам, что они не способны на то, что сможешь сделать ты. Ты хочешь, чтобы Сунь Жэнь гордился тобой.
— Сегодня ты чересчур разговорчив, к тому же выдаешь длинные речи. Поражен тем фактом, что челнок требует «двойной системы»?
Опершись на дверной проем, Сунь Сяо с улыбкой заглянул внутрь.
— Я просто не привык ждать.
Сунь Сяо слегка опешил, опустил голову и вздохнул.
— Я полная противоположность тебе. Я привык ждать.
Ждать, пока Сунь Жэнь вернется домой, ждать дня, когда окрепнут его собственные крылья, ждать удобного случая и грандиозных перемен.
— Мой старший брат говорил, что обратная сторона ожидания — это «терпение». Преуспев в «ожидании» и овладев «терпением», непременно добьешься своей цели. Я не знаю, прав ли он был, но большинство считает, что да.
Оз наконец повернул голову, и его взгляд упал на лоб Сунь Сяо.
— Я не хочу быть ручной зверюшкой, — тихо произнес Сунь Сяо.
— Мм, — мягко отозвался Оз.
Сунь Сяо умолк, комната погрузилась в звенящую, пустую тишину.
— Знаешь, какая вещь из всех услышанных кажется мне самой смешной? — пробормотал Сунь Сяо.
Оз ничего не ответил.
— Был один человек… кроме Сунь Жэня, он мой единственный родственник в этом мире. Но я терпеть не могу с ним видеться. Каждый раз при встрече он твердит мне: «Ты — последняя искра семьи Сунь». Смешно, правда? Это его маниакальная идея или насмешка надо мной? Если я и впрямь искра, то искра, которая не способна гореть…
Высказавшись, Сунь Сяо тут же пожалел об этом. Зачем он вообще несет это Озу?
Звучит как бред какого-то плаксивого психопата.
— Горение — это быстрое окисление объектов.
— Знаю. Я не настолько глуп, чтобы даже этого не понимать.
— Для горения требуется топливо, а также достижение температуры воспламенения.
— И что с того? — Сунь Сяо вдруг перестал понимать, к чему клонит Оз.
— Горение — процесс крайне бурный.
Оз больше ничего не добавил.
Но сердце Сунь Сяо пропустило удар.
Не намекает ли Оз своим подтекстом, что эта его «неспособная гореть искра» на самом деле просто копит энергию, чтобы в один прекрасный день внезапно вспыхнуть?
Поскольку он молчал слишком долго, процесс его горения окажется куда более бурным и долгим, чем у кого-либо другого.
Никто и никогда не говорил Сунь Сяо подобных слов — даже Сунь Жэнь.
Сунь Сяо поднял голову и самоуничижительно усмехнулся: — Эй, если ты и вправду так сильно жаждешь пробраться в Центральный научно-исследовательский институт, единственный человек, на которого ты можешь положиться, — это я. Я готов стать рулевым, а ты управляй системой огня. Надеюсь, мы сможем вместе разнести этот институт в пух и прах.
— Чего же ты хочешь взамен?
Сунь Сяо шагнул вперед и расплылся в широкой улыбке, глядя прямо на Оза: — Уважения.
— Кашу из клейких бобов я тебе готовить не буду, — сказал Оз.
— Я и сам могу, — бросил Сунь Сяо, направляясь к мини-кухне. — Под уважением я имею в виду то, что в этом челноке всего два места. Одно для рулевого, другое для стрелка, механика здесь нет. Если нас подожгут, значит, подожгут, и починить его будет невозможно. Нет здесь и никакой искры, никто не сможет осуществить для меня и тебя синхронизацию мозга. Есть только связь между мной и тобой. Если ты по-прежнему считаешь себя Артуром, тебе никогда меня не принять.
— Если угонишься за мной.
Всё тот же высокомерный тон, до чего же бесит!
Вся только что возниквшая симпатия мгновенно скатилась до отрицательных значений!
http://bllate.org/book/19112/1876893
Готово:
