Спустя час Котел Пустоты наконец выбрался из бушующих волн и постепенно успокоился.
Обитатели внутри Козла Пустоты наконец сбросили с себя усталость и перестали упорствовать. Черный Медведь потерял всякое подобие медвежьей морды, засунув голову на самое дно спального мешка.
Птичка свернулась калачиком, даже не показывая головы.
Два великих героя, должно быть, устыдились своего недавнего поведения или собственных эгоистичных желаний: они безжалостно тиранили несколько десятков, а то и сотен незрелых детенышей демонических зверей, и теперь в них проснулась совесть, терзая их жгучим стыдом и раскаянием.
Лань Цайсян ничего подобного не испытывал — он просто выбросил все эти мысли на Планете Демонов.
Если Лань Цайсян о чем-то и беспокоился, так это о силе двух своих спутников, способной сворачивать горы. Стоило ему докурить сигарету, как бойня с молодняком уже должна была уйти в прошлое.
Лань Цайсян погладил пояс и сладко заснул.
……
Котел Пустоты дрейфовал уже двое суток и трое ночей.
Рано или поздно паводок должен был разделиться на рукава, и Котел Пустоты неизбежно сел бы на мель. Божественное Сознание Лань Цайсяна не могло пробиться сквозь герметично закрытый Котел Пустоты, так что о происходящем снаружи он не имел ни малейшего представления.
Черный Медведь вылез из спального мешка и, проявляя неуместную нежность, прижался к боку своего господина, демонстрируя преданный вид.
Птичка капризничала и использовала бедро Лань Цайсяна вместо подушки.
Время тянулось медленно, и рука Лань Цайсяна не раз касалась ее лица и частей тела ниже него.
Самым полезным делом, которое сделал Лань Цайсян, было упорядочение Пруда Духа Черного Медведя.
Жидкость из ядер демонических зверей, скопившаяся в Пруду Духа Черного Медведя благодаря стараниям Лань Цайсяна, воспламенилась не костром, а целым вулканом, причем ядерная трансформация происходила изнутри, извергая потоки, подобные раскаленной магме.
Это был багрово-черный огонь.
Черный Медведь устроился бок о бок с хозяином с большим комфортом, и на то были веские причины.
С Птичкой всё обстояло иначе.
Птичка отказалась подпускать Лань Цайсяна к своему Пруду Духа по простой причине: он еще не был запечатан.
Вмешательство? Мечтай! Это было бы равносильно тому, как с нее сорвали всю одежду и оставили голой. Разве такое возможно? И думать забуди.
На третий день дрейфа случилось непредвиденное: покачивавшийся, словно колыбель, Котел Пустоты обо что-то ударился, а затем застрял и перестал двигаться. Наводнение не прекращалось, бурный поток мчался вперед, а Котел Пустоты после удара о подводный валун намертво застрял в расщелине скалы.
Лань Цайсян закурил сигарету, а Цзинлинцзы открыл люк.
Снаружи рассвело.
Вокруг простиралась зона затопления.
Птичка и Черный Медведь наперегонки выско наружу, точь-в-точь свирепые звери, вырвавшиеся из клеток. Стоило Птичке вылететь наружу, как эти два великих героя могли воцариться здесь полновластными хозяевами.
Два ненасытных создания, казалось, были не прочь повторить вчерашнее развлечение, а потому выглядели невероятно воодушевленными и дружно замышляли объединить силы, чтобы завалить какую-нибудь крупную дичь.
Лань Цайсян крикнул вслед:
— Только не убегайте далеко!
Он обернулся, убрал Котел Пустоты и остался стоять на берегу, любуясь прекрасными видами природы.
Вот только пейзаж под ним внушал ужас и выглядел жутко и жалко.
Бушующие воды расстилались до самого горизонта — сколько же воды вылилось там, на краю небес!
Множество мертвых тел животных плыло вперемешку с обломанными ветками и листьями на юг. Зрелище было невыносимым: кругом одни травоядные малыши, сплошь слабые создания. Сильные, надо полагать, уже давно покинули зону затопления.
Внезапное стихийное бедствие разрушило их гнезда: оставалось либо отстраивать всё заново, либо скитаться. В любом случае это были перемены и полный хаос.
Следовало поскорее углубиться в зону затопления, чтобы атаковать крупных и выбившихся из сил демонических зверей, завладеть их ядрами, а затем отыскать потайную станцию Юэ Лао, войти в пространственный туннель и с победой вернуться назад.
В данный момент каменистая гряда выглядела пустынной и заброшенной. Нагрянувший без предупреждения ливень полностью преобразил эти места, оставив повсюду шрамы и следы бушевавшей стихии.
К полудню солнце припекло, небо стало пронзительно-голубым, а несколько белоснежных облаков замерли в выси, пока бескрайние воды под ними с грохотом неслись на юг.
Уровень воды по-прежнему оставался высоким.
Птичка и Черный Медведь скрылись в глубине каменистой гряды.
Лань Цайсян выкурил две сигареты — теперь настала его очередь искать их двоих.
Однако не успел Лань Цайсян тронуться с места, как его Божественное Сознание резко встрепенулось.
Огромная черная туча пернатых появилась в дальнем небе и стремительно неслась в их сторону в поисках добычи. Скорость полета была поистине невероятной.
Было несложно догадаться, что это стая птиц, объединившихся для охоты на демонических зверей.
Пернатые приближались. Лань Цайсян спрятался, быстро оценивая их вид, численность и цель, и одновременно отправил предупреждение Птичке и Черному Медведю.
Эта стая насчитывала больше миллиона птиц. Выглядели они свирепо, напоминая ястребов и соколов. С резким свистом они пронеслись над каменистой грядой вглубь юго-востока, торопливые, словно откликаясь на какой-то зов, спеша на помощь в отдаленные края. Поднятый ими ветер не утихал еще долго.
Такое зрелище, пожалуй, можно было увидеть только в Царстве Демонов.
Каков же на вкус пернатый хищник из Царства Демонов? Божественное Сознание Лань Цайсяна проникло в Котел Пустоты, вслед за ним туда нырнула и рука, выхватив несколько стальных шаров. Он готовился устроить засаду на отставших и одиноких соколов, сбить парочку, зажарить и попробовать. По внешнему виду они были неплохи, а вот каков вкус — можно узнать только отведав.
Отбившихся от стаи и отставших оказалось немало. Лань Цайсян пропустил несколько групп, выжидая тех, что плелись в самом хвосте.
Три стальных шара поразили двух птиц. Раненые пернатые забили крыльями и рухнули вниз, а их пронзительный визг мгновенно привлек с два десятка сородичей.
Никакой организации, но сплоченность — словно у гарема, чью госпожу изнасиловали. На помощь они примчались с невероятной скоростью.
Лань Цайсян оттолкнулся ногами и бросился наутек. Он двигался быстро, но хищные птицы неслись с умопомрачительной скоростью, сложив крылья и падая камнем, словно острые мечи, намереваясь растерзать и исклевать Лань Цайсяна.
Решив застать их врасплох, Лань Цайсян резко развернулся. На его поясе взметнулся мягкий меч, и непроницаемая стена сияния клинка на куски искромсала бросившихся на него птиц. Те же, что летели следом, не успели затормозить и сами влетели в лезвие. Брызги крови расцвели в лучах полуденного солнца алыми цветами.
Аппетит у Лань Цайсяна пропал.
Черный Медведь подбежал с довольной ухмылкой и заявил:
— Хищные птицы свирепы, но отвага их слепа.
Птичка прибыла на шаг раньше и поделилась идеей:
— Мы в невыгодном положении. Вон на том склоне растет много крупных пальм. Может, наберем материал прямо на месте и сплетем сеть?
Используя волокна пальмовых деревьев, можно было соткать большую сеть на случай непредвиденных обстоятельств.
Делу время — потехе час. Втроем они за день сплели огромную пальмовую сеть, и по знаку Лань Цайсяна Птичка забрала ее в свой Котел Пустоты.
На следующий день троица подготовилась и покинула каменистую гряду, смело углубляясь на юго-восток. Черный Медведь возглавил отряд, шагая в самомпереди.
……
Этот путь занял ровно двенадцать дней, а каменистая гряда осталась далеко позади.
Проходя через зону затопления, они втроем легко расправились с семью низкоуровневыми демоническими зверями. Лань Цайсян использовал для катализации пять ядер, а Птичка и Черный Медведь поделили по одному. Это был прекрасный результат, удача улыбнулась им сполна.
Пруд Духа Лань Цайсяна наконец озарился ярким пламенем, грозящим перерасти в пожар. Его сила значительно возросла, а тело стало легким и невесомым.
Его генетика жизни претерпела обратный процесс, и человеческого в нем осталось совсем немного.
Птичка подросла на полдюйма, а ее женственные формы стали более округлыми и пышными.
Вес и запас энергии Черного Медведя резко увеличились, его лоснящаяся шерсть стала прочной, как сосновая хвоя, но внутренние изменения Лань Цайсян оценивать не стал.
Тем днем троица выбралась из зоны затопления и вошла в горное ущелье.
Атмосфера изменилась, растительности стало больше.
Крупных деревьев прибавилось, разнообразие их видов возросло.
Изменился и цвет горных вершин — они стали темно-зелеными, уходящими в самые облака. На деревьях прибавилось птиц, а внизу зашевелилась живность.
Горы громоздились одна за другой, а вдали виднелись ослепительно белые заснеженные пики.
— Мы вошли в Царство Демонов.
Черный Медведь задрал нос, принюхиваясь по сторонам.
Птичка взмыла на верхушку дерева для разведки.
Лань Цайсян отдал приказ:
— Ищите поблизости место для ночлега, сегодня больше не идем. Мы на границе с Царством Демонов, нужно соблюдать предельную осторожность, никакой беспечности.
— Братец Сян, охота на демонов и рост нашей силы идут постепенно, можно быть и посмелее.
Судя по событиям последних десяти с лишним дней, Планета Демонов оказалась вовсе не такой страшной, как они себе воображали.
Если Царство Демонов и вправду таит в себе столько же безопасных приключений, они смогут шаг за шагом достичь своей цели.
— Не стоит все упрощать. Стоит ступить в Царство Демонов — и пропадешь, как в бездонном море. Это только начало!
Лань Цайсян бросил взгляд вдаль. Под лучами солнца слои тумана переливались, словно изысканный узорчатый шелк, и в этой дымке сновали бесчисленные редкие птицы и дикие звери.
А еще дальше, за дальними далями, белел бескрайний, грандиозный ледяной мир.
Лань Цайсян вернул Божественное Сознание в тело.
— Я пойду посмотрю!
Птичка распустила крылья и взмыла вверх.
— И я с тобой!
Черный Медведь мгновенно обратился в зверя и бросился следом.
Оба великих героя давно мечтали избавиться от общества Лань Цайсяна и погулять на свободе — за десять с лишним дней в радиусе его Божественного Сознания они чуть не задохнулись от скуки.
Предупредив о своем уходе, они оба развернулись и рванули друг за другом со скоростью молнии. Будучи одухотворенными небожителями и божественными потомками, они неслись так быстро, что Лань Цайсян даже не успел их окликнуть.
Ну и ладно, вдвоем им будет проще присматривать друг за другом.
……
Лань Цайсян отошел с возвышения, взлетел на большое дерево и погрузился в медитацию.
Температура в ущелье была чуть выше, чем на холмах и покрытых галькой грядах. Пара ящериц размером с палец выбралась из густой растительности в поисках пищи и энергии.
Вскоре неподалеку из-под земли вылез детеныш демонического зверя. Лань Цайсян отложил в сторону сигарету, которую собирался закурить, чтобы звук зажигалки — продукта высокой человеческой цивилизации — не спугнул хорошее настроение малыша.
Милосердие в минуты отдыха наполняло сердце Лань Цайсяна умиротворением.
Над облаками вновь мелькнула едва различимая невооруженным глазом Облачная Заяц — два дня назад она показывалась на юго-востоке, а теперь на юго-западе. Божественное Сознание Лань Цайсяна ощущало ее присутствие, но поймать не могло, и о совместном полете нечего было и мечтать.
Эта Облачная Заяц появлялась из ниоткуда и исчезала в никуда. Подобно ему, она была чужаком на Планете Демонов, но, к счастью, не проявляла враждебности.
Лань Цайсян рассеянно закурил, как вдруг из-за кроны дерева донесся яростный рев. Вылезший из-под земли детеныш оскалил клыки и с диким воплем бросился на него. Лань Цайсян ударом ноги отбросил его прочь. Детеныш с пронзительным виском шмякнулся в траву, несколько раз перекувырнулся и пустился наутек.
Не можешь победить — беги, ума у него хватило.
Лань Цайсян мысленно вернулся к небесам, но святой дух, мерцавший в облаках, уже бесследно исчез, словно не желая смотреть на то, как Лань Цайсян пользуется своей силой, обижая слабого.
Неизвестность ограничивала фантазию Лань Цайсяна, а когда сигарета догорела, на него по привычке накатила сонливость.
Человеческая лень неискоренима.
……
Птичка и Черный Медведь убежали далеко.
Крутой обрыв преградил Черному Медведю путь. К тому моменту они уже вышли за пределы зоны действия Божественного Сознания Лань Цайсяна. Мелкие камни, взметнувшиеся из-под лап медведя, подхватило ветром, и они полетели в бездонную пропасть.
Птичка зависла в воздухе, наблюдая за тем, как перепуганный Черный Медведь комично и неуклюже пытается затормозить на самом краю. Если бы его реакция была хоть капельку медленнее, последствия оказались бы немыслимы: с его-то тысячевесовым туловищем — не пробил бы он внизу огромную воронку?
Или не сотряслась бы земля?
Или не разлетелся бы он вдребезги?
И тут случилось то, чего по всем законам логики происходить было никак не должно: Черный Медведь подпрыгнул и бросился в обрыв.
Сяо Синь абсолютно никак не ожидала от Черного Медведя такого поступка.
http://bllate.org/book/19294/1888784
Готово:
