В тот же вечер первым делом по возвращении в общежитие Гу Цинцин перевела деньги Гу Чуньшаню.
Папа, здесь двести тысяч, отдай бабушке за операцию, а на остальные выплати игорные долги. Помогаю тебе в последний раз.
В ответ прилетело мгновенно:
Получено!! Доченька мощь!! Люблю тебя!!
Завершив перевод, Гу Цинцин закинула телефон под подушку, рухнула плашмя на кровать и протяжно застонала:
Сорок тысяч тю-тю, пятьдесят тысяч долга в придачу. Я расширяю источники доходов или экономлю? Никаких источников я не расширила, а вот экономией вырыла себе яму и сама же в неё закопалась.
Она перевернулась на другой бок, и сердце её вдруг охватила странная, беспричинная тревога.
Эта картина… вряд ли преподнесёт какие-нибудь сюрпризы, верно?
Да ладно, средь бела дня, при ясном солнце, неужели кто-то сможет её украсть?
Она вытащила телефон и открыла Доуинь.
Нет, нужно расслабиться.
В рекомендациях какой-то красавец в белой рубашке танцевал, совершая широкие движения бёдрами; подол рубашки то и дело взлетал вверх, обнажая рельефные кубики пресса.
Тц, а талия ничего.
Следующим шёл парень в костюме и очках: он подцепил указательным пальцем дужку, спустил очки ниже, являя миру пару персиковых глаз.
Гу Цинцин досмотрела ролик, а затем вернула ползунок назад и пересмотрела его ещё два раза.
В человеческом генном фонде царит сплошная несправедливость.
Что ты делаешь? — голос Му Му донёсся с косого тыла.
Гу Цинцин прижала телефон экраном к груди.
Конец.
Поймана полицией по делам сердечным с поличным.
Я смотрю на красавчиков, это духовный массаж.
Твой нынешний статус — официальная девушка Лу Сыяня. Будучи его возлюбленной, ты открыто просматриваешь фотографии других мужчин на социальной платформе. Подобное поведение является фактической изменой на ментальном уровне.
Гу Цинцин перевернула телефон экраном вниз и снова прижала к груди:
Му Му, ты можешь выражаться не так жутко? Я им любуюсь, это по своей сути то же самое, что ходить в художественный музей и разглядывать статуи. Статуи вообще без одежды, я же ничего такого не говорю?
У статуй нет субъективной активности, а у блогеров из Доуиня она есть. Ты поставила лайк, алгоритм станет подкидывать тебе больше подобного контента, и в будущем более шестидесяти процентов времени за просмотром видео у тебя займут лица других мужчин. Это незаметно снизит твою концентрацию и степень удовлетворенности целевым объектом.
Она просто хотела расслабиться, откуда столько вопросов?
Му Му, — внезапно заговорила она. — Ты когда-нибудь состояла в отношениях?
Согласно уставу организации, личная информация оперативных сотрудников относится к категории конфиденциальных данных.
То есть нет?
…?
Му Му?
Мой романтический опыт не имеет отношения к данному заданию, — она встала. — Я в уборную.
Гу Цинцин проводила её взглядом, заметив, как та шагает с руки на ногу в такт.
Му Му говорила очень тихо, но Гу Цинцин всё же расслышала несколько ключевых слов.
Да, уже 11-я неделя… количество поцелуев не дотягивает до нормы… я знаю… буду наращивать интенсивность вмешательства…
Пауза.
Руководство, можете лишать меня премии, но умоляю, не пишите в моём ежеквартальном отчете: «Недостаточная эффективность продвижения пейринга». В прошлый раз я понесла его заказчику, и он спросил, не работаю ли я в брачном агентстве.
Гу Цинцин закусила одеяло, с головой зарывшись в постель, и затряслась от беззвучного смеха.
Похоже, легкой работы ни у кого не бывает.
Когда Му Му вышла, Гу Цинцин окликнула её:
Му Му, ваша организация… предоставляет какие-нибудь возможности для подработки?
Что?
Ну, вроде такой… с гибким графиком, не требующей высокого порога входа и с ежедневной оплатой. Например, раздавать флаеры, проводить соцопросы, выгуливать чужих собак или что-то в этом роде. Я тут подумала днём: пусть через три месяца контракт закончится, но те пятьдесят тысяч Лу Сыяню мне всё равно возвращать придётся.
Самый крупный долг в её прошлой жизни составлял просрочку по Хуабею на три дня, где проценты равнялись двум юаням восьми феням.
Теперь же сумма разом подскочила до пятидесяти тысяч.
Быть кому-то должной — жутко неприятное ощущение.
Не идти же после пар на подработку курьером по доставке еды.
Не успела Му Му ответить, как в голове Гу Цинцин внезапно мелькнула искра.
Она резко села на кровати, изогнувшись рыбкой.
Лу Сыянь заработал сто миллионов уже в пятнадцать лет.
Раз уж у неё под боком такой гигант, почему бы не попросить его обучить ее парочке приемов? Разве это не лучше, чем сидеть здесь и гадать на кофейной гуще?
Гу Цинцин: [Я вот тут подумать решила: как обычному человеку заработать денег? Желательно так, чтобы выйти на финансовую свободу.]
Лу Сыянь отложил в сторону финансовый отчёт и бросил взгляд на экран телефона.
Днём только одолжил пятьдесят тысяч, а вечером уже интересуется, как заработать.
О чём эта женщина думает целыми днями?
Он стукнул кончиком пальца по экрану и ответил: [Что, пятидесяти тысяч мало?]
Гу Цинцин: [Нет-нет, хватит, вполне хватит! Мне просто любопытно, хочу поучиться. Вот вы, например, в пятнадцать лет уже сто миллионов заработали, у вас наверняка есть какой-то секрет? У меня запросы скромные, сто миллионов не надо, лишь бы хватило вернуть вам долг.]
Она хочет заработать денег, чтобы вернуть ему долг?
Он перевернул телефон экраном вниз на столе и отвечать не стал.
Чжоу Юйчуань развалился на кожаном диване в его кабинете, прижимая к груди пушистого корги, который как раз облизывал ему подбородок.
Когда ты уже уберешь эту тварь? — Лу Сыянь посмотрел на пса.
Какая же это тварь? Это мой сын, попрошу президента Лу проявить уважение, — Чжоу Юйчуань приподнял корги, пошевелил его лапкой и помахал Лу Сыяню. — Ну-ка, поздоровайся с крестным.
Корги чихнул на Лу Сыяня.
Лицо Лу Сыяня потемнело.
Какого чёрта ты вообще припёрся ко мне сегодня вечером? Если дел нет, вали отсюда, не загрязняй мой воздух.
Есть дела, есть, — Чжоу Юйчуань опустил собаку и растекся по дивану. — Слышал я, вы с Гу Цинцин сошлись по новой?
Мгм.
Чжоу Юйчуань завопил на весь диван: Да как вы вообще сошлись? Я слышал, она в тот день в медпункте прижала тебя к стене и поцеловала? Охренеть, Лу Сыянь, когда это ты стал таким пассивным?
Кто сказал, что это она прижала меня к стене и поцеловала?
А как иначе-то?
Лу Сыянь взял со стола чайную чашку и сделал глоток:
Это была моя инициатива.
Чжоу Юйчуань подскочил на диване так резко, что корги испуганно тявкнул.
Ты? Сам проявил инициативу? Лу Сыянь, тебя что, приворожили? Три месяца назад, когда она бегала за тобой, ты ей даже руку взять не позволял, а теперь заявляешь, что сам полез целоваться?
Она изменилась.
Изменилась? В чём это она изменилась? Грудь стала больше?
Лу Сыянь взял со стола перьевую ручку и швырнул в него. Чжоу Юйчуань отпрянул в сторону, ручка ударилась о спинку дивана и отскочила на ковёр.
Охренеть, да эта твоя ручка стоит больше восьмидесяти тысяч! Ты кидаешься в меня вещью за восемьдесят тысяч? — Чжоу Юйчуань согнулся в три погибели, поднял её и с преувеличенным усердием потёр корпус рукавом. — Варварство.
Раньше, когда она смотрела на меня, в ее глазах читался сплошной расчёт. А теперь во взгляде абсолютная чистота, ничего лишнего. Будто я для неё самый обычный человек, а не какой-нибудь молодой господин из семьи Лу и не наследник с миллиардным состоянием.
В последнее время Гу Цинцин и правда вела себя несколько странно.
Он не знал, притворяется ли она.
Но её нынешний взгляд впервые позволил ему почувствовать, каково это — когда на тебя смотрят как на рядового парня. И знаете, это неплохо.
Вдобавок — спасение его жизни два года назад.
Он даже всерьёз подумывал о том, чтобы отплатить за это собственной рукой и сердцем.
Чжоу Юйчуань замер на пару секунд, затем подобрал корги, усадил себе на колени и принялся методично наглаживать собачью макушку.
Лу Сыянь, неужели ты… и впрямь влюбился в неё?
Лу Сыянь молчал.
Она ведь Гу Цинцин. Три месяца назад бегала за тобой из-за денег, об этом знала вся школа.
Я знаю.
Тогда какого чёрта ты…
Сейчас она делает это не ради денег.
…С чего ты взял?
Лу Сыянь взял телефон и ткнул Чжоу Юйчуаню в лицо сообщением от Гу Цинцин: Лишь бы хватило вернуть вам долг.
Будь ей нужны только деньги, стал ли он утруждать себя мыслями о возврате долга?
Чжоу Юйчуань долго пялился в экран со сложным выражением лица.
Брат, а ты не допускаешь другого развития событий? Вдруг она просто считает, что ты дал слишком мало, и намерена выжать из тебя все соки до капли?
Когда Чэнь Юй толкнул дверь и вошел в кабинет, в его руке был крафтовый конверт толщиной примерно в два пальца.
Заметив примостившегося на диване по-турецки Чжоу Юйчуаня с собакой на коленях, он слегка затормозил:
Младший господин Чжоу тоже здесь?
Здесь, а что? Мне нельзя? — Чжоу Юйчуань приподнял корги, прикрывая им половину лица. — Ваш президент Лу только что запустил в меня ручкой за восемьдесят тысяч, я с него ещё компенсацию не потребовал.
Лу Сыянь пропустил его слова мимо ушей, устремив взгляд на конверт в руках помощника:
Выяснил?
Только часть, — Чэнь Юй подошел к рабочему столу и положил конверт на столешницу. — Президент Лу, есть пара вопросов, о которых мне нужно доложить вам лично.
Произнося слово «лично», он бросил косой взгляд в сторону дивана.
Чжоу Юйчуань тут же возмутился:
В смысле? Выгоняешь меня? Чэнь Юй, ты и впрямь возомнил о себе! Если бы в свое время не я порекомендовал тебя Лу Сыяню, ты бы до сих пор писал пиар-статьи для какого-нибудь нувориша! Вот же неблагодарный!
Чэнь Юй сохранил невозмутимость:
Младший господин Чжоу, именно из благодарности к вашей рекомендации я и советую вам сейчас удалиться. Дальнейшая информация затрагивает аспекты личных финансов и юридических нюансов. Если вы останетесь здесь, в случае возможных будущих разбирательств вас запишут в свидетели, что сыграет против вас.
Чжоу Юйчуань приоткрыл рот, ошеломленный столь веским доводом.
Он опустил корги на пол, поднялся с дивана и отряхнул штанины от собачьей шерсти.
Ладно, вы оба мастера красноречия, один другого стоите. Ухожу я, ухожу, довольно?
Наклонившись, он подхватил корги, зажал под мышкой и у выхода обернулся, грозя пальцем Лу Сыяню:
С тебя обед, запомни! С человека не меньше трёх тысяч, слышал?
Проваливай.
Шаги затихли, и в кабинете воцарилась тишина.
Лу Сыянь откинулся на спинку кресла:
Докладывай.
Гу Чуньшаню сорок пять лет, он держал ресторанчик, промышлял субарендой, крутил подержанные автомобили — и всё прогорело в пух и прах. Самое странное, что за ним не числится никакой недвижимости, ни единой зарегистрированной машины и ни единой кредитной истории. На бумаге этот человек словно не существует.
Продолжай.
Чэнь Юй открыл конверт, вытащил фотографию и подвинул её через стол.
На снимке Гу Чуньшань запечатлен выходящим из кофейни бок о бок с каким-то мужчиной.
Профиль этого человека заставил зрачки Лу Сыяня сузиться.
И еще, — голос Чэнь Юя упал до предела. — В день рождения Гу Цинцин больничные записи были намеренно удалены. До сих пор под вопросом, является ли она вообще биологической дочерью Гу Чуньшаня.
Лу Сыянь перевернул фотографию лицом вниз на столе.
http://bllate.org/book/19350/1892107
Готово:
