Готовый перевод Spiritual Energy Revival: Primordial Awakening / Возрождение Ци: Пробуждение Хаоса: Глава 2

— Ты кто такой вообще, дед?

Цянь Цзинь пристально вгляделся в лицо и выражение глаз старика: ну никак тот не был похож на психически больного человека. Но почему же всё, что он только что наговорил, звучало настолько ненормально?

Выдав эту тиражируемую чушь, седовласый старик с улыбкой отмахнулся:

— Ладно! Деду просто делать было нечего, иди-ка работай, сынок!

Радостно ухмыляясь, седовласый старик легко и непринужденно удалился, оставив озадаченного Цянь Цзиня стоять в одиночестве и растерянности посреди ласкового и прохладного утреннего ветерка.

Семь тридцать пять утра.

Цянь Цзинь пришел в офис раньше всех, включил компьютер и продолжил дорабатывать Стратегический план развития ООО «Мэйин — мультимедийная культура» на ближайшие пять лет.

Без десяти девять утра.

Цянь Цзинь сохранил стратегический план и загрузил его в центр управления компании для высшего руководства.

Все сотрудники проектного отдела анимации уже были на местах, и Цянь Цзинь начал утреннее совещание отдела, распределяя и утверждая задачи на сегодняшний день.

— Генеральный директор Цянь! Эту работу дальше выполнять невозможно!

Стоило Цянь Цзиню толком устроиться в кресле, как красавчик Шэнь Лэтан, отвечавший за написание сценариев, тут же принялся жаловаться.

Цянь Цзинь улыбнулся:

— В чем дело, Лэтан? Разве твою часть работы уже не утвердили?

Шэнь Лэтан с обреченным видом произнес:

— Вчера вечером мне звонила генеральный директор Хао и сказала менять всю структуру целиком, стиль диалогов тоже нужно переделать — это же просто взять и пустить под откос всё, что было сделано!

Постпродакшн уже почти подошел к концу, мы что, в игры тут играем?

Сидевшая рядом хорошенькая и миниатюрная Чжоу Юйнуо тут же подхватила:

— И то верно!

Стоит изменить сценарий — придется переписывать озвучку.

Сменится стиль — менять фоновую музыку.

Чего доброго, и раскадровку заново рисовать придется… Работать в таких условиях невозможно.

Шэнь Цзинь удрученно добавил:

— Директор Цянь! Не могли бы вы провести нормальное совещание, окончательно во всем разобраться, а уже потом раздавать нам задачи?

По-моему, сейчас мы просто впустую тратим время, занимаемся чистой воды расточительством жизней.

Директор Цянь! Ваша изначальная идея была такой классной, почему в итоге её зарубили?

Цянь Цзинь поднял руку, прерывая жалобы Шэнь Лэтана:

— Лэтан! То, что компания уже решила, давайте не будем ворошить и обсуждать заново, в этом нет никакого смысла.

Что именно вчера сказала тебе генеральный директор Хао?

Как вышло, что даже я об этом ничего не знаю?

Шэнь Лэтан удивленно уставился на Цянь Цзиня:

— Даже вы не в курсе? Тогда бегите скорее к генеральному директору Хао и всё расспросите.

Когда приказы постоянно меняются, наладить работу становится крайне сложно. Сотрудники затаили обиду, в коллективе царил разброд, и многие всерьез подумывали об увольнении.

Всё это началось ровно два месяца назад, в тот самый момент, когда Хао Бэйбэй внезапно перевели с должности секретаря президента на пост вице-президента компании.

Хао Бэйбэй недавно окончила университет, молодая и цветущая, с привлекательным лицом, горячей фигурой, умеющая танцевать и мастерски строить глазки.

Сегодня она приходит на работу в ультракороткой обтягивающей юбке, завтра — в черных сетчатых колготках.

Меньше чем за месяц она с легкостью охмурила исполнительного директора Вэй Чжисю.

С тех пор как Хао Бэйбэй стала вице-президентом, партнер компании Цянь Цзинь от прямых переговоров с Вэй Чжисю постепенно скатился к необходимости отчитываться перед Хао Бэйбэй.

Вэй Чжисю был по уши увлечен новой пассией, и Цянь Цзинь не мог грубо вмешиваться в это дело. Ему оставалось лишь молча терпеть выпады Хао Бэйбэй, стиснув зубы и надеясь, что Вэй Чжисю опомнится или же ему наконец надоест эта дрянь.

Судя по всему, он сам, партнер с пятнадцатью процентами акций, судя по всему, собирался проиграть длинным ногам Хао Бэйбэй в обтягивающей юбке.

Цянь Цзинь беспомощно вздохнул, поднялся с места и направился в кабинет президента.

На углу коридора он нос к носу столкнулся с вальяжно шедшей навстречу Хао Бэйбэй.

Заметив мужественного и привлекательного Цянь Цзиня, Хао Бэйбэй тут же залилась краской, её манящие глаза заискрились страстью, и она слащавым голоском проворковала:

— Цянь-гэ! А я как раз к тебе шла.

Изрядно потрепанный жизнью Цянь Цзинь вовсе не был бездушной статуей из глины и камня. От заигрываний Хао Бэйбэй он невольно покраснел, а сердце забилось чаще, однако он неизменно умел сохранять невозмутимость:

— Как раз вовремя, я тоже хотел с тобой поговорить. Давай обсудим всё в переговорной!

Хао Бэйбэй очаровательно улыбнулась, круто развернулась и, звонко цокая каблучками по полу, мелкими радостными шажками семенила в сторону уединенной маленькой переговорной.

Цянь Цзинь с досадой закатил глаза, мысленно презирая Хао Бэйбэй за её распущенность.

Едва Цянь Цзинь вошел в переговорную, Хао Бэйбэй с улыбкой повернулась, аккуратно прикрыла за ним дверь и тут же с громким щелчком заперла её изнутри на замок.

Хао Бэйбэй никогда не отличалась особой благосклонностью к Цянь Цзиню: она то и дело цеплялась к мелочам, намеренно выживая его из компании исключительно ради того, чтобы вынудить Цянь Цзиня уволиться по собственному желанию.

Заметив сегодняшнее странное поведение Хао Бэйбэй, Цянь Цзинь насторожился с первых же секунд. Слегка нахмурившись, он подумал про себя: «Что это она задумала? Сейчас начнет голосить, что я к ней пристаю? Решила подставить меня?»

Притворившись, будто ни о чем не подозревает, он бегло огляделся по сторонам — и точно: неподалеку была установлена работающая видеокамера.

Цянь Цзинь тихонько фыркнул, мысленно бросив: «Дешевые фокусы! Неужто я поведусь на ваши удочки?»

Хао Бэйбэй с улыбкой прильнула к Цянь Цзиню и медовым голоском протянула:

— Цянь-гэ!

После чего устремила на него полный нежности взгляд.

Цянь Цзинь торопливо отпрыгнул на пару шагов назад:

— Директор Хао! Хватит дурачиться! Я и впрямь пришел по делу.

Кхм, послушай, ты вчера случайно не звонила Шэнь Лэтану? Неужели этот проект Белый Волк действительно нуждается в полной переделке структуры?

Хао Бэйбэй звонко рассмеялась:

— Ой, мой дорогой Цянь-гэ, неужели в твоих глазах существует только один этот проект Белый Волк?

Цянь Цзинь с улыбкой ответил:

— У меня такой характер: либо не берись вовсе, либо выкладывайся на полную.

Раз уж я изначально согласился вести Белый Волк, то приложу все силы, чтобы довести его до ума.

Сейчас проект забуксовал, и я, разумеется, должен наладить координацию, чтобы мы сообща разрешили все проблемы и не сорвали релиз к Национальному празднику.

Хао Бэйбэй влюбленно посмотрела на рассуждающего Цянь Цзиня и, дождавшись, пока он закончит, продолжила:

— Эх ты, мой глупый братец, ну просто настоящий милый увалень.

Она плавно подалась вперед, заставляя Цянь Цзиня прижаться спиной к краю переговорного стола, лукаво улыбнулась, резко развернулась и нарочно задела Цянь Цзиня пышными бедрами, после чего с невероятной грацией оперлась на спинку стоявшего рядом стула.

Цянь Цзинь: «……»

Хао Бэйбэй заговорила с нескрываемой нежностью в голосе:

— Братишка! Разве ты сам не видишь, в каком положении находится компания?

Ваньсянь Медиа собирается выкупить долю и войти в состав акционеров, а директор У намерен вывести нас на биржу. Самое первое, что он требует, — полностью перетряхнуть управленческую структуру и оптимизировать состав топ-менеджмента.

Директор У прямо заявил: всех руководителей с образованием ниже магистерской степени нужно гнать в шею. И это, между прочим, бьет в первую очередь по тебе, мой дорогой Цянь-гэ.

Брови Цянь Цзиня слегка сошлись на переносице:

— Серьезно?

Хао Бэйбэй надула губки и с наивной непосредственностью произнесла:

— Вчера я лично сопровождала генерального директора Вэя, когда мы принимали директора У. Я сама всё видела своими глазами и слышала своими ушами, разве такое может быть ложью?

Сердце Цянь Цзиня рухнуло вниз:

— А директор У не уточнил, как именно собирается избавляться от неугодных?

Хао Бэйбэй беззаботно махнула рукой:

— Да просто выкупят и переведут твои акции на других, делов-то. Уставный капитал нашей конторы — один миллион, твоя доля после пересчета тянет тысяч на пятнадцать.

Цянь Цзинь холодно усмехнулся:

— Пятнадцать тысяч? Бред собачий! Держите меня за полного идиота? Я пахал день и ночь, три года подряд вкалывал до седьмого пота и не получил ни копейки зарплаты!

Сейчас оценка компании уже перевалила за тридцать миллионов, так что мои пятнадцать процентов должны стоить как минимум больше четырех миллионов! Выкупить меня за пятнадцать тысяч? Размечтались!

Хао Бэйбэй надула губки:

— Цянь-гэ! Я тут рискую изо всех сил, чтобы предупредить тебя, а ты как хочешь меня отблагодарить?

Цянь Цзинь смущенно пробормотал:

— …Кхм, ну… как-нибудь приглашу тебя поужинать.

Хао Бэйбэй завизжала от восторга:

— Здорово! Договорились! Место выбираю я, чур, не отказываться!

Цянь Цзинь потерял дар речи: «……»

Порадовавшись еще мгновение, Хао Бэйбэй снова затараторила:

— Ой, Цянь-гэ! Пятнадцать тысяч — это ведь немало.

А всякие там оценки — это просто инвестиционные спекуляции. Наша паршивая конторка еще скажет спасибо, если в цене не рухнет, какие тут тридцать миллионов?

Ха-ха, ну ты и фантазер, Цянь-гэ.

Ой, да ты же теперь богач!

Пятнадцать тысяч, боже мой! Какая силища денег!

Тогда с тебя в любом случае причитается вкусный обед… Цянь-гэ, как думаешь, куда мы пойдем?

Сама того не заметив, Хао Бэйбэй уже обвила руку Цянь Цзиня, прижавшись к нему всем своим упругим, пышущим жаром телом.

Цянь Цзинь незаметно высвободил руку и глубоко вздохнул:

— Посмотрим! Кстати, директор У и остальные не говорили, когда именно хотят со мной об этом поговорить?

Хао Бэйбэй с круглыми от наивности глазами ответила:

— В половине одиннадцатого? В большом конференц-зале! Я как раз собиралась тебе об этом сказать!

Услышав это, Цянь Цзинь буквально взлетел на воздух от гнева, подумав про себя: «До десяти осталось всего ничего, и это ты называешь предупредить заранее? От тебя толку — чуть, зато вреда навалом. В голове один мусор, на большее не способна».

У него не было настроения разбираться с этой пустышкой. Цянь Цзинь поднялся, обошел Хао Бэйбэй, быстрым шагом направился к двери, повернул замок и вышел.

Оставшись в переговорной одна, Хао Бэйбэй проводила удаляющегося Цянь Цзиня взглядом, в котором смешались самые разные чувства: капелька ненависти, капля презрения и море обиды.

Постояв в нерешительности пару секунд, Хао Бэйбэй вдруг схватилась обеими руками за голову со страшной гримасой на лице. Словно обезумев, она растрепала волосы, затем яростно разорвала воротник платья, обнажив большие участки белой кожи, и в завершение несколько раз с треском распорола капроновые колготки на ногах.

Сбросив туфли на шпильках, она рухнула лицом на переговорный стол и принялась безумно царапать полированную поверхность ногтями…

Она терлась о стол лицом, билась о него лбом, пока не покрылась синяками, а по лицу не потекли слезы и сопли, и лишь после этого обессиленно остановилась.

Прошло немало времени с тех пор, как Цянь Цзинь покинул помещение.

Наконец Хао Бэйбэй шатаясь выбежала из той переговорной. Вид у нее был более чем красноречивый:

Растрепанный волос наводит испуг,

С обносков нагих осыпается пух,

В синяках и слезах перемазанной лик,

Прорехи чулок обнажают белизну…

Многие сотрудники воочию наблюдали за этой трагической картиной, когда она, заливаясь слезами, неслась по коридору в сторону кабинета президента.

Нужны ли тут вообще какие-то мозги?

Любой с закрытыми глазами догадался бы, в какую историю она вляпалась. И какому же ублюдку такое пришло в голову?

Вэй Чжисю?

Вряд ли, их шашни уже давно стали секретом Полишинеля.

Тогда кто же?

Сам же Цянь Цзинь понятия не имел обо всем, что только что произошло. Закончив с делами в своем отделе, он направился прямиком в большой конференц-зал.

Том первый. Пробуждение. Глава третья. Вытеснение и травля.

Цянь Цзинь с блокнотом в руках быстрым шагом вошел в конференц-зал Мэйин.

Внутри царила оживленная атмосфера, гости и хозяева непринужденно беседовали.

Бросив быстрый взгляд по сторонам, Цянь Цзинь выделил четверых участников переговоров — со стороны хозяев и гостей, — а также семерых телохранителей в темных очках.

На главном месте слева сидел плотный мужчина лет тридцати с небольшим. Его сияющее от жира и довольства лицо излучало редкое для обычных смертных благополучие.

Этот человек был главным акционером Мэйин и ее исполнительным директором — Вэй Чжисю, владевшим пятьюдесятью пятью процентами акций компании.

Рядом с ним на почетном месте расположился высокий, красивый молодой человек в сшитом на заказ костюме, с напомаженными волосами и роскошными часами на запястье. Строя невероятные гримасы, он увлеченно толкал какую-то речь. Это был второй акционер Мэйин — Цзя Годун, в руках которого находилось тридцать процентов акций.

На главном месте справа восседал молодой человек заурядной внешности. Одетый с кричащей роскошью, он держался надменно и заносчиво, глядя на всех свысока. Компанию ему составляла ослепительная спутница.

Цянь Цзинь стремительно вошел внутрь, с вежливой улыбкой приветствуя присутствующих и одновременно извиняясь:

— Ой, простите ради бога, я опоздал.

Вэй Чжисю бросил быстрый взгляд на часы и с улыбкой произвел:

— Да что вы, ничего страшного! Это мы пришли немного пораньше.

Цянь Цзинь! Иди сюда, позволь представить: это директор У из группы Ваньсянь.

Появление Цянь Цзиня тут же заставило телохранителей в темных очках напрячься. Цянь Цзинь физически ощутил, как несколько настороженных взглядов намертво впились в него.

Оставив блокнот на столе, Цянь Цзинь протянул руку через стол.

У Чи даже не подумал вставать — он лишь вежливо улыбнулся и вяло пожал протянутую руку в ответ, выказав лишь самое базовое приличие.

Цянь Цзинь занял третье место по левую сторону от хозяев, по привычке раскрыл блокнот и аккуратно положил ручку.

Вэй Чжисю с улыбкой заговорил:

— Директор У, вы даже не представляете, директор Цянь — это поистине бесценный партнер нашей компании.

Пусть у нашего директора Цянь за плечами нет высоких ученых степеней, но его трудоголизм в стиле безбашенного рубаки и железобетонная военная дисциплина глубоко укоренились в культуре нашей компании.

Все это время директор Цянь тащит на себе команду за командой, тянет проекты и регулярно засиживается в офисе далеко за полночь. Его заслуги перед компанией поистине велики.

В груди Цянь Цзиня шевельнулось недоброе предчувствие, и он мысленно отметил: «Началось! Вэй-демон перешел в наступление. Это классический прием: сначала похвалить, чтобы потом больнее ударить».

Не зная, что именно на уме у Вэй Чжисю, Цянь Цзинь просто вежливо улыбнулся, не перебивая его.

Вэй Чжисю с грустным вздохом продолжил:

— Три года! И дело не только в Цянь Цзине — я, Цзя Годун, да и столько прекрасных сотрудников нашей компании… сколько сил и крови мы вложили в Мэйин? Добравшись до сегодняшнего дня, мы прошли через невероятные испытания.

Цзя Годун закивал в знак согласия и тут же подхватил:

— Точно! И вот теперь наша компания снова оказалась на краю пропасти.

Как говорится, настоящее золото огня не боится, и настал момент истины: кто действительно любит Мэйин, а кто думает лишь о собственной шкуре — проверка покажет.

Взгляд Цянь Цзиня слегка сузился, и он подумал: «Понеслась, подали первое блюдо».

И точно, Вэй Чжисю глубоко вздохнул и произнес:

— Называть это краем пропасти, пожалуй, слишком громко — погибать мы не собираемся, речь идет скорее о способности к быстрому преображению.

При поддержке и усилении со стороны Ваньсянь мы совершим великолепный скачок уже в этом году. Ну а без Ваньсянь — ну что ж, просто отстанем на пару лет.

У Чи с улыбкой вклинился в разговор:

— Раз уж этот рынок приглянулся мне, директор Вэй, как по-вашему, выживет ли Мэйин в будущем, если откажется от сотрудничества с Ваньсянь?

Тело Вэй Чжисю слегка вздрогнуло, выражение лица сменилось несколько раз, после чего он выдавил улыбку:

— Директор У шутит! Наш союз заключен на небесах, и у нас нет ни единой причины не договориться, не так ли?

Директор У, давайте сегодня сыграем с открытыми картами. Материалы по нашему директору Цяню я вам уже показывал, и сегодня он сам здесь присутствует. Директор У, обдумайте всё еще раз, нельзя ли как-то…

У Чи нетерпеливым жестом прервал его:

— В бизнесе нужно руководствоваться исключительно коммерческими принципами, а не играть в благородных разбойников из подворотни.

Если вы в Мэйин и дальше намерены цепляться за эту дворовую романтику, я просто не смогу с вами работать.

Вэй Чжисю бросил на Цянь Цзиня полный скрытого разочарования взгляд, после чего решительно сжал зубы:

— Рано или поздно рубить голову — все равно что поздно. Пусть эту грязную работу сделаю я. Цянь Цзинь, давай расставим все точки над i прямо сегодня.

Цянь Цзинь понял, что началось самое главное, и холодно произнул:

— Изъясняйтесь прямо, директор Вэй!

Вэй Чжисю заговорил:

— Цянь Цзинь! Я знаю, что ты дорожишь Мэйин всем сердцем. Ты любишь компанию, и мы тоже любим ее.

Однако у инвестиционной группы Ваньсянь существует четкий свод стандартов и регламентов. Прежде всего, кадровая структура руководства нашей компании совершенно не соответствует их инвестиционным критериям…

Цянь Цзинь почувствовал, как в нем закипает глухое раздражение:

— То есть я не подхожу?

Вэй Чжисю смущенно кивнул:

— Цянь Цзинь, тебе придется уступить свою долю в акциях, только так мы сможем получить инвестиции. Слушай, может, перепишешь их на меня, я побуду твоим номинальным держателем?

Брат, ты же знаешь мой характер: старина Вэй тебя не обидит, оформление через меня — гарантия стопроцентная. В любой ситуации я не оставлю тебя в обиде.

Ты по-прежнему будешь руководить своим проектным отделом, а я распоряжусь бухгалтерии выплачивать тебе по десять тысяч юаней ежемесячно на карманные расходы. Мы по-прежнему останемся братьями, штурмующими любые вершины.

Цянь Цзинь подумал про себя: «Оформить на тебя? Да ты же меня сожрешь и даже костей не оставишь!»

Глубоко вздохнув, Цянь Цзинь с мрачным видом произнес:

— Три года мы пахали бок о бок, но в итоге все равно пришли к этому дню.

Я не люблю лишней волокиты, давай обойдемся без этих фокусов с номинальными держателями.

Я не прошу лишнего: давайте оценим мою долю по текущей стоимости компании, разойдемся по-хорошему, и я выйду из бизнеса.

Вэй Чжисю буравіл Цянь Цзиня тяжелым взглядом и холодно бросил:

— Не хочешь подумать?

Цянь Цзинь с отчаянием в голосе ответил:

— Думать тут нечего! Я три года пахал без единой копейки зарплаты именно для того, чтобы дождаться дивидендов, когда компания поднимется.

Проект Белый Волк в целом уже утвержден, осталось лишь дождаться проката в кинотеатрах во время «Золотой недели» в октябре.

Минимальная сумма сборов по гарантийному контракту составляет триста миллионов, а на счета нашей компании упадет как минимум сто двадцать миллионов.

Сколько составят мои пятнадцать процентов? По меньшей мере пятнадцать миллионов набежит, верно?

Вэй Чжисю покачал головой:

— Всё это вилами по воде писано. А если соглашение о гарантии сборов сорвется?

Скажу прямо, Цянь Цзинь, без обид, но тот Белый Волк, что делает твой отдел, качеством мягко говоря не блещет, и еще большой вопрос, принесет ли он вообще хоть какую-то прибыль.

Я слышал от Хао Бэйбэй, что сюжетную структуру опять придется полностью переписывать. Сам подумай, того и гляди этот проект станет убыточным — с какой стати ты требуешь с меня пятнадцать миллионов?

Цянь Цзинь слегка опешил, и в мыслях выругался: «Черт! Вот почему Хао Бэйбэй вдруг понадобилось переписывать сценарий! Оказывается, они готовили почву для сегодняшних переговоров заранее.

Ладно! Вэй Чжисю, парень ты сволочной, мастерски всё обставил. Пенять могу только на собственную слепоту — как же я раньше не разглядел твою истинную сущность».

Бросив взгляд на ухмыляющегося Вэй Чжисю, Цянь Цзинь возмущенно произнес:

— Как же коварны человеческие сердца!

Вспомните-ка, когда мы втроем только начинали свое дело, чьи сказки были слаще твоих?

Ты распинался о том, что всем нам придется немного потерпеть трудности, а когда компания встанет на ноги, мы поделим пирог на всех.

И вот теперь, когда пришло время делить этот пирог, ты занес топор вовсе не над ним, а собрался снести головы нам самим, я правильно понимаю?

Услышав это, Вэй Чжисю густо покраснел и с напускным смущением произнес:

— Цянь Цзинь, твои слова ранят меня до глубины души.

Спроси лучше директора У, как я за тебя старался!

Одной рукой я держу Ваньсянь, другой поддерживаю Мэйин, а в моих руках судьбы сотни сотрудников компании — что ты предлагаешь мне делать?

Цянь Цзинь холодно отрезал:

— Не надо мне тут заливать! И ты еще имеешь наглость рассуждать со мной о братских чувствах?

Разве братские узы мешают честной стоимости акций? Наша компания в прошлом году уже привлекла тридцать миллионов инвестиций, сейчас проект запущен, пришла пора собирать урожай, а вы хотите выставить меня за дверь?

Ладно!

Могу не дожидаться сбора урожая, мешать вашему обогащению я не намерен. Назовите справедливую цену, и если меня всё устроит, я подпишу соглашение о передаче долей, и мы разойдемся миром.

Вэй Чжисю небрежно швырнул через стол пачку бумаг и холодно бросил:

— Уставный капитал нашей компании составляет один миллион юаней. В соответствии с положениями закона, твоя технологическая доля в размере пятнадцати процентов должна быть оценена в пятста тысяч… то есть в сто пятьдесят тысяч юаней. Ознакомься, и если возражений нет, подписывай этот договор о передаче.

http://bllate.org/book/19501/1912556