На самом деле она не хотела приходить.
Вернее, она действительно не хотела приходить.
Автомобиль Хо Синъюй уже двадцать минут стоял у входа, и, наблюдая за потоком машин и людей, снующих туда-сюда у ворот больницы, она невольно размышляла об этом.
Она приехала лишь потому, что тон Нин Сянсян в сообщениях показался ей слишком обиженным, жалким и вызывающим жалость.
К тому же...
Хо Синъюй переплела свои тонкие пальцы и постучала ими по рулю.
К тому же Нин Сянсян осмелилась так прямо заявить о своей симпатии.
В придачу к целому ряду стикеров с поцелуями и объятиями из WeChat.
При этой мысли Хо Синъюй вдруг почувствовала, что в машине стало душно, и потянулась к кондиционеру, чтобы убавить температуру.
Разве Нин Сянсян раньше... разве она когда-нибудь говорила так прямо?
Кажется, нет.
Или, может быть, это она сама была к ней настолько равнодушна, не давала никакой отдачи, из-за чего та обиделась и больше не решалась так себя вести?
Хо Синъюй взглянула на своё отражение в зеркале заднего вида. Когда она не улыбалась и не выражала никаких эмоций, её лицо действительно выглядело суровым, излучающим невольный властный холод.
Она дернула уголком рта, пытаясь изобразить улыбку.
Если улыбнуться, получится... довольно дружелюбно?
Неудивительно, что Нин Сянсян снова стала такой откровенной и пылкой.
Она смотрела на автоматические стеклянные двери больницы, которые постоянно открывались и закрывались. Прошло немало времени, прежде чем она увидела, как высокая женщина с квадратным лицом вывозит Нин Сянсян в инвалидном кресле.
Как отреагирует Нин Сянсян, увидев её?
Наверное, удивится, а потом у неё от волнения покраснеют глаза, и она будет глупо и растерянно смотреть на неё, верно?
С этой мыслью Хо Синъюй, почувствовав, как в горле встал комок, неторопливо опустила стекло. Приподняв свои фениксовы глаза, она следила за тем, как Нин Сянсян, приподнявшись в кресле, пытается втиснуться в такси.
Хо Синъюй изогнула губы в своей недавно отрепетированной доброй улыбке.
Нин Сянсян остолбенела.
Она наполовину приподнялась и в крайне неудобной позе обернулась, чтобы посмотреть на Хо Синъюй, сидевшую в машине позади. В её сердце теснились бесчисленные вопросы.
Почему Хо Синъюй здесь?
Почему она снова улыбается так зловеще и при этом не сводит с неё глаз?
Почему всё, что происходит сейчас, совсем не похоже на то, что было в прошлой жизни?
Вспомнив историю этой улыбки и взглянув на свою сломанную ногу, Нин Сянсян вдруг почувствовала себя героиней фильма Пункт назначения.
Она терпеть не могла ловить на себе взгляд Хо Синъюй.
В глазах Хо Синъюй всегда читалась оценивающая строгость. Находясь рядом с ней, чувствуешь невидимое давление, от которого нечем дышать.
В этот жаркий летний день, когда температура достигала тридцати семи градусов, палящее солнце было наполовину скрыто облаками, воздух казался душным и влажным, а цикады на деревьях не умолкали ни на секунду.
Нин Сянсян вздрогнула. Под двойным напором пристального взгляда и смертоносной улыбки Хо Синъюй она с трудом выдавила из себя:
— Четвертая мисс Хо, какое совпадение. Что вы здесь делаете?
— Любуюсь пейзажем, — Хо Синъюй продолжала улыбаться.
— ...?
Любуется пейзажем?
Приехать в больницу, чтобы полюбоваться пейзажем?
Нин Сянсян с сомнением огляделась по сторонам: мимо проходили люди либо такие же, как она, со сломанными ногами в инвалидных колясках или с костылями, либо с разбитыми головами, обмотанными толстыми слоями бинтов. Неподалеку только что выгрузили из машины скорой помощи человека, который даже пошевелиться не мог.
Нин Сянсян понимающе кивнула. С таким роботоподобным характером, как у Хо Синъюй, возможно, только что-то экстремальное и может считаться пейзажем.
Неудивительно, что она сегодня приехала навестить её — видимо, просто заглянула по пути, раз уж она здесь, на этот пейзаж со сломанной ногой.
Нин Сянсян, опираясь на руки, снова попыталась влезть в такси и на прощание бросила Хо Синъюй:
— Тогда не смею вас больше задерживать, Четвертая мисс Хо. Надеюсь, в другой раз нам повезет встретиться снова.
Пусть на этом наша связь и оборвется, Господи! Никогда больше не хочу её видеть!
Нин Сянсян, проливая внутренние слезы, продолжала карабкаться на заднее сиденье такси.
Сестра Ло, стоявшая рядом, поддерживала её, размышляя про себя, осмелятся ли папарацци фотографировать Хо Синъюй. Она помогала Нин Сянсян, которая металась в машину, будто за ней гналась собака, и хотела было тихо напомнить ей следить за своим образом нежной и кроткой девушки.
Но не успела она открыть рот, как почувствовала, что на неё устремлен острый взгляд. Она оцепенело обернулась.
Хо Синъюй в машине уже перестала улыбаться, и в её глазах читалось нечто неясное.
Хо Синъюй была невероятно красива. Даже не будучи человеком из индустрии развлечений, она неизменно приковывала к себе огромное внимание. Но когда она стояла рядом, людей впечатляло не столько её лицо, сколько исходящее от неё давление, заставляющее невольно подчиняться.
Сестра Ло на мгновение замерла, видя, как Хо Синъюй приподняла бровь и снова перевела взгляд на Нин Сянсян, которая всё еще пыталась втиснуться в машину.
Сестра Ло внезапно всё поняла. Её рука, державшая Нин Сянсян, дрогнула, она крепко ухватила девушку за локоть, заставив её застыть на полпути в такси.
Сестра Ло улыбнулась и произнесла:
— Госпожа Хо, вы случайно не на улицу Синху, 79, направляетесь?
— Да.
Получив утвердительный ответ, сестра Ло сжала руку еще сильнее и, полувытащив, полувыдернув Нин Сянсян из такси, усадила её обратно в инвалидное кресло.
— Сянсян, я хорошенько обдумаю то, о чем ты говорила. Поезжай-ка ты лучше с госпожой Хо, — сестра Ло бросила взгляд на папарацци в кустах, широко улыбнулась и решительно подкатила кресло к Aston Martin Rapide. — Госпожа Хо, простите за беспокойство. В следующий раз мы обязательно вас отблагодарим.
Нин Сянсян, которую уже усадили на пассажирское сиденье, смотрела на сестру Ло, машущую рукой на прощание, и плакала внутри. Она прислонилась головой к окну, стараясь сжаться как можно сильнее, чтобы стать менее заметной.
Неужели Хо Синъюй — такой добрый человек, что подвозит других просто потому, что ей по пути?
Почему она раньше этого не замечала?
Нин Сянсян была в замешательстве, она осмеливалась лишь украдкой поглядывать на спутницу.
На самом деле возможность побыть наедине с Хо Синъюй — это даже хорошо, подумала она про себя. Когда они поженились, они совершенно не знали, что они за люди, и у неё даже не было возможности отказаться под предлогом несовместимости характеров.
Но теперь всё иначе. У неё появился шанс остаться с Хо Синъюй наедине. Ей нужно просто делать всё наперекор, и с таким придирчивым и расчетливым характером, как у Хо Синъюй, та точно не сможет её терпеть.
У неё самой не было возможности отказаться, но у Хо Синъюй она есть. Пока Хо Синъюй не скажет «да», всё может сложиться иначе.
С этими мыслями Нин Сянсян достала из кармана телефон.
Хотя Хо Синъюй не была публичной личностью, её лицо, которое можно было назвать эталоном красоты, и ранняя открытость в вопросах ориентации привлекли немало фанаток.
Она помнила, как на форумах люди собирали информацию о предпочтениях и сплетнях вокруг Хо Синъюй, основываясь на её спутницах на светских мероприятиях и слухах.
Нин Сянсян было достаточно использовать свои смутные воспоминания за последние десять лет и те самые слухи, чтобы создать образ, который Хо Синъюй не смогла бы вынести.
При этой мысли уголки её губ поползли вверх. Пальцы быстро скользили по экрану, и вскоре она нашла ту самую популярную ветку обсуждений.
«Каких женщин на самом деле любит Четвертая мисс Хо?»
Это была огромная тема на тысячи комментариев, полная фотографий Хо Синъюй разных периодов: с деловых мероприятий, случайные кадры папарацци, даже общие фото с однокурсниками, а также всевозможные слухи — правдивые и не очень.
Нин Сянсян с азартом листала вниз, как вдруг услышала вопрос Хо Синъюй, сидевшей рядом:
— Что ты там смотришь?
Сердце Нин Сянсян сжалось. Она подсознательно хотела убрать телефон, но тут увидела комментарий с множеством лайков:
«Поднимаю руку! Я сотрудник корпорации Хо! Не знаю точно, какие нравятся Четвертой мисс, но знаю одно: она терпеть не может тех, кто витает в облаках и кому приходится повторять всё дважды. Кажется, у неё совсем нет терпения».
Прочитав это, Нин Сянсян в душе внутренне согласилась: Хо Синъюй действительно была крайне нетерпеливым человеком.
Она сжала телефон, отвернулась и, сделав вид, будто ничего не слышала, изобразила полное отсутствие внимания, никак не ответив на вопрос Хо Синъюй.
В машине воцарилась тишина. Хо Синъюй никогда не включала музыку или радио, и в этой полной тишине атмосфера стала еще более неловкой и гнетущей.
Нин Сянсян украдкой бросила взгляд на спутницу: на лице Хо Синъюй не было видно никаких эмоций, но скорость машины постепенно снизилась, и в конце концов она остановилась на временной стоянке у обочины.
Нин Сянсян нервно сглотнула. Она уже почувствовала недовольство Хо Синъюй, но вынуждена была признать, что это раздражение Хо Синъюй даже доставляло ей тайное удовольствие.
Что будет дальше?
Вышвырнет её из машины?
Нин Сянсян бегала глазами, сжимая телефон. Это был деловой район, здесь много машин и людей. Помимо того, что быть высаженной посреди улицы — неприятно, поймать другое такси было бы совсем просто.
Как раз когда она уже морально приготовилась к худшему, Хо Синъюй взмахнула изящной рукой и выхватила телефон из её пальцев.
Раздражение, вызванное тем, что Нин Сянсян игнорировала её, смотрела сквозь неё и вела себя совершенно безразлично, в одно мгновение улетучилось, как только Хо Синъюй взглянула на экран телефона.
Заголовок темы гласил:
«Каких женщин на самом деле любит Четвертая мисс Хо?»
Она опешила.
Что это?
Весь экран был забит её собственными фотографиями: с деловых встреч, новостей, случайных снимков, интервью...
Везде была она!
Нин Сянсян изучает, какой тип женщин ей нравится?
И даже добавила в избранное с уведомлениями о новых ответах, чтобы следить за этим постоянно?
Нин Сянсян... неужели она уже полюбила её?
Сама она раньше этого никогда не замечала.
Листая фотографии страницу за страницей, Хо Синъюй почувствовала, как температура в машине резко поднялась. Даже кончики пальцев ощущали жар, казалось, что её лицо вот-вот вспыхнет.
Наверное, кондиционер сломался, уверенно подумала она.
К тому моменту, как она дошла до конца, она уже не могла понять, в голове у неё или в сердце, но там разливалось какое-то неописуемое чувство, переполняя её изнутри.
Она изо всех сил старалась сдержать невольно ползущие вверх уголки губ и подняла взгляд на Нин Сянсян, сидевшую рядом.
http://bllate.org/book/19527/1914635
Готово:
