Шэнь Ми лежал на груди у Сяо Цзяо, приоткрыв глаза лишь на узкую щелочку. Он окинул Сяо Цзяо слабым, затуманенным взглядом и, думая о чем-то своем, снова смежил веки и потерял сознание.
Прижимая к себе этого бледного мужчину, Сяо Цзяо испытал растерянность — он совершенно не понимал, куда деть руки. Глядя на Золотую Печать, венчавшую голову Шэнь Ми, он внезапно вспомнил, как много лет назад тайком забрался в Павильон Звездочетства.
В тот год Сяо Цзяо, чье Формирование Ядра завершилось совсем недавно, заключил дерзкое, безрассудное пари со старшими и младшими братьями с Пика Елин. Опираясь исключительно на собственные силы, он добрался до Павильона Звездочетства — места, что, по легенде, вело прямо в высшие сферы. Юный заклинатель пластом лежал на камнях, выбившись из сил, но двери Павильона отворились перед ним сами собой.
Это походило на безмолвное приглашение самой судьбы. Терзаемый жгучим любопытством ко всему на свете, Сяо Цзяо шагнул внутрь.
Миновав барьер иллюзорного царства, именуемого Средоточием Тоски, он оказался на подвесной тропе, уходящей в облака. Две толстые, в человеческое запястье, железные цепи шли параллельно друг другу, а поверх них кое-как были наброшены деревянные доски. Пройдя дальше, он наконец увидел главное здание Павильона Звездочетства. Обитель, возведенная прямо на вершинах облаков, вовсе не блистала золотом и неффритом, как порой воображали люди: ее окружали лишь простые каменные стены и синяя черепица — донельзя скромная постройка.
У двери небольшого домика красовалась надпись, выведенная рукой Бессмертного Юй Иня: Возврат к простоте.
Однако внутри домика скрывался целый отдельный мир. Переступив порог, гость оказывался в двенадцатиэтажной башне.
В тот раз Сяо Цзяо успел подняться лишь до второго этажа, когда его с поличным поймал дядя-настоятель Хэ Цзисун. Горько рыдая, Сяо Цзяо был схвачен за шкирку и бесцеремонно сброшен вниз с Павильона Звездочетства, после чего последовало наказание в виде вырубки бамбука. Но незадолго до этого он успел вдоль и поперек обойти первый этаж. Просторное помещение первого уровня было сплошь завешено огромными свитками, парящими на перистых облаках, — на них красовались портреты всех предыдущих настоятелей Секты Чэньси со дня ее основания.
Сяо Цзяо сразу выделил один из свитков. Причина была проста: среди всех остальных он висел на самом видном месте и был написан искуснее прочих.
И только он один оказался наполовину сожжен.
Человек на той картине обладал соболиными бровями, звездами в глазах и чертами лица, в которых сквозило природное милосердие.
Этот человек был точной копией Шэнь Ми, которого Сяо Цзяо видел сегодня, — с той лишь разницей, что их ауры разительно отличались. В глазах незнайца с картины плескалась чистая прозрачность, словно в них таились осколки света, тогда как взор Шэнь Ми напоминал пустую и одинокую пустошь.
Таинственный Гром Девяти Небес, запретная техника из Нефрита Головы Дракона, человек с картины и тот, что лежал перед ним… Как все это было связано? У Сяо Цзяо не было ни малейшей догадки.
Впрочем, никаких догадок не было и у другой группы — Сяо Доу, Лю Ина и остальных. С боем прорвавшись сквозь пелену ядовитых испарений, они резко обернулись и обнаружили, что миазмы бесследно рассеялись. Сквозь пробившиеся лучи солнца опустевшая деревня казалась на редкость тихой и безмятежной.
Однако рисковать и делать резкие движения они больше не смели.
Сяо Доу все еще сжимал в руке конец красной веревки. Тягостно размышляя, он бросил взгляд на Ши Дэна. Тот, казалось, почувствовал его внимание, повернулся и встретился с ним взглядом.
— Знаю, о чем ты хочешь спросить, — произнес Ши Дэн так, будто видел людей насквозь. — Я родился в Храме Божественного Дракона и от рождения способен видеть то, что таится в человеческих сердцах. Ли У… тот самый злой дух, некогда жил здесь. Но позже случились скверные события, породившие в нем непреклонную одержимость, и он застрял в этих краях на несколько веков. Моих сил недостаточно, чтобы изгнать его, я могу лишь с помощью фонаря и барьера защищать тех, кто, подобно вам, случайно забрёл сюда и привлек его внимание.
— Скверные события?
— Как вы сами можете видеть, эта деревня… селения в здешних местах давно опустели.
Много лет назад эта дикая гора тоже кипела жизнью. Люди мирно трудились и жили в селениях у подножия, в Храме Божественного Дракона не иссякал дым благовоний, и каждый молил о защите божественного дракона.
Ши Дэн был горным духом, вскормленным ароматом этих благовоний; он родился среди красных фонарей, что некогда пышно висели под карнизом храма.
Появившись на свет благодаря искренним молитвам и жертвоприношениям людей, этот ёкай от рождения обладал сострадательным сердцем. Обвивая карнизы или прячась в каменных изваяниях, он тихо и нежно наблюдал за снующими туда-сюда людьми, слушал их сокровенные мысли и помогал в мелочах, доступных его силам.
Каменные статуи были лишены сердца и духа, но ёкай изо всех сил старался защищать их верующих.
Ши Дэн призвал пухлый красный фонарь, и тот, покачиваясь, подплыл прямо к глазам Сяо Доу и его спутников.
Сяо Доу, видимо, все еще помнил, как этот фонарь едва не спалил его ранее, и машинально отпрянул в сторону.
Свет вокруг фонаря стал медленно разгораться, и перед глазами заклинателей все залило белым. Сквозь мягкое сияние они увидели свадебную процессию — свадебную процессию из прошлых веков, что неторопливо шествовала мимо Храме Божественного Дракона в праздничной и шумной атмосфере. Пошатываясь, процессия добралась до середины склона горы, где располагалась та самая деревня. В те времена она еще процветала, и множество зевак сбежалось поглазеть на зрелище, толпясь на дороге и стараясь коснуться удачливого шествия.
Вдруг откуда ни возьмись выскочил оборванный юноша и преградил дорогу процессии. Вид у него был крайне встревоженный, он громко что-то выкрикивал, но окружающие лишь рассердились, что он портит чужой счастливый день. Толпа сгрудилась, скрутила его и отбросила в сторону. В следующее мгновение земля задрожала, из невидимых глубин поднялись клубы зловонных миазмов, и из самой грязи под землей показались… бесчисленные мертвенно-бледные руки.
Эти руки, выбравшиеся из-под земли, утащили всех в преисподнюю, и кровь обагрила всю округу…
Ши Дэн не позволил им смотреть дальше на то, что произошло потом.
Впрочем, любой догадался бы и без подсказки.
Сяо Доу судорожно втянул воздух: — Это…
Ши Дэн опустил глаза — окружавшее его пламя в этот миг угасло, превратившись в мягкий красный пух, закрывший оба глаза. Голос духа звучал скорбно: — Позже сюда долго приходили заклинатели из различных секты, пытавшиеся во всем разобраться, но никто так и не понял, в чем дело. Я лишь слышало, как они говорили о проделках демонических сил. Ли У в прошлом часто бывал в Храме Божественного Дракона, и тогда у него были отличные способности к культивации. Именно он первым заметил дурные знамения и велел деревенским бежать…
Но он происходил из бедной семьи, рано лишился родителей и вечно занимался тем, чего обычные люди не делали. Когда он встал на пути и попытался предупредить их, они не послушали, а лишь выругали его пророком беды. В тот день он своими глазами видел, как любимая девушка попала в беду по дороге на свадьбу, и как деревню постигла гибель. Это породило в нем непреклонную одержимость. Я не могло покинуть Храме Божественного Дракона, а потому лишь бессильно наблюдало, как он ступил на Путь Обиженных Духов.
За сотню с лишним лет лишений и тревог Ли У, пожалуй, уже и сам забыл свое изначальное душевное состояние. Все эти долгие годы в обличье духа он бродил по диким горам, заманивая прохожих в ловушку, чтобы удержать их души и пожрать сердца. И всё, что оставалось делать Ши Дэну — это отпугивать людей с помощью фонаря.
На душе у Сяо Доу и его спутников было скребуще тяжело.
Горный ветер принес с собой немного пыли. Почувствовав определенное колебание энергии, Ши Дэн вздохнул: — Он… Ли У больше нет. Здесь безопасно.
— Маленький Перчик… — Сяо Доу окинул взглядом заброшенную деревню. — Чеснок, присмотри за Дынькой, а я пойду поищу Маленького Перчика!
Лю Ин также велел своим младшим братьям оставаться на месте и бросился вслед за Сяо Доу обратно в мертвую деревню.
Когда Сяо Доу и Лю Ин прибежали на место, они застали Сяо Цзяо сидящим на земле. Тот обнимал какого-то человека и пребывал в странном оцепенении.
Ши Дэн последовал за ними по пятам, прилетев на своем фонаре. Не успел пухлый ёкай затормозить, как, мельком взглянув на Шэнь Ми в объятиях Сяо Цзяо, удивленно пробормотал: — Это он?
Его голос был совсем тихим, но Сяо Цзяо расслышал.
Похожий на изваяние Сяо Цзяо резко вскинул голову и уставился на парящего в воздухе Ши Дэна: — Вы знакомы?
— Он спас меня, — ответил Ши Дэн.
Сяо Цзяо всерьез заинтересовался этим, но внимание Ши Дэна уже переключилось на другое. Спрыгнув с фонаря к подножию расписного терема, ёкай крикнул Лю Ину: — Твой младший брат здесь!
Перед Ши Дэном никого не было — лишь лежала поперек грубая деревянная балка. Наполовину обрушившийся терем был завален обломками и мусором, но эта балка выделялась особенно: казалось, ее срубили в горе только вчера. Ши Дэн легко коснулся дерева, и оно вспыхнуло от языков пламени. С треском прогоревши, огонь освободил младшего ученика Секты Сюаньцзянь, которого накануне подменили здесь. Пламя обошлось с человеком очень бережно и не опалило на мальчике ни единого волоска.
Лю Ин и Сяо Доу торопливо бросились вытаскивать пострадавшего. Сяо Доу на ходу проверил его состояние и сообщил: — Ранен и без сознания, но угрозы для жизни, похоже, нет.
— Как этот… старший товарищ здесь оказался? — спроил Сяо Доу.
— Долгая история. А где Дынька и остальные? — Окинув взглядом окружение и не обнаружив младшего сородича, Сяо Цзяо вспомнил, как Сяо Дуна и еще одного ученика Секты Сюаньцзянь накрыло миазмами, и невольно заволновался.
— Я отправил их назад в Храм Божественного Дракона с помощью фонаря, с ними все должно быть в порядке, — ответил Ши Дэн. — Давайте тоже вернемся.
— Тогда мой старший брат и остальные… — Лю Ин все-таки не забыл о главной цели и еще раз оглядел завалы и руины, тщетно пытаясь отыскать следы родственника.
Ши Дэн смахнул рукой сопровождавший его фонарь. Тот сделал быстрый круг в воздухе и послушно замер перед хозяином. Опечаленный дух произнес: — Других здесь нет.
Лю Ин посмотрел на взвалил на спину младшего брата, а затем перевел взгляд на Сяо Цзяо и человека с лицом цвета золотой фольги, которого тот прижимал к груди. Все нуждались в отдыхе; да и он сам сейчас чувствовал себя на пределе сил, ощущая тягостное чувство вины.
— Товарищ Цзяо, товарищ Сяо Доу, давайте возвращаться, — произнес Лю Ин, пристроив ученика поудобнее, и вместе с Сяо Доу помог подняться Сяо Цзяо.
Сяо Цзяо, просидевший на земле слишком долго, попытался встать вместе с Шэнь Ми, но ноги онемели, и он чуть было снова не плюхнулся на задницу.
Ши Дэн прыгнул на плечо к Шэнь Ми: — Доверь его мне, я позабочусь о нем.
Сяо Цзяо: — Не выйдет.
Он инстинктивно прижал тело к себе покрепче.
— …Он мой спаситель, я должен о нем позаботиться. — Заметив настороженность юноши, Ши Дэн вздохнул, и в его голосе прозвучала беспомощная нотка: — Я не причиню ему вреда.
— И всё равно не выйдет, он… — в любой момент может очнуться и прихлопнуть тебя так, что и глазом не моргнешь. Сяо Цзяо проглотил вторую половину фразы.
Ши Дэн: — …
Услышав недоговоренную мысль в голове Сяо Цзяо, дух на мгновение умолк. Затем он бросил взгляд на Шэнь Ми, который по-прежнему держал глаза закрытыми, и не удержался от предостережения: — На самом деле тебе совсем необязательно… Из рукава Шэнь Ми выпорхнула серебряная искра и угодила прямо в Ши Дэна, неся в себе легкий намек на предупреждение. Ши Дэн тут же захлопнул рот.
Спасенного младшего ученика Секты Сюаньцзянь принесли обратно в Храм Божественного Дракона и уложили в углу вместе с Сяо Дуном и двумя другими пострадавшими. А вот Шэнь Ми, продолжавшему оставаться без сознания, досталось особое отношение со стороны Сяо Цзяо: тот уединился с ним, уложив отдельно от всех — у самого проема разрушенных ворот Храма Божественного Дракона.
Сяо Цзяо рассуждал так: если Шэнь Ми придет в себя и снова начнет буйствовать, он сможет вытащить его наружу, не задев остальных. Однако в глазах всех присутствующих подобная забота выглядела несколько подозрительно.
Сяо Доу, так и не избавившись от тревоги, несколько раз подходил проверить, но всякий раз был прогнан Сяо Цзяо.
Тот даже разозлился: — С чего это я не видел, чтобы ты о Дыньке так переживал!
Сяо Цзяо: — Вовсе нет, ничего подобного, я же ради вас стараюсь.
Сяо Доу: — …Тьфу!
Сяо Цзяо проигнорировал презрительный взгляд младшего брата и продолжил неотрывно смотреть на Шэнь Ми. Черная ци и золотая печать на лбу Шэнь Ми непрерывно сменяли друг друга, однако изменения были столь слабыми, что, кроме обнимавшего его Сяо Цзяо, этого никто не заметил.
Разумеется, за исключением Ши Дэна.
Ши Дэн неотступно следовал за Шэнь Ми, то и дело переводя взгляд то на него, то на Сяо Цзяо.
Заметив, что Шэнь Ми вовсе не собирается просыпаться, Сяо Цзяо решил расспросить Ши Дэна о происхождении этого человека.
— Честно говоря, я и сам толком ничего не знаю. Пару дней назад он пришел в Храм Божественного Дракона — кажется, искал что-то, но так ничего и не нашел. А потом началась небесная кара, и он ушел сам. Ну а после… пришли вы и принесли его обратно.
Сяо Цзяо кивнул и переспросил: — Ты сказал, он спас тебя?
— Мм, я… В последние годы моя духовная сила иссякала всё сильнее. Когда та водяная змея сунулась в горы, я сразу почуяло неладное и созвало множество фонарей, чтобы помешать вам уйти. Но я потратило слишком много сил и чуть было не… — Ши Дэн запнулся и продолжил: — Когда вы уходили, он вернулся.
Ши Дэн вспомнил тот момент, когда Шэнь Ми вернулся в Храм Божественного Дракона. Высокий и прямой, он стоял перед алтарем.
— Ты с рождения не можешь ступить и шагу за пределы этого храма, а божественный дракон не способен защитить даже эти места — пожалуй, он и сам едва справляется. К чему тебе тратить свою духовную энергию на фонари, указывающие путь смертным? Вчерашняя тварь запросто могла сожрать тебя живьем…
Произнеся это, Шэнь Ми протянул руку. Его бледные, исхудавшие до состояния сухих ветвей пальцы коснулись пушистого тельца ёкая, и с кончиков его пальцев сорвалась капля серебряного света.
Это мягкое и теплое сияние плавно растворилось в пламени, окружавшем Ши Дэна.
— С этого дня тебе больше не нужно притворяться фальшивым бессмертным. Будь просто счастливым ёкайем, — произнес он. — Небо высоко, земля широка, ты свободен.
Именно тогда, благодаря той самой крупице серебряного света Шэнь Ми, Ши Дэн смог сквозь пелену смутных видений едва заметно заглянуть в хаос, бушевавший в его сердце.
В тот миг ёкай словно коснулся его души, увидев крошечную трещину за невозмутимым фасадом. Всего лишь крошечный разлом, но внутри него клубился неисчислимый клубок нитей, которые было невозможно ни распутать, ни объяснить словами.
Шэнь Ми: Я в отключке. Честно-честно.
Эта глава переходная.
Обещал днем — опоздал, простите.
http://bllate.org/book/19741/1941682
Готово:
