Готовый перевод Jiang Nan Jin Mu Lan / Цзян Нань и Цзинь Мулань: Пробуждение древней крови: Глава 9

Цзян Нань не стал обращать внимания на реакцию этих двоих. Он положил правую ладонь на точку байхуэй Старейшины Чжуна и принялся медленно вливать в него Истинную Ци Цилиня.

В этот момент старик рядом с ним буквально застыл.

— Человеческая... человеческая истинная ци?

— Чжун Цзяньго, быстрее, ударь меня! Проверь, не сон ли это, ну же, ударь!

Чжун Цзяньго, чей уровень развития был еще недостаточно высок, никогда не слышал о человеческой истинной ци, поэтому, разумеется, не понимал, о чем идет речь.

— Дядюшка-наставник, спокойнее, прошу вас, спокойнее!

В этот миг из больших пальцев рук и ног Чжун Чжисяна потекла черная жидкость, следуя вдоль установленных серебряных игл. Кожа его тела начала краснеть с пугающей скоростью.

*Буль-буль-буль.*

В животе и мочевом пузыре старика начался настоящий переворот. Однако сейчас было еще рано позволять всему выйти наружу: если выпустить ци раньше времени, это нанесло бы организму серьезный вред. Наконец, жидкость, капавшая с четырех игл, сменила цвет на красный — все токсины из организма были выведены.

— Быстрее, убирайте иглы! — поспешно скомандовал Цзян Нань.

Он стремительно выдернул серебряные иглы из тела Чжун Чжисяна. Плотина была прорвана! В тот же миг раздался грохот, словно забили в барабаны и загремели петарды! К счастью, Цзян Нань отпрыгнул вовремя и избежал брызг, а вот тем двоим повезло куда меньше.

— Ох, блаженство! — донеслось из туалета довольное восклицание Чжун Чжисяна.

*Смыв!*

Чжун Цзяньго помог старику выйти. Оба выглядели крайне жалко, с головы до ног покрытые брызгами экскрементов, но, вопреки ожиданиям, они не чувствовали брезгливости — наоборот, были невероятно возбуждены. Их взгляды, устремленные на Цзян Наня, пылали восторгом.

Старейшина Чжун принял душ и вышел, переодевшись в чистое.

— Готово, я полностью здоров! Моя рука снова двигается свободно! — Он не переставал размахивать руками, словно заново родился. — Брат Цзян, я, Чжун Чжисян, в вечном долгу перед вашей великой добротой…

Цзян Нань отмахнулся:

— Пустяки, не стоит благодарности. — Затем он перевел взгляд на второго старика: — Теперь ваша очередь, снимайте одежду и заходите.

— Брат Цзян, меня зовут Мэн Чандэ. Только что я проявил невежество и не узнал в вас мастера, прошу простить мою дерзость. Отныне вы для меня — божество! — голос Мэн Чандэ звучал предельно искренне.

Чжун Чжисян остолбенел: перемена в отношении его соученика оказалась слишком резкой.

Вскоре Мэн Чандэ разделся и прошел в туалет. Цзян Нань повторил процедуру, а Чжун Чжисян с сыном остались наблюдать в стороне.

— О боги… Тринадцать Божественных Игл Тайбао! — воскликнул Мэн Чандэ.

— Невероятно… человеческая истинная ци, — вторил ему Чжун Чжисян. — Сынок, скажи отцу, неужели доктор Цзян лечил меня точно так же?

Чжун Чжисян вцепился в воротник сына, требуя ответа.

— Да, отец, именно так доктор Цзян вас и лечил! — взволнованно подтвердил Чжун Цзяньго. Он уже второй раз наблюдал за процессом, и это визуальное зрелище приводило его в неописуемый восторг.

— Какая честь… Какая немыслимая честь для меня, Чжуна!

В этот момент раздалось:

— Быстрее, убирайте иглы!

Снова прогремел «салют». На этот раз Чжун Цзяньго вовремя сориентировался и отскочил вместе с Цзян Нанем. Теперь настала очередь Чжун Чжисяна наслаждаться «ароматами».

Спустя пятнадцать минут из комнаты вышли Чжун Синьтун со своей бабушкой и матерью. Увидев, что дед крайне взволнован, она решила, что его просто-напросто одурачили.

— Ты, мерзавец, что ты сделал с моим дедом?! — Чжун Синьтун бросилась к деду, поддерживая его, и снова указала на Цзян Наня. — Если с дедушкой что-то случится, я сделаю так, что ты до конца своих дней будешь строчить на швейной машинке в тюрьме!

Цзян Нань посмотрел на нее как на умалишенную. Жена Чжун Чжисяна тоже заволновалась и бросилась к мужу:

— Старик, ты в порядке? Не пугай меня так!

Чжун Чжисян грубо сбросил руки внучки и жены:

— Вы что творите?! Тун-Тун, немедленно извинись перед господином Цзяном!

— За что?! Дедушка, он довел тебя до такого состояния, а ты его еще и защищаешь? — Чжун Синьтун не унималась, обращаясь к Цзян Наню: — Ты, шарлатан, какой дурман ты подсунул моему деду?

— Довольно! — не выдержал Чжун Цзяньго. — Ты, невоспитанная девчонка, как ты смеешь так неуважительно обращаться к господину Цзяну? Убери руки и немедленно извинись!

Чжун Синьтун чувствовала себя глубоко оскорбленной. Почему все защищают этого мошенника? Цзян Нань молча покачал головой.

— Посмотри внимательно на руку своего деда и на ноги этого почтенного старца.

Услышав это, Мэн Чандэ возмутился:

— Господин Цзян, у меня есть имя, я Мэн Чандэ!

Чжун Синьтун перевела взгляд с деда на старшего дядю. Оба старика в подтверждение слов Цзян Наня прошлись по комнате, размахивая руками.

— Исцелились? — глаза Чжун Синьтун расширились. — Это он вас вылечил? — недоверчиво спросила она.

— А кто же еще, если не господин Цзян? — сердито отозвался Чжун Цзяньго.

Ранее эти трое умоляли Цзян Наня вступить в их Павильон Цзиньхуа, обещая ему пост главы, если он согласится. И в такой ответственный момент эта глупая дочь все испортила — Чжун Цзяньго был готов сам ее отшлепать.

— Прошу прощения, госпожа Чжун, раз уж я случайно вылечил обоих, не пора ли выполнить обещание? — Цзян Нань многозначительно указал на плоскую грудь Чжун Синьтун.

Видя решительные взгляды деда и отца, Чжун Синьтун поняла: этот парень и правда чего-то стоит. Но она не могла взять в толк, как человек, который старше ее всего на четыре-пять лет, смог вылечить болезнь, перед которой спасовали даже светила Павильона Цзиньхуа.

— Уговор есть уговор. Идем за мной.

Она вошла в свою спальню, Цзян Нань последовал за ней.

*Хлоп!*

Дверь с грохотом закрылась.

— Папа, что Тун-Тун собирается делать? — озадаченно спросил Чжун Цзяньго.

Чжун Чжисян улыбнулся:

— Просто пари между молодыми. Хотя для нашей семьи это может стать величайшей ставкой в жизни.

В комнате Чжун Синьтун с неохотой посмотрела на Цзян Наня.

— Не знаю, каким способом ты вылечил деда, но я, Чжун Синьтун, держу свое слово. — С этими словами она начала расстегивать одежду.

— Эй, подожди! — Цзян Нань остановил ее жестом и указал на ее грудь, размером едва ли не с кумкват. — У тебя там совсем ничего нет, смотреть не на что. Давай сделаем так!

Цзян Нань взял со стола бумагу и ручку, набросал десяток иероглифов.

— Вот рецепт: довести до кипения на сильном огне, затем томить на слабом три часа. Принимать раз в неделю. Когда грудь вырастет, тогда и приходи ко мне.

На самом деле Цзян Нань не хотел ничего видеть — после встречи с фигурой Цзинь Мулань Чжун Синьтун не вызывала у него никакого интереса. Он написал рецепт, лишь чтобы дать девушке возможность сохранить лицо.

— Ты… хм, не хочешь — как хочешь! Второй раз такой возможности не представится! — Чжун Синьтун была глубоко уязвлена тем, что мужчина прямо сказал ей о ее «недостатках». Неудивительно, что со школьных лет за ней никто не ухаживал — неужели дело действительно в размере?

— Эй, твой «магазинчик» закрыт, поезд ушел, — безразлично бросил Цзян Нань, открывая дверь.

— Постой! — окликнула она его.

— Что еще? Только не вздумай меня принуждать.

Чжун Синьтун топнула ногой от злости:

— Мерзавец! Кто тебя принуждал?!

— Тогда что тебе нужно?

— Я… я хочу знать, этот рецепт правда сработает?

— Попринимай год, и гарантирую — будешь как модель!

*Хлоп!*

Дверь закрылась. Чжун Синьтун смотрела на рецепт, вспоминая дерзкий тон Цзян Наня. Непонятно почему, но внутри у нее боролись злость и радость.

Когда Цзян Нань вышел, троица во главе с Чжун Чжисяном поспешила ему навстречу.

— Тот самый… я проголодался, давайте поедим.

— Да-да, конечно, обед, обед!

За этим обедом Цзян Нань получил истинное удовольствие — ощущение, когда тебя обслуживают, было весьма приятным. После еды Чжун Цзяньго поспешил заварить лучший чай Дахунпао. Цзян Нань откинулся на спинку дивана, неспешно потягивая напиток.

— Кстати, Старейшина Чжун, кто вас отравил? В наши дни кто-то использует такой медленно действующий яд? Мне стало любопытно.

— Это те твари из страны Бага! — при упоминании об этом Чжун Чжисян и Мэн Чандэ пришли в ярость. — Год назад Медицинская мастерская «Синцэ» из страны Бага пригласила наш Павильон Цзиньхуа на обмен опытом в области традиционной медицины. Мы решили, что неплохо было бы поставить их на место. Мы с соучеником и еще двумя младшими отправились туда. По прибытии выяснилось, что обмен был лишь предлогом, а их истинной целью было выкрасть наши рецепты. Последним этапом состязания стало соревнование по нейтрализации ядов!

Услышав это, Цзян Нань все понял:

— Значит, яд, который сейчас в ваших телах, вы получили во время того последнего тура?

Оба старика со стыдом кивнули.

— В итоге мы не только бесплатно подарили им десятки рецептов, но и проиграли в информационной войне. Они разнесли слух, что в нашей стране нет великих мастеров, а остались одни лишь бездарные старики. Когда весть дошла до штаб-квартиры, нас в наказание исключили из Павильона Цзиньхуа в городе Нуцзян. Мы не можем с этим смириться, те псы слишком коварны, они специально расставили ловушки. Через месяц «Синцэ» пришлет людей в Нуцзян для очередного «обмена». Доктор Цзян, нам нужна ваша поддержка.

Цзян Нань всю жизнь ненавидел страну Бага.

— Не волнуйтесь, я берусь за это дело. Как приедут — сразу дайте знать.

Чжун Чжисян и его соученик пришли в неописуемый восторг. С поддержкой Цзян Наня они, возможно, смогут вернуться в Павильон Цзиньхуа.

Пробыв там еще полчаса, Цзян Нань ушел. Вернувшись в отель, он увидел, что мать и Го-Го все еще спят. Они проспали уже шесть-семь часов и все еще находились в стадии глубокого сна. Это означало, что их организмы еще не восстановились полностью — под воздействием Крови сущности Цилиня они восполняли накопленный годами дефицит.

Затем Цзян Нань сел в позу лотоса: ему нужно было тщательно изучить знания, полученные в результате пробуждения родословной.

http://bllate.org/book/19745/1942049