— Кто из нас в свои подростковые годы не увлекался кем-то, а? — Цзян Е, сидя на заднем сиденье, обнял спинку переднего кресла и, склонив голову, одарил мужчину своей фирменной обезоруживающей улыбкой.
Фу Цянь бросил на него мимолетный взгляд. Вид у Цзян Е сейчас был особенно глупым, и лицо Фу Цяня оставалось холодным и отстраненным.
— Ты действительно увлекался многими.
На слове «многими» Фу Цянь сделал особый акцент.
Цзян Е скривил губы и вернулся на свое место. Пробормотал себе под нос:
— И что тут такого? Я даже не возмущаюсь, что он всех их у меня перехватил. Что за обиды, что за претензии…
В машине стало слишком тихо, и Цзян Е немного занервничал.
— Наш господин Фу такой добродушный и порядочный человек, неужели он до сих пор злится из-за того, что произошло только что?
Неужели он решил, что я какой-то подлец, который специально прятал Хэ Сяолинь, чтобы они не встретились? Вот же черт, не дал людям воссоединиться.
Чтобы задобрить мужчину, Цзян Е продолжил свою оду лести:
— Господин Фу, в вопросах брака по расчету иногда все же стоит проявлять осторожность. Вы такой выдающийся человек, причем с самых малых лет. К выбору девушки нужно подходить очень серьезно.
Как бы то ни было, те девушки, которые ему нравились — и которых, черт возьми, у него вечно уводил Фу Цянь, — не могли быть с ним, но и с Фу Цянем им тоже быть категорически нельзя.
А ориентация Фу Цяня сейчас — сплошная загадка.
Мужчина по-прежнему хранил ледяное молчание. В зеркале заднего вида Цзян Е видел лишь его суровые, нахмуренные брови.
Как же трудно льстить! Столько усилий, а толку ноль. Все пропало.
— Не кури, — внезапно произнес мужчина.
Низкий голос в тишине салона отозвался в сердце Цзян Е настоящим взрывом. Внезапный окрик Фу Цяня напугал его, хотя он и так чувствовал себя подавленным.
Курить? Цзян Е вообще не курил, поэтому пообещал особенно рьяно:
— Я не курю, клянусь!
На светофоре глубокий взгляд мужчины, отразившийся в зеркале, пронзил Цзян Е насквозь. Взгляд был настолько собственническим, что Цзян Е даже засомневался: а не умеет ли Фу Цянь видеть его насквозь? Кожа в тех местах, куда падал взгляд мужчины, казалось, начала гореть.
Цзян Е неловко закинул ногу на ногу:
— Я правда не курю.
Он принюхался к себе: от него разило спиртным вперемешку с табачным дымом — запах был довольно тяжелый и неприятный.
— Это от тех, кто сидел в кабинках, надымили на меня пассивным курением.
Услышав это, мужчина отвел взгляд и снова переключил передачу.
— Не пей спиртного.
Цзян Е уже решил, что самое страшное позади, но после этих слов мужчины его снова словно подбросило:
— С какой стати?
Фу Цянь холодно взглянул на него, встретившись с полным возмущения взглядом Цзян Е. Затем он перечислил строгие требования к образу жизни Цзян Е:
— Не ввязывайся в драки.
— Я что, псих? В моем возрасте еще драться, — Цзян Е потер виски, которые слегка гудели от выпитого.
— Не болтай лишнего.
Цзян Е склонил голову набок: Фу Цянь что, отчитывает его за то, что он только что его нахваливал? Ну и тип, даже похвала ему не по душе.
Фу Цянь тяжело вздохнул, поджал губы и добавил:
— И тем более не смей клеиться к другим.
Вот оно что — это и было главное для Фу Цяня. Должно быть, встреча с Хэ Сяолинь заставила его намекнуть, чтобы Цзян Е вел себя прилично.
А его странное поведение в последнее время — не является ли оно детской местью сопернику в любви? Заставить его влюбиться, а потом бросить, чтобы утолить свою жажду мести.
Чем больше Цзян Е думал об этом, тем логичнее все выглядело: черт, ну конечно, он же бизнесмен, план просто гениальный.
— Посмотри на себя, во что ты одет? Чем ты отличаешься от хулигана?
Машина остановилась, и острый взгляд мужчины впился в рваные дыры на джинсах Цзян Е. Тот поспешно прикрыл их руками:
— Мои повседневные вещи еще не высохли, надеть было нечего, вот и нацепил первое, что под руку попалось.
До того, как он оказался здесь, он был просто ребенком-подростком, разве можно так быстро сменить детский стиль на взрослый? Требования этого мужчины слишком высоки, уж простите, но соответствовать им прямо сейчас он не может.
— От твоего вида у любого разум помутится. Ты ведешь себя крайне распущенно.
Мужчина использовал невероятно изящные формулировки, чтобы оскорбить его — по силе воздействия это было равносильно самой грязной ругани.
Цзян Е пропустил все мимо ушей и отмахнулся:
— Ой, ладно, я понял, больше не буду так одеваться.
Мужчина все еще не собирался выходить из машины, хотя они уже были у дома.
Цзян Е с надеждой посмотрел на Фу Цяня:
— Пить хочется, во рту после того пойла все пересохло, просто невыносимо.
Только тогда мужчина вышел из машины.
Войдя в гостиную, Цзян Е развалился на диване, закинув ногу на ногу, и принялся неспешно пить воду. Заметив краем глаза, что Фу Цянь направился на кухню, а не в кабинет, он удивился, но не придал этому значения.
Глядя на свое отражение в окне, Цзян Е подумал, что, возможно, по сравнению с Фу Цянем он и правда одевается немного по-детски. Но не до такой же степени, как тот описал. Белая футболка, черные рваные джинсы — вполне себе минималистично и стильно.
Цзян Е покачал головой и вздохнул: должно быть, у Фу Цяня начался климакс.
Вдруг он услышал поток английской речи — знакомые зашифрованные ругательства. Любопытство взяло верх, он подошел к окну и действительно увидел двух людей, которые отчаянно ссорились.
Цзян Е навострил уши, но почти ничего не понял: со времен начальной школы его успехи в английском были близки к нулю. Он помчался в кабинет, чтобы вытащить Фу Цяня и попросить его перевести — любопытство просто распирало.
В кабинете пусто. Ах да, забыл, Фу Цянь на кухне.
— Быстрее, выходи, там что-то важное! — Цзян Е потянул его за собой, но с места сдвинуть не смог.
Фу Цянь невозмутимо помешивал что-то в кастрюле, затем медленно убавил огонь.
— О чем они говорят? — Цзян Е притащил его к окну и с нетерпением уставился на улицу.
— Хотя я и злюсь, но я люблю тебя.
Цзян Е: «...»
— Правда?
Он не особо поверил. Мужчина кивнул.
Цзян Е продолжал сомневаться:
— Так просто? Почему я этого не расслышал? Ты не обманываешь меня?
Когда он снова перевел взгляд на улицу, та самая пара иностранцев, которые только что ссорились, уже страстно целовались.
Черт. У них настроение меняется быстрее, чем погода.
Цзян Е развернулся, собираясь уйти, но заметил, что мужчина с интересом наблюдает за происходящим. Чтобы Фу Цянь, насмотревшись на такие непотребства, не надумал чего лишнего и не переключился на него… Цзян Е поспешно закрыл окно и увел мужчину подальше.
Фу Цянь, судя по всему, человек серьезный, и к подобным сценам особого интереса не проявлял. Вскоре он принес из кухни что-то, от чего исходил приятный аромат.
— Что это? — Цзян Е принял миску, которую мужчина явно приготовил для него, и не удержался от того, чтобы сладко похвалить: — Цянь-Цянь, ты такой хороший.
В воздухе повисла тишина. Цзян Е сглотнул, не понимая, как у него вообще сорвались с языка такие слова. Он поспешно отхлебнул суп, чтобы скрыть смущение.
Ягоды боярышника, сушеная слива, груша, рисовая мука, сахар, рисовое вино… Цзян Е удивился: как в одной миске супа может быть столько всего? Он понял: Фу Цянь приготовил ему суп от похмелья.
За такое короткое время — где он успел найти все эти ингредиенты? Или, может быть… они у него всегда под рукой? Почему?
— Очень вкусно, еще есть? — Цзян Е выпил все до дна.
— Питает инь, очищает от жара, отлично помогает при похмелье, — Фу Цянь посмотрел на него с мягкостью во взгляде. — Хоть суп и сладкий, не стоит пить слишком много, чтобы не навредить желудку.
— Главное, чтобы почкам не навредило, — Цзян Е, не подумав, брякнул очередную глупость.
Снова наступила тишина. Цзян Е захотелось дать себе пощечину. Ну зачем он начал отпускать такие пошлые шуточки!
http://bllate.org/book/19786/1949822
Готово:
