Готовый перевод This Male Was Forced To Support His Family! / Этот Самец-Зерг вынужден содержать семью! ✅: Глава 30. Разоблачение

Результаты обследования оказались неутешительными: вердикт врачей прозвучал как приговор — шансы на зачатие практически равны нулю.

Однако, чтобы избежать возможных осложнений в будущем, врач всё же выписал Лу Чэню специальные восстанавливающие препараты. Их нужно было ежедневно добавлять в его обычный коктейль для восстановления, так что Гу Юй ни о чем бы не догадался.

В свое время, желая обеспечить лучшую медицинскую помощь искалеченным на войне ветеранам, Лу Чэнь инвестировал в несколько межзвездных клиник. Центральный госпиталь Столичной планеты был одной из них. Поэтому руководство больницы лично поручилось за то, что медицинская тайна их главного инвестора останется в строжайшем секрете.

Выехав из кабинета, Лу Чэнь заметил, что с Лю Чжэнем что-то не так: от него разило табаком, а глаза были красными.

Только когда они спустились на подземную парковку и сели в машину, Лу Чэнь спросил:

— Что случилось?

И лучше бы он не спрашивал. Лю Чжэнь, который только-только взял себя в руки, снова покраснел, замер над коляской, моргнул, глядя в потолок, и выдавил:

— Я просто... не могу понять. Почему? Почему с вами, таким хорошим зергом, случилось такое? За что вам эти мучения? Уж лучше бы... лучше бы на вашем месте был я...

Лу Чэнь с силой хлопнул его по руке, лежащей на ручке коляски:

— Ты же взрослый воин-самка. Чего раскис? С чего вдруг такая сентиментальность?

Лю Чжэнь шмыгнул носом и вытер слезы тыльной стороной ладони:

— Да я просто... терпеть не могу! Вы бы видели, что про вас в сети пишут, после того как стало известно, что вы будете в жюри «Кубка Утренней Звезды»!

Он скомкал в руке медицинскую карту:

— Они же ничего не знают! Не знают, через что вы прошли! Вы отдали армии столько лет жизни! Более десяти лет вы получали ранения за эту Империю!

— Посмотрите на этот отчет! Старые шрамы, новые раны... То, что вы... не можете иметь детей — это результат не одной аварии! Да как они вообще смеют так о вас говорить?!

Лу Чэнь опустил веки и молча ждал, пока Лю Чжэнь выпустит весь скопившийся гнев и обиду.

— Выговорился? — наконец спокойно спросил он. — Отпустило? А теперь вези меня домой.

Он сам заехал по пандусу в гравикар. Лю Чжэнь, суетясь, убрал коляску и сел на водительское сиденье.

— Генерал! Генерал! Как вы можете быть таким спокойным?!

Лу Чэнь пристегнул ремень безопасности и бросил на него быстрый взгляд:

— А как я должен реагировать? Приказать тебе обнять меня и рыдать вместе?

Лю Чжэнь осекся. Его глаза всё еще блестели от слез.

Лу Чэнь посмотрел на него, слегка прищурившись:

— Лю Чжэнь, послушай меня. Сколько раз я тебе говорил: не делай того, что не приносит пользы. Понял?

Лю Чжэнь опустил голову и пробормотал:

— Да, я понимаю...

Лу Чэнь вздохнул, и его голос смягчился:

— Это всё в прошлом. Я давно смирился. Зачем ты снова начинаешь? Кто мне недавно клялся, что не будет обращать внимания на сетевой мусор?

Лю Чжэнь, вспомнив свои же слова, смущенно почесал в затылке:

— Эх... ну, не сдержался я... Больше такого не повторится! Честное слово, генерал!

Убедившись, что адъютант успокоился, Лу Чэнь перевел взгляд на дорогу:

— Ладно, поехали.

В полумраке подземной парковки, на границе света и тени, Элвис стоял, низко опустив голову. Его губы были плотно сжаты.

Значит, он не ослышался!

Лу Чэнь... бесплоден?

Знает ли об этом господин Гу?

Пока Элвис пытался переварить эту мысль, его оптический компьютер внезапно зазвонил. Он на автомате принял вызов, и тут же в уши ударил пронзительный, полный издёвки голос. Эта неприкрытая насмешка мгновенно вернула Элвиса к реальности:

— Ой, Элвис, а ты куда это запропастился? Твой отец тебя ищет, а ты снова сбежал?

Затем голос стал чуть тише, словно звонивший обращался к кому-то рядом:

— Видите, господин, я же говорил, что он вас не ценит! Вы болеете, а он даже посидеть с вами не может! Не то что наш Кела — так переживает за вас, что ночами не спит...

Элвис почувствовал, как к горлу подступил комок. Голова раскалывалась от боли и гнева. Ему хотелось рассмеяться им в лицо.

Голос наложника продолжал ядом капать в трубку:

— Ох, весь в своего покойного отца! Характер один в один: вечно строит из себя жертву, будто ему все кругом должны! Будто его кто-то обидел!

— А сами-то что для вас сделали? Ваш бывший муж за всю жизнь сподобился родить только одного самку, да и тот к вам не привязан!

— Не то что наш Кела! И самец ценный, и такой послушный...

Элвису захотелось разбить компьютер об стену.

Этот наложник позвонил ему не для того, чтобы поговорить, а чтобы поболтать с отцом, зная, что Элвис всё слышит! Каждое слово било точно в цель, как невидимый кинжал.

Элвис глубоко вздохнул и, не дожидаясь продолжения этого спектакля, сбросил вызов.

В ту секунду он был готов развернуться и уйти. Зачем возвращаться в эту палату? Зачем возвращаться в этот дурдом, где царят фальшь и разруха?

Но он заставил себя успокоиться. Так поступают только дети. Если он уйдет, они лишь обрадуются, а отец отдалится от него еще больше.

Именно этого добивался тот наложник своим звонком.

Элвис до боли сжал оптический компьютер в руке. Его золотистые волосы, некогда такие яркие и сияющие, теперь, в полумраке парковки, казались тусклыми и безжизненными, скрывая глаза.

Он поднял взгляд на потолочный люк парковки. Там, наверху, сияло безоблачное голубое небо, но в его жизнь этот свет не проникал.

Почему под одним и тем же небом судьбы могут быть настолько разными?

Его отец-самка всю жизнь обивал пороги врачей, глотал таблетки, отчаянно пытаясь родить мужу еще одного ребенка. Он терпел насмешки и издевательства наложников, и даже на смертном одре его терзала мысль, что он так и не смог подарить мужу самца. Он умер с этим тяжким грузом на сердце.

А некоторые, даже потеряв способность к деторождению, всё равно купаются в любви безупречного самца и наслаждаются счастливой жизнью на двоих.

Элвис смотрел на голубое небо сквозь пряди волос.

Ему хотелось спросить у небес: за что?!

Гу Юй, взяв у Лу Чэня медицинское заключение о состоянии его ног, бегло просмотрел документ и мимоходом поинтересовался:

— Генерал, а ты больше ничего не проверял?

Лу Чэнь, потянувшийся за стаканом воды, едва заметно дрогнул рукой. Он поднял глаза на Гу Юя, который всё еще смотрел в экран компьютера, и постарался ответить максимально спокойно:

— Нет. А почему ты спрашиваешь?

Гу Юй задумчиво посмотрел на него:

— Ну, раз уж ты всё равно был в больнице... Я подумал, может, ты решил пройти полное обследование? Но раз нет, то и ладно.

Пальцы Лу Чэня сильнее сжали стакан. Он сделал глоток, сохраняя абсолютное спокойствие на лице, так что Гу Юй ничего не заметил.

— Хочешь пройти полное обследование? Можем сходить вместе в следующий раз.

Гу Юй лениво потянулся, свернулся калачиком на диване и зевнул:

— В следующий раз... Там посмотрим.

Без веской причины ему совершенно не хотелось выходить из дома.

Поняв, что опасность миновала, Лу Чэнь как бы невзначай перевел тему:

— Что будем на обед?

Гу Юй медленно поднял руку, радостно сжал её в кулак и воскликнул:

— Хочу пряные свиные ребрышки и суп с фрикадельками!

Лу Чэнь неторопливо закатал рукава до локтей и кивнул:

— Тогда жди, пока приготовлю. Смотри не усни опять на диване.

Гу Юй торжественно поднял три пальца:

— Обещаю, в этот раз лягу спать только после обеда! Генерал, поторопись!

Следующие несколько дней Гу Юй жил так же, как до аварии Лу Чэня: сидел дома, ел, пил и спал.

Жизнь текла своим чередом, с той лишь разницей, что теперь его генерал всегда был рядом. Стоило Гу Юю захотеть обнять или поцеловать Лу Чэня — и тот оказывался под рукой. А по вечерам он, как и обещал, вел свои игровые стримы. В остальном — никакой разницы.

Тем временем в Звездной Сети всё сильнее разгорались споры по поводу участия Лу Чэня в жюри предстоящего «Кубка Утренней Звезды». Но до уютного мирка их дома эти бури не долетали.

Так продолжалось до тех пор, пока не настал день, когда Гу Юю выпала очередь готовить ужин (что обычно заканчивалось катастрофой для кухни). Лу Чэнь заперся в кабинете на втором этаже, якобы готовясь к поступлению на факультет конструирования мех Имперского университета, а на самом деле занимаясь делами своей звездной бизнес-империи. Гу Юй, конечно, обо всем догадывался, но подыгрывал ему.

Пухляш и Кругляш, наводя порядок в гостиной, содрогались от каждого звука, доносившегося с кухни.

«БАМ! БРЯК! БУХ!»

При каждом грохоте маленькие роботы вздрагивали и испуганно жались друг к другу, мысленно успокаивая себя:

«Ничего страшного, господин просто готовит... Кухня же не взорвется, правда?

Да, точно не взорвется!»

Гу Юй тем временем, нахмурившись, вел неравный бой с рецептом и раскаленной сковородкой. И тут зазвонил его оптический компьютер.

— Брайан?

Гу Юй принял вызов, бросил быстрый взгляд на экран, схватил крышку от сковороды как щит и ловко метнул нарезанное мясо в кипящее масло. Раздалось громкое шипение: «ШШШШ!».

Прикрываясь крышкой, он проворно отскочил на пару шагов назад, напоминая трусливого новобранца, которого насильно вытолкали на поле боя.

Лицо Брайана на экране потемнело от злости:

— Гу Юй! Ты еще и готовишь?! Ты вообще слышишь, что я с тобой по делу говорю?!

— Слышу-слышу, говори, — ответил Гу Юй. Как и мясо на сковородке, он был невозмутим и готов ко всему.

Вооружившись крышкой-щитом, он улучил момент, сделал выпад, пару раз перемешал мясо и, как только масло снова брызнуло, мгновенно ретировался. Настоящая партизанская война со сковородкой!

Гу Юй искренне недоумевал: что может быть важнее, чем приготовить ужин для любимого генерала? Неужели у Брайана дело поважнее конца света?

Видя эту небрежность и откровенное пренебрежение, Брайан побагровел и задохнулся от возмущения:

— Ты... ты... А ну-ка, относись ко мне серьезно! Я пришел с тобой счеты сводить! Ты, мелкий паршивец, ублюдок, как ты смел нас так обмануть?!

Гу Юй протянул «А-а», сделал очередной набег на сковородку и снова отступил. Только тут до него дошло, что тон Брайана какой-то странный.

Судя по его интонациям, можно было подумать, что Гу Юй — изменник, разбивший ему сердце.

От этой мысли Гу Юй поежился, с раздражением посмотрел на сморщенное лицо вице-президента и бросил:

— Ближе к делу. У тебя есть что сказать, или ты просто воздух сотрясаешь?

Лицо Брайана стало еще чернее:

— Ты еще смеешь на меня огрызаться?! Думаешь, ты прав?!

— Чтобы мы не заставляли тебя жениться, вы с Лу Чэнем скрыли, что он бесплоден! Ты даже заключил со мной договор на год! Вот же подлец, а я-то думал, ты повзрослел!

Гу Юй замер. На мгновение он даже забыл о том, что мясо на сковородке вот-вот подгорит.

— Что... ты сказал?

Брайан орал, брызгая слюной:

— Я говорю, что вы посмели скрыть его бесплодие! После той аварии врачи ясно сказали, что Лу Чэнь больше не может иметь детей, а вы утаили это медицинское заключение?!

Гу Юй молчал. Его взгляд переместился со сморщенного лица Брайана на чадящую сковородку. Удивительно, но его лицо оставалось абсолютно спокойным. Он не пытался перевернуть подгорающее мясо и никак не реагировал на обвинения, словно вообще ничего не слышал.

Брайан решил, что это молчаливое признание вины. Вспомнив, как долго его водили за нос, как он, словно дурак, согласился сначала на месяц, а потом и на год отсрочки...

И всё это время они над ним смеялись!

От этой мысли Брайан взорвался от ярости:

— Как вы могли скрыть нечто подобное?! Если Лу Чэнь бесплоден, то о том, чтобы не брать других самок, не может быть и речи! Все наши договоренности аннулируются!

— Гу Юй, ты должен понимать, насколько ценен каждый самец для выживания нашей расы, тем более — самец S-ранга! Думаешь, Империя просто так вас содержит, кормит, поит и дает столько привилегий?

— Главная обязанность самца — давать потомство! Нравится тебе это или нет, но ты обязан подчиниться!

Гу Юй оставался удивительно спокоен. Почувствовав запах гари, он выключил плиту под безнадежно испорченным мясом.

Подняв глаза на Брайана, он спросил:

— И кто же придумал эту обязанность?

Брайан, тяжело дыша после своей гневной тирады, снова сорвался на крик:

— Законы Империи! Каждый совершеннолетний самец обязан вступить в брак и произвести на свет потомство!

Гу Юй поджал губы. Его наглости не было предела:

— Так я и исполняю. Кто сказал, что нет? Я же женат. Разве это не исполнение обязанности?

— Не играй со мной в слова! — отрезал Брайан. — Какое же это исполнение, если Лу Чэнь не может родить?! Хоть ты с ним тысячу лет живи, толку не будет!

— Я говорю прямо: раз Лу Чэнь бесплоден, все наши прежние договоренности недействительны! Я сейчас же вышлю тебе каталог с кандидатами. Даю тебе неделю, чтобы ты выбрал себе самку!

— Иначе, если ты не выберешь сам, мы передадим дело правительству, и тебя женят принудительно!

Выдав эту тираду, разгневанный Брайан, не дожидаясь ответа Гу Юя, прервал связь.

------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Проект был переведен командой Sherekili Novels

http://bllate.org/book/19808/2040090